Поскольку в Санкт-петербургском Доме Книги продаётся мой роман-исследование о Смерти, О Тайне, о Любви, я был приглашён на встречу с французским писателем Бернаром Вербером, автором книг «Рай на заказ», «Дыхание богов», «Империя ангелов», «Мы, Боги», «Наши друзья Человеки», «Отец наших отцов», «Тайна Богов», «Танатонавты» и другие.
Мне нравятся книги Бернара Вербера своей аргументированностью, но не нравятся отсутствием поэтического вдохновения. А ведь художественные произведения производят большее воздействие на читателя, нежели трактаты, полные научными доказательствами.
Мне удалось задать Бернару несколько вопросов интересующих меня вопросов.

Тема жизни после смерти сейчас является наиболее модной.
Сегодня о жизни после смерти не пишет только ленивый.
Действительно, книг о загробной жизни множество, вот только убедительными кажутся немногие.
Большинство книг представляют собой компиляцию, лишенную личного опыта умирания.
Считается, что о смерти может писать почти каждый, даже не имеющий опыта умирания.

Выдающимися примерами художественных описаний являются повесть «Смерть Ивана Ильича» и сцена смерти Андрея Волконского из «Войны и мира» Льва Николаевича Толстого, «Низвержение в Мальстрам» Эдгара Аллана По.
В 1977 году Ричард Мэтисон написал роман «Куда приводят мечты», в котором попытался представить жизнь после смерти.
Наиболее известен бестселлер известного чешского психолога Станислава Грофа «Человек перед лицом смерти».
Один из самых влиятельных шагов к освоению смерти был сделан американским психотерапевтом Элизабет Кюблер-Росс (1926-2004), автором книги «О смерти и умирании».

Но ещё каких-нибудь три десятилетия назад французский демограф и историк Филипп Арьес (1914-1984) в книге «Человек перед лицом смерти» писал о том, что смерть вытеснена из современной жизни почти полностью, и это одно из лицемерий современного человека.
И почти сразу начался подъём интереса к проблеме смерти, который продолжается до сих пор.

В 18 веке английский писатель Генри Филдинг пишет книгу «Путешествие в загробный мир», в которой доказывает, что смысл загробного путешествия состоит в том, что духи, недостойные блаженства, будут возвращены на землю, дабы в новой жизни искупить прегрешения прежней.

Известная книга «Жизнь после смерти» Раймонда Моуди, произвела в своё время эффект разорвавшейся бомбы. В этой книге доктор Р.Моуди опубликовал результаты обследования людей, переживших клиническую смерть, и приводил их рассказы о том, что они видели. В главном описания посмертия всех «умиравших» совпадали, независимо от их национальности и вероисповедания. После возвращения с «того света» изменилось их отношение к жизни – они поняли, что ЛЮБОВЬ ТВОРИТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ!

«Смерти нет, – утверждает Гарри Шварц профессор психологии из Университета Аризоны. – Есть трансформация, переход из одного состояния в другое. Точно также как гусеница не умирает, а превращается в бабочку, так и тело, разлагаясь физически, на самом деле высвобождает энергию, и трансформируется в другое состояние».

Голландский кардиолог Пим ван Ломмель доказывает, что душа бессмертна, а сознание не зависит от мозга. Его группа опрашивала пациентов непосредственно после выхода из комы, когда впечатления свежи. Из 344 опрошенных лишь 62 пациента, то есть 18 процентов, рассказали об увиденном и пережитом. Остальные 82 процента ничего не помнят. Если бы, как полагают скептики, причиной околосмертельных видений был недостаток кислородного снабжения мозга, об этих видениях рассказывали бы все 100% опрошенных, ну, пусть за исключением тех, у кого имеются проблемы с памятью. Значит — и это наш важнейший вывод, — вовсе не дефицит кислорода вызывает образы тоннеля и сияющего света.

Мои переживания в результате автокатастрофы во многом совпали с описаниями людей, переживших клиническую смерть. Я отчётливо прочувствовал, что У МЕНЯ НЕТ НИЧЕГО, кроме того, что в есть душе. ДУША – единственное, что я имею! И то, какой будет моя душа, зависит, каким будем моё существование ТАМ и здесь! Я описал это переживание в романе «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак».

А вот что мне пишут мои читатели.
«Несколько лет назад у меня была клиническая смерть. В присутствии врачей. Тромб в ноге остановил сердце. Молодой врач искренне старался » запустить» мне сердце. Я была под потолком и спокойно наблюдала за его действиями. При этом отмечала, какой он хороший человек. Когда я почувствовала, что мне снова нужно зайти в тело, как мне этого не хотелось делать. Так было хорошо! Врачи были изумлены. Простояли возле меня с широко открытыми глазами целый час».

«Я верю, что умирает только тело, а разум остается жить. Иначе зачем мы все проживаем разные жизни и зачем нужен этот разный накопленный жизненный опыт, в природе нет ничего бессмысленного. За свою жизнь я сам пару раз смог в этом убедиться. А последний раз мне так не хотелось возвращаться. Даже не передать, какое это было состояние. Такого в нашем мире быть просто не может».

«В один из моментов моей жизни, когда я поняла, что настает момент – либо туда, либо сюда (болезнь), я испугалась того, что не готова предстать перед Всевышним. Это был не страх смерти, а страх того, что я не подготовила свою душу. Вот тут-то я и поняла, что над душой надо трудиться. А это не всегда просто! Но это главное!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!»

«Для меня смерть это как лакмусовая бумажка, то есть это проверка всех идеалов, всех ценностей, любви и отношений».

Поскольку доказательств жизни после смерти нет и быть не может, наиболее убедительными кажутся художественные произведения, продиктованные вдохновением. Таким произведением была «Божественная Комедия» Данте Алигьери.

Как изменилась бы наша жизнь, если бы стало доподлинно известно, что будет дальше?
Изменились бы наши дела, отношение к людям, поступки?

Если бы люди действительно верили в жизнь после смерти, они были бы добрее.

Настоящий философ тем и занимается всю жизнь, что готовится к смерти.
«Философствовать – значит учиться умирать»,– говорил Цицерон.
Монтень ему вторил: «Философствовать – значит готовиться к смерти».
«Готовься к смерти, а тогда и смерть и жизнь – что б ни было – приятней будет», – писал Шекспир.

Марк Аврелий был прав: «Делай только то, что переживёт твою смерть!»

Большинство людей убегают от страха смерти через повседневные дела, не решая для себя вопроса о смысле своего существования. Они стараются не думать о смерти, а значит — и о жизни. Тот же, кто задумывается о смысле, невольно думает и о смерти.

Смерть это призма, через которую видна Истина.

Только смерть позволяет быть честным и откровенным с собой до конца.

Как только человек перестает бояться смерти, так сразу же перед ним открывается цель пребывания на земле.

Умирать мучительно тому, для кого ужасна своей бессмысленностью прожитая жизнь.

Жизнь ужасна не бездумностью, а осознанием того, что прожита впустую.

Когда понимаешь, для чего надо было жить, но уже невозможно ничего исправить, тогда и постигаешь весь ужас смерти.

Страх смерти на самом деле — это страх перед небытием от неудовлетворенности прожитой жизнью.

Жизнь после смерти сокрыта тайной, чтобы у нас был свободный выбор. Люди не должны знать. Но лишь тот, кто верит, тот достигает праведности, лишь тому открыт путь в мир иной. Именно отрицание жизни после смерти, то есть вечной жизни, приводит людей к греху через соблазн сиюминутной выгоды в сиюминутной жизни.

«Мы все умрём, возможно, очень скоро. Но что с собой из жизни заберём? Ни деньги, ни почёт, ни кров, что дорог, ни то, что как зеницу бережём. Всё, что со смертью в нас останется навечно, — мы отдали, бесплатно, из души, бесхитростно, по-детски, чуть беспечно, забрав лишь квинтэссенцию любви. И Веру! Веру в то, что Бог нас любит, и каждый миг заботится о нас, и каждый добрый шаг наш не забудет, что выстрадали, как награду даст.
Нет ничего, что б нам принадлежало, — как голыми пришли, так и уйдём. Нам денег вечно мало, мало, мало… Но кто нас вспомнит, если вдруг умрём? Чьё сердце вздрогнет, с нами расставаясь? В ком жить продолжим, сердцем всем любя? Кто нас, кого любили мы, не каясь? кому как жертву отдали себя?
В нас Вечности нужна любовь и вера, умение прощать и отдавать. Так будем же любить, не глядя, смело, ведь в смерти нам любовь не потерять!» из моего романа-быль «Странник»(мистерия)

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература