Изредка мне снится один и тот же сон: мобилизация, меня вновь призывают служить и я отправляюсь в Полярный, чтобы как 45 лет назад быть шифровальщиком на подводной лодке…
На флоте до сих пор хранят память о героях-подводниках: Александре Маринеско, Магомеде Гаджиеве, Иване Колышкине, Фёдоре Видяеве и других.
В 2013 году на проспекте Стачек в Санкт-Петербурге был открыт памятник Александру Ивановичу Маринеско. В день подводника 19 марта я пришёл к памятнику, чтобы почтить память героя, совершившего знаменитую «атаку века», и поговорил с прохожими о победе Александра Маринеско.

Александр Иванович Маринеско — командир подводной лодки С-13 бригады подводных лодок Краснознамённого Балтийского флота, капитан 3-го ранга, Герой Советского Союза, известный по «Атаке века».
«Я никогда не хотел быть военным, – признавался Александр Иванович. – Море, мирные корабли, вот моя любовь. Военным я стал по долгу».

Родился Александр Иванович 2 (15) января 1913 года в Одессе, в семье румынского рабочего Иона Маринеску и крестьянки Татьяны Михайловны Коваль, (она родом из Херсонской губернии).
Отец будущего героя, матрос румынского королевского флота Иона Маринеску ударил офицера, за что по тем временам в Румынии полагалась смертная казнь. Сбежав из карцера с помощью друзей, Маринеску переплыл пограничный Дунай и впоследствии обосновался в Одессе, где женился на украинке Татьяне Коваль. Иона Маринеску устроился работать в одесский порт, обрусел, окрестился в Ивана, окончание фамилии поменял на «о» и стал Иваном Алексеевичем Маринеско.

В 1920-1926 годах Саша Маринеско учился в одесской трудовой школе № 36, где окончил 6 классов, после чего стал учеником матроса. За прилежность и терпеливость был направлен в школу юнг, по окончании которой ходил на судах Черноморского пароходства матросом 1 класса. Уже в 13-летнем возрасте юный Саша Маринеско плавал учеником матроса на судах Черноморского пароходства, окончил экстерном одесскую школу юнг и без экзаменов был зачислен в мореходный техникум.

В 1930 году Александр поступил в Одесское мореходное училище. В мае 1933 года получив на руки заветный диплом четвертого помощника капитана, Александр Маринеско поступил четвертым помощником на торговый пароход «Красный флот», на котором к ноябрю того же года занимал должность второго помощника капитана. Товарищи отзывались о нём как о принципиальном и требовательном руководителе и в то же время как о балагуре и «душе компании».

Александр Иванович никогда не хотел быть военным, а мечтал исключительно о службе в торговом флоте. Но в ноябре 1933 года по путёвке комсомола был направлен на специальные курсы комсостава РККФ, после окончания которых его назначили штурманом на ПЛ Щ-306 («Пикша») Балтийского флота.

В архивах сохранилась служебная характеристика выпускника курсов комсостава РККФ, «помощника вахтенного командира» (такое звание было ему присвоено после выпуска) Александра Ивановича Маринеско:
«Свою специальность знает хорошо. Недостаточно дисциплинирован. Руководить личным составом может под постоянным руководством. Вывод: обратить внимание на повышение дисциплинированности».

В марте 1936 года в связи с введением персональных воинских званий Маринеско получил звание лейтенанта, в ноябре 1938 года — старшего лейтенанта. Окончив курсы переподготовки при Краснознамённом учебном отряде подводного плавания имени С.М.Кирова (на Васильевском острове в Ленинграде), Маринеско служил помощником командира на подлодке Л-1, затем командиром М-96, экипаж которой по итогам боевой и политической подготовки 1940 года занял первое место, а командир был награждён золотыми часами и повышен в звании до капитан-лейтенанта.

16 июля 1938 года в разгар борьбы с «врагами народа» контрразведка вспоминает о румынских родственниках Александра Маринеско, и его в тот же день увольняют с военной службы. Сделать его «румынским шпионом» у сотрудников НКВД не получилось, так как в Румынии Маринеско с рождения не бывал, с родственниками не переписывался. Но на всякий случай из Военно-морского флота его уволили.

7 августа 1938 года, меньше чем через месяц после увольнения в запас появляется приказ командующего флотом о восстановлении лейтенанта Маринеско на действительной службе, а в ноябре приказ о присвоении ему звания старшего лейтенанта. За успехи в службе Маринеско получил золотые часы от командующего Балтфлотом Трибуца и запись в личное дело от командира дивизиона Юнакова:
«Дисциплинирован, но к себе требователен недостаточно. Решителен, но малоинициативен. О подчиненных заботится, но часто бывает груб и несдержан».

В первые дни Великой Отечественной войны подлодка М-96 под командованием Маринеско была перебазирована в Палдиски, затем в Таллин, стояла на позиции в Рижском заливе.
В октябре 1941 года «за систематическое пьянство и организацию азартных игр на дивизионе» Маринеско исключают из кандидатов в члены партии, но оставляют в должности – подготовленный командир, как известно, «товар штучный».

Алексей Тихонович Астахов, один из сослуживцев военной поры Александра Маринеско, характеризует своего командира сложным человеком:
«Александр Иванович зря муштрой не занимался. Если в поход не надо, то людей не гонял. Были случаи, когда рисковал сильно. Когда ремонт или подготовка, отпускал матросов в краткосрочные отпуска к семьям, делал командировочные, якобы по делу. А тогда запрещали из Кронштадта выезжать матросам».
«Ну, конечно же, всякое бывало. Шумел он сильно, если что не по нему было. Требовал инструкции и дисциплину в море. Не дай бог, кто на вахту проспит, сразу на губу сажал, на второй раз из экипажа долой. Но все понимали – война ведь. За своих стоял всегда, поэтому, говорят, у него и проблемы с начальством были, что нарушителей защищал. Особенно с комиссарами ругался. У нас ведь как в экипаже было заведено. В море жестко – на берегу можно расслабиться. Поэтому и много наших в комендатуру попадало по пьянке».

С началом Великой Отечественной войны в 1941 году Балтийский флот безвозвратно потерял 27 подводных лодок. М-96, благодаря Маринеско, в это число не вошла. Да, боевых побед М-96 в 1941 году не добилась, но экипаж приобрел необходимый боевой опыт.
М-96 под командованием Маринеско воевала осторожно. На рожон Алексадр Иванович не лез, берег корабль и людей, продумывал, как говорят, отход и маневр, учился сам и учил своих людей действовать в боевой обстановке.
В июле 1941 года Маринеско на ней выходит в свой первый боевой поход.
М-96 погибла в 1944 году в Нарвском заливе, по ошибке подорвавшись на своих же минных заграждениях.

Вот запись воспоминаний Маринеско о тех днях, сделанная Александром Кроном:
«Нет ничего мучительнее, чем хождение по минному полю. Мина не выдаёт себя ничем, можно только догадываться об их расположении, опираясь на собственное чутье и рассказы товарищей. Попал на минное поле – ползи. Иди, не виляя, самым малым. При касании бортом о минреп – не шарахаться, а осторожно отрабатывать назад. Тихонько, чтоб минреп не сорвался, отводить корму. Он натягивается, как струна, но должен соскользнуть мягко. Нервы при этом надо держать в кулаке. Очень хочется поскорее убраться с опасного места – нельзя. Слышишь скрежет натянувшегося троса, его слышат все, и надо, чтобы команда знала, что у командира рука, лежащая на машинном телеграфе, не дрогнет, он не поддастся панике».

14 февраля 1942 года подлодка под командованием Маринеско во время обстрела была повреждена артиллерийским снарядом, ремонт занял полгода. Затоплены 4-й и 5-й отсеки, но корабль экипажу удаётся спасти.
Лишь 12 августа 1942 года М-96 вышла в очередной боевой поход. 14 августа лодка атаковала немецкий конвой, состоявший из трёх транспортов в охранении двух тяжёлых плавбатарей. 14 августа 1942 года М-96 топит финский транспорт «Хелен» водоизмещением около 2 тысяч тонн. По докладу Маринеско, он выпустил две торпеды по немецкому транспорту, результатов атаки не наблюдал, слышал сильный взрыв, интерпретированный как результат попадания торпеды, в результате лодке было засчитано потопление транспорта.

Согласно немецким источникам, атака была неудачной — корабли конвоя наблюдали след одной торпеды, от которой успешно уклонились, а затем безрезультатно атаковали подводную лодку артиллерией и глубинными бомбами.
Возвращаясь с позиции раньше срока (заканчивались топливо и патроны для регенерации воздуха), Маринеско не предупредил советские дозоры, при всплытии не поднял военно-морской флаг, в результате чего лодку едва не потопили собственные катера.

В ноябре 1942 года М-96 вышла в Нарвский залив для высадки группы разведчиков для операции по захвату шифровальной машины «Энигма» в штабе немецкого полка. Но шифровальной машины в нём не оказалось. Тем не менее, действия командира на позиции оценили высоко, и Маринеско наградили орденом Ленина.

В конце 1942 года Маринеско было присвоено звание капитана 3-го ранга, его снова приняли кандидатом в члены партии. Но в хорошей в целом боевой характеристике за 1942 год командир дивизиона капитан 3-го ранга Сидоренко всё же отметил, что его подчинённый «на берегу склонен к частым выпивкам».

По возвращении с учёбы в Военно-морской академии Маринеско получает под командование подводную лодку С-13, современный корабль водоизмещением почти в тысячу тонн, в два раза больше прежней «малютки». Под началом у Александра Ивановича стало уже 50 человек экипажа. Он вступает в партию. Несколько меняется и тон служебной характеристики, данной ему командиром дивизиона: «Боевой и отважный командир, подводное дело знает отлично. Дисциплинирован, но в повседневной жизни требует контроля».

В апреле 1943 года Маринеско назначен командиром ПЛ С-13, на которой он прослужил до сентября 1945 года. В 1943 году С-13 в боевые походы не выходила, а командир попал в очередную «пьяную» историю.
Экипаж Маринеско вышел в море только в октябре 1944 года, когда Финляндия вышла из войны и блокада была снята. Первый поход на С-13 принес Маринеско первую победу. В первые же сутки похода, 9 октября, Маринеско обнаружил и атаковал транспорт «Зигфрид». Атака четырьмя торпедами с небольшой дистанции не удалась, по транспорту пришлось вести артиллерийский огонь из 45-мм и 100-мм орудий подлодки. По наблюдению командира, в результате попаданий корабль (водоизмещение которого Маринеско в докладе завысил до 5000 тонн) начал быстро погружаться в воду. В действительности, повреждённый германский транспорт был позднее отбуксирован противником в Данциг и к весне 1945 года восстановлен. За данный поход Маринеско получил орден Красного Знамени.

С 9 января по 15 февраля 1945 года Маринеско находился в своём пятом боевом походе, в течение которого были потоплены два крупных транспорта противника — «Вильгельм Густлофф» и «Штойбен»
Перед этим походом командующий Балтийским флотом В.Ф.Трибуц решил предать Маринеско суду военного трибунала за самовольное оставление корабля в боевой обстановке (в предновогоднюю ночь командир на двое суток покинул корабль, а экипаж за это время «отличился» выяснением отношений с местным населением). Но исполнение этого решения В.Ф.Трибуц задержал, дав возможность командиру и экипажу искупить вину в боевом походе. Таким образом, С-13 стала единственной «штрафной» подлодкой советского флота.

30 января 1945 года С-13 атаковала и отправила на дно корабль военного флота Германии «Вильгельм Густлофф» (бывший лайнер), на котором находилось 10582 немца. Из них 1626 военнослужащих — 918 курсантов младших групп 2-го учебного дивизиона подводных лодок, 173 члена экипажа судна, 373 женщины из состава вспомогательного морского корпуса, 162 тяжелораненых военнослужащих и 8956 гражданских, в основном стариков, женщин и детей.

Потопление «Вильгельма Густлоффа» и «Штойбена» сделало Александра Маринеско самым результативным командиром ВМФ СССР и, как пишут многочисленные историки, спасло от трибунала. Александра Ивановича представляют к Герою Советского Союза, но не награждают.

После уничтожения «Вильгельма Густлоффа» советскими подводниками в Германии был объявлен трехдневный траур. В истории рейха нечто подобное случилось лишь однажды – после гибели 6-й армии Паулюса в Сталинграде.

Транспорт, бывший океанский лайнер «Вильгельм Густлофф», шёл с малым конвоем (торпедолов учебной флотилии TF-19 вернулся в порт Готенхафен, получив повреждение корпуса при столкновении с камнем, в сопровождении второго судна из состава приданного «Густлоффу» эскорта — лёгкого миноносца «Löwe»).
Из-за нехватки топлива лайнер шёл прямым курсом, без выполнения противолодочного зигзага, а повреждения корпуса, полученные ранее при бомбардировках, не позволяли развить ему большую скорость (на скорости всего 12 узлов (22,2 км/ч).

В результате торпедной атаки Маринеско на «Густлофф» погибли из 918 матросов и офицеров 2-й учебной дивизии подводных сил 406 человек (44%), из 173 членов экипажа — 90 (52 %), из 373 военнослужащих вспомогательной службы ВМФ — 250 (67 %), из почти 5150 беженцев и раненых — 4600 (89 %).

Ранее считалось, что немецким ВМС был нанесён серьёзный урон. Так, по свидетельству журнала «Марине» (1975, №2-5, 7-11, ФРГ), с кораблём погибли 1300 подводников, среди которых находились полностью сформированные экипажи подводных лодок и их командиры. Погибших немецких подводников хватило бы для укомплектования 70 подводных лодок среднего тоннажа.

Впоследствии советская печать потопление «Вильгельма Густлоффа» назвала «атакой века», а Маринеско — «подводником №1», что не совсем обоснованно, поскольку подводники других стран топили значительно более крупные корабли, в том числе и боевые.

«Вильгельм Густлофф» был крупнейшим по тоннажу теплоходом, потопленным советскими подводниками, и вторым по числу жертв. Оценки действиям Маринеско и экипажа С-13 сильно разнятся, от чрезвычайно положительных (в советских источниках) до осуждающих (в иных источниках).
Кто-то пишет, что Маринеско, прорвав мощную противолодочную оборону, нанес существенный урон противнику, уничтожив десятки экипажей немецких подводников,
Кто-то называет Маринеско военным преступником, хладнокровно расстрелявшим беззащитные транспорты с женщинами и детьми.

Да, «Вильгельм Густлофф» был законной военной целью, потому что помимо беженцев на его борту были военные и артиллерия, да и в списках числился не санитарным транспортом, а военной плавбазой. Но он шёл тихим ходом, не маневрируя, практически без охранения. Некоторое время «Вильгельм Густлофф» шёл с включёнными ходовыми огнями, и, скорее всего, именно тогда его и обнаружил экипаж 13-й. В 1945 году атака подобной цели не требовала применения сложных тактических приемов и являлась для подводников всех стран рядовым событием.

Исследователь катастрофы Гейнц Шён заключает, что лайнер представлял собой военную цель, и его потопление не являлось военным преступлением, так как:
1\ суда, предназначенные для перевозки беженцев и госпитальные суда должны были быть обозначены соответствующими знаками (красным крестом),
2\ не могли носить камуфляжную окраску,
3\ не могли идти в одном конвое вместе с военными судами,
4\ на их борту не могли находиться какие-либо военные грузы,
5\ стационарные и временно размещённые орудия ПВО, артиллерийские орудия или иные аналогичные средства.

«Вильгельм Густлофф» был вспомогательным кораблём ВМС, на который позволили подняться шести тысячам беженцев. Вся ответственность за их жизнь, с того момента как они поднялись на боевой корабль, лежала на соответствующих должностных лицах немецкого военного флота. Таким образом, «Густлофф» являлся законной военной целью советских подводников, ввиду следующих фактов:

1\ «Вильгельм Густлофф» не являлся безоружным гражданским судном: на его борту имелось вооружение, которым можно было бороться с кораблями и авиацией противника;
2\ «Вильгельм Густлофф» являлся учебной плавучей базой для подводного флота Германии.
3\ «Вильгельм Густлофф» шёл в сопровождении боевого корабля военно-морского флота Германии ( миноносец «Лёве»);
4\ «Вильгельм Густлофф» не имел опознавательного знака «красный крест» и нёс камуфляжную окраску.
5\ Большая часть погибших не имела отношения к ВМС Германии. Из находившихся на борту (оценочно) 1464 здоровых военнослужащих погибло (предположительно) около половины.

Во время похода Михаил Коробейник, радист С-13, непосредственный участник «атаки века», вёл дневник. Вот как они описывал «атаку века».
«24 января. Красные чёрточки, которыми я отмечаю на карте занимаемый район, приближаются к Данцигу. Скоро должна быть хорошая добыча. В 16:00 выходим в атаку на транспорт водоизмещением 12 тыс. тонн, но атака не вышла в связи с тем, что обнаружен он был поздно, когда уже заходил в бухту. Транспорт шёл в сопровождении двух миноносцев. Пытались догнать, но не удалось. «Батя» сильно ругал акустика и вахтенного офицера за несвоевременное обнаружение этого транспорта. Продолжаем поиски.
29 января. Обнаружили силуэт транспорта и сблизились с ним. Стали выходить в атаку, но оказалось, что это была ловушка. Катера противника сбросили 6 глубинок. Пока лодка лежала на грунте, над ней проходили тральщики и сторожевики.
30 января. В 19:05 снялись с грунта, а в 19:30 всплыли. В 21:20 боевая тревога – обнаружен силуэт транспорта. Полтора часа шли полным ходом за ним. В 23:05 легли на боевой курс и выпустили 3 торпеды, через 30 секунд услышали взрыв. Цель поражена. Лайнер противника затонул. В 23:07 срочное погружение. Слышим шум винтов и работу акустики миноносца и сторожевика, стараемся оторваться от них. Миноносец ушёл, а 5 сторожевиков и 1 тральщик продолжают поиски. Находятся они недалеко от нас. Всего сбросили 11 глубинок. Огромной силы взрывы каждый раз сотрясали лодку. Были в полном окружении, но вышли из него удачно.
10 февраля. Продолжаем преследовать обнаруженный транспорт. В 02:50 произвели залп из двух кормовых аппаратов и через 1 мин 52 сек слышали их взрыв, а в 03:05 слышим три взрыва большой силы, происходящие на нашей жертве. Наблюдавшие за взрывами торпед пришли в удивление, когда увидели освещенный при взрыве крейсер противника. Крейсер пошёл в подводное царство».

10 февраля 1945 года на подходе к Данцигской (Гданьской) бухте С-13 потопила транспорт раненых «Штойбен», на борту которого находились 2680 раненых военнослужащих, 100 солдат, около 900 беженцев, 270 человек военного медперсонала и 285 членов экипажа судна. Из них спаслось 659 человек, из которых раненые составляли около 350. Потопленное судно было вооружено зенитными пулемётами и орудиями, шло в боевом охранении и перевозило в том числе здоровых солдат: в связи с этим, строго говоря, его нельзя было относить к госпитальным судам. Сам Маринеско идентифицировал атакованное судно как лёгкий крейсер «Эмден».

За потопление «Вильгельм Густлофф» и «Штойбен» командиру С-13 Маринеско не только простили прежние прегрешения, но и представили к званию Героя Советского Союза. Однако командир бригады ПЛ капитан 1 ранга Л.А.Курников понизил статус награды до ордена Красного Знамени.

Шестой боевой поход 20 апреля по 13 мая 1945 года был признан неудовлетворительным. 31 мая командир дивизиона ПЛ подал рапорт вышестоящему командованию, в котором указывал на то, что командир подлодки всё время пьёт, служебными обязанностями не занимается, и его дальнейшее пребывание в данной должности нецелесообразно. Появились первые признаки эпилепсии Маринеско, и как отмечает В. Е. Звягинцев, «пил и безобразничал уже больной человек».

14 сентября 1945 года вышел секретный приказ № 01979 наркома ВМФ Н.Г.Кузнецова, по которому Маринеско был уволен с должности командира подлодки и разжалован до старшего лейтенанта «За халатное отношение к служебным обязанностям и бытовую распущенность».
С 18 октября 1945 года по 20 ноября 1945 года Маринеско был командиром тральщика Т-34 2-го дивизиона тральщиков 1-й Краснознамённой бригады траления Краснознамённого Балтийского флота.
20 ноября 1945 года по приказу наркома ВМФ № 02521 старший лейтенант Маринеско А. И. был уволен в запас.

В 1960 году министр обороны Малиновский отменяет приказ Наркома Кузнецова, восстанавливает его в звании и возвращает пенсию. Советские пропагандисты придумывают термин «атака века», и сам Кузнецов в своих мемуарах уже вспоминает об экипаже С-13 и Маринеско, как о героях.

Александр Иванович успел при жизни дождаться реабилитации. Он скончался в 1963 году в Ленинграде от рака.

Александр Маринеско рекордсмен среди советских подводников по суммарному тоннажу потопленных судов противника. Подводные лодки под командованием Александра Маринеско совершили шесть боевых походов: два транспорта потоплены, один повреждён.

После войны в 1946-1949 годах Маринеско работал старшим помощником капитана на судах Балтийского государственного торгового пароходства. Вероятно, что был самый счастливый период в его жизни, потом ухудшение здоровья и списание с плавсостава.

В 1949 году работал заместителем директора Ленинградского НИИ переливания крови. Тогда же в 1949 году Маринеско был осуждён на три года лишения свободы по обвинению в разбазаривании социалистической собственности; наказание отбывал в 1949-1951 годах в Ванино. В 1951-1953 годах работал топографом Онежско-Ладожской экспедиции, с 1953 года — руководил группой отдела снабжения на ленинградском заводе «Мезон».

Умер Александр Иванович Маринеско в Ленинграде после долгой и тяжёлой болезни 25 ноября 1963 года.

Подвиг Маринеско долгое время замалчивался. В 1977 году скульптор-моряк Валерий Приходько на собранные моряками деньги поставил в городе Лиепая памятник Маринеско и его героическому экипажу.

5 мая 1990 года Указом Президента СССР Михаила Горбачёва, после реабилитации, инициированной газетой «Известия», Александру Ивановичу Маринеско посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

В Санкт-Петербурге на Кондратьевском проспекте в качестве экспоната «Музея Подводных Сил им. А.Маринеско» стоит рубка подлодки проекта Б-641 – на такой же служил я шифровальщиком сорок лет назад в Полярном.
Я внимательно осмотрел все экспонаты Музея истории подводных сил России, а потом прошёл на Богословское кладбище, где похоронен Маринеско, чтобы отдать честь герою Советского Союза.

В Петербурге есть музей подлодки С-189 – примерно на такой же служил Александр Иванович Маринеско. Я посетил этот музей в День моряка-подводника 19 марта 2017 года.

Судьбе Маринеско посвящены художественные фильмы «О возвращении забыть», «Первый после Бога» и «Густлофф» / Die Gustloff (ФРГ).
Потопление «Вильгельма Густлоффа» описывается в романе немецкого писателя Гюнтера Грасса (род.1927) «Трактория краба».

30 мая 2007 года я был в актовом зале Ленгосуниверситета, где выступал Гюнтер Грасс — лауреат Нобелевской премии в области литературы (1999 г.) Грасс представил свой роман «Луковица памяти», вышедший в Германии в 2006 году, и прочитал отрывки из романа «Траектория краба». Очень интересно было послушать из уст Гюнтера Грасса, как он описывает атаку советской подводной лодкой С-13 под командованием Маринеско судна «Вильгельм Густлофф». Для нас это героическая победа, для немцев — преступление и трагедия.

Памятники А.И.Маринеско установлены в Калининграде, в Санкт-Петербурге и в Кронштадте. Недавно я вновь посетил город моряков Кронштадт. Памятник Маринеско находится на территории военно-морской части Балтийского флота, и осмотреть невозможно. Зато есть мемориальная доска на доме №2 по Коммунистической улице, где он жил Маринеско, и музей героя в магазине того же дома.

В Ленинграде улица Строителей, на которой жил Александр Иванович, в 1990 году переименована в улицу Маринеско, установлена мемориальная доска.

На Большом Сампсониевском проспекте у проходной завода «Мезон», где с 1953 года работал А.И. Маринеско, установлен бюст герою-подводнику.

Именем А.И. Маринеско названы набережная в Калининграде и улица в Севастополе и Кишинёве. В Центральном музее Вооружённых Сил экспонируется флаг подводной лодки «C-13».

В сентября 2020 года я приехал в Калининград и на набережной Маринеско сфотографировался у памятника Герою Советского Союза.
Потом посетил Музей мирового океана, где в качестве действующего экспоната пришвартована подводная лодка проекта Б-641 — точно такая, на какой я служил в Полярном в 1978-1980 годы. Когда я спустился в родную подлодку, то почти час не мог выйти оттуда, переходя из отсека в отсек и вспоминая свою службу. Меня принимали за экскурсовода, а я с удовольствием рассказывал, где ел, спал и где расшифровывал получаемые радиограммы.

Служба на подводных лодках военно-морского флота без преувеличения считается самой сложной и героической. Когда приезжаю в Сестрорецк, почти всегда прихожу к мемориалу погибшим подводникам у храма Петра и Павла, чтобы почтить память героев-подводников.
Да, большую цену пришлось заплатить за Великую Победу!

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё, что я хочу сказать людям, заключено в главных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А как Вы оцениваете ПОБЕДУ АЛЕКСАНДРА МАРИНЕСКО?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература