Сегодня исполнилось бы 80 лет Иосифу Александровичу Бродскому – выдающемуся русскому поэту, лауреату Нобелевской премии по литературе. В связи с пандемией вспомнили его стихотворение «Не выходи из комнаты…». Это сейчас Бродского называют гением, а в СССР называли тунеядцем и антиобщественным типом.
Он был человеком свободомыслия – свободным в несвободной стране. Бродский не желал приспосабливаться и быть винтиком в механизме советского государства. Он не хотел вписываться в обычную советскую среду, он вываливался из советского стандарта, он был чужим среди своих. Но он отстоял право быть собой!
«Его личная трагедия стала его триумфом, не перестав быть трагедией», – заключил один близкий знакомый Иосифа.
«В настоящей трагедии гибнет не герой – гибнет хор», – сказал в Нобелевской речи Бродский в 1987 году.
В 1991 году СССР распался. Бродский умер спустя пять лет после гибели «хора». Было ли это самоубийство или естественная смерть, до сих пор не известно, – вскрытия не было. Когда я был на открытии музея Бродского «Полторы комнаты» в доме Мурузи, то подумал: а мечтал ли Иосиф дожить до 80 лет?

Иосиф Бродский родился 24 мая 1940 года в Ленинграде. Раннее детство Иосифа пришлось на годы войны, блокады, послевоенной бедности. В 1942 году после блокадной зимы Мария Моисеевна с Иосифом уехали в эвакуацию в Череповец. После окончания войны и возвращения в Ленинград Иосиф в 1947 году пошёл в школу №203 на Кирочной улице. В 1950 году перешёл в школу №196. В 1953 году учился в школе №181 в Соляном переулке, где его оставили на второй год.

С детства Иосиф мечтал о море. В 1954 году он подал заявление во Второе Балтийское морское училище, но принят не был. Пришлось продолжить учёбу в 7-ом классе школы №276, что на Обводном канале.
В 1955 году родители переехали в знаменитый Дом Мурузи на Литейном проспекте, где в их распоряжении было «полторы комнаты» общей площадью 40 квадратных метров – по тем временам довольно много.

В 1955 году в неполные шестнадцать лет, закончив только семь классов, Бродский бросил школу и поступил учеником фрезеровщика на завод «Арсенал».
«У Иосифа были амбиции на взвод. Он не мог учиться, при том, что это был умнейший человек», – так говорят современники.

В течение пяти лет после ухода из школы Бродский работал истопником в котельной, матросом на маяке, безуспешно пытался поступить в школу подводников; загорелся идеей стать врачом, месяц работал помощником прозектора в морге при областной больнице, анатомировал трупы, но в конце концов отказался от медицинской карьеры.
С 1957 года был рабочим в геологических экспедициях на Белом море, в Восточной Сибири и в Северной Якутии. Летом 1961 года после нервного срыва вернулся в Ленинград. В это время Иосиф много, но хаотично читает: поэзию, философскую и религиозную литературу, самостоятельно изучает английский и польский языки.

По словам Бродского, стихи он начал писать в восемнадцать лет. Первым опубликованным стихотворением Бродского стала «Баллада о маленьком буксире», напечатанная в сокращённом виде в детском журнале «Костёр» №11 за 1962 год.
14 февраля 1960 года состоялось первое крупное публичное выступление Бродского на «турнире поэтов» в ленинградском Дворце культуры им. Горького. Прочтение им стихотворения «Еврейское кладбище» вызвало скандал.

Родители признавались, что стихов сына никогда не понимали. Не понимали они и его поведения, нежелания работать на одном месте, потребности быть свободным от всяческих уз.

Стремление к полной независимости было основной чертой характера Бродского. Не всякий жаждет свободы. Бродский свободы жаждал, поскольку она была необходима для творчества.

В августе 1961 года Евгений Рейн познакомил Бродского с Анной Ахматовой, которая жила на своей даче (или, как она выражалась, в «будке») в посёлке Комарово.
Бродский всегда с уважением высказывался о минутах, проведённых возле Ахматовой.

Ахматовой приписывают слова о том, что была эпоха Пушкина и, наверное, когда-нибудь будет эпоха Бродского.
Когда Бродского арестовали по обвинению в тунеядстве, Анна Андреевна выступала в защиту Иосифа. Когда Бродского отправили в ссылку, Ахматова сказала: «Какую биографию делают нашему рыжему!»
После смерти Ахматовой в 1966 году Бродский и Анатолий Найман долго искали место для захоронения Анны Андреевны, и решили, что оно должно быть на кладбище в Комарово.

Молодой Бродский был любвеобилен. Баб у него было много. Но бабником он не считался, поскольку был разборчив.
В 1962 году двадцатидвухлетний Бродский встретил молодую художницу Марианну Басманову, дочь художника П.И.Басманова. Отношения у них были неровные: они то расставались, то вновь сходились. 8 октября 1967 года у Марианны Басмановой и Иосифа Бродского родился сын – Андрей Осипович Басманов. В 1972-1995 годы М.П.Басманова и И.А.Бродский состояли в переписке. Поэт посвятил своей возлюбленной многие лирические стихи.

29 ноября 1963 года в газете «Вечерний Ленинград» появилась статья «Окололитературный трутень», подписанная Я.Лернером, М.Медведевым и А.Иониным. Авторы статьи клеймили Бродского за «паразитический образ жизни».

8 января 1964 года «Вечерний Ленинград» опубликовал подборку писем читателей с требованиями наказать «тунеядца Бродского».
13 января 1964 года Бродского арестовали по обвинению в тунеядстве. Провели принудительную психиатрическую экспертизу на предмет вменяемости и установили, что у Бродского черты психопатической личности.
14 февраля у Иосифа случился в камере первый сердечный приступ. С этого времени Бродский постоянно страдал стенокардией, которая напоминала ему о возможной близкой смерти.

Однако, больше чем арест, суд и приговор, Бродского занимали мысли о разрыве с Марианной Басмановой. Марина навещала Иосифа, когда он находился на обследовании в психиатрической больнице, но больше не показывалась. Любимая женщина изменила и стала встречаться с близким другом Иосифа – Дмитрием Бобышевым. Вынести такое предательство двух близких людей было невозможно. В результате Иосиф предпринял попытку самоубийства.

Весной 1964 года состоялось два заседания суда над Бродским, которые проводила судья Дзержинского суда Е.А.Савельева. Второе заседание суда проходило 13 марта 1964 года в зале Клуба строителей на набережной Фонтанки, 22.
Запись судебного процесса, сделанная Фридой Вигдоровой, была опубликована во влиятельных зарубежных изданиях, даже читалась по «Би-би-си».
Все свидетели обвинения начинали свои показания со слов: «Я с Бродским лично не знаком…».
Смирнов (свидетель обвинения, начальник Дома обороны): «Я лично с Бродским не знаком, но хочу сказать, что, если бы все граждане относились к накоплению материальных ценностей, как Бродский, нам бы коммунизм долго не построить».

13 марта 1964 года на втором заседании суда Бродский был приговорён к максимально возможному по указу о «тунеядстве» наказанию — к пяти годам принудительного труда в отдалённой местности.

О чём думала судья Савельева, вынося заведомо несправедливый приговор Иосифу Бродскому за то, что он жил на 80 копеек в день? Чем оправдывала себя судья, обвиняя будущего нобелевского лауреата в том, что он жил на сумму, чуть большую, чем содержание в тюрьме?

По приговору суда Бродский был сослан (этапирован под конвоем вместе с уголовными заключёнными) в Коношский район Архангельской области. Поэт поселился в деревне Норенская. Несмотря на тяжёлый труд, Бродский вспоминает о поселении в деревне как об одном из лучших периодов своей жизни. Он сочинял стихи, изучал иностранные языки, английскую поэзию, творчество Уистена Одена. В августе и сентябре 1965 года два стихотворения Бродского были опубликованы в коношской районной газете «Призыв».

При активном участии Ахматовой велась общественная кампания в защиту Бродского. Фрида Вигдорова и Лидия Чуковская на протяжении полутора лет неутомимо писали письма в защиту Бродского во все партийные и судебные инстанции и привлекали к делу защиты Бродского людей, пользующихся влиянием в советской системе.

В сентябре 1965 года под давлением советской и мировой общественности (в частности, после обращения к советскому правительству Жан-Поль Сартра и ряда других зарубежных писателей) срок ссылки был сокращён до фактически отбытого, и Бродский вернулся в Ленинград.
Освобождён он был прежде всего в связи со сменой власти в Кремле. Сажали Бродского при Хрущёве, а новый генсек Брежнев поэта освободил.

Бродский был отправлен в ссылку 23-летним юношей, а вернулся 25-летним сложившимся поэтом. «Мне повезло во всех отношениях. Другим людям доставалось гораздо больше, приходилось гораздо тяжелее, чем мне». И даже: «… я-то считаю, что я вообще всё это заслужил».

Из Бродского неформала пытались слепить диссидента, а он стремился быть собой и всячески открещивался от навязываемого ему имиджа.
Бродский – человек, который боролся не с системой, он боролся за право быть самим собой. Иосиф настойчиво уходил от имиджа „жертвы режима“ к имиджу „self-made man“» (человек, сотворивший себя сам).

В СССР за Бродским почти всё время пристально следил Комитет государственного безопасности. В особенности после того, как во время поездки в Самарканд в декабре 1960 года Бродский и его друг, бывший лётчик Олег Шахматов, говорили о планах захватить самолёт для бегства за границу. 29 января 1961 года Бродский был задержан, двое суток просидел в изоляторе КГБ, но был освобождён.

Бродский продолжал писать стихи. За 1966 и1967 годы были опубликованы только 4 стихотворения поэта (не считая публикаций в детских журналах). Зато в самиздате стихи Бродского расходились довольно широко и были хорошо известны в особенности молодёжи.

За границей Бродского считали гением. У нас КГБ считал поэта бездарем и тунеядцем. Когда в 1968 году Бродскому пришло приглашение принять участие в международном поэтическом фестивале, в ответ на приглашение советское посольство в Лондоне заявило: «Такого поэта в СССР не существует».

Иосиф Бродский всегда и везде был чужой странный непонятный необыкновенный чужак. Бродский признавал: «Я не знаю, кто я. Я знаю, что я не самый замечательный человек. Я знаю, чего я натворил в этой жизни, кому я причинил зло. Ну конечно же я себя прощаю. Но в конечном счёте я простить себе этого не могу».

Бродский хотел жениться на иностранке, чтобы уехать на Запад, но иметь возможность приезжать на родину к родителям. В 1971 году Иосиф познакомился с дочерью высокопоставленного американского дипломата Кэрол Аншютц, которая приехала на стажировку в Ленинград.

КГБ знал почти всё о планах и действиях Бродского. «Если бы я появился на улице Пестеля, фасад Эрмитажа сорвался бы и побежал доносить в КГБ», – шутил Иосиф.
Так, может быть, кто-то «стучал» на Бродского?
Этот вопрос я задал близкому другу Иосифа Бродского Якову Гордину. По словам Гордина их «младший приятель» (Владимир Соловьёв) был информатором. Теперь писатель и политолог Владимир Соловьёв живёт в Нью-Йорке.

10 мая 1972 года Бродского вызвали в ОВИР и поставили перед выбором: немедленная эмиграция или «горячие денечки» (в устах КГБ это означало допросы, тюрьмы и психбольницы). Перед отъездом из страны он пишет письмо главе СССР Л.И.Брежневу.

4 июня 1972 года лишённый советского гражданства Бродский вылетел из Ленинграда по предписанному еврейской эмиграции маршруту в Вену, уплатив 500 долларов. Поэт навсегда покинул родину, увозя печатную машинку, две бутылки водки для Уистена Одена и сборник стихов Джона Донна.

Прилетев в Вену, Бродский оказался на распутье и фактически завис. В Израиль, как все евреи, он ехать почему-то не хотел. А в Америку не пускали, поскольку пришла информация, что Бродский пытался заключить фиктивный брак с американкой Кэрол Аншютц, что по законам США преступление.

Друг Бродского Карл Проффер приехал в Вену встретить Иосифа, но узнал, что власти США не хотят видеть Бродского в Америке. Тогда он подключил своих друзей. Американский журналист Строуб Тэлботт убедил дипломатов, что США должны оказать Бродскому любую возможную помощь, поскольку он украсит американскую культуру.

9 июля 1972 года Бродский переезжает в США и принимает пост «приглашённого поэта» в Мичиганском университете в городке Энн-Арбор с окладом 12 тысяч долларов (что по тем временам было немало). Там он преподаёт с перерывами до 1980 года.
Закончив в СССР неполные 8 классов средней школы, Бродский в США ведёт жизнь университетского преподавателя, занимая на протяжении последующих 24 лет профессорские должности в шести американских и британских университетах.

Как жил Бродский в Америке можно судить по его американскому кабинету. Я с интересом ознакомился с временной экспозицией «Американский кабинет Иосифа Бродского». Она размещена в музее Анны Ахматовой в Санкт-Петербурге. Там даже есть вещи из дома поэта в Саут-Хэдли.

В Америке Бродский встречался со многими своими соотечественниками. К нему приезжали поэты и писатели из СССР. Были среди них Белла Ахмадулина и Борис Мессерер. 28 мая 2015 года я был в музее Анны Ахматовой на встрече с Борисом Мессерером, который делился своими воспоминаниями об Иосифе Бродском.

Бродский любил повторять: «главное – величие замысла»!
О себе Бродский говорил так: «Я — еврей, русский поэт и американский гражданин».

«Он очень гордился, что он американский гражданин. Но из него невозможно было изгнать Россию. Она была частью его существа».
Роберт Морган считает: «Он (Бродский) не ненавидел Россию, он ненавидел систему».

Евгений Рейн вспоминает: «В Нью-Йорке Бродского окружали семь женщин, которые были очень похожи, и которые сами выбирали, какая ночь кому принадлежит. Бродский в это не вмешивался … Бродский придерживался одного типа женщин. Его жена Мария очень похожа на первую влюблённость Марианну Басманову».

24 марта 2016 года меня пригласили в музей-квартиру А.С.Пушкина на Мойке,12 для встречи с поэтом и переводчиком Аннелизой Аллевой. Я познакомился с ней заочно, когда год назад посмотрел фильм «Бродский не поэт». Аннелиза известна полудружескими-полулюбовными отношениями с Иосифом Бродским, пришедшимися на период между Марианной Басмановой и Марией Соццани.

Иосиф и Аннелиза познакомились в 1981 году в Риме, где Бродский читал лекцию о Марине Цветаевой. Недавняя студентка Аллева стояла к нему в очереди за автографом, и вместе с росписью получила номер телефона. После этого – годы общения, которые были одновременно любовной интригой, дружбой, безответной влюблённостью в зрелого мужчину, отношениями ученицы и учителя, диалогом двух коллег-поэтов. В 1981 году Аннелиза приехала на стажировку в Ленинград. Она стала «итальянским связным» Бродского – передавала новости и гостинцы от изгнанного поэта его родителями.

Изгнание для поэта состояние метафизическое. В какой-то мере это признание: раз изгоняют, значит он что-то из себя всё-таки представляет. Изгоняли поэтов и в Древней Греции и в Древнем Риме.

Изгнанничество – прежде всего внутреннее состояние. Для поэта это часть его экзистенции.
Можно жить в этой стране, но ощущать себя изгнанником. Жизнь в изгнании – существование в нескольких мирах-измерениях. Отчуждение и отстранение сродни странствующей душе поэта.

Каждый поэт по-своему изгнанник из всего обыденного. Он пытается взглянуть на привычный мир извне, увидеть то, что недоступно «замыленному» взору, он бежит из повседневного мира в другие миры-измерения.

Поэт особенно остро чувствует свою «заброшенность» в этот мир, и потому особенно остро ощущает свою инаковость и предназначенность.
Поэт ощущает своё изгнание не из страны, где он родился, а из своей небесной отчизны, откуда все мы родом и куда обязательно вернёмся.
Поэт – изгнанник не этого мира, а из мира Горнева!

Сюзан Зонтаг (американская писательница и близкий друг Бродского) говорила: «Я уверена, что он рассматривал своё изгнание как величайшую возможность стать не только русским, но всемирным поэтом…».

Бродский тяжело переживал своё изгнание и решил взять реванш – отомстить советской власти за выдворение из страны. Получить Нобелевскую премию – это была его мечта.
Бродский был уверен, что получит Нобелевскую премию в 1986 году. Он ошибся. Нобелевку (видимо, уже обещанную) дали в 1987.
Получение Нобелевской премии Ося предсказал себе в двадцатилетнем возрасте.

47-летний Бродский стал самым молодым лауреатом Нобелевской премии по литературе, которая была присуждена ему «за всеобъемлющее творчество, проникнутое ясностью мысли и поэтической интенсивностью».
Когда я был в Стокгольме, то посетил музей Альфреда Нобеля, где поинтересовался нобелевским лауреатом Иосифом Бродским.

В чём же тайна творчества Бродского? Что помогло Бродскому стать самым молодым поэтов, получившим из рук короля Швеции почётный диплом и золотую медаль лауреата Нобелевской премии по литературе?
Получил бы Иосиф Бродский Нобелевскую премию, если бы остался в СССР?

После вручения в1987 году Нобелевской премии по литературе внимание к Бродскому в СССР возвращается. В журнале «Новый мир» появляются подборка его стихотворений. В 1989 году Бродский был реабилитирован по процессу 1964 году

Если за границей литературоведы считали Бродского гением, то в СССР КГБ решало, кто поэт, а кто бездарь. Бывший могущественный начальник 5-го управления КГБ СССР Филипп Денисович Бобков и в 90 лет не отказывается от своего мнения о Бродском:
«Он просто дрянь был и всё… Потому что он вёл себя так, как ему надо было, и хотел себя именно так вести. Это не интересный человек. Когда он уехал, он остался вычеркнутым совершенно. Там (на Западе – НК) его вытягивали уже, пытались из него что-то делать. А он-то что? – ничего. … Я в нём большого поэта и большого таланта никогда не видел. Даже когда он уехал. Если бы талант, он бы закрепился и никто бы его не скинул… Выгнали и выгнали…»

В беседе с Дмитрием Радышевым в Нью-Йорке на вопрос «Что даёт поэзия?» Бродский ответил:
«Поэзия не развлечение и даже не форма искусства, но, скорее, наша видовая цель. Если то, что отличает нас от остального животного царства, – речь, то поэзия – высшая форма речи, наше, так сказать, генетическое отличие от зверей. Отказываясь от неё, мы обрекаем себя на низшие формы общения, будь то политика, торговля и т.п. … Это уникальный инструмент познания».

Бродский говорит о том, что Поэзия противостоит трагизму бытия, внося в него смысл и гармонию, которых лишена материальная реальность. Человек заблудился в этом мире иллюзий, потерял ориентиры. Мир абсурда, в котором причина и следствие поменялись местами. Мир хаоса. Апогей бессмысленности. Существование между двумя безднами небытия…

Существует ли поэт без слушателя? Безусловно!
Поэт – он не для слушателей, он для себя самого.
Поэт предназначен не для кого-то, а для ЧЕГО-ТО.
Поэзия – отголосок Вечности!

Поэзия – это состояние неопределённости, отстранённости, медитации. Поэт в некотором роде медиум. Неслучайно в древности поэтов считали пророками, «гласом божиим». Поэт видит и показывает то, что не видно повседневному человеку.

Кому-то поэзия кажется никчёмным, праздным занятием. Но на мой взгляд поэзия – пример плодотворного созерцания. Она даёт нам очки, которые позволяют увидеть все краски мира и смыслы мира.

Поэзия создаёт не только новые слова, но и новые смыслы.
Поэт видит в слове скрытую (подводную) часть смысла, которую несёт слово.
Поэт – это «метафизический бандит», он захватывает мир и всё в нём называет своими именами.

«Поэт в России больше, чем поэт». Однако не гражданственность высшая точка самореализации поэта, а пророчество.
Поэт – это наивысшая самореализация человека!

Поэзия, да и жизнь Бродского, это сопротивление обессмыслившейся физической реальности, наделение смыслом каждого отдельного человеческого бытия. Он создавал образы, метафоры, в меньшей степени – мысли. Слово, будучи нематериальным, нетленно, и потому на него одна надежда.

Бродский очень любил Венецию. Он часто наведывался в этот город, так напоминающий ему родной Ленинград.
«Венеция- вся – произведение искусства, там особенно отчётливо понимаешь, что созданное руками человека может быть намного прекраснее самого человека».
«Если существует перевоплощения, я хотел бы свою следующую жизнь прожить в Венеции – быть там кошкой, чем угодно, даже крысой, но обязательно в Венеции», – писал Бродский.

Метафизика для Бродского оказывается критерием художественного качества. Буквальной веры у него нет. Он – агностик, тяготеющий к позитивистской картине мира. Мир его сугубо материальный, где ничто мистическое не предполагается.

В своей Нобелевской речи Бродский сказал:
«Существует, как мы знаем, три метода познания: аналитический, интуитивный и метод, которым пользовались библейские пророки, – посредством откровения. Отличие поэзии от прочих форм литературы в том, что она пользуется сразу всеми тремя (тяготея преимущественно ко второму и третьему), ибо все три даны в языке, и порой с помощью одного слова, одной рифмы пишущему стихотворение удаётся оказаться там, где до него никто не бывал, – и дальше, может быть, чем он сам бы желал.

Пишущий стихотворение пишет его прежде всего потому, что стихосложение – колоссальный ускоритель сознания, мышления, мироощущения. Испытав это ускорение единожды, человек уже не в состоянии отказаться от повторения этого опыта, он впадает в зависимость от этого процесса, как впадает в зависимость от наркотиков или алкоголя. Человек, находящийся в подобной зависимости от языка, я полагаю, и называется поэтом.

Независимо от того, является человек писателем или читателем, задача его состоит прежде всего в том, чтобы прожить свою собственную, а не навязанную или предписанную извне, даже самым благородным образом выглядящую жизнь».

Бродский признавал: «Две вещи оправдывают существование человека на земле: любовь и творчество».
В 1990 году Иосиф Бродский женился на Марии Соццани – итальянской аристократке русской по материнской линии, 1969 года рождения.
С Марией Соццане Бродский познакомился в Париже в декабре 1989 года на его лекции. А через год они плыли вместе на гондоле по Гранд-каналу Венеции и поэт был счастлив. В 1993 году у них родилась дочь Анна.

Бродский всех удивил своей неожиданной женитьбой. Потому что когда ему исполнилось 50 лет, он говорил, что навсегда одинок. Он вообще собирался умереть в возрасте 40 лет, и удивлялся, что так долго живёт.

«Век скоро кончится, но раньше кончусь я», – пророчествовал пятидесятилетний Бродский. В своё пятидесятилетие Бродский, по признанию друзей, был в полной депрессии, с «каменным лицом» ходил.
Смерть, по Бродскому, – это абсолютное уничтожение, безысходный ужас.
«Мы все приговорены к одному и тому же – к смерти. Умру я, пишущий эти строки, умрёте вы, их читающий. Никто не должен мешать друг другу делать его дело. Условия существования слишком тяжелы, чтобы их ещё усложнять», – писал Бродский.
Бродский называл своё творчество как «упражненья в умирании».

28 января 1996 года в своём доме в Нью-Йорке Иосиф Александрович Бродский скончался.
Главной причиной смерти Бродского его лечащий врач называл привычку поэта много курить. Иосиф почти не выпускал сигарету из рук. Очень трудно найти фотографию Бродского, где бы он был без сигареты.

От отца Иосиф унаследовал болезнь сердца. Приступы стенокардии преследовали поэта всю жизнь, а вместе с ними и мысли о смерти.
Бродский перенёс 4 инфаркта, но курить не бросал. Курил он по 3-4 пачки в день, да ещё отрывал фильтр для крепости. Врачи запретили поэту курить, ведь табакокурение это медленное самоубийство.
Не пил Бродский разве что сухую воду. Каждый день 4 чашки крепкого кофе плюс 20-30 сигарет без фильтра. Естественно, это сказалось на сердце.
Была ли смерть Бродского естественной или нет, теперь приходится только гадать. Вскрытия не было.
Почему?

Поэт и переводчик Илья Кутик в своих широко цитируемых воспоминаниях, посвящённых последней воле и похоронам Бродского, говорит:
«За две недели до своей смерти Бродский купил себе место в небольшой часовне на нью-йоркском кладбище по соседству с Бродвеем (именно такой была его последняя воля). После этого он составил достаточно подробное завещание. Был также составлен список людей, которым были отправлены письма, в которых Бродский просил получателя письма дать подписку в том, что до 2020 года получатель не будет рассказывать о Бродском как о человеке и не будет обсуждать его частную жизнь; о Бродском-поэте говорить не возбранялось».

В биографии Иосифа Бродского Лев Лосев на странице 283 пишет: «Вечером в субботу 27 января 1996 года он набил свой видавший виды портфель рукописями и книгами, чтобы завтра взять с собой в Саут-Хедли. В понедельник начинался весенний семестр. Пожелав жене спокойной ночи, он сказал, что ему нужно ещё поработать, и поднялся к себе в кабинет. Там она и обнаружила его утром – на полу. Он был полностью одет. На письменном столе рядом с очками лежала раскрытая книга – двуязычное издание греческих эпиграмм. … Сердце, по мнению медиков, остановилось внезапно».

Если «сердце, по мнению медиков, остановилось внезапно», то по какой причине? Это могло быть и по причине убийства, и по причине самоубийства, и по причине непринятия вовремя лекарства, и это мог быть инфаркт.

Почему не было полицейского расследования причин смерти?
А если смерть была естественной, то почему не было медицинского вскрытия?

Приятель Бродского писатель Владимир Соловьёв, живущий в Нью-Йорке, свидетельствует: «Он пошёл к себе наверх в бруклинском доме. Что было в дальнейшем – молчание. Жена его, когда проводила гостя, она нашла его на полу, лицом вниз, очки разбились. Он умер».

По одним показаниям, очки Иосифа лежали на столе, по другим, очки были разбиты. Значит он упал, когда стоял или ходил по комнате. Бродский собирался в Саут-Хэдли на начало студенческого семестра, видимо, читать лекции. Ему нужно было выспаться. Но он не спал. В два часа ночи позвонил Барышникову и сказал прощальные слова: «Миша, будь хорошим». После этих слов Иосиф Бродский умер.

1 февраля 1996 года в Нью-Йорке в Епископальной приходской церкви Благодати прошло отпевание. На следующий день состоялось временное захоронение: тело в гробу, обитом металлом, поместили в склеп на кладбище при храме Святой Троицы (Trinity Church Cemetery), на берегу Гудзона, где оно хранилось до 21 июня 1997 года.

Не могу поверить, чтобы Бродский в своём завещании не высказал желания быть похороненным в определённом месте.
Из России от депутата Государственной думы Галины Старовойтовой пришла телеграмма с предложением перевезти тело поэта в Петербург и похоронить его на Васильевском острове, но оно не было принято.

Решение вопроса об окончательном месте упокоения поэта заняло больше года. По словам вдовы Бродского Марии, идею о похоронах в Венеции высказал один из его друзей. «Вероника Шильц, многолетний ближайший друг и адресат нескольких стихотворений, и Бенедетта Кравери, которой посвящены «Римские элегии», договорились с властями Венеции о месте на старинном кладбище Сан-Микеле». (Лев Лосев с.283).

Хотя бесчувственному телу
Равно повсюду истлевать,
Лишённое родимой глины
Оно в аллювии долины
Ломбардской гнить не прочь, – понеже
Всё тот же грунт и черви те же.
Стравинский спит на Сан-Микеле…

21 июня 1997 года на кладбище Сан-Микеле в Венеции состоялось перезахоронение тела Иосифа Бродского. Бродский не был православным и не был католиком. Поэтому похоронили его в протестантской части кладбища. Эпитафия на захоронении Бродского гласит: «Со смертью не всё кончается» (из элегии Проперция Letum non omnia finit).

«Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной.
Только с горем я чувствую солидарность.
Но пока мне рот не забили глиной,
из него раздаваться будет лишь благодарность».

Не ценится поэт, пока средь нас живёт,
Но станет знаменит, как только он умрёт.
Укором служит он для тех, кто спит душой.
Он странник на Земле, он странный, он чужой.
Поэт — слуга Небес, орудие Творца,
Бог в лицах всех творцов, и Он же без лица.
Невзгоды — хлеб души, и стимул нам расти,
И чтоб поэтом стать, ты их благодари.
Поэт — всегда борец, художник и герой.
И Бог им говорит. Он только Богу свой!
(из моего романа-быль «Странник» (мистерия) на сайте Новая Русская Литература

А по Вашему мнению, БРОДСКИЙ – АНТИОБЩЕСТВЕННЫЙ ГЕНИЙ?

P.S. Мои статьи об Иосифе Бродском ПОЛНОСТЬЮ можно прочитать здесь:
Тайна жизни Бродского
Тайна смерти Бродского
Бродский за границей
Разгадка поэтики Бродского

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Весной этого года в Открытом философском факультете Петербурга я прослушал курс лекций доктора философских наук, профессора Санкт-Петербургского госуниверситета Александра Иосифовича Бродского. Шесть лекций были посвящены разным темам, но объединены общим смыслом – философией нарратива.
Бродский считает, что философия нарратива (т.е. повествования, рассказа) – это философия, утверждающая, что человек есть, прежде всего, «существо, рассказывающее истории», и что все остальные отправления нашего духа – метафизика, политика, наука, память о прошлом и т.д. – зависят от того, каким образом мы связываем события в сюжет. Бродский понимает нарратив как описание процесса доказывания смысла.
У меня сложилось впечатление, что все шесть лекций Бродского (о судьбе, о чуде, о богоборчестве, о поле и сексе, о Боге и реальности небытия) были нарративом о Боге.

Нарратив – это повествование, раскрывающее в рассказе какой-то большой смысл. Идея, выраженная одной фразой, придаёт рассказу целостность.

Нарратив является рассказом, который всегда можно пересказать по-другому; главное – сохранить смысл и финал. Именно финал определяет смысл всего повествования.

В процессе чтения нарратив автора заменяется нарративом читателя, по-своему понимающего и пересказывающего текст. Пересказывающий текст в свою очередь становится Автором для другого Читателя, и так далее. Таким образом, нарратив является рассказом, который всегда можно рассказать по-другому. А если пересказать невозможно, если истории и смысла нет, то это повествование не нарратив.

Оба моих романа безусловный нарратив. В романе-исследовании «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» основная мысль дана в самом начале, доказывается на протяжении всего текста и ею заканчивается: «Быть может, цель жизни состоит в том, чтобы научиться любить, любить несмотря ни на что».
В романе-быль «Странник»(мистерия) главная мысль «СМЫСЛ – ОН ВЕЗДЕ» и «ЛЮБОВЬ ТВОРИТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ».

В романе Ф.М.Достоевского «Бесы» самоубийца Кириллов говорит: «Если Бог есть, то вся воля Его, и из воли Его я не могу. Если нет, то вся воля моя, и я обязан заявить своеволие, потому что вся воля моя».
«Кто убьёт себя только для того, чтобы страх убить, тот тотчас Бог станет».
«Если нет Бога, то я – Бог».

«Существует только два взгляда на мир: есть Бог или Бога нет! Вся философия и мировая история на том держится: существует Царство Божие или нет его?! И я смертью своей хочу доказать, что есть жизнь после смерти, что душа бессмертна, и есть Бог, и Суд есть, и Царство Небесное. Это спасёт людей от той пропасти, в которую они толкают себя, переродит их морально и физически. А если нет ничего, то и тогда смерть моя не будет напрасной. Избавлю мир от иллюзий. Хотя… раз я испытываю потребность доказать бессмертие души… не есть ли это косвенное доказательство существования Царства Небесного?
— Не логично.
— Плевал я на логику. Я чувством живу. Чувства говорят мне больше, чем разум. Я не могу жить без Бога! Без Бога я не вижу смысла своей жизни: живу я или не живу, — какая разница? Только тогда жизнь наполнится смыслом, когда откроется, что Бог есть. И смысл жизни тогда откроется. И открою его я, своим самопожертвованием!
— Если ты действительно верующий, то так бы не рассуждал.
— Я хочу уверовать окончательно: да или нет, и никаких если. И не вижу другого способа доказать существование Божие, кроме как убить себя, то есть принести себя в жертву Богу. Уверен, Он поймёт мою жертву.
— Но тогда же никто не узнает…
— Я узнаю!
— Ты сам-то веришь в то, что говоришь?
— Верую! Верую!! И обязан доказать, что верую! Но в том-то и проблема, что люди не верят! А вот если бы они знали точно, что Бог есть, и будет Суд, то вели бы себя соответственно. Тогда никто не убьёт себя, и другого не убьёт, если будет знать определённо: за всё воздастся, и нужно соблюдать заповеди Божии, и подчиняться воле Его. Но чтобы утвердить это, должен кто-то умереть, чтобы собой, своей жертвой, как Иисус, доказать бессмертие души и существование Царства Небесного. Ведь только тому поверят, кто из-за одного этого пожертвует своей жизнью. Только из-за этого одного! Не от страха, не из ненависти, а только для того, чтобы доказать бессмертие души. Только ради этого одного! И тогда все уверуют!
Если уж я жил бессмысленно, то пусть хотя бы смерть моя будет не напрасна. Я всё-таки люблю человечество, и чтобы сделать людей счастливыми готов принести себя в жертву, дабы доказать бытие Божие! Послужить человечеству, принести себя в жертву Богу — вот чего хочу я!
— Любовь к человечеству измеряется не тем, что ты себя убьёшь, а жертвой себя своим ближним. Невозможно любить всё человечество — это иллюзия, красивая идея; любить практически можно только конкретного человека.
— Должен, должен кто-то доказать, что существует Бог и Царство Небесное! Только доказав окончательно бытие Бога и посмертное существование, можно понять смысл этой жизни. А пока нет доказательств, то нет и страха и смысла жить нет.
Единственный способ доказать существование Бога — это убить себя.
Ежели Бог есть и я Ему необходим, то Он не даст мне убить себя, не позволит, остановит меня, спасёт, поможет найти выход из тупика, вразумит и наставит на путь истинный.
— А если нет?..
— Хотя, возможно, Он готов принять мою смерть как доказательство моей веры, как жертву ради веры остальных. Самоубийство есть высшее проявление веры!
Вот только волен ли я распоряжаться своей жизнью? Свободен я или несвободен? Могу ли убить себя? или на всё воля Божья?
Если я свободен, то волен и умереть. Но если судьба и смерть моя Богом предопределены, то, выходит, я не свободен?
Да и вообще, имею ли я право убить себя, ведь я могу это сделать, обладаю физической возможностью?
Если Бога нет, то я свободен и волен убить себя. А если есть Бог, то не волен? Но почему? Нет у меня страха перед наказанием, нет. Если нет Бога, то и бояться нечего. Тогда тем более я волен убить себя.
Раз я могу убить себя, значит, я свободен. А раз я свободен, значит, могу убить себя. Самоубийство — высшее проявление человеческой свободы!
— Высшее проявление свободы не в том, чтобы убить себя, а в том, чтобы отказаться от свободы, то есть признать свою несвободу. Самоубийство — это своеволие.
— Нет, самоубийство не своеволие, но отказ от воли и от себя, — только тогда почувствуешь, что лежит за границей жизни и смерти, добра и зла. А встать по ту сторону добра и зла, бытия и небытия означает встать на позицию Бога.
Могу ли я убить себя? Фактически могу. Но зачем? — вот что главное! Зачем я живу, почему хочу убить себя? Почему важнее Зачем!
Если я убью себя, то я свободен, и не Бог распоряжается моей жизнью, а я. А если не смогу, если что-то остановит, — значит, несвободен.
Если есть Бог, то всё, в конечном итоге, зависит от Него, и я несвободен, и смерть моя — проявление Его воли. А если Бога нет, то я свободен, и отвечаю за всё, что со мной происходит.
Если убью себя, то нет судьбы, а есть лишь воля моя, и всё произвольно, случайно, если это я устанавливаю час своей смерти, и нет никакой судьбы, нет предопределения, — тогда, выходит, я свободен! И никому не нужен! И нет никакой необходимости жить, и можно, значит, умереть в любую минуту, и выходит, нет никакого Бога, всем распоряжаюсь я сам, и во всём воля моя, и только мне решать: жить или не жить!
Таким образом, всё в этой жизни зависит от меня, только от меня, от моей воли, от моего желания!
Но… но ведь это не так?..
Не так?!
Но тогда как же?
Или Бог, или я!
Или Его воля, или моя!
Или, может быть, нет никакого бога?!
Так свободен я или несвободен? Третьего не дано — не может быть свободы отчасти.
Или я не за всё отвечаю, что со мной происходит?!
Если не всё от меня зависит, значит, я не ответственен, а значит, и несвободен. Но если обладаю свободой выбора, то всё, в конечном итоге, зависит от меня, и за всё отвечаю я.
Но разве всё зависит только от меня?
Обладаю ли я свободой выбора? — вот в чём вопрос!
Если я обладаю свободой, то волен выбирать: жить мне или умереть; тогда это я определяю свою судьбу, а не какой-то Бог! Но если я свободен, то зачем мне Бог? Если всё зависит от меня, Богу нет места!
Одно из двух: или я всё определяю, или не я. Или я хозяин своей судьбы, или не я!»
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Лично я верю в Высшую Силу, которая контролирует происходящее на Земле. Сто лет назад не могли и представить, как можно по миниатюрному «мобильнику» общаться с космонавтами на орбите, а через Интернет с людьми на всей планете Земля. Это казалось чудом, как и глобальная навигация и дистанционное управление. А сегодня это доступно каждому. Потому и «вселенский Интернет» уже не кажется чем-то невозможным.

Возможно, Святой Дух – это «божественный вселенский Интернет», с которым можно вступать в контакт посредством умно-сердечной молитвы, когда чИстота твоих чувств и мыслей соответствует чАстоте духовного мира.
«Блаженны чистые сердцем, ибо они узрят Бога» (Матф. 5:8).
«Когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину: ибо не от Себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам». (Ин.16:7-15).

Возможно, Дух истины – это «божественный навигатор», который помогает оказаться в нужное время в нужном месте и говорить то, что является необходимым.
«Когда же поведут предавать вас, не заботьтесь наперед, что вам говорить, и не обдумывайте; но что дано будет вам в тот час, то и говорите, ибо не вы будете говорить, но Дух Святый». (Евангелие от Марка 13 стих 11)

Одни называют это интуицией, другие «ангелом-хранителем». Но суть одна: человек получает необходимую информацию не путём собственных умозаключений, а как ответ на свой запрос.

Чтобы услышать, нужно заткнуть уши, чтобы увидеть — закрыть глаза

Первая мудрость — принимай всё как есть

Помни о смерти и занимайся главным

Не делай того, в чём сомневаешься

Делай то, к чему тянет радостью

Ничего не проси, ибо имеешь необходимое

Ни за что не держись, всё самое ценное — в душе

Слушай своё тело и не вреди ему

Радуйся всему, душа

Твори любовь

Не может быть единой колеи к Истине, каждый идёт своим путём

Задача не в том, чтобы достигнуть идеал, — он недостижим; главное — достигать

Важен сам процесс поиска Истины, путь ради самого пути

Окончательная цель самосовершенствования — любовь ко всему

Все пути хороши, что ведут к Богу

Всё есть школа мудрости, потому что Смысл — он во всём

Благодарность исходит от понимания

Благодарить, за всё благодарить — в этом секрет счастья

Смирение — предпосылка и результат постижения Провидения и благодати Божией

Жизнь смертью не кончается

Главное в человеке — его отношение к Богу

Бог помогает ровно настолько, чтобы человек мог справиться сам

Все мы Сыны одного Духа

Надо быть собой и делать то, к чему тебя зовёт сердце

Что зло, а что добро — ответят звёзды

Открой своё сердце, забудь про ум, и ты почувствуешь, как надо жить, что правильно, а что неправильно

Только состоянием души, желанием творить любовь измеряется всё, что мы делаем, к чему стремимся, чего достигли в этом мире

Всё есть творение Божие, а потому достойно восхищения и любви

Только в гармонии духа и тела можно постичь суть вселенской гармонии

Всё ко благу, как хорошее, так и плохое

Выход есть всегда — он там, куда несёт течение

Тяга человека к смыслу, к красоте, желание постичь цель своей жизни есть проявление его связи с духовной реальностью — «царством Божиим»

Бог — Всё и Ничто

Бог пребывает везде и сейчас одномоментно!

Всё существует одновременно: здесь и сейчас

Мир есть творение Богом себя

Космос разумен, он сам себе судья

Творение осуществляется по Закону, изменить который Бог может, ибо он Творец, но не хочет, поскольку сам он и есть Закон, сам и есть Творение

Всё подчинено Всеобщему Закону, даже отклонения от него

Вселенная пребывает в бесконечности круговоротов и циклов

Вселенная не вечна: она возникает из небытия и в небытиё возвращается

Время появилось вместе с движением

Не время измеряет существование Бога, а масштаб пространства

Бытие есть творение, и оно не вечно; вечен Хаос, небытиё

Творение Вселенной есть процесс создания Гармонии из Хаоса

Вселенная есть ограниченная в пространстве Гармония в вечном Хаосе

История есть описание процесса творения, а не восхождение к Совершенству.

Бытиё циклично

Эволюция есть история цикла

Бытие суть движение по замкнутой спирали: и поступательно и одновременно циклично

Нет прогресса, есть только процесс

Всё создано Богом и во всём есть его часть, — всё Божественно

Всё одушевлено и родственно в Едином Принципе жизни, едином составе и единой силе, которая их творит и побуждает существовать каждого определённым образом

Душа бессмертна, личность меняет лишь формы существования

Всё построено по Единому Закону, в том числе и разум человека, и потому человек может постичь этот Закон, постичь Бога, постигая себя и мир вокруг, поскольку Смысл—Закон—Бог во всём

Бог, как Полнота, как абсолютное Совершенство, допустил несовершенство, предоставив свободу твари, с тем, чтобы тварь стремилась к богоуподоблению через совершенствование

Совершенство есть полнота, но не результата, а процесса

Совершенствование человека в том, чтобы постичь Закон Творения и своей жизнью соответствовать своему Предназначению

Стремление человека к Богу, к постижению цели и смысла своего существования есть проявление божественной сущности человека

Бог помогает человеку найти себя

Бог есть Совершенство, в Нём всё прекрасно и справедливо, Он благ

Человек — одна из форм бытия, существования, воплощения Бога

Жизнь человеку дана для богоуподобления

Человек может лишь приближаться к Совершенству через совершенствование

Творение любви есть приближение к Богу, богоуподобление

Всё, что способствует богоуподоблению есть благо

Справедливо то, что соответствует усилиям по богоуподоблению

Всё ко благу, ибо Бог благ

Бог Благ, и потому способствует человеку в его усилиях постичь Благо, чтобы творить его и тем приближаться к Богу

Нравственные законы есть отражение законов духовной формы существования

Соблюдение нравственных законов есть колея совершенствования

Свобода необходима, ибо творчество без свободы невозможно

Судьба есть задача для данной личности добиться определённой степени совершенства в предоставленной ему форме жизни

Отношения человека с Богом носят характер со-творчества

Жертвоприношение есть жажда богообщения и подчинение воле Бога

Всецело подчинившись воле Бога, человек понимает своё предназначение как несомненное и неоспоримое для него благо

Смирение происходит из понимания справедливости предоставленной формы жизни с её способностями и условиями

Спасение происходит через постижение закономерности, которую открывает человеку Бог

Постижение справедливости происходит через понимание закономерности

Знание есть откровение Бога, а не логическое умопостижение

Тайна-Бог-Логос — во всём

Восхищение красотой, гармонией, совершенством есть один из путей богопознания

Мудрость состоит в постижении и выполнении воли Бога

Постигая себя, человек постигает Бога, ибо человек есть воплощение Бога

Бог везде, но постичь Его можно лишь уподобляясь Ему

Только тот, кто верит в Бога, ждёт от Него ответа; только тот, кто верит Богу, получает знание от Него…

Бог Вечный в себе наслаждался покоем,
Желая развлечься вновь жизнью своей,
И всё из Себя сотворил как благое,
И Матерью став, сочетался Он с Ней.
Дух Светлый тогда воссиял вмиг над Бездной,
Заставив любовью вращаться миры,
Чтоб Космос создать, Бог стал жертвой,
В надежде — вернёмся когда-нибудь мы.
Закону, создавшему жизнь во Вселенной,
Отец подчинил и богов и людей.
Чтоб смог Он вернуться в покой безмятежный,
Стал необходимостью для сыновей.
Та Необходимость — любовь и свобода,
Причина и следствие, смысл, и цель,
И жертва — для радости Вечного Бога,
Желанье вернуться в Отцову купель.
Стал Космос ареной живого сраженья,
Подобием шахматной игры,
Борьба где гармонии суть проявленье,
Услада для Бога, творенье любви.
Молчащий с улыбкою наблюдает
За жизнью, страданьем, страстями людей,
И возвращения ожидает
В себя же любимых своих сыновей.
Жизнь следует курсом благого отбора,
Где каждый поступок, желанье и мысль,
Как необходимость приводит нас к Богу,
Иль с неотвратимостью сводит нас вниз.
И столько же нужно снести воплощений,
Пока не научимся духом расти,
И не обретём силы для сотворений,
Чтоб к Богу смогли бы себя вознести.
В том наша судьба — возвращение к Богу,
И смыслом наполнен тем каждый наш шаг.
Должны мы постигнуть свою в том природу,
Что дух наш без тела беспомощен, наг.
Но если гармонии ты не достигнешь
И тело погубишь служеньем ему,
То в жизни последующей постигнешь,
Что дух твой спустился в животную тьму.
Закон неизбежен — он Необходимость,
Он Двигатель жизни несметных миров,
Он Принцип, желанье, мечта и потребность,
Стихов Откровенье средь множества слов.
Смысл жизни для нас — богоуподобленье,
Достичь силы духа, души чистоты,
Создать из себя Идеала творенье,
Ведь нас ждут по смерти другие миры.
Мы странники — бродим по разным планетам,
Трудом превращая Вселенную в Рай,
Себя создавая по Божьим приметам,
И всё ж, оступаясь порой невзначай.
Мы здесь для того, чтобы общим усильем
Земле совершенство благое придать,
И сделать её сверхблаженным твореньем,
О чём каждый может лишь только мечтать…
(из моего романа-быль «Странник» (мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё, что я хочу сказать людям, заключено в трёх главных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что.
2\ Смысл – он везде.
3\ Любовь творить необходимость.

А для Вас лично, что такое НАРРАТИВ О БОГЕ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература