Блог Николая Кофырина » Зеркало

ЖИВЫЕ МЕМОРИИ – ТАРКОВСКИЙ

admin — Sat, 21 Jun 2025 04:27:13 +0000

6 июня 2025 года я пришёл на «Ленфильм», чтобы побывать на премьере очередного фильма серии «Живые мемории». «Живые Мемории» – документально-анимационный сериал, в основе которого лежат мемуары о России, её видных и малоизвестных деятелях. Каждая серия длиною от 7 до 10 минут – это отрывок из воспоминаний, начитанный известным артистом. Музыка написана современным композитором, а видеоряд создан ведущими художниками анимации. Уникальный жанр, позволяющий взглянуть на страницы прошлого глазами очевидцев и голосами современников.
Признаюсь, прежние выпуски я не видел, но этот мне понравился. Перед началом я провёл небольшой опрос зрителей, поговорил с создателями фильма Михаилом Разумовским и Ириной Разумовской, и даже со специальным гостем – актёром Евгением Ткачук, читавшим «Мартиролог» Андрея Тарковского.

https://vk.com/video1243120_456244117

Впервые у нового сезона появилась заглавная тема – «Отцы и дети». Тема преемственности поколений, связи с родителями корнями, тема матери, детства, тема отчего дома, Отечества. Последние годы именно этот круг тем и вопросов зазвучал с новой силой.
Сценарий Ирина Разумовская, Михаил Разумовский.
Режиссер Ирина Разумовская, Михаил Разумовский.
Продюсер Михаил Разумовский.
Оператор Михаил Никитин.
Композитор Иван Урюпин, Кирилл Парастаев.
Монтаж Сергей Кузнецов.

В новом выпуске «Отцы и дети» авторы иллюстрируют семь книг воспоминаний.
Художник Василий Петров (читает Евгений Миронов)
Поэт Марина Цветаева (читает Юлия Снигирь)
Поэт Александр Вертинский (читает Максим Матвеев)
философ Сергей Дурылин (читает Дмитрий Лысенко)
Скульптор Сергей Конёнков (читает Николай Чиндяйкин)
актриса Тамара Петкевич (читает Евгения Симонова)
режиссёр Андрей Тарковский (читает Андрей Ткачук)

Я лично пришёл прежде всего из-за режиссёра Андрея Тарковского, творчество которого изучаю вот уже полвека. Впервые я познакомился с его творчеством в 15 лет, когда в конце августа 1974 года посмотрел в нашем ДК им Крупской фильм «Солярис». Я три дня ходил под впечатлением и в итоге поверил в ЛЮБОВЬ!

С Андреем Арсеньевичем я виделся лишь раз – во время выступления режиссёра в актовом зале Ленинградского университета 12 декабря 1981 года. Накануне, 11 декабря 1981 года Тарковский делает запись в своём дневнике: «… Россия возвестит миру весть, которая превзойдёт величием всё до сих пор бывшее».
Когда я приехал в Университет, в актовый зал уже перестали пускать, поскольку он был переполнен. Тогда мы стали скандировать «Тарковский, Тарковский, Тарковский!..» Меня как зачинщика хотели схватить, но Андрей распорядился пустить нас в зал. Благодаря этому мне удалось задать заранее подготовленный вопрос, который мы обсуждали с друзьями: «Тарковский православный экзистенциалист?»
Андрей ответил достаточно резко и высокомерно, словно защищаясь, кинув упрёк в зал, где сидели профессора и студенты, что, мол, вы понятия не имеете о православии и экзистенциализме.
Теперь я понимаю, что он таким образом просто ушёл от ответа.

«Да, мои фильмы трудны для восприятия, – говорил Тарковский, – но я не пойду ни на малейшие компромиссы с толпой, дабы сделать их более доступными или «интересными», я не сделаю и полшага к тому, чтобы быть понятным зрителю».
«Мои картины целиком сделаны на основе моих личных переживаний», – говорил Андрей. – «Мой долг как художника донести до зрителя то, как я, именно я, воспринимаю жизнь…»

12 сентября 2019 года мы специально съездили на русское кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем, где похоронен Андрей Арсеньевич Тарковский. Я взял на память маленький камень с его могилы. В Париже мы посетили русский православный храм святого Александра Невского, где отпевали Андрея. В итоге я снял фильм о смысле жизни, о смерти, о любви, и посвятил его Андрею Тарковскому.

«По-моему, смысл жизни заключается в том, чтобы возвысить свой духовный уровень за то время, которое нам даётся прожить», – говорил Андрей. – «Смысл человеческого существования, возможно, состоит именно в создании произведений искусства, в художественном акте, бесцельном и бескорыстном. Возможно, в нём как раз проявляется то, что мы созданы по подобию Бога».

https://vk.com/video1243120_456244058

«Чтобы найти способ изменить мир, я должен измениться сам, – утверждал Андрей Арсеньевич. – Я должен сам стать глубже и духовнее. И только после этого я, может быть, смогу принести пользу. А как мы можем рассчитывать на какие-то изменения, если мы сами не чувствуем себя достаточно духовно высокими?..»

В своих фильмах и выступлениях Тарковский призывал к высоким духовным идеалам, однако в жизни не всегда им соответствовал. Андрей Арсеньевич в своих дневниках откровенно признаётся: «Я знаю, что далёк от совершенства, даже более того, что я погряз в грехах и несовершенстве, я не знаю, как бороться со своим ничтожеством».

Осмелюсь предположить, что Андрей был очень неуверенный в себе человек, всю жизнь пытавшийся освободиться от своих детских комплексов. Можно даже сказать, что режиссёр Тарковский боролся против человека Тарковского. Из этого противоречия, как мне кажется, и возникали его гениальные фильмы.

В интервью латвийскому телевидению 1979 года Андрей Тарковский сказал:
«В детстве заложено всё то, что в течении всей своей творческой жизни художник будет использовать, в эмоциональном смысле использовать. Мне кажется, человек, который не имел того детства, которое он мог запомнить на всю жизнь, вряд ли сможет по-настоящему творить. Это не моё, не слишком оригинальное суждение по этому поводу, многие об этом говорили: что для человека, который работает в искусстве, очень важны впечатления, которые он получил в детстве. По существу, человек, который занимается искусством, тратит эти впечатления в течении всей своей жизни».

В детстве Андрей учился в музыкальной школе и мечтал стать дирижёром. Поступление после школы на арабское отделение ближневосточного факультета Московского Института Востоковедения признавал ошибкой, а поступление во ВГИК считал случайным.

«Для меня кино – занятие нравственное, а не профессиональное», – говорил Андрей Тарковский. – «Задача искусства заключается для меня в том, чтобы выразить идею абсолютной свободы духовных возможностей человека. По моему мнению, искусство всегда было оружием в борьбе человека против материи, угрожавшей поглотить его дух…».

Внутренний конфликт духа и плоти буквально разрывал Тарковского, формируя с юности его исключительно напряжённый характер. Это был «комок нервов», как вспоминают о нём многие. Внутри Андрей был вечно сомневающийся в себе художник, но прикрывал эту неуверенность завышенным самомнением.

Тарковский призывал нести крест во имя спасения человечества, но в отношении с близкими был душевно холоден и даже резок. Людмила Бояджиева в своей книге «Андрей Тарковский. Жизнь на кресте» пишет: «Ни душевной теплотой, ни щедростью чувств Тарковский не отличался». «Неумение любить, сочувствовать, сострадать – тяжкая ущербность, мешавшая Тарковскому в его творчестве». «Андрей всегда был отстранён и холоден и с матерью и сестрой, не умел бросаться на шею в порыве чувства ни отцу, ни любимой женщине, ни своему ребёнку». «В реальной жизни ему неведомо таинство любви. По большому счёту жертвенно и самоотверженно он не любил никого», – считает Людмила Бояджиева.

Тарковский влюблялся почти во всех актрис, игравших в его фильмах главные роли. В фильме «Иваново детство» влюбился в Валентину Малявину (хотя она была замужем за актёром Александром Збруевым). Малявина вспоминала: «Я приняла в своё сердце гения – не мужчину. Я любила его своей особенной любовью». Именно из-за Малявиной расстроились отношения Андрея Тарковского с его другом Андреем Кончаловским.

Женился Андрей на сокурснице Ирме Рауш. Он долго добивался её, но всё-таки добился. Ирма сыграла в фильме «Иваново детство» роль матери, и роль дурочки в фильме «Андрей Рублёв».
Ирма вспоминает: «Вообще Андрей очень пугал меня серьезностью отношений и своих намерений. Он сразу хотел жениться, а мне ничего не хотелось менять, потому что мне всё было интересно и в радость. Я не хотела выходить замуж не конкретно за Андрея, а вообще. Мне казалось, выйти замуж – это поставить на себе крест. Откровенно говоря, я и сейчас так считаю. … Расходились мы долго. Официально мы развелись в 70-м году, но всё пришло к концу много раньше. Я уезжала на съемки, Андрей тоже ездил в экспедиции, мы разошлись по-хорошему. Было очевидно, что нам друг с другом тяжело».

Ольга Суркова (автор книги «Тарковский и Я»), следовавшая повсюду за режиссёром на съёмках его фильмов, утверждает, что с Тарковским была близка и Маргарита Терехова (снимаясь в фильме «Зеркало»). Но потом она предпочла оператора Георгия Рерберга.

Однажды Андрей Тарковский поделился с Николаем Бурляевым своей «теорией» о происхождении женщины. Венцом «теории» была фраза мужчины, обращённая к женщине: «Кто тебя отвязал? Иди, ляг на место!»

В интервью журналистке Ирене Бресна Тарковский высказался так: «Женщина не имеет своего внутреннего мира и не должна его иметь. Её внутренний мир должен полностью раствориться во внутреннем мире мужчины».
Ирена Бресна пишет: «Тарковский требовал от женщины то, к чему сам был неспособен. Где-то я его поняла, он был неспособен любить, и я сказала ему это. Почему же вы не любите сами? И предоставляете женщине свободу действия? И тогда он признался, что ему очень трудно любить и что для него очень трудно пожертвовать собой, но женщина… Ведь женщина это – символ жизни, символ … Женщина для него просто миф, всё доброе и прекрасное, и она должна быть именно такой».

В 1974 году Тарковский записал в дневнике: «В чём органика женщины: в подчинении, в унижении во имя любви»! «Я считаю женщину не только равной мужчине, но и лучше его, но только в том случае, если она остаётся женщиной во всём. Тогда она вызывает во мне большое уважение и любовь. Впрочем, в любви я чувствую себя скорее потрясённым, чем счастливым».

В детстве Андрея было много влюблённостей, но первая «взрослая» любовь случилась с Ольгой Ганчиной, когда они работали вместе в геологической экспедиции летом 1953 года.
Наиболее серьёзные любовные увлечения Тарковского это Донателла Баливо – итальянка, режиссёр-документалист, создавший фильм «Поэт в кино – Андрей Тарковский». Также некая молодая женщина, прилетавшая к нему в Кишинёв, когда Тарковский снимался в фильме «Сергей Лазо». (Андрей уже жил с Ларисой Кизиловой, но ещё не развёлся с Ирмой Рауш).

Мало кто знает, что в это время в жизни режиссёра появилась ещё одна большая любовь. Учительница географии из Санкт-Петербурга Дарья Николаевна Приставко едва не стала официальной женой Тарковского. К Дарье он неоднократно мотался в Петербург, писал ей письма, в которых называл её единственной надеждой. Но эти надежды не оправдались, хотя режиссёр и купил для Даши обручальное кольцо. В итоге Тарковский выбрал Ларису Кизилову. Они поженились в 1970 году, прожили 16 лет вместе.

Лариса Павловна Кизилова познакомилась с Тарковский, когда работала ассистентом режиссёра на фильме «Андрей Рублёв». Пять лет она жила с Тарковским «не расписываясь», и добилась своего только после того, как не сделала очередной аборт и тем самым вынудила Тарковского развестись с первой женой Ирмой Рауш.
Свою вторую жену Ларису Кизилову Андрей Тарковский боялся и считал ведьмой. Её скандалы надолго выбивали Тарковского из колеи. Он даже написал сценарий «Ведьма», который в дальнейшем трансформировался в фильм «Жертвоприношение».

На съёмках фильма «Жертвоприношение» у Тарковского был роман с членом съёмочной группы художником по костюмам норвежкой Ингер Персон. В результате у Андрея Тарковского незадолго до смерти родился сын Александр, которого Андрей никогда не видел. Сейчас Александр живёт со своей мамой в Норвегии.

В фильме Андрея Тарковского «Ностальгия» сексапильная переводчица предлагает герою Олега Янковского секс. Но секс ему не нужен. Она недоумевает – почему?
«Ты знаешь классические истории о любви? – пытается объяснить он. – Никаких поцелуев. Никаких поцелуев! Ну совсем ничего. Чистейшая любовь! Вот почему она великая. Невыраженные чувства никогда не забываются».

Прототипом сексапильной переводчицы в фильме «Ностальгия» была Лейла Александер-Гаррет, которая написала книгу «Андрей Тарковский: собиратель снов». Она же была переводчицей во время съёмок фильма «Жертвоприношение». Андрей был с ней знаком с 1981 года, и даже предлагал её на роль Марии в фильме «Жертвоприношение». В своей книге Лейла пишет: «Андрей был очень нервным человеком, он весь вибрировал». «Он мог говорить о высших мирах, но при этом высасывать из жизни все детали. Он «списывал» с окружающего всё, что ему нравилось».

До сих пор тайна, почему Тарковский не ушёл от Ларисы Кизиловой, хотя боялся её и называл ведьмой. Он имел любовниц и даже детей от них. Интимные вопросы были глубоко скрыты в Тарковском, но именно они решали всё происходящее на съёмочной площадке.

Говорят, Тарковский был влюблён в свою падчерицу Ольгу (дочь Ларисы Кизиловой от первого брака). Он даже снял рыжеволосую красавицу в двух эпизодах: в фильме «Солярис» и в фильме «Зеркало». Почувствовав неладное, Лариса Павловна сделала всё, чтобы удалить дочь от Тарковского.
Пару раз Андрей крепко поколотил Ларису и даже 18-летнюю падчерицу отхлестал ремнём. Падчерица Ольга так отзывается о своём отчиме Андрее Тарковском: «У него этих баб полно было. Он маме постоянно изменял. Менял трусики на чистые и уходил из дома. Мама устраивала скандалы, но всё было бесполезно. Он говорил: «Если режиссёр хочет, чтобы актриса поняла, что нужно делать в фильме, нужно с ней переспать».

Во время съёмок фильма «Солярис» у Тарковского случился роман с исполнительницей роли Хари Натальей Бондарчук. Андрею было 39 лет, Наталье – 21 год. «Ты моя женщина – сказал Тарковский, – а это значит … Это значит, что я тебя люблю. Не думай, что я ничего не вижу, не понимаю, как ты относишься ко мне. Настоящая любовь не бывает безответной».

Наталья Бондарчук вспоминает: «Прикажи он броситься в огонь – бросилась бы не раздумывая. Но в мир Тарковского я вписывалась как что-то идеальное, неземное, поэтому долгое время ни о какой физической связи между нами не было и речи… После того как мы сблизились, Андрей признался, что боится женщин».

https://vkvideo.ru/video1243120_456244049

Ольга Суркова вспоминает: «Будучи бабником – мне кажется, он в сущности не понимал женщин, не любил их или побаивался, может быть, от неуверенности в себе…»
«Лариса Павловна устраивала Тарковскому праздник каждый день, накрывала столы, собирала компании, где звучали тосты за режиссёрский талант Андрея. Исполняла малейший его каприз. Это приятно любому мужчине, даже большому художнику. И Тарковский не устоял, подумал, наверное: как же эта женщина будет меня любить и беречь! Так и женился».
«Для отдохновения» Тарковский поселил в доме 18-летнюю деревенскую простушку Олю.

«Многие до сих пор обвиняют Ларису Павловну во всех грехах. Мне их брак тоже в то время казался странным, – пишет Наталья Бондарчук. – Тем более, что Тарковский много раз говорил мне, как любил свою первую жену Ирму Рауш. Тот брак разрушила Лариса Павловна. Да и наши отношения с Андреем прервались благодаря её неусыпному контролю».

Лариса Кизилова встретилась с Натальей Бондарчук и объяснила:
«Девочка, он не для тебя! Ты такого не вынесешь. Андрей не такой, каким тебе кажется. Это очень тяжёлый человек. Увлекается женщинами, может запить, загулять на неделю. Не так давно я узнала, что моя подруга беременна. Беременна от Андрея! Что мне оставалось делать? Я оплатила аборт этой дурочке… Да, несладко мне приходится. Но я его за всё прощаю, это мой крест. Моё жизненное обязательство перед великим человеком. Я обязана спасать его ради того, чтобы он мог снимать фильмы. Для истории, для вечности».

Почти все фильмы Тарковского во многом автобиографичны. В каждом фильме Тарковский вспоминает своё прошлое, пытается разобраться, избавиться от каких-то негативных воспоминаний. В фильме «Зеркало» Тарковский пытался покаяться, освободиться от своих детских комплексов. «В этом фильме я впервые решился средствами кино заговорить о самом для себя главном и сокровенном, прямо и непосредственно, безо всяких уловок…»

Замысел фильма «Зеркало» вызревал долго и мучительно. Первоначально он задумывался как исповедь матери. В 1967 году Тарковский вместе с Александром Мишариным написал заявку на фильм, которая была принята. В 1968 году они написали сценарий «Белый, белый день». Однако сценарий не утвердили.

Александр Мишарин считает, что толчком к созданию сценария «Белый, белый день» был разрыв Андрея с Ирмой Рауш и уход к Ларисе Кизиловой. «Сыграло большую роль и то, что в его семейной жизни наступал сложный период, и предполагаемая сценарная история во многом совпадала с его реальной жизнью. Сам он в своё время болезненно переживал уход отца… Сложные отношения с отцом и непростые с матерью вели его к осмыслению прошлого…»

Андрей действительно во многом походил на своего отца поэта Арсения Тарковского. У отца тоже было несколько жён и многочисленные влюблённости.
«Зеркальность» своей судьбы и судьбы отца стала для Андрея навязчивой идеей.

«Автобиографический жанр – единственный, в котором художник недвусмысленно приносит жертву у истоков своего таланта. Поэтому-то я должен снять фильм, который будет называться «Белый день». Фильм о моём детстве, счастливой памяти и о любви, смысл которой можно осознать только сейчас, когда ты наконец понял, что и как ты любил и почему. Тогда же любовь была бессмысленна и потому радостна и безмятежна. А так как очень хотелось быть счастливым, то научиться этому нужно, только вспоминая».

Тарковский разъяснял: «Замысел должен возникать в какой-то особой сфере вашего внутреннего «я». Если вы чувствуете, что замысел возникает в области умозрительной, которая не задевает вашей совести, вашего отношения к жизни, то будьте уверены, что это всё пустое. Этим не стоит заниматься. Замысел должен быть равен поступку в моральной, нравственной области».

Проблема растревоженной совести присутствует во всех фильмах Тарковского. Видимо, это была его личная проблема. Когда однажды я посмотрел подряд все фильмы Тарковского, возникло ощущение, что это один фильм о самом Андрее.

«Зеркало» называли семейным фильмом Тарковского. В нём участвовали почти все Тарковские: отец – Арсений Александрович, мать – Мария Ивановна, жена – Лариса Павловна и даже падчерица Ольга.
На роль матери претендовала жена Тарковского – Лариса. Но он предпочёл Терехову. Естественно, Лариса невзлюбила конкурентку. «… Маргарита Терехова повсюду пишет ложь, рассказывая о якобы большой любви между нею и Андреем, – говорила Лариса Тарковская. – Это же безнравственно!»

Фильм «Зеркало» некоторые называют автобиографическим «самомучительством». Тарковский хотел прыгнуть в «абсолютно честную» исповедальность, у которой по неизбежности «вкус бессмыслицы и запутанности, безумия и сновидения», ибо именно такова жизнь тех, кто решился жить спонтанно: не извне себя – вовнутрь, а изнутри себя».

Николай Болдырев в книге «Жертвоприношение Андрея Тарковского» пишет: «То ли по своей природе, то ли по инстинкту Тарковский понимал суть внутреннего опыта как «самовозведение на Голгофу»; «… бессознательно его внутренний компас избирал трудные, конфликтные и “самоистязательные“ пути и тропинки».

Создание фильма «Зеркало» был акт кинопсихотерапии. Тарковский признавал: «Что-то тянет тебя назад, в прошлое, не оставляя ничего впереди. Это всегда очень тяжело. Я подумал, что, рассказав об этом, я тем самым от этого освобожусь. Кстати, и у Пруста я вычитал, что это очень помогает освободиться от таких вещей, да и у Фрейда об этом написано».

«Зеркало» – фильм-реминисценция. Он кажется эклектичным. Но ведь это сны и воспоминания умирающего главного героя.

Лично мне больше всего в фильме нравится сюжет про типографию. Исполнительница роли Лизы актриса Алла Демидова вспоминает:
«Главное – надо было суметь подключиться к его нерву, завышенному пульсу… Этот самоанализ рождения в муках и боли, ибо взваливал на себя решение неразрешимых человеческих вопросов. Отсюда поиски спасения, искупления, жертвоприношения. Тарковский в конце концов принёс в жертву свою жизнь…». «Для Андрея всё это было очень важно. Вечные вопросы о боге, о бессмертии, о месте в жизни. Откуда мы?»

Это был первый опыт экзистенциального кино советского периода, первый опыт метафизического кино. А для Андрея Тарковского – давно желанный фильм-медитация.

«Он мечтал снять картину, равную зрительскому времени; причём так себя ограничить, чтобы, снимая овраг, спуск к реке, траву, ребёнка, передать ощущение космического…» – вспоминает Эдуард Артемьев, работавший композитором на фильме «Солярис», «Зеркало», «Сталкер». – «Он говорил, что хочет изгнать всякое чувство из своих картин, чтобы освободить дух…».

В лекциях по кинорежиссуре Тарковский писал: «Конечно, в идеале вы сами должны снимать свою картину как оператор. Вы должны сами вторгнуться в этот мир, тогда вы будете ближе всего к вашему замыслу».

Тарковский называл «Зеркало» своим «самым главным фильмом». Натуру снимали под Москвой в Тучково. Административная группа до начала съёмок выезжала на место, чтобы засеять гречихой поле, сажали картошку. Был построен дом в точном соответствии со старыми фотографиями.
Помощник режиссёра Мария Чугунова вспоминала: «Андрей Арсеньевич каждую веточку проверял, каждый предмет – ничего случайного в кадре не терпел: то подтемнить, то посеребрить… для реальности».

Этим фильмом Андрей пытался остановить мгновенье, вернуть прошлое, чтобы вновь ощутить счастье детских лет. Он снимал, полагая, что всё соединится в целостное полотно при монтаже. Однако картина долго не монтировалась. Тарковский мучительно тасовал эпизоды, пытаясь выстроить определённую последовательность, но не выходило. Режиссёр говорил, что перепробовал 20 вариантов монтажа, «сработал» лишь 21-й.

«Моментами казалось, что фильм уже вовсе не смонтируется, – признавался Тарковский, – а это означало бы, что при съёмках были допущены непростительные просчёты. Картина не держалась, не желала вставать на ноги, рассыпалась на глазах, в ней не было никакой целостности, никакой внутренней силы, обязательности, никакой логики. А вдруг в один прекрасный день … картина возникла».

«Картина возникла» благодаря идее вынести эпизод с лечением заикания в начало фильма. Принадлежит эта идея бессменному монтажёру всех фильмов Тарковского Людмиле Фейгиновой.

«Попробуй переставить эпизоды иначе – фильма не было бы», – говорил Андрей.
Хотя режиссёр Станислав Говорухин вспоминает, что видел и более удачный вариант монтажа.
Из-за калейдоскопичности повествования критики называли фильм «осколками разбитого зеркала».

Явился ли фильм «Зеркало» для Андрея Тарковского отражением его судьбы? Скорее, осколком зеркала. «Осколки зеркала» – так и назвала свою книгу воспоминаний сестра Андрея Тарковского Марина.
Что же заставляло Андрея так упорно мучить себя?
Марина Арсеньевна связывает это с подсознательным чувством вины, которое не оставляло брата. Доверяя лишь своему собственному опыту, он повторил путь отца. Он хотел освободиться от воспоминаний. Это напоминает сеанс у психоаналитика. Человеку нужно выговориться, чтобы «очиститься», освободиться от мучительных воспоминаний.

Когда Арсений Тарковский посмотрел «Зеркало», он сказал своей первой жене Марии Вишняковой: «Видишь, как он с нами расправился».
«В искусстве не может быть компромиссов…» считал Арсений Александрович. Чтобы добиться нужной режиссёру интонации, поэт был вынужден при записи читать своё стихотворение одиннадцать раз.

После пробных просмотров фильма «Зеркало» одни были в шоке, ибо ничего не поняли, другие пережили катарсис. Почитатели были в восторге от увиденного. Тарковский записал в дневнике: «А может быть, действительно назревает шедевр. Я не чувствую. Я уже эту картину снял».

Андрей говорил: «Для меня это важно в каком-то нравственном, духовном смысле. То есть если человек выражает в произведении свои чувства, они не могут быть непонятными для других».
«Я замечал по себе, что если внешний, эмоциональный строй образов в фильме опирается на авторскую память, на родство впечатлений собственной жизни и ткани картины, то он способен эмоционально воздействовать на зрителя».

«Все главные персонажи Тарковского это внутренне неуверенные в себе люди. Это люди, мучительно рефлексирующие на события, которые с ними происходят. Тарковский таким и был. Он сделал Сталкера своим зеркальным отражением», – считает Евгений Цымбал, автор книги «Рождение Сталкера».
«Когда он начал работать над этим сюжетом, то у него внутри постоянно шла борьба между Тарковским художником и Тарковским человеком», – рассказывает Евгений Цымбал. – «Он был последовательным самоедом. Ему не нравилось что-то, что он уже сделал. Он стремился к какому-то своему Абсолюту, который он видел внутренне, и часто не видел на экране».

https://vk.com/video1243120_456244044

Что же за человек был Андрей Тарковский?

Для многих Андрей Тарковский был чужой странный непонятный необыкновенный чужак. Его отличал надмирный, потусторонний взгляд пришельца. Он понимал свою работу «как посредничество между универсумом и людьми». По свидетельству заместителя председателя Госкино Бориса Павлёнка, Тарковский «жил в собственном замкнутом мире, демонстрировал пренебрежение к публике и порой мог сказать: „А вы посмотрите на себя. Разве вы в состоянии понять мой фильм?“»

В интервью латвийскому телевидению 1979 года Андрей Тарковский сказал:
«Мы хотели говорить тем языком, который нам казался более органичным. Мы не хотели ничего делать ради того, чтобы быть более доступными. Я не знаю, что надо делать, чтобы быть более понятным. Мне кажется, единственное, что должен делать человек, даже если он художник, чтобы быть понятным, это быть искренним».

Я лично верю в искренность Тарковского, хотя понять его поступки непросто.
Кто-то может сказать, что расхождение его слов и дел по сути лицемерие.

К умирающему Анатолию Солоницыну Андрей пришёл лишь один раз, хотя жил в 15 минутах ходьбы. Позже он скажет: «Солоницын строил свою жизнь в неуважении к своему таланту. В жизни играл какого-то придурка. Вёл этакий безответственный образ жизни. Художникам так нельзя! Нужно осознавать свою миссию».

«Не для счастья рождается человек, а для страданий, — говорил Андрей, — чтобы испить свою чашу и не сломаться, выстоять, превозмочь…» Прав моногострадальный Иов: «…Человек рождается на страдание, как искры, чтобы устремляться вверх… Вернее сказать, смысл человеческого существования заключён в страдании, без которого невозможно устремиться вверх…»

https://vk.com/video1243120_456243800

Что заставляло Андрея упорно мучить себя?

Сестра режиссёра Марина Арсеньевна связывает это с подсознательным чувством вины, которое не оставляло брата. Доверяя лишь своему собственному опыту, он повторил путь отца. Андрей хотел освободиться от воспоминаний. Это напоминает сеанс у психоаналитика. Человеку нужно выговориться, чтобы «очиститься», освободиться от мучительных воспоминаний. Что Тарковский и попытался сделать в фильме «Зеркало».

Смысл фильма «Жертвоприношение» Тарковский объяснял так.
«Мы охотно возлагаем вину на других, на общество, на друзей, только не на себя. … Лишь когда знаешь, что готов пожертвовать собой, можно добиться воздействия на общий процесс жизни, по-другому не выйдет. Цена – это, как правило, наше материальное благосостояние. Нужно жить так, как говоришь, дабы принципы перестали быть болтовнёй и демагогией».

«Прежде чем строить концепцию искусства, нужно ответить на более важный вопрос: в чём смысл человеческого существования. Использовать наше пребывание здесь на земле для того, чтобы духовно возвыситься. Это означает, что искусство наше должно служить только для этого. Искусство служит для того, чтобы помочь людям духовно измениться, вырасти, воспарить, возвыситься над самим собой, используя то, что мы называем свободой воли». (Из фильма «Время путешествий» )

«Для меня кино — это способ достичь какой-то истины в той максимальной степени, на какую я способен. По моему глубочайшему убеждению, процесс создания фильма не заканчивается после того, как он окончательно смонтирован и подготовлен к прокату. Акт творчества происходит в кинозале в момент просмотра фильма. Поэтому зритель для меня не потребитель моей продукции, не судья, а соучастник творчества, соавтор».

04\04\2023 в день рождения режиссёра Андрея Тарковского мы пошли в Дом кино на премьеру фильма Николая Бурляева «Боже! Чувствую приближение Твоё». Фильм о духовной и религиозной жизни выдающегося режиссёра планеты. В целом фильм мне понравился. А вот Андрею Арсеньевичу – не знаю. Я провёл интересные интервью до и после просмотра фильма Николая Бурляева.

https://vk.com/video1243120_456244048

«Мне трудно говорить о том, смогу ли я что-нибудь изменить своим искусством. Чтобы найти способ изменить мир, я должен измениться сам. Я должен сам стать глубже и духовнее. И только после этого я, может быть, смогу принести пользу. А как мы можем рассчитывать на какие-то изменения, если мы сами не чувствуем себя достаточно духовно высокими?..»

«Я не думаю о себе слишком восторженно – просто надо нести свой крест», — утверждал Тарковский. — «Жертва – единственная форма существования личности».

Тарковский был странник, потусторонний, пришелец, призванный нам возвестить:
«Мне кажется, драматизм нашего времени заключается в том, что мы находимся в разрыве, в конфликте между духовным и материальным. В этом и есть причина, которая привела к нынешнему положению в нашей цивилизации – драматическому и, я бы сказал, трагическому положению…»

Тарковский был твёрдо уверен: просмотр каждого его фильма должен быть болезненной операцией, необходимой для самопознания. Он был убеждён: «Бог открывается лишь нашему подлинному лицу, нашей аутентичности».

Накануне смерти Тарковский запишет: «Чем старше я становлюсь, тем таинственнее для меня человек. Он словно ускользает от моих наблюдений. Это значит, моя система оценок рухнула, и я теряю способность судить о нём».

Уже будучи на смертном одре Андрей записал в свом дневнике: «Я не верю, что Бог допустит, чтобы человек, вставший на путь духовного спасения, катастрофически разрушился, не завершив этого пути. Я верю, что человеку будет дана возможность довести войну внутри своей души между Богом и дьяволом до конца».
«Если уж я жил бессмысленно, то пусть хотя бы смерть моя будет не напрасна. Я всё-таки люблю человечество, и чтобы сделать людей счастливыми готов принести себя в жертву, дабы доказать бытие Божие! Послужить человечеству, принести себя в жертву Богу — вот чего хочу я!»

Тарковский искал Бога. Но Бог познаётся через любовь. Ибо Бог Есть Любовь!
«Не познавший опыта любви потерпел самое сокрушительное поражение на этой Земле», – говорил Андрей Тарковский.

…любовь есть мир в четвертом измереньи он виден проживающим в любви другим же всем увы с нормальным зреньем он недоступен сколько ни зови тот мир мечты и мир тот полон духов живущих умерших и вновь идущих жить прекрасных вечно радостных и юных которые не могут не любить открой в себе другое измеренье его хоть царством божьим назови оно подарит счастье упоенье лишь все вокруг себя ты полюби закон любви так прост и так всем ясен чтоб стать ты должен все отдать и сразу мир вдруг станет так прекрасен что вряд ли стоит лучшего искать…»
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

Андрей Тарковский для многих был чужой странный непонятный необыкновенный чужак, понимавший свою работу «как посредничество между универсумом и людьми». Его отличал надмирный, потусторонний взгляд пришельца.
«А вы никогда не думали, что растения чувствуют, познают, даже постигают? Это мы всё бегаем, суетимся, всё пошлости говорим. Это всё потому, что мы природе, что в нас, не верим».

Тарковский не всегда знал, что и как надо снимать. Но он не любил, когда кто-либо об этом догадывался.
В поздние годы жизни, устав от тягот кинопроизводства, он мечтал о портативной видеокамере, с помощью которой он мог бы сам снимать и монтировать свои фильмы.
«Дайте мне камеру, и я переверну мир»! – восклицал молодой Андрей Тарковский.

Недавно я приобрёл полупрофессиональную видеокамеру, о которой, наверное, мог мечтать Тарковский. И вот теперь я делаю то, о чём мечтал в 9 классе: снимаю видео, сам монтирую и озвучиваю. Синтезируя изображение, музыку и стих, всегда с благодарностью вспоминаю Андрея.
Андрей Тарковский изменил моё мировосприятие. Он научил меня видеть, а не только смотреть, научил слушать и различать, не только думать, но и сопереживать.
Благодаря Андрею я открыл для себя новый мир – реальность нереального. Я научился слушать и слышать природу, приобщился к мудрости её извечной.

В своём творчестве я причисляю себя к незримой «церкви Тарковского».
По моему мнению, духовностью можно назвать то, ради чего ты готов пожертвовать своими материальными интересами и потребностями, и даже своей жизнью.
Я не сравниваю себя с Тарковским – но равняюсь на него!
Тарковский своим творчеством создал целую вселенную, которую по праву можно считать Вселенной Андрея Тарковского.

https://vkvideo.ru/video1243120_456244056

P.S. Уверен, что Андрей Тарковский обязательно бы экранизировал мой роман «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак», в котором я упоминаю Андрея, потому что он сам был такой.

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А что Вы помните ОБ АНДРЕЕ ТАРКОВСКОМ?

ТАРКОВСКИЙ СОЗДАТЕЛЬ СОКРОВЕННОГО

admin — Sat, 08 Apr 2023 02:45:24 +0000

4 апреля в день рождения режиссёра Андрея Тарковского мы пошли в Дом кино на премьеру фильма Николая Бурляева «Боже! Чувствую приближение Твоё». Фильм о духовной и религиозной жизни выдающегося режиссёра планеты. Основой для картины стали редкие интервью, кадры из культовых картин Тарковского и уникальные записи из его дневника. Зал был почти полон. В целом фильм мне понравился. А вот Андрею Арсеньевичу – не знаю.
Я с 14 лет увлекаюсь творчеством Андрея Тарковского (с тех пор, как впервые посмотрел «Солярис»), изучаю уже полвека. Я провёл интересные интервью до и после просмотра фильма Николая Бурляева. Приглашаю посмотреть об этом мой ролик.

«Видимо, должен существовать принцип никогда не совершать необратимых действий. Я понимаю, я ведь не маньяк. Но пока эта язва здесь открыта для всякой сволочи – ни сна, ни покоя. Или, может быть, СОКРОВЕННОЕ не позволит?» (из фильма «Сталкер»).

Прежде всего хочется поблагодарить Николая Петровича Бурляева за фильм об Андрее Тарковском. Достойно, что ученик создал фильм о своём учителе. Иногда, правда, казалось, что ученик затмевает учителя. Этот фильм в такой же степени о Тарковском, как и о Николая Бурляеве.

Думаю, что неподготовленный зритель, не знакомый с творчеством Андрея Тарковского, вряд ли поймёт фильм Бурляева. Слишком уж перемешаны звуки, кадры, музыка из разных фильмов Тарковского, и всё это дополняется хроникой. Спасибо за некоторые неизвестные фотографии и интервью Андрея Арсеньевича, которых я прежде не видел.

Во время просмотра я всё думал: что бы снимал, и снимал ли вообще, сейчас Андрей Арсеньевич, если был жив?

Очевидно, что фильм нужно смотреть на большом экране. Виды Завражья, Суздаля, Юрьевец, Волга зимой и летом — завораживают своей красотой.
Не хватает, на мой взгляд, интервью с людьми о фильмах Тарковского.
Несколько переборщили с компьютерной графикой. Андрей Тарковский стремился к простоте и даже аскетичности, равняясь на своего учителя Робера Брессона.

«Ему суждено было стать Андреем Первозванным русского и мирового кинематографа», — утверждает Николай Бурляев.

Действительно ли Тарковский всю жизнь снимал один фильм, посвящённый богоискательству? а его жизнь и творчество было поиском Бога?

По мнению Николая Петровича Бурляева, своими работами Андрей Арсеньевич исповедовался перед Господом и людьми.
«Я утверждал после «Андрея Рублёва», что Андрей Тарковский был верующим человеком, а доказать это я не мог, просто чувствовал. Мы с ним о вере не говорили, о Христе, о Боге – не было этого. И потом, когда Андрей Арсеньевич уже ушёл в мир иной, мне предложили прочитать его дневник. В нём я нашёл доказательство».

Идея картины – раскрыть духовную, религиозную суть творчества Тарковского.
«Этот фильм рождался и прорастал во мне 62 года: с 1961 года, когда я впервые увидел Андрея Арсеньевича. Мы жили, творили вместе. Я вёл дневник, потому что я понимал, что рядом со мной гений. Я всё записывал, все наши встречи. Сейчас это пригодилось».

Название фильму дала первая строчка личной молитвы Тарковского, которую Николай Бурляев случайно обнаружил в дневниках своего друга и учителя. Эти дневники и легли в основу фильма, который народный артист России считает на сегодняшний день своей лучшей работой.

Когда год назад я услышал об этом фильме, то стал искать в Интернете, и на мой запрос было много ссылок на фильм, где название фильма было с ошибкой: слово «твоё» написано с маленькой буквы, хотя в дневниковой записи от 10 февраля 1979 года Андрей написал, как и подобает, с большой буквы «Боже! Чувствую приближение Твоё».

Фильм можно назвать молитвой Андрея Тарковского, обращённой к Создателю. Картина рассказывает о духовной, религиозной сути творческого служения мастера, каждый фильм которого — исповедь перед Господом и людьми.
Идея создать фильм родилась у Николая Бурляева ещё когда он снимался у Андрей Тарковского в фильмах «Иваново детство» и «Андрей Рублёв».
«Мне было 14 лет, ему 28, когда меня первый раз к нему привели. Тогда я не мог это так оценивать, как сейчас, но я интуитивно понял: это особенный человек, я таких не видел. С тех пор я живу с ним каждый день. Я молюсь за него каждое утро. Он рядом как эталон, как посланец с небес. Он смог первым в советском и мировом кинематографе говорить о самом сокровенном. Он чувствовал Создателя интуитивно, хотя о Боге мы не говорили никогда».

«Мне иногда казалось, что Андрей находится в прямом контакте с небом, словно между Тарковским и Создателем существовал незримый мост», — рассказывает Николай Бурляев. — «Он был подключён к божественной энергии всю жизнь».

«О трагической судьбе Андрея Арсеньевича всё рассказано, я рассказал о его божественной душе. Это ключ к Тарковскому. Я вывожу песню души Тарковского. В чём его идея всей жизни? Жертвоприношение. У него это сквозь все фильмы», – говорит Николай Бурляев.

На прямом эфире в своей «Школе авторской кинорежиссуры» 31 марта 2023 года Николай Петрович Бурляев сказал: «Фильм настолько соответствует творческой манере Тарковского, что многие посмотревшие фильм полагали, что это фильм самого Тарковского, утаённый от нас».

Картина снималась в местах, связанных с детством и юностью Тарковского: в волжском селе Завражье (Костромской области), где родился Андрей, в городе Юрьевец (Ивановской области), где он жил во время войны. А также в местах, где снимался фильм «Андрей Рублёв», в частности, в городе Суздаль (Владимирской области).

В новостях неверно пишут: «Боже, чувствую приближение твоё», — таковы строки последней дневниковой записи великого русского кинорежиссёра Андрея Тарковского».
На самом деле эта запись сделана 10 февраля 1979 года.
«Боже! Чувствую приближение Твоё. Чувствую руку Твою на затылке моём. Потому что хочу видеть Твой мир, каким Ты его создал, и людей Твоих, какими Ты стараешься сделать их. Люблю Тебя, Господи, и ничего не хочу от Тебя больше. Принимаю всё Твоё, и только тяжесть злобы моей, грехов моих, темнота низменной души моей не дают мне быть достойным рабом Твоим, Господи! Помоги, Господи, и прости!
Образ – это впечатление от Истины, на которую Господь позволяет взглянуть нам своими слепыми глазами».
«Великое счастье – ощущать присутствие Господа».

Некоторые считают, что Андрей Тарковский безусловно гениальный режиссёр. Другие полагают, что гениальность Тарковского несколько преувеличена.
Гугл выдаёт: «Самый перехваленный», «самый недооценённый», «воплощение русской духовности», «мастер пафоса, снобизма и звенящей пустоты», «интеллектуал с „холодным носом“», «творец, пишущий собственной кровью». Всё это суждения об одном человеке — кинорежиссёре Андрее Тарковском 4 марта 2020 года.

Андрей Тарковский уже при жизни стал легендой: его талантом и неповторимым стилем восхищались классики мирового кинематографа: Микеланджело Антониони, Ингмар Бергман, Федерико Феллини и другие.
«Все хорошие режиссёры планеты во всех странах считают Андрея Тарковского номер 1, — утверждает Николай Бурляев. — Тарковский учился на фильмах Бергмана. Но когда Бергман увидел его фильмы, он написал так: «Когда я увидел фильмы этого молодого русского режиссёра, я понял, что он имеет ключи от той тайной комнаты, куда я бы хотел попасть, но я не могу попасть, а он себя чувствует там как дома».

«Безусловно, искусство Тарковского не для всех, оно завораживает только тех людей, у кого есть то, чем завораживаться», – уверена заслуженная артистка РСФСР Наталья Бондарчук. – «Режиссёр поднимает вечные темы, размышляет зачем мы на Земле… Он понимал, что мы не венцы Вселенной».

Тарковский считал, что «насущное предназначение человека в том, чтобы благодаря поиску духовности познавать истину».
«Под духовностью я имею ввиду прежде всего интерес человека к тому, что называется смыслом жизни. По крайней мере это первый шаг что ли. Человек, который задаёт себе этот вопрос, он уже не может опуститься ниже этого уровня, он уже будет развиваться. Он задаст себе этот вопрос «для чего мы живём?», «откуда и куда мы идём?», «каков смысл вот этого присутствия на этой планете в течение почти восьмидесяти лет?» Говоря элементарным языком: человек, который не задаёт себе этого вопроса или ещё не задал этого вопроса, является личностью бездуховной. И искусство, и художник, которого не занимает эта проблема, не является художником, потому что он не является реалистом. Потому что он отсекает одну из самых важных проблем человека, которые делают человека человеком. И когда мы начинаем заниматься этими проблемами, тогда возникает то, что мы называем истинным искусством».

«Задача искусства заключается для меня в том, чтобы выразить идею абсолютной свободы духовных возможностей человека. По моему мнению, искусство всегда было оружием в борьбе человека против материи, угрожавшей поглотить его дух», – писал Андрей Тарковский.
«Смысл человеческого существования, возможно, состоит именно в создании произведений искусства, в художественном акте, бесцельном и бескорыстном. Возможно, в нём как раз проявляется то, что мы созданы по подобию Бога».

В книге «Запечатлённое время» Тарковский пишет: «Человек интересен мне своей готовностью служения высшему, а то и неспособностью воспринять обыденную и обывательскую жизненную «мораль». Мне интересен человек, который осознаёт, что смысл существования в первую очередь в борьбе со злом, которое внутри нас, чтобы в течение жизни подняться хоть на ступенечку выше в духовном смысле. Ибо пути духовного совершенствования противостоит, увы, единственная альтернатива – путь духовной деградации, к которой обыденное существование и процесс приспособляемости к этой жизни так располагает!..»

«По-моему, смысл жизни заключается в том, чтобы возвысить свой духовный уровень за то время, которое нам даётся прожить».

«Мне кажется, драматизм нашего времени заключается в том, что мы находимся в разрыве, в конфликте между духовным и материальным. В этом и есть причина, которая привела к нынешнему положению в нашей цивилизации – драматическому и, я бы сказал, трагическому положению…»

Фильм Николая Бурляева наполнен пиететом к своему учителю. И это понятно. Но я бы не стал идеализировать Андрея Арсеньевича, который в своих дневниках откровенно признаётся в грехах и моральном несовершенстве.
«Я знаю, что далёк от совершенства, даже более того, что я погряз в грехах и несовершенстве, я не знаю, как бороться со своим ничтожеством».
«В этой жизни всё ужасно, кроме принадлежащей нам свободы воли. Когда мы соединимся с Богом, тогда мы уже не сможем ею воспользоваться, она будет у нас отнята…»
«Только время покажет, смог ли я стать медиумом между универсумом и людьми».

В своём дневнике «Мартиролог» в 1982 году Тарковский пишет: «Важнейшее и наитруднейшее – верить, ибо только верующий переживает осуществление (реализацию). Но искренне верить – необычайно трудно. Нет ничего труднее, нежели страстно, искренне и тихо верить наедине с самим собой».

«Я думаю, что верующий – прежде всего тот, кто готов принести себя в жертву», – говорил Андрей. Человек, не способный к самопожертвованию, для Тарковского неподлинный человек.
Суть «веры Тарковского» – возможность духовного преображения при прорыве в «неизвестность самого себя».

Тарковский говорил, что в его фильмах заложено много смыслов, которые могут быть интерпретированы по-разному, и делал он это намеренно.
«Фильм и делается специально таким образом, чтобы быть истолкованным по-разному», — говорил Тарковский о «Жертвоприношении». — «Я хотел показать, что человек может восстановить свои связи с жизнью посредством обновления тех оснований, на которых зиждется его душа… Жертвоприношение — это то, что каждое поколение должно совершить по отношению к своим детям: принести себя в жертву».

Николай Болдырев в книге «Жертвоприношение Андрея Тарковского» пишет:
«Настоящий художник, по Тарковскому, хотя бы немного, но преобразует себя в художественном акте, и вот тогда-то произведение и становится способным изменить что-то в другом. Книга или фильм, ничего в нас не меняющие, пустотны».
«Смысл жизни для нас – в возвратном обожении мира, в поднятии его, насколько позволяют силы, из низин опошленности, в восстановлении Творения в его изначальном статусе».

Мессианская идея спасения мира усилиями одного человека – вот суть философии режиссёра Андрея Тарковского во всех его фильмах.

Я вырос на фильмах Тарковского: они очень сильно повлияли на меня и в личностном плане, и в творческом. Благодаря фильмам Тарковского, я научился слушать и слышать природу, понимать её, приобщился к мудрости её извечной.
Когда впервые в четырнадцать лет посмотрел фильм Андрея Тарковского «Солярис», я был потрясён и три дня ходил под впечатлением, которого до сих пор не могу забыть. После этого фильма я поверил в любовь!

С Андреем Тарковским я виделся лишь раз – во время выступления режиссёра в актовом зале Ленинградского университета 12 декабря 1981 года. Накануне, 11 декабря 1981 года Тарковский делает запись в своём дневнике: «… Россия возвестит миру весть, которая превзойдёт величием всё до сих пор бывшее».

Когда я приехал в Университет, в актовый зал уже перестали пускать, поскольку он был переполнен. Тогда мы стали скандировать «Тарковский, Тарковский, Тарковский!..» Меня как зачинщика хотели схватить, но Андрей распорядился пустить нас в зал. Благодаря этому мне удалось задать заранее подготовленный вопрос, который долго обсуждали с друзьями: «Тарковский – православный экзистенциалист?»

Андрей ответил достаточно резко, словно защищаясь, кинув упрёк в зал, где сидели профессора и студенты, что, мол, вы понятия не имеете о православии и экзистенциализме.
«Для меня кино – занятие нравственное, а не профессиональное», – говорил Андрей Тарковский. – «Задача искусства заключается для меня в том, чтобы выразить идею абсолютной свободы духовных возможностей человека. По моему мнению, искусство всегда было оружием в борьбе человека против материи, угрожавшей поглотить его дух…»
«Для меня нет никакого сомнения, в том, что искусство – это ДОЛГ». «Искусство — это молитва; этим всё сказано».

Когда в 2002 году сценарист Тонино Гуэрро приехал в Петербург и выступал в актовом зале Ленинградского университета (где в декабре 1981 года выступал Андрей Тарковский), я подарил Тонино свой роман-исследование «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак».
Андрей Тарковский – был чужой странный непонятный необыкновенный чужак. В своём дневнике («Мартиролог») Андрей признавался: «Если уж я жил бессмысленно, то пусть хотя бы смерть моя будет не напрасна. Я всё-таки люблю человечество, и чтобы сделать людей счастливыми готов принести себя в жертву, дабы доказать бытие Божие! Послужить человечеству, принести себя в жертву Богу — вот чего хочу я!»

10 февраля 1979 года Тарковский запишет в своём дневнике:
«Роднит ли Т.Манна с Достоевским что-либо? Безбожие? Может быть… Только оно у них разное. Манн слишком «много понимает» о Боге, а Достоевский хочет, но не может верить в Бога, — орган атрофировался». (с.197 Мартиролог. Дневники 1970-1986.)

В своей книге «Художественная философия Андрея Тарковского» И.И. Евлампиев пишет:
«Сам Бог в художественном мире Тарковского «конструируется» как итог жертвенных усилий человека, как своего рода центр спасённого и преображённого бытия – спасённого и преображённого в результате нескончаемых жертвенных деяний множества людей, соединившихся друг с другом в своём стремлении к совершенству».
«Обращение к Богу, по сути, оказывается обращением к тем неведомым, загадочным силам, которые содержатся в человеке, точнее, к тем силам, которые заложены в самом бытии, но могут быть раскрепощены, направлены на преображение всего мира только с помощью совместного усилия всех людей».
«Вера, по Тарковскому, это вовсе не ожидание помощи от какой-то внешней «инстанции» и не просто надежда на благое будущее, – это ощущение в себе и самом бытии, частью и центром которого является человек, указанных «божественных» сил; вера – это способность сделать эти силы реальными и действенными в мире».

В книге «Запечатлённое время» Тарковский пишет о фильме «Сталкер»:
«В этом фильме я впервые решился средствами кино заговорить о самом для себя главном и сокровенном, прямо и непосредственно, безо всяких уловок…»
«Да, мои фильмы трудны для восприятия, – признаёт Тарковский, – но я не пойду ни на малейшие компромиссы с толпой, дабы сделать их более доступными или «интересными», я не сделаю и полшага к тому, чтобы быть понятным зрителю».

10 марта 2017 года меня пригласили на Студию документальных фильмов посмотреть заново отреставрированный фильм Андрея Тарковского «Сталкер». К моему удивлению, зал на 300 мест был битком. Пришлось даже поставить дополнительно стулья, чтобы усадить всех желающих, приехавших даже из Москвы и окрестностей. Мне было крайне интересно, почему молодежь ломится на фильм, которому исполнилось 40 лет.

О работе над фильмом «Зеркало» Андрей Тарковский пишет:
«Приступая к работе над «Зеркалом», я всё чаще и чаще стал думать о том, что фильм, если ты серьёзно относишься к своему делу, это не просто следующая работа, а поступок, из которых складывается твоя судьба. В этом фильме я впервые решился средствами кино заговорить о самом для себя главном и сокровенном, прямо и непосредственно, безо всяких уловок…»

«“Зеркало” религиозно. И, конечно, не понятно массе, привыкшей к киношке и не умеющей читать книг, слушать музыку, глядеть живопись… Никаким массам искусства и не надо, а нужно совсем другое – развлечение, отдыхательное зрелище на фоне нравоучительного “сюжета”… Моё дело заниматься тем, что Бог дал, несмотря на ругань. Я не думаю о себе слишком восторженно – просто надо нести свой крест… Жертва – единственная форма существования личности».

В конце жизни Андрей Арсеньевич сомневался в правильности своего профессионального выбора. Измотанный борьбой с киношным начальством, Андрей завидовал писателям, которые могли заниматься творчеством независимо ни от кого. Именно писатель в фильме «Сталкер» стал его «альтер эго», выразителем всех дум и сомнений.

«Дайте мне камеру, и я переверну мир»! – восклицал молодой Андрей Тарковский.
В поздние годы жизни, устав от тягот кинопроизводства, он мечтал о портативной видеокамере, с помощью которой он мог бы сам снимать и монтировать свои фильмы.

Во Владимире, где снимался «Андрей Рублёв» я поговорил с людьми, в том числе и с молодыми, об Андрее Тарковском.

«Самое великое дело в жизни – знать Бога по личному опыту», — говорил Андрей Тарковский. — «Просто невозможно представить себе творение без Творца. Смысл искусства в поиске Бога в человеке, поиске пути для человека. Я совершенно не приемлю современное искусство оттого, что оно бездуховно… Истинная поэзия свойственна людям религиозным. Безбожник не может быть поэтом…

Боже! Чувствую приближение Твоё.
Чувствую руку Твою на затылке моём.
Потому что хочу видеть Твой мир,
каким Ты его создал, и людей Твоих,
какими Ты стараешься сделать их.
Люблю Тебя, Господи,
и ничего не хочу от Тебя больше.
Принимаю всё Твоё,
и только тяжесть злобы моей,
грехов моих, темнота низменной души моей
не дают мне быть достойным рабом Твоим, Господи!
Помоги, Господи, и прости!

Я соткан из противоречий.
Мной правит Бог иль Сатана?
Мечусь в толпе и жду Предтечи
Спросить, зачем мне жизнь дана.
Жесток и добр, я все вмещаю:
Заботу, ненависть, любовь.
Всего себя отдать желаю,
Но лгу и зло творю я вновь.
И не ищу уж оправданий,
Но страстно жажду осознать,
Как убежать мне от мечтаний,
Чтоб твердо вновь на землю встать.
Стремлюсь к добру, но зло творю я, —
Никто не может то понять.
Себе я лгу напропалую,
Желая искренним лишь стать.
Кто сможет в ложь мою поверить,
Тот сможет искренность понять.
Мне ни к чему себе не верить —
Всяк должен сам себя принять.
Но кто поймет мои терзанья,
Тоску мятущейся души,
Кто примет нас без покаянья,
Лишь веря — помыслы чисты.
Кто сможет правду в лжи увидеть
И одиночество принять,
Тот лжи не сможет не поверить,
Позволив правду мне сказать.
Кто чистоту в грязи увидит,
Кто искренность во лжи узрит,
Тот слову каждому поверит
И, боль приняв, меня простит.
Душа одеждами сокрыта,
Защитой ото всех и вся,
Но страстно жаждет быть открыта
К любви, любовью и любя!..
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

В своём творчестве я причисляю себя к незримой «церкви Тарковского».
Я не сравниваю себя с Тарковским – но равняюсь на него!
В 2019 году мы поехали в Париж, где я снял фильм о смысле жизни, о смерти, о любви, и посвятил его Андрею Тарковскому.

P.S. Всем любителям русской культуры и творчества Андрея Тарковского рекомендую посмотреть новый фильм Николая Бурляева «Боже! Чувствую приближение Твоё».

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

А Вы согласны, что ТАРКОВСКИЙ СОЗДАТЕЛЬ СОКРОВЕННОГО?

ВОЙНА АНДРЕЯ ТАРКОВСКОГО

admin — Sat, 02 Apr 2022 03:27:00 +0000

4 апреля 90 лет со дня рождения Андрея Арсеньевича Тарковского — великого режиссёра советского и мирового кино, «отменить» которого невозможно. Я написал много статей о жизни и творчестве Тарковского, почти обо всех его фильмах, за исключением «Иваново детство». В процессе подготовки статьи ещё раз посмотрел дебютный фильм. Съёмки проходили в Каневе на берегу Днепра (почему-то подумалось о нынешнем положении в Украине).
Война показана в трёх фильмах Тарковского: «Иваново детство» (битва за Днепр в 1943 году), «Зеркало» (переправа через Сиваш), «Жертвоприношение». Она показана как трагическое испытание, как грязная тяжёлая работа безо всякого геройства. Отец Андрея поэт Арсений Тарковский прошёл всю войну и делился с сыном своими впечатлениями.
«Неужели это не самая последняя война на Земле?» — вопрошает Гальцев в конце фильма «Иваново детство».
«Нет», как бы говорит Тарковский, показывая в последнем своём фильме «Жертвоприношение» возможность или неизбежность ракетно-ядерной войны.
В конце жизни Андрей говорил, что устал от кинопроизводства и хотел бы снимать ручной видеокамерой, независимо ни от кого. В Петербурге в кинотеатре «Аврора» ретроспектива фильмов, посвящённая 90-летию Андрея Тарковского. Я узнал у пришедших мнения о фильме и творчестве великого режиссёра.

«Иваново детство» первый полнометражный фильм Андрея Тарковского, снятый в 1962 году по мотивам повести Владимира Богомолова «Иван» (1957 г). Рассказ написан от лица молодого лейтенанта и повествует о встречах с 12-летним разведчиком, потерявшим за время войны всех родных. Повесть была переведена более чем на двадцать языков и привлекла внимание кинодраматурга Михаила Папавы. Он написал сценарий с оптимистическим финалом. Если в повести Иван погибает, то в сценарии Гальцев уже после войны случайно встречает в поезде Ивана с его беременной женой и торжественно произносит: «Да будет благословен мир!»

Вначале экранизацию поручили молодому режиссёру Эдуарду Аббалову, но кино получилось фальшивым, фильм закрыли и пленку списали. В 1961 году решили снова вернуться к этому проекту. Богомолов, сам бывший разведчик, написал новый вариант сценария с оригинальным концом. Стали искать подходящего режиссёра.

Михаил Ромм порекомендовал с отличием окончившего ВГИК Андрея Тарковского, на тот момент режиссёра 3 категории киностудии «Мосфильм». Тарковский не знал, что был последним из режиссёров «Мосфильма», кому было предложено взяться за эту картину. Андрей прочитал повесть и уже через пару дней сказал Ромму:
— Мне пришло в голову решение картины. Если студия и объединение пойдут на это, я буду снимать; если нет — мне там делать нечего.
— В чём же твоё решение?
— Иван видит сны.
— Что ему снится?
— Ему снится та жизнь, которой он лишён, обыкновенное детство. В снах должно быть обыкновенное счастливое детство. В жизни — та страшная нелепость, которая происходит, когда ребёнок вынужден воевать.

«Эмоциональная конструкция этого рассказа была мне чужда, — вспоминал Андрей. — События здесь были сознательно дистанцированы, изложены даже протокольно. Я не мог такое перенести на экран, это бы противоречило моим убеждениям».

Андрей заявил, что будет снимать весь фильм заново с новыми актёрами. В итоге после обсуждения режиссёром назначили Тарковского. Для двадцатидевятилетнего Андрея это был первый полнометражный фильм.
«… Для меня эта картина была своего рода экзаменом, — признавался Тарковский. — Для самого себя. Я, честно говоря, думал … в общем, серьёзно думал я, если она не получится, вряд ли я останусь в кино. То есть сам бы не захотел остаться. Я был очень честолюбив в то время, очень верил в свою исключительность. Нетерпимым был очень и очень. Провала бы я просто не пережил». (из книги Николая Болдырева «Жертвоприношение Андрея Тарковского». с.123).

Тарковский выкинул авторскую концовку. И хотя все диалоги почти буквально взяты из повести Богомолова, смысл истории полностью изменился. Вместо реального героизма — мечты-воспоминания об утраченном детстве. Богомолов такую трактовку не принял.

По словам Андрея, он хотел передать всю противоестественность войны и выбрал тему детства, так как оно «больше всего контрастирует с войной».
Как таковой войны в фильме практически нет: нет массовых сражений, атак, сцен гибели. Тарковского не интересовала традиционная героика, танки и артиллерия. Он хотел создать более камерную историю, сосредоточенную на внутреннем мире ребенка, психика которого сломана войной. Фильм снят как бы от лица Ивана.

Война показана глазами 12-летнего мальчика, для которого детство закончилось, когда у него на глазах фашисты расстреляли мать и сестрёнку. Фильм сделан в духе философии экзистенциализма: ребёнок постоянно находится на грани смерти, он живёт в ужасе, в кошмаре войны.

В фильме об Иване говорят: «У него на уме одно: мстить до последнего!… Трудно думать, что ребёнок может так ненавидеть…» То, на что способен мальчишка, дюжим мужикам не под силу. Взрослые перед мальчиком теряют взрослость, робеют, даже побаиваются его. Иван перешагнул рубеж, за которым исчезает страх смерти. Он сам смертник — «живое оружие».

Тарковский приложил много сил, чтобы добиться психологической достоверности картины и главного героя Ивана. «Он добивался полной правды, а не игры», — вспоминал Николай Бурляев, сразу утверждённый на главную роль (хотя был старше своего персонажа на два года).

В 1973 году Тарковский раскритикует работу свою и Коли Бурляева. «Во-первых, там очень плохо играет мальчик. Очень плохо. Во-вторых, она претенциозна — в том смысле, как если бы пианист играл, нажав правую педаль и не отпуская ноги: всё педалировано, всё акцентировано чересчур, всё чересчур выразительно. Так сказать, сразу все тридцать два зуба актёр показывает — я имею в виду автора, самого себя. Всё сделано чересчур, без чувства меры… Но она, эта картина, мне дорога как первая моя самостоятельная работа».

Фильм получился в высокой степени реалистичный. Наряду с мрачными ужасами войны (два трупа солдат с надписью «добро пожаловать») есть некоторое подчёркнутое эстетство в изображении природы и разрушений. Сильно выражен экспрессионизм. В каждом кадре символы мировой катастрофы. На мой взгляд, фильм страдает театральностью и избыточностью крупных планов. Иван чудовищно страшен в своей ненависти. Его ненависть и его нечувствительность к страданиям и боли за пределами возможного.

Некоторые западные критики отмечали излишнюю впечатлительность Ивана, его экзальтированность и недетскую агрессивность.
Да, в нём есть ненависть к захватчикам, но нет желания мстить, убивать.

«Война убивает тех, кто её ведёт, даже если они выживают. На войне все солдаты безумны: этот ребёнок-чудовище является объективным свидетелем их безумия, потому что он самый безумный из них», — заключил французский философ-экзистенциалист Жан-Поль Сартр после просмотра фильма в Москве. Он посвятил фильму две статьи. «Истина заключается в том, что для этого ребёнка весь мир становится галлюцинацией и даже сам он, чудовище и мученик, является в этом мире галлюцинацией для других».

Наибольшее впечатление на меня произвёл контраст между двух реальностей: светлыми детскими беззаботными снами Ивана и мрачными реалиями военного времени. Хотя в повести Богомолова никаких снов нет.

Лично мне больше всего в фильме нравится, как сделаны именно сны Ивана. Сновидения станут одной из важных черт почерка Тарковского.
И ещё мне нравится «субъективная камера» — как происходящее показано глазами героя. Это позволяет глубже проникнуть во внутренний мир персонажа. Мы смотрим не только глазами Ивана; в березовом лесу мы видим «вальс жизни» глазами медсестры Маши.

Съёмки заняли пять месяцев, экономия сметы составила 24000 рублей. «Иваново детство» был одним из самых коммерчески успешных фильмов Тарковского, в СССР было продано около 16,7 млн билетов.
Фильм принёс Тарковскому всемирную славу и был удостоен «Золотого льва» 23-го Международного кинофестиваля в Венеции, а также ряда других призов.
Фильм заслужил высокую оценку великого шведского режиссера Ингмара Бергмана и великого польского режиссера Кшиштофа Кесьлевского.
Соотечественники присвоили Андрею статус гения. «Тарковский — гений, а тех, кто не согласен, нужно повесить на любимой берёзе Тарковского».

«В «Иваново детство» я не пытался анализировать сам процесс, а скорее состояние человека, на которого воздействует война. Если человек разрушается, то происходит нарушение логического развития, особенно когда это касается психики ребёнка».
Тарковский воспринимал мир бесповоротно «вывихнутым из своих суставов».

«Фильм Тарковского о бесчеловечности, противоестественности войны вообще. Всякой войны. И вчера, и сегодня, и завтра. И для тех, кто нападает, и для тех, кто защищает. Пока на планете люди будут убивать друг друга Иван – как порождение войны – явление самое страшное: не поддающаяся восстановлению личность, человек как отход смертоносной машины» (из книги Людмилы Бояджиевой «Андрей Тарковский. Жизнь на кресте». с.112-113).

«Созерцая «Иваново детство остро чувствуешь, как хрупка человеческая психика и как непереносимо насилие для нормальной человеческой души», — пишет Николай Болдырев в книге «Жертвоприношение Андрея Тарковского (с.129).
«Жизнь есть трагическая мистерия. Жизнь — прекрасная, завораживающе-таинственная, но трагическая и жестокая мистерия, совершенно не занятая (ни в одном из своих текущих моментов) изъяснением своих смыслов. Её жестокость лежит где-то выше или глубже уровня человеческого разумения». (с.130)

«Подумай только: Иван – мой ровесник! — восклицал Тарковский — Мне было столько же лет, когда началась война …. Я проживу ЕГО жизнь. Проживу то, что могло бы случиться со мной…» «Мы на всю жизнь запомнили ощущение тошнотворной пустоты в том месте, где совсем недавно помещалась надежда».

Смерть Ивана подействовала на Андрея, поскольку «с неожиданной силой заставила почувствовать и понять противоестественность войны». Пожалуй, не только войны, но и самой человеческой жизни, обречённой на небытие». (Виктор Филимонов. «Андрей Тарковский» серия «ЖЗЛ» с. 122)

«Такой характер мне ближе и интереснее, — говорил об Иване Андрей Тарковский. — В неразвивающемся, как бы статичном характере напряжение страсти обретает максимальную остроту и проявляется более наглядно и убедительно, чем в условиях постепенных изменений. … Меня больше интересуют характеры внешне статичные, а внутренне напряжённые энергией овладевшей ими страсти».

Можно, конечно, сказать, что в фильме есть лишние сцены, которых нет в повести Богомолова: романтические отношения Маши и Холина, сошедший с ума старик, сны Ивана, «игра в войну». Тарковский признавал сам, что повесть на подходит для фильма. Сценарий был слишком мал и поэтому пришлось вставлять ненужные сцены и ненужных героев, в том числе в исполнении Валентины Малявиной.

Вся съёмочная группа была в курсе, что у Тарковского роман с Валентиной Малявиной. В тот момент она была замужем за Александром Збруевым, но уже с ним расставалась, чтобы уйти к режиссёру Павлу Арсёнову. Валентина так писала о своей влюблённости в Тарковского: «Я приняла в своё сердце гения — не мужчину. Я любила его своей особенной любовью».

Исполнивший одну из ролей в фильме А. Кончаловский вспоминал: «Мы с Тарковским росли под знаком отрицания многого из того, что было в кинематографе. Нам казалось, что мы знаем, как делать настоящее кино. Главная правда — в фактуре, чтобы было видно, что всё подлинное — камень, песок, пот, трещины в стене. Не должно быть грима, штукатурки, скрывающей живую фактуру кожи. Костюмы должны быть неглаженые, нестираные. Мы не признавали голливудскую или, что было для нас то же, сталинскую эстетику. Ощущение было, что мир лежит у наших ног, нет преград, которые нам не под силу одолеть».

Тарковский не пытается сформулировать смысл фильма, но средствами киноискусства предлагает зрителю задуматься и сформулировать самому. Этому служит и открытый финал, который закрепится за Тарковский как его неотъемлемый режиссёрский и драматургический приём.

Антитезой фильму «Иваново детство» может служить другой фильм, который я часто смотрел в детстве: «Это было в разведке» — реальная история о 12-летнем разведчике в тылу врага. Это фильм для детей, а «Иваново детство» скорее для взрослых. Если «Дело было в разведке» фильм о герое, сыне полка, то «Иваново детство» о состарившемся ребёнке, жертве войны, её антигуманности.

Многие фронтовики, посмотревшие фильм, по-своему анализировали и критически оценивали «Иваново детство». Одним из них был Александр Исаевич Солженицын.
31.01.2020 на семинаре «Русская мысль» в Русской христианской гуманитарной академии в Петербурге обсуждали доклад кандидата исторических наук, доцента Русской христианской гуманитарной академии Александра Александровича Синицына – «Солженицын vs Тарковский: к дискуссии о русском Логосе, модернизации истории и принципах художественного изображения прошлого».

С Тарковским я виделся лишь раз – во время выступления режиссёра в актовом зале Ленинградского университета 12 декабря 1981 года. Накануне, 11 декабря 1981 года Тарковский делает запись в своём дневнике: «… Россия возвестит миру весть, которая превзойдёт величием всё до сих пор бывшее».
Когда я приехал в Университет, в актовый зал уже перестали пускать, поскольку он был переполнен. Тогда мы стали скандировать «Тарковский, Тарковский, Тарковский!..» Меня как зачинщика хотели схватить, но Андрей распорядился пустить нас в зал. Благодаря этому мне удалось задать заранее подготовленный вопрос, который долго обсуждал с друзьями: «Тарковский – православный экзистенциалист?»

Когда в 2002 году сценарист Тонино Гуэрро приехал в Петербург и выступал в актовом зале Ленинградского университета (где в декабре 1981 года выступал Андрей Тарковский), я подарил Тонино свой роман-исследование «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак».
Тонино Гуэрро вместе с Андреем Тарковским написал сценарий фильма «Ностальгия» и вместе они сняли документальный фильм «Время путешествий» («Tempo di viaggio»). Это своего рода видео-дневник, отразивший мысли и чувства режиссёра, обращённые к Италии и итальянской культуре.

Когда Андрей Тарковский после съёмок «Ностальгии» в 1983 году отказался вернуться на родину и попросил дать ему возможность ещё пожить в Италии три года, директор «Мосфильма» Ермаш написал в ЦК КПСС секретную докладную:
«Рассмотрев обращение Тарковского А. А., Госкино СССР считает, что его решение остаться за рубежом едва ли является только следствием эмоциональной неуравновешенности и определённой неудачи на Каннском фестивале, откуда Тарковский А. А. рассчитывал вернуться с главным призом. Сосредоточившись на собственном эгоцентрическом понимании нравственного долга художника, Тарковский А. А., видимо, надеется, что на Западе он будет свободен от классового воздействия буржуазного общества и получит возможность творить, не считаясь с его законами».

Власти уговорили Арсения Тарковского написать сыну письмо с предложением вернуться на родину. 16 сентября 1983 года Тарковский в письме ответил отцу:
«Мне очень грустно, что у тебя возникло чувство, будто бы я избрал роль «изгнанника» и чуть ли не собираюсь бросить свою Россию… Я не знаю, кому выгодно таким образом толковать тяжёлую ситуацию, в которой я оказался «благодаря» многолетней травле начальством Госкино, и, в частности, Ермаша — его председателя. Может быть, ты не подсчитывал, но ведь я из двадцати с лишним лет работы в советском кино — около 17 был безнадёжно безработным. Госкино не хотело, чтобы я работал! Меня травили всё это время и последней каплей был скандал в Канне, где было сделано всё, чтобы я не получил премии (я получил их целых три) за фильм «Ностальгия». Этот фильм я считаю в высшей степени патриотическим, и многие из тех мыслей, которые ты с горечью кидаешь мне с упрёком, получили выражение в нём».

В одном из эпизодов фильма «Ностальгия» герой рассказывает притчу. Один человек спас другого из глубокой лужи. И когда оба лежали на земле, спасённый человек спросил: «Зачем ты меня вытащил?» — «Как, я же тебя спас». — «Дурак, я ведь там живу!»

В фильме «Время путешествий» Андрей Тарковский размышляет вслух:
«Я бы хотел сказать молодым режиссёрам, что они должны отвечать морально, нравственно за те поступки, которые они совершают своими фильмами. Это самое главное. И чтобы они приготовили себя к мысли, что кино очень тяжёлое, серьёзное искусство. Оно требует в жертву тебя. И ты должен принадлежать ему, а не оно должно принадлежать тебе. Кино использует тебя в жизни, а не наоборот. Нужно служить, отдавать себя в жертву искусству».

Первый фильм Тарковского, который я посмотрел в 1974 году, был «Солярис». Три дня ходил под впечатлением! Благодаря Андрею я открыл для себя новый мир – реальность нереального. Тарковский изменил моё мировосприятие. Он научил меня видеть, а не только смотреть, не только думать, но и сопереживать. Я научился слушать и слышать природу. Мне очень близка мысль, что планета – это живое существо, причём мыслящее. Хотя сама идея «мыслящей планеты» принадлежит не Станиславу Лему.

В фильмах «Сталкер», «Ностальгия», «Жертвоприношение» Андрей Тарковский поднимал тему последних дней человечества. Сегодня мысли и образы режиссёра стали реальностью и звучат особенно актуально. «Раньше будущее было лишь продолжением настоящего, а все перемены маячили где-то там, за горизонтами. А теперь будущее слилось с настоящим…», – говорит писатель в фильме «Сталкер».

«Дайте мне камеру, и я переверну мир»! – восклицал Андрей в молодости.

В 9 классе нам задали написать домашнее сочинение «какую профессию вы хотели бы выбрать?». Почему-то я написал, что хочу стать телеоператором, хотя к этому вовсе не стремился и считал для себя невозможным. Я любил историю, увлекался фотографией, учился в музыкальной школе, играл в драмкружке, хотел поступать в ГИТИС…
И вот теперь я делаю то, о чём мечтал в 9 классе: снимаю видео, сам монтирую и озвучиваю. Синтезируя изображение, музыку и стих, всегда с благодарностью вспоминаю Андрея.
Я себя не сравниваю с Тарковским – но равняюсь на него!

Во время поездки в Париж, я решил сделать фильм о смысле жизни и посвятить его Андрею Тарковскому, который немало размышлял о смысле человеческой жизни.
«По-моему, смысл жизни заключается в том, чтобы возвысить свой духовный уровень за то время, которое нам даётся прожить», – говорил Андрей.
«Если уж я жил бессмысленно, то пусть хотя бы смерть моя будет не напрасна. Я всё-таки люблю человечество, и чтобы сделать людей счастливыми готов принести себя в жертву, дабы доказать бытие Божие! Послужить человечеству, принести себя в жертву Богу — вот чего хочу я!»

Идея самопожертвования была у Тарковского одной из любимых и самых значимых. Мессианская идея спасения мира усилиями одного человека – вот суть его философии во всех фильмах.
«Если им (людям Запада) сказать, что смысл человеческого существования в жертвенности во имя другого, то они, наверное, засмеются и не поверят – также они не поверят, если сказать им, что человек рождён совсем не для счастья и что есть вещи гораздо более важные, чем личный успех и личное меркантильное преуспевание. Никто, видно, не верит, что душа бессмертна!»

Смысл фильма «Жертвоприношение» режиссёр объяснял так.
«Если мы не хотим жить как паразиты на теле общества, питаясь плодами демократии, если мы не хотим стать конформистами и идиотами потребления, – то мы должны от многого отказаться. И начать мы должны с самих себя. Мы охотно возлагаем вину на других, на общество, на друзей, только не на себя. …
Лишь когда знаешь, что готов пожертвовать собой, можно добиться воздействия на общий процесс жизни, по-другому не выйдет. Цена – это, как правило, наше материальное благосостояние. Нужно жить так, как говоришь, дабы принципы перестали быть болтовнёй и демагогией».

«Сейчас человечество может спасти только гений – не пророк, нет! – а гений, который сформулирует новый нравственный идеал. Но где он, этот Мессия?» — вопрошал Андрей Тарковский. (из книги «Мартиролог»)

«Я верю в божественное предопределение», — признавался Андрей. — «Вера – это единственное, что может спасти человека. Это моё глубочайшее убеждение».
«Мир не исчерпывается целиком материальной жизнью, а есть мир трансцендентный, который … ещё только предстоит открыть».

Суть «веры Тарковского» — возможность духовного преображения при прорыве в «неизвестность самого себя». «Я думаю, что верующий – прежде всего тот, кто готов принести себя в жертву», — говорил Андрей. Человек, не способный к самопожертвованию, для Тарковского неподлинный человек,. (Николай Болдырев в книге «Жертвоприношение Андрея Тарковского»)
«Настоящий художник, по Тарковскому, хотя бы немного, но преобразует себя в художественном акте, и вот тогда-то произведение и становится способным изменить что-то в другом. Книга или фильм, ничего в нас не меняющие, пустотны».
«Смысл жизни для нас – в возвратном обожении мира, в поднятии его, насколько позволяют силы, из низин опошленности, в восстановлении Творения в его изначальном статусе».

«Кроме художественного произведения, – писал Андрей Тарковский, – человечество не выдумало ничего бескорыстного, и смысл человеческого существования, возможно, состоит именно в создании произведений искусства, в художественно акте, бесцельном и бескорыстном. Возможно, в нём как раз проявляется то, что мы созданы по подобию Бога».

Автор нескольких книг о Тарковском доктор философских наук Игорь Иванович Евлампиев считает: «…современное человечество утратило подлинную веру, являющуюся не столько состоянием сознания, сколько реальным изменением нашего бытия». «Полагая, что только «открывает» законы мира, разум на деле накладывает на мир свойственные ему самому, удобные для него законы. … Даже Бог подчинён законам, которые устанавливает человеческий разум, и не в состоянии изменить или нарушить их».

Андрей Тарковский для многих был чужой странный непонятный необыкновенный чужак. Его отличал надмирный, потусторонний взгляд пришельца. Он понимал свою работу «как посредничество между универсумом и людьми».
«Он считал себя мессией, – пишет Людмила Бояджиева в книге «Андрей Тарковский. Жизнь на кресте», – отдающим все духовные и творческие силы совершенствованию человечества. Но зритель, для которого он творил, зачастую был далёк от понимания его “проповедей”».

Тарковский всю жизнь вёл войну с киношным начальством СССР за право быть собой, быть АВТОРОМ.
«Я — Автор! Мерило всех вещей. Моё режиссёрское Я — эпицентр собственного мира. И всегда будет только так!» — с упором, без тени юмора, говорил Андрей.
«В его позиции была непреклонность, доходящая до самоубийственности», — вспоминает Андрон Кончаловский.

Тарковский считал, что «насущное предназначение человека в том, чтобы благодаря поиску духовности познавать истину».
В книге «Запечатлённое время» Тарковский напишет: «Человек интересен мне своей готовностью служения высшему, а то и неспособностью воспринять обыденную и обывательскую жизненную «мораль». Мне интересен человек, который осознаёт, что смысл существования в первую очередь в борьбе со злом, которое внутри нас, чтобы в течение жизни подняться хоть на ступенечку выше в духовном смысле. Ибо пути духовного совершенствования противостоит, увы, единственная альтернатива – путь духовной деградации, к которой обыденное существование и процесс приспособляемости к этой жизни так располагает!..»

Человечество живёт в состоянии перманентной войны. И мир войны – непобедим, как свидетельствует история. По неполным подсчётам, с 3600 г. до н.э. по настоящее время (т.е. более чем за 5600 лет) на Земле было всего 300 мирных лет, свыше 15 тыс. войн унесло около 3,5 млрд. человеческих жизней. Только за ХХ век в мире произошло 155 войн, стоивших человечеству свыше 100 млн. жизней.

В конце жизни Тарковский, отвечая на вопросы о «Жертвоприношении» сказал, что на самом деле термоядерная мировая война идёт на Земле давно и трагедия в том, что слишком мало чутких и зрячих людей, видящих и слышащих это. … нет сегодня большего врага у природы, чем современный технологический человеческий интеллект, разрушительный и антидуховный.
«Я твёрдо убеждён, что сегодня мы снова стоим вплотную к гибели цивилизации, ибо мы полностью игнорируем духовную сторону исторического процесса. Мы не хотим признаться, что наш непростительно-греховный и безнадёжный материализм принёс человечеству бесконечно большие несчастья…»

«Как вразумить людей, как остановить их самоубийство?!
Что я должен сделать?
Нужно сказать, нужно убедить собственным примером!
В конце концов, я готов пожертвовать собой, чтобы спасти человечество!
Люди! Остановитесь! Взгляните на то, что вы натворили! Земля устала от нас. Мы губим её. Одно неосторожное движение, и сила, открытая и сдерживаемая пока, уничтожит нас и всё живое на планете.
Господи, как же мне вразумить их, как объяснить самоубийственность выбранного пути? Их желание иметь всё больше убьёт их. Они приносят природу в жертву неутолимой жажде комфорта, они убивают ради развлечения, они рабы своих всёвозрастающих желаний; они никогда не прекратят воевать друг с другом, уничтожая всё на своём пути…
Я хочу спасти этот мир, спасти людей! Потому что люблю людей и этот мир! Но как, как спасти?
Люди, опомнитесь! Пощадите природу, не убивайте себя! Слейтесь в гармонии, и вам не потребуется роскошь и орудия убийства. Чтобы стать счастливыми, для этого не нужно много иметь, — достаточно любить! ЛЮБОВЬ ТВОРИТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ!»
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

P.S. Читайте другие мои статьи об Андрее Тарковском: «Ностальгия по Тарковскому», «Жертвоприношение Андрея Тарковского», «Сталкер Андрей Тарковский», «Жертва Андрея Тарковского», «Солярис нашей совести», «Зеркало Андрея Тарковского» и др.

А как Вы относитесь к ВОЙНЕ АНДРЕЯ ТАРКОВСКОГО?

ЗЕРКАЛО АНДРЕЯ ТАРКОВСКОГО

admin — Sat, 06 Apr 2013 05:58:49 +0000

4 апреля 1932 года родился Андрей Тарковский – великий режиссёр советского и мирового кино.
Его отец – поэт Арсений Тарковский – был из рода дагестанских князей Тарковских. Андрей унаследовал характер крови.

Я не являюсь биографом Андрея Тарковского, но прочитал много книг о нём. Моя статья представляет собой синтез чужих и моих собственных воспоминаний о мастере.
Помню, как впервые посмотрел фильм «Зеркало» в клубе завода имени Калинина. В зале не было свободных мест. Я не всё понял в этом фильме с первого раза, но почувствовал желание посмотреть этот фильм ещё и ещё.
«Зеркало» не самый мой любимый фильм Тарковского, но что-то побуждает меня пересматривать его вновь и вновь. Каждый раз, когда запускаю просмотр DVD, меня охватывает необъяснимое волнение. И всякий раз я открываю для себя что-то новое и в фильме, и в себе самом.
«Зеркало» – самый откровенный и в то же время самый загадочный фильм Андрея Тарковского. Посмотрев его множество раз, я уже замечаю некоторые огрехи и нестыковки. Но всё равно, общий уровень фильма кажется недостижимым.

Фильм «Зеркало» вышел в 1976 году во времена «застоя», когда размышлять следовало в соответствии с резолюциями ЦК КПСС. Картина подверглась критике в официальной прессе.
«„Зеркало“ религиозно. И конечно, непонятно массе, привыкшей к киношке и не умеющей читать книг, слушать музыку, глядеть живопись… Никаким массам искусства и не надо, а нужно совсем другое — развлечение, отдыхательное зрелище, на фоне нравоучительного „сюжета“», – говорил Андрей Тарковский.

Кто-то считает, что фильмы Тарковского это «комплексы советского интеллигента», кто-то – что это «самореклама самовлюблённого псевдогения».

Сегодня такой автобиографический фильм может сделать о своей жизни практически каждый. Но не у каждого получится художественное полотно, интересное другим зрителям.
За последние тридцать пять лет никто не смог создать ничего подобного шедевру Андрея Тарковского, несмотря на многочисленные киношколы, фестивали и премии.

Ни один фильм Тарковского не рождался так долго и в таких муках. Это был необходимый Андрею акт духовной самореализации.
В книге «Запечатлённое время» Тарковский пишет:
«В „Зеркале“ мне хотелось рассказать не о себе, вовсе не о себе, а о своих чувствах, связанных с близкими людьми, о моих взаимоотношениях с ними, о вечной жалости к ним и своей несостоятельности по отношению к ним – о чувстве невосполнимого долга…»
«В этом фильме я впервые решился средствами кино заговорить о самом для себя главном и сокровенном, прямо и непосредственно, безо всяких уловок…»

Тарковский в эти годы был на перепутье, он хотел понять, как ему дальше жить, что он вообще такое есть. Ему нужна была исповедь, и такой исповедью стал фильм «Зеркало».
Это был прыжок в самого себя, «самообнажение». Это «безумие самообнаженья», считает Николай Болдырев, «на самом деле не самообнажение вовсе, не болезненный или тщеславный эксгибиционизм, а попытка прорыва в сновиденческую свою родину».

Андрей действительно во многом походил на своего отца поэта Арсения Тарковского.

У отца тоже было несколько жён и многочисленные влюблённости.
«Зеркальность» своей судьбы и судьбы отца стала для Андрея навязчивой идеей.

Получив отказ снять фильм «Белый, белый день», Тарковский переключился на съёмки фильма «Солярис». Однако позже, видимо, испытывая потребность освободиться от воспоминаний, он вновь возвращается к замыслу фильма-воспоминания.
В 1973 году заявка сценария «Белый, белый день» наконец была принята. От первоначального варианта сценария, написанного в 1968 году, не осталось почти ничего. В итоге получилась не исповедь матери, а исповедь умирающего сына.

Тарковский так рассказывал о замысле фильма «Зеркало»:
«Замысел должен возникать в какой-то особой сфере вашего внутреннего «я». Если вы чувствуете, что замысел возникает в области умозрительной, которая не задевает вашей совести, вашего отношения к жизни, то будьте уверены, что это всё пустое. Этим не стоит заниматься. Замысел должен быть равен поступку в моральной, нравственной области».

Андрей хотел оживить воспоминания, думал о съёмках скрытой камерой. Но оператор Вадим Юсов (с которым Андрей снял «Иваново детство», «Андрей Рублёв», «Солярис») отказался снимать скрытой камерой, как того хотел Тарковский.
Приглашённый оператор Павел Лебешев тоже ушёл из группы. Спас ситуацию Георгий Рерберг.

Свою эстетику Рерберг определял как «поэтический натурализм». Они с Тарковским понимали друг друга с полуслова. «Самые ценные вещи, которые у меня рождаются, у меня рождаются подсознательно». «Текст не столь важен, сколько атмосфера, в которой он рождён – атмосфера произведения».

По воспоминаниям Маргариты Тереховой, атмосфера на съёмочной площадке была импровизационная, многие «хулиганили» во время съёмок. Случайно попавшая в кадр собачка так в нём и осталась навсегда. «Не фильм снимался, а жизнь проживалась общая».

«Все, даже Гоша (Рерберг – Н.К.), называли Тарковского (между собой) «папой»… Мы его, собственно, даже за человека не считали: мы его обожествляли», – вспоминала Маргарита Терехова.

Тарковский стремился к натурализму. Он даже требовал от Тереховой, чтобы она натурально отрубила голову петуху. Но Маргарита категорически отказалась. В дневнике Тарковский запишет: «Сегодня случилась катастрофа – Рита отказалась резать голову петуху. Но я и сам чувствую, что здесь что-то не то…»

Ольга Суркова (автор книги «Я и Тарковский»), следовавшая повсюду за мастером на съёмках его фильмов, утверждает, что Маргарита Терехова была близка с Тарковским.

Действительно, иногда между актрисой и режиссёром возникает сближение: работая вместе, они начинают узнавать друг друга и возникают чувства. Если режиссёр не любит свою главную героиню, то у него вряд ли получится снять о ней фильм.

Естественно, Лариса невзлюбила конкурентку. «… Маргарита Терехова повсюду пишет ложь, рассказывая о якобы большой любви между нею и Андреем, – говорила Лариса Тарковская. – Это же безнравственно!»

«Мне с удивительной постоянностью сниться один и тот же сон. Он будто пытается заставить меня непременно вернуться в до горечи дорогие места, где раньше стоял дом моего деда, в котором я родился сорок с лишним лет тому назад прямо на обеденном столе, покрытом белой крахмальной скатертью. И каждый раз, когда я хочу войти в него, мне всегда что-то мешает. Мне часто снится этот сон, я привык к этому. И когда я вижу бревенчатые стены, потемневшие от времени и полуоткрытую дверь в темноту сеней, я уже во сне знаю, что мне это только снится. И непосильная радость омрачается ожиданием пробуждения. Иногда что-то случается, и мне перестают сниться и дом, и сосны вокруг дома моего детства. Тогда я начинаю тосковать. Я жду и не могу дождаться этого сна, в котором я опять увижу себя ребёнком, и снова почувствую себя счастливым от того, что ещё всё впереди, ещё всё возможно».

Тарковский любил снимать сновидения. Они почти в каждом его фильме. Хотя и не все понятны. Например, разгуливающая в сорочке с мокрыми волосами Терехова посреди падающей штукатурки.

Учитель Андрея Тарковского Михаил Ромм писал: «…. я чувствую в Тарковском желание не говорить впрямую, а заставить зрителя самому расшифровывать, так сказать, иероглифический смысл предлагаемого материала».

Чтобы расшифровать фильм, мне потребовалось многое узнать из того, что раньше не знал и не узнал бы, если бы не Тарковский.
«Зеркало» – фильм-реминисценция. Он кажется эклектичным. Но ведь это сны и воспоминания умирающего главного героя.

Лично мне больше всего в фильме нравится сюжет про типографию.

Исполнительница роли Лизы актриса Алла Демидова вспоминает:
«Главное – надо было суметь подключиться к его нерву, завышенному пульсу… Этот самоанализ рождения в муках и боли, ибо взваливал на себя решение неразрешимых человеческих вопросов. Отсюда поиски спасения, искупления, жертвоприношения. Тарковский в конце концов принёс в жертву свою жизнь…». «Для Андрея всё это было очень важно. Вечные вопросы о боге, о бессмертии, о месте в жизни. Откуда мы?»

Что же заставляло Андрея так упорно мучить себя?
Марина Арсеньевна связывает это с подсознательным чувством вины, которое не оставляло брата. Доверяя лишь своему собственному опыту, он повторил путь отца. Он хотел освободиться от воспоминаний. Это напоминает сеанс у психоаналитика. Человеку нужно выговориться, чтобы «очиститься», освободиться от мучительных воспоминаний.

Когда Арсений Тарковский посмотрел «Зеркало», он сказал своей первой жене Марии Вишняковой: «Видишь, как он с нами расправился».

«В искусстве не может быть компромиссов…» считал Арсений Александрович. Чтобы добиться нужной режиссёру интонации, поэт был вынужден при записи читать своё стихотворение одиннадцать раз.

После пробных просмотров одни были в шоке, что ничего не поняли, другие пережили катарсис. Многие почитатели были в восторге от увиденного. Тарковский записал в дневнике: «А может быть, действительно назревает шедевр. Я не чувствую. Я уже эту картину снял».

После пробного показа варианта картины, решили увеличить срок сдачи картины и выделить деньги для доведения её до совершенства.
Окончательно фильм был сдан в 1974 году. Сам Тарковский говорил, что «не было в его жизни фильма, который его коллеги-режиссёры приняли бы так по-разному: с возмущением и восхищением».

Когда вариант фильма показали в Госкино, председатель Госкино Ф.Т.Ермаш хлопнул себя по коленке и с неудовольствием сказал: «У нас есть свобода творчества, но не до такой же степени!»

Ф.Т.Ермаш фильм не принял, полагая, что «Зеркало» это «элитарный фильм», который не понятен советскому народу. Начальству не понравилась сцена с «висящей» женщиной (Маргаритой Тереховой).

Сцена с военруком показалась не патриотичной, линию с испанцами потребовали «высветлять».

Для пробного просмотра было выпущено всего несколько копий. Вскоре Ф.Т.Ермаш распорядился прекратить просмотры за «отсутствием» зрителя. Хотя там, где фильм демонстрировался, висели объявления «Все билеты проданы», «Для желающих организуются дополнительные сеансы в 8 утра и в 12 часов ночи».

Чтобы обеспечить себе поддержку, Ф.Т.Ермаш созвал художественный совет, на который пригласил ведущих кинорежиссёров того времени.
На худсовете кинорежиссёр Григорий Чухрай заявил: «Эта картина у Тарковского – неудавшаяся. Человек хочет рассказать о времени и о себе. О себе, может быть, и получилось, но не о времени».

Друг и родственник Андрея Тарковского Александр Гордон в книге «Не утоливший жажды» пишет:
«Режиссёр Райзман говорил, что у Тарковского, «видимо, что-то не в порядке с нервами, и ему их надо подлечить».
Григорий Александров: «Я беру на себя смелость сказать, что зрители не будут смотреть эту картину… Ценя высоко Тарковского, я считаю, что эта картина не идёт по магистральному пути нашего советского искусства».
Актёр и режиссёр Евгений Матвеев: «…Мне обидно за такого большого художника, как Тарковский, и просто неловко даже говорить».
Марлен Хуциев так сформулировал своё отношение к фильму «Зеркало»: «… Он безумец. Своими фильмами он делает себе рекламу. Он высокомерен. Всё, что он делает, советскому народу без пользы. Он работает на трансценденции… Совершенно слабоумен…».

Многие из членов этого худсовета до сих пор здравствуют. Однако никто из них не смог за все прошедшие тридцать пять лет создать ничего сколько-нибудь равного фильму «Зеркало».

«Я ничего не понял из сегодняшнего разговора, кроме того, что самое дорогое мне в этой работе не понято никем…», – с горечью говорил Андрей Тарковский. – «Да, мои фильмы трудны для восприятия, – признаёт Тарковский, – но я не пойду ни на малейшие компромиссы с толпой, дабы сделать их более доступными или «интересными», я не сделаю и полшага к тому, чтобы быть понятным зрителю».

С болью, но Андрей всё же вырезал из фильма свой крупный план. В предпоследней сцене беседы с врачом на стоп-кадре можно заметить характерные усы, подбородок и нос Тарковского.

В результате голосования (11 «за» 12 «против») фильму дали вторую прокатную категорию. В прокат было выпущено всего 84 копии вместо обычных нескольких сотен.

Любопытно, что фильм «Зеркало» обсуждался на худсовете вместе с фильмом Андрона Кончаловского «Романс о влюблённых». К фильму Кончаловского претензий не было – выдержанное патриотическое кино получило первую прокатную категорию.

Певец и композитор Александр Градский, посмотрев «Зеркало», сказал Кончаловскому: «Андрон, какую мы с тобой лажу сделали. Ты знаешь такого режиссёра – Тарковского? Представляешь, я сейчас видел его картину, она называется «Зеркало» – грандиозное кино! А мы с тобой сделали какую-то ерунду».

Когда фильм «Зеркало» был почти готов, в Москву приехал директор каннского кинофестиваля господин Беси для отбора фильмов. Директор Госкино Филипп Ермаш всеми силами старался не показать гостю фильм «Зеркало». Но когда Беси всё же удалось посмотреть фильм, он пообещал, что «Зеркало» непременно получит приз. Это не столько обрадовало, сколько напугало чиновников Госкино, и они решили не пускать фильм за границу. Упоминать о фильме «Зеркало» в прессе было запрещено цензурой.

Спустя двадцать лет тот же Ф.Т.Ермаш назвал «Зеркало» своим любимым фильмом!

Во время премьерного показа в Доме кино желающих попасть в зал было втрое больше, чем зал мог вместить. В давке даже вышибли стеклянную дверь.

В Париже в течение двух недель на Елисейских полях были очереди, чтобы посмотреть картину русского режиссёра «Зеркало». Это было беспрецедентно!

После премьеры Тарковский получил письмо зрителя: «А как вам удалось узнать о моей жизни?»
Андрей говорил: «Для меня это важно в каком-то нравственном, духовном смысле. То есть если человек выражает в произведении свои чувства, они не могут быть непонятными для других».
«Я замечал по себе, что если внешний, эмоциональный строй образов в фильме опирается на авторскую память, на родство впечатлений собственной жизни и ткани картины, то он способен эмоционально воздействовать на зрителя».

Один студент ВГИКа, прочитав теоретические записи Тарковского, сказал: «Вот потрясающий человек – пишет, что надо снимать жизнь врасплох, а делает сам противоположное».

Тарковский не всегда знал, что и как надо снимать. Но он не любил, когда кто-либо об этом догадывался. Андрей играл роль «гениального режиссёра», которой его наградили после фильма «Иваново детство».

Андрей Тарковский был неплохой актёр. Во всяком случае, в фильме «Сергей Лазо», мне запомнился более всего белогвардейский офицер, которого весьма убедительно сыграл Андрей.
При этом Тарковский-режиссёр не любил актёров, которые давали ему советы и вмешивались в процесс создания образа. За это он невзлюбил Баниониса в фильме «Солярис», который всё время предлагал своё видение роли. Поэтому Тарковский предпочитал не давать актёрам читать сценарий, требуя от них безропотного выполнения всех его указаний.

Все фильмы Тарковского рождались в муках. Возможно, поэтому они и стали признанными шедеврами. Сейчас фильмы пекут как блины, но ни один из них не дотягивает до уровня Тарковского.
Советский режим, как бы его не ругали, позволял создавать действительно художественные творения. Люди и сейчас по всему миру с удовольствием смотрят советские фильмы.

Сегодня кино стало индустрией развлечений, духовного и физического растления людей.
«Кинематограф пришёл в упадок. Главным образом потому, что кинофильм оторван от духовного мира так называемых творцов кино. Для них кино – приятный источник дохода и возможность приобрести общественный вес», – писал ещё 14 апреля 1973 года Андрей Тарковский.

«Худшая ошибка, которую мы сейчас совершаем, состоит в том, что мы хотим учить других, а сами, однако, учиться не желаем. Поэтому мне трудно говорить о том, смогу ли я что-нибудь изменить своим искусством. Чтобы найти способ изменить мир, я должен измениться сам. Я должен сам стать глубже и духовнее. И только после этого я, может быть, смогу принести пользу. А как мы можем рассчитывать на какие-то изменения, если мы сами не чувствуем себя достаточно духовно высокими?..»

«Он считал себя мессией, – пишет Людмила Бояджиева в книге «Андрей Тарковский: жизнь на кресте», – отдающим все духовные и творческие силы совершенствованию человечества. Но зритель, для которого он творил, зачастую был далёк от понимания его “проповедей”».

«Отношение к фильмам Тарковского является своеобразным тестом на духовную и эстетическую зрелость человека, – считает кинорежиссёр Андрей Житинкин. – Однако вечное противоборство духа и материи, признаваемое Тарковским главной задачей искусства, становится его личным, смертельно опасным конфликтом».

Музыкальный критик Артемий Троицкий признаёт: «С одной стороны, искреннее преклонение перед Тарковским-художником, с другой – недоумение, а иногда и возмущение его человеческими поступками…»

Некоторые считают, что Андрей Тарковский не смог избежать «звёздной болезни». У Тарковского обнаруживали «комплекс гениальности». При этом многие знавшие Андрея лично, признавали: «Гений-то он гений, а человек не высшего качества».

В своих фильмах Тарковский пропагандировал духовность и материальный аскетизм, а в быту был не чужд роскоши и комфорта. Всем было известно пристрастие Андрея к барству и красивым вещам.

«Гений и злодейство – две вещи несовместные», – утверждал Пушкин. Однако сам «солнце русской поэзии» в реальной жизни был далеко не идеальным человеком.
Как и Пушкин, Тарковский жил в долг и умер с большим долгом (12 тысяч советских рублей сейчас это 12 миллионов!)

«Я знаю, что далёк от совершенства, – писал в дневнике Андрей Тарковский, – даже более того, что я погряз в грехах и несовершенстве, я не знаю, как бороться со своим ничтожеством. Я затрудняюсь определить свою дальнейшую жизнь; я слишком запутан теперешней жизнью своей. Я знаю лишь одно – что так жить, как я жил до сих пор, работая ничтожно мало, испытывая бесконечные отрицательные эмоции, которые не помогают, а наоборот, разрушают ощущение цельности жизни, необходимое для работы – временами хотя бы, – так жить нельзя больше. Я боюсь такой жизни. Мне не так много осталось жить, чтобы я мог разбазаривать своё время!»

Андрей Тарковский был сложный, противоречивый человек. Понятия семья и любовь у него не совпадали. «Имея надёжную жену, спутника жизни, Андрей Тарковский оставлял за собой право быть выше семьи – во имя каких-то идей или просто из прихоти, но выше…»

Как и всякий мужчина, Тарковский нуждался в любви женщины-матери и одновременно в любви женщины-дочери, испытывая потребность сбегать от Евы к Психее, причём всегда возвращаясь назад.
Каждый творец «изменяет» своей жене с воображаемой мечтой в процессе творчества.

Николай Болдырев в книге «Андрей Тарковский» пишет: «Художнику нужны не любовницы, а целомудренная (целокупная) женщина-дитя, «царица ангелов», с эросом, подобным свечению детства. И потому поэт всегда был и навсегда остаётся чужим социуму, он всегда будет во “внутренней эмиграции”…»

Сам Андрей Тарковский так написал о себе в своём дневнике: «Я не святой и не ангел. Я эгоист, который больше всего на свете боится страданий тех, кого любит».

Андрей Тарковский был человек влюбчивый, если не сказать больше. Донжуанский список Андрея вряд ли меньше, чем у «солнца русской поэзии».
Был он влюблён и в свою несовершеннолетнюю падчерицу Ольгу, которую снял в эпизодах фильма «Солярис» и «Зеркало».

Падчерица Ольга так отзывается о своём отчиме Андрее Тарковском: «У него этих баб полно было. Он маме постоянно изменял. Менял трусики на чистые и уходил из дома. Мама устраивала скандалы, но всё было бесполезно. Он говорил: “Если режиссёр хочет, чтобы актриса поняла, что нужно делать в фильме, нужно с ней переспать”».

Свою 18-летнюю падчерицу Андрей отхлестал ремнём, и пару раз крепко поколотил жену Ларису, с который всегда был на «вы». О том, что Андрей гулял направо и налево, знали все, в том числе и жена Лариса Павловна.

При этом Тарковский жил на ларисину зарплату ассистента режиссёра. «Все должны знать, что без этой женщины я просто бы пропал», – говорил Тарковский. Он верил, что был спасён Ларисой от нищенства и быта. Возможно, так оно и было.

В книге «Тарковский. Жизнь на кресте» её автор Людмила Бояджиева пишет:
«Ни душевной теплотой, ни щедростью чувств Тарковский не отличался».
«Андрей всегда был отстранён и холоден и с матерью и сестрой, не умел бросаться на шею в порыве чувства ни отцу, ни любимой женщине, ни своему ребёнку».
«Неумение любить, сочувствовать, сострадать – тяжкая ущербность, мешавшая Тарковскому в его творчестве».
Л.Бояджиева считает: «В реальной жизни ему неведомо таинство любви. По большому счёту жертвенно и самоотверженно он не любил никого».

«Гармонической любви» Тарковский несомненно страшился, – пишет Николай Болдырев. – Нужна ли была Андрею Рублёву или Сталкеру гармоническая любовь? Диссонанс, вопящий к небу диссонанс – вот что такое герои Тарковского…»

В Сент-Джеймском лондонском соборе священник спросил Тарковского: «Откуда вы черпаете свою духовную силу? Где ваши корни?»
Андрей ответил: «Мои корни в том, что я не люблю сам себя, что я себе очень не нравлюсь».

Тарковский призывал нести крест во имя спасения человечества, но в отношении с близкими был душевно холоден и даже резок.
К умирающему Анатолию Солоницыну, боготворившему Тарковского, Андрей пришёл лишь один раз, хотя жил в 15 минутах ходьбы. Позже он скажет: «Солоницын строил свою жизнь в неуважении к своему таланту. В жизни играл какого-то придурка. Вёл этакий безответственный образ жизни. Художникам так нельзя! Нужно осознавать свою миссию».

Тарковский был воплощением противоречия духа и материи: проповедовал одно, а жил совершенно иначе. Но Андрей был честным художником: он осознавал в себе это противоречие и пытался его преодолеть своим творчеством.

Моя личная встреча с Андреем Тарковским состоялась 12 декабря 1981 года в актовом зале ленинградского университета. Накануне 11 декабря 1981 Тарковский в Ленинграде делает запись в дневнике: «… Россия возвестит миру весть, которая превзойдёт величием всё до сих пор бывшее».
Когда я приехал в Университет, в зал уже перестали пускать, поскольку он был переполнен. Тогда мы стали скандировать «Тарковский, Тарковский, Тарковский!..» Меня как зачинщика хотели схватить, но Тарковский распорядился нас пустить в зал. Благодаря этому мне удалось задать свой заранее подготовленный вопрос, который мы долго обсуждали с друзьями: «Тарковский – это православный экзистенциалист?»

Первый фильм Тарковского, который я посмотрел в 1974 году, был «Солярис». До сих пор помню этот просмотр. Я три дня ходил под впечатлением!
Благодаря Андрею я открыл для себя новый мир – реальность нереального. Я научился слушать и слышать природу, приобщился к мудрости её извечной.

Андрей Тарковский изменил моё мировосприятие. Он научил меня видеть, а не только смотреть, научил слушать и различать, не только думать, но и сопереживать.

В 9 классе нам задали написать сочинение, какую профессию вы хотели бы выбрать. Почему-то я написал, что хочу стать телеоператором, хотя к этому вовсе не стремился. Я любил историю, увлекался фотографией, учился в музыкальной школе, играл в драмкружке, даже хотел поступать в ГИТИС.

Сейчас, когда я делаю видеоролик, синтезируя изображение, музыку и стих, то всегда вспоминаю Андрея Тарковского.
Когда я был в Париже, то специально посетил русский православный храм святого Александра Невского, где отпевали Андрея.

А что Вы увидели в ЗЕРКАЛЕ АНДРЕЯ ТАРКОВСКОГО?

P.S. Посвящаю этот пост родившемуся 4 апреля Андрею Тарковскому.
Читайте другие мои статьи: «Любовь Тарковского Солярис», «Тайна Сталкера», «Зона Андрея Тарковского», «Тайна Сталкера – Тарковский и Рерберг», «Завещание Андрея Тарковского».

ТВОРЧЕСКОЕ ЗАВЕЩАНИЕ АНДРЕЯ ТАРКОВСКОГО

admin — Mon, 04 Apr 2011 06:01:21 +0000

Сегодня – в день рождения Андрея Тарковского – хотелось бы вспомнить его творческое завещание. Какие бы фильмы снимал сейчас Андрей Тарковский, если был бы жив? и снимал ли вообще?

«Сейчас все снимают кино. Не трудно научиться склеивать плёнку, снимать кино. Снимают все кому не лень. Главное что бы я посоветовал молодым режиссёрам – научиться не отделять свою работу, свой фильм, кино от жизни, которой он живёт. Чтобы он не делал разницы между фильмом, как своей работой, и собственными поступками. Потому что режиссёр это такой же художник, как и живописец, поэт, музыкант. И поскольку от него требуется отдавать всего себя целиком, то довольно странно бывает наблюдать режиссёров, которые относятся к своей работе как к какому-то особому положению, в которое поставила их судьба, просто эксплуатируя свою профессию. То есть они живут одним способом, а картины снимают совершенно о другом. Я бы хотел сказать молодым режиссёрам, что они должны отвечать морально, нравственно за те поступки, которые они совершают своими фильмами. Это самое главное. И чтобы они приготовили себя к мысли, что кино очень тяжёлое, серьёзное искусство. Оно требует в жертву тебя. И ты должен принадлежать ему, а не оно должно принадлежать тебе. Кино использует тебя в жизни, а не наоборот. Нужно служить, отдавать себя в жертву искусству».

Эти слова Андрея Тарковского из кинофильма «Время путешествий» я воспринимаю как творческое завещание великого режиссёра.
Слова эти звучат актуально всегда, но особенно сейчас, когда бывшие его коллеги озабочены тем, как поделить два миллиарда рублей, выделяемые в качестве господдержки отечественному кино.

Давно известно, что деньги не влияют на качество созданного кинопроизведения. А вот отсутствие идей влияет напрямую!
«Деньги не могут решить всё», – признаёт кинорежиссёр Павел Лунгин.

Если во всём мире создатели фильма получают вознаграждение с прибыли от проката фильма, то у нас платят в процессе производства. Таким образом, нет заинтересованности в качественном кинопродукте, раз деньги всё равно заплатят. Зритель в такой системе не нужен! Получается, что режиссёры снимают кино для себя (!) за государственный, то есть, за наш с вами счёт.

Пока режиссёры будут снимать кино ради заработка, никакого качественного произведения не получится. Нельзя служить двум богам. Кесарю – кесарево!

Должны ли деньги, вложенные в кино, приносить прибыль, или быть безвозвратным вложением в культуру ради сохранения страны и национальной самоидентификации?

Государство готово дать деньги на кино, но не может сформулировать, какое кино оно хочет заказать. Хочет чего-то нравственного и патриотического. Но какой патриотизм должен быть в кино, объяснить никто не может. Поэтому на экране господствует уход в идеальное будущее и возврат в идеализированное прошлое.

Уже почти никто из современных кинорежиссёров не ставит перед собой задач, которые ставили великие режиссёры кинематографа.
Думаю, что при нынешнем подходе к кинопроизводству (а не киноискусству), новые Феллини, Антониони и Тарковские появиться не смогут.

Сейчас многие пытаются снимать кино, но далеко не у всех получается Кино.

Очевидно, что кино умирает. Налицо дефицит больших сценарных идей, замещаемых бесчисленными ремейками великих фильмов. Фильмы делаются технически хорошие, но интеллектуально и духовно пустые, представляя собой всё более набор рекламных клипов; я уже не говорю о порнографии и сценах насилия.
Режиссёры из последних сил стараются удивить зрителя, лишь бы он только не задумался. Количество «склеек» (при монтаже) уже на грани человеческого восприятия. В ход идёт и dolby- звук, и стереоскопия, и даже парфюмерия!
О сценариях я уже не говорю. Они не выдерживают никакой критики, и даже не претендуют на реализм, оставаясь за гранью постмодерна и концептуализма.

В то время как средства кинопроизводства всё более совершенствуются (так что кино может снять почти каждый), одновременно снижается интеллектуальный и духовный уровень «кинопродукта». Я бы даже набрался смелости утверждать, что интеллектуальность и духовность в большинстве последних киноработ вообще отсутствует (может, меня поправят). Их даже трудно назвать киноискусством.

Поэтому закономерно падение количества и качества зрительской аудитории.
А киноиндустрию без зрителя не реанимировать. Нужно восстанавливать разваленную систему кинопроката и снижать цены на билеты. Без этого зрителей в кинотеатры не вернуть!

Кино это бизнес или это искусство? Сложный вопрос.
Если кино это бизнес, тогда важна прежде всего прибыль от проката. Если искусство – то создаваться оно должно душой, от души, для души, а не ради заказа на патриотизм!
Без идеалов, без системы ценностей, без смыслов, какой может быть патриотизм?!

«Надо выходить на планку Тарковского!» – призывает Армен Медведев (бывший председатель Госкино).
Наконец-то! Но как?
Надо делать от души и для души – как снимал свои фильмы Андрей Тарковский, – тогда в любом случае получится качественное кино.

Фильмы Андрея Тарковского шли преимущественно третьим экраном (гениальному фильму «Сталкер» дали третью прокатную категорию). Но время всё расставляет на свои места. Многие из тех, кто получал премии и первые места тогда, ныне забыты. А фильмы Тарковского смотрели, смотрят и будут смотреть.
В год выхода фильма «Сталкер» его посмотрели 4 миллиона зрителей.
«4 миллиона билетов, это значит, что половина способных разбираться в искусстве и в кинематографе граждан СССР фильм посмотрели, – утверждает кинокритик Даниил Дондурей. – Это не только 3-4% всего населения СССР. Каждый второй «продвинутый» зритель фильм посмотрел».

«Если посчитать, сколько собрали денег фильмы Тарковского в пересчёте на одну копию, – считает ассистент режиссёра Евгений Цымбал, – я думаю, что каждый фильм Тарковского посмотрело больше людей, чем большинство блогбастеров… 98% мирового кинопроизводства исчезает, процентов 5% остаётся в истории кино на том или ином уровне. А фильмы Тарковского, например «Сталкер», прошло более тридцати лет, его как смотрели, так и смотрят, изучают во всех киношколах мира. И хотим мы того или не хотим, это классика».

Почему этот фильм, уже спустя 30 лет после выхода на экраны, смотрится и обсуждается? Потому что это произведение искусства! Потому что это о вечном, потому что это бескорыстно!

«Сейчас человечество может спасти только гений – не пророк, нет! – а гений, который сформулирует новый нравственный идеал. Но где он, этот Мессия?» ( Из книги Андрея Тарковского «Мартиролог»:
«Для человека, чтобы он мог жить, не мучая других, должен существовать идеал. Идеал как духовная, нравственная концепция закона. Нравственность – внутри человека. Мораль – вне, и выдумана как замена нравственности. Там, где нет нравственности, царит мораль – нищая и ничтожная. Там, где она есть, – морали делать нечего».

«Если писатель, несмотря на одарённость, бросил писать оттого, что его не печатают, – это не писатель. Воля к творчеству определяет художника, и черта эта входит в определение таланта».

«Талант принадлежит всем. А носитель его так же ничтожен, как и раб, трудящийся на плантации, как наркоман, как люмпен. Талант – несчастье, ибо, с одной стороны, не даёт никакого права на достоинство или уважение, с другой же – возлагает огромные обязательства, подобные тому, как честный человек должен защищать переданные ему на сохранение драгоценности, без права пользования ими. Чувство собственного достоинства доступно каждому, кто испытывает в нём потребность. Не понимаю, почему слава – предел мечтаний так называемых деятелей искусств. Скорее всего, тщеславие – признак бездарности…»

«Странно живут люди. Будто бы они хозяева положения – и не понимают, что им дан шанс – прожить её так, чтобы воспользоваться возможностью быть свободным. В этой жизни всё ужасно, кроме принадлежащей нам свободы воли. Когда мы соединимся с Богом, тогда мы уже не сможем ею воспользоваться, она будет у нас отнята…»

«Я знаю, что далёк от совершенства, даже более того, что я погряз в грехах и несовершенстве, я не знаю, как бороться со своим ничтожеством. Я затрудняюсь определить свою дальнейшую жизнь; я слишком запутан теперешней жизнью своей. Я знаю лишь одно – что так жить, как я жил до сих пор, работая ничтожно мало, испытывая бесконечные отрицательные эмоции, которые не помогают, а наоборот, разрушают ощущение цельности жизни, необходимое для работы – временами хотя бы, – так жить нельзя больше. Я боюсь такой жизни. Мне не так много осталось жить, чтобы я мог разбазаривать своё время!»

Я искренне благодарен Тарковскому – и Арсению, и Андрею Арсеньевичу – за то, что они помогли мне увидеть мир по-новому, увидеть то, чего я раньше не замечал.
Андрей Тарковский изменил моё мировосприятие. Благодаря ему я открыл для себя новый мир – мир неслышных звуков, мир невероятных чувств, реальность нереального. Он научил меня видеть, а не только смотреть, научил слушать и различать, не только думать, но и сопереживать.

Фильмы Андрея Тарковского это гармоничный синтез видеоизображения, музыки, стихов, цитат, картин известных мастеров в рамках творческого замысла художника. В них есть всё! Они сами по себе не только зашифрованные видеопослания, но и медитация! Когда я хочу сосредоточиться, я включаю фильм «Сталкер», и со мной происходят удивительные вещи – я настраиваюсь, я ощущаю вибрации, во мне возникает резонанс с чем-то высшим, и будто что-то нисходит на меня или в меня входит…

Когда я снимаю и делаю видеоролик, то всегда вспоминаю Андрея Тарковского, как он мечтал о портативной видеокамере, чтобы иметь возможность снимать и делать фильмы, и не зависеть при этом ни от кого.

Я себя не сравниваю с Тарковским – я равняюсь на него!
Благодаря фильмам Тарковского, я научился слушать и слышать природу, понимать её, приобщился к мудрости её извечной.

Скажи, Река, в чём Жизни Смысл Извечный, Суть Бытия, Единый в чём Закон? Как жить мне в жизни этой быстротечной? И для чего на свет я был рождён?
— Спроси у Звёзд, спроси у водопада, к которому я издревле спешу. Я всех люблю, и этому лишь рада, и никому помочь не откажу. Живи как я, спокойно и смиренно, твори любовь, и меру во всём знай, будь терпелив, настойчив непременно, и каждому, кто просит, помогай. Жизнь есть отрезок Бытия пространства, — так я теку из ничего в ничто, даря возможность жить и размножаться; в течении моём Закон Всего. В течении вся сила моей жизни. Изменчивая — неизменна я. Покойна и чиста, многим источник пищи. И в этом вижу смысл свой бытия.
— А мой в чём смысл? Я должен иль свободен? И для чего, зачем необходим?
— Ответ, как этот мир устроен, знать может только Бог один. Взгляни на мир глазами камня, и ты увидишь в нём себя. Во мне и в нём бушует пламя. Он брат, а я твоя сестра.
— Брат камень?..

Зеркало с укором смотрит на меня,
Молча наблюдая, как старею я,
Как проходят глупо годы без любви,
Требуя осмыслить прожитые дни,
Задавая вечный мне всегда вопрос:
Для чего живу я, и зачем я рос?
В чём предназначенье у моей судьбы?
Чем я наполняю годы, дни, часы?
Стану ли достоин счастья бытия,
Иль умру в запое, тем предав себя?
Воплощу ли делом давние мечты,
Или оправдаюсь ленью суеты?
Что же ты такое — зеркало моё:
Отраженье лика или Суть всего?
Смотришь беспристрастно вроде бы на всех,
Заставляя видеть потаённый грех.
Почему с волненьем я смотрю в себя,
Словно это кто-то вроде и не я?
Сквозь тончайшей ртути на стекле налёт
Из другого мира виден мой полёт,
Или прозябанье в скуке, мелкой лжи,
Убивая ленью лучшей жизни дни.
Не простит никто мне бегства от себя.
Нету оправданья пустоте бытия.
Час давно мой пробил — так смелей вперёд.
Веры стань достоин, не живя уж в долг!
Всё сейчас творится, сделать сможешь ты,
Только лишь поверив делом суть мечты.
Не прошу уж боле жизни я в кредит.
Кто себе не верит, тот и не свершит!”
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература