23 января (4 февраля) 1873 года родился русский писатель Михаил Михайлович Пришвин. В 2005 году я купил интересную книгу «Мы с тобой. Дневник любви» М.М. Пришвина и В.Д. Пришвиной. Меня давно интересовала необычная история любви 67-летнего писателя и его литературного секретаря, которая была младше на 26 лет.
Любовь — самый лучший свидетель о человеке, а его дневники — самые адекватные документы. Изучая дневник, мы видим, как трудно в этом мире жить и любить. В 1948 году Пришвин запишет в дневнике: «Ляля мне остаётся неиссякаемым источником мысли, высшим синтезом того, что называется природой». «Иногда я думаю, глядя на Л., что она гораздо больше того, что я способен открыть в её существе…»

https://vkvideo.ru/video1243120_456244011

Михаил Михайлович Пришвин (1873 — 1954) русский и советский писатель в своём творчестве исследовал важнейшие вопросы взаимоотношений мужчины и женщины, связи человека с природой, проблемы человеческого бытия и смысла жизни.

В 1900 году, уступив настояниям матери, Михаил уехал учиться в Германию. После нескольких месяцев занятий в Лейпцигской торговой школе Пришвин перешёл в университет, куда его зачислили с 18 апреля 1901 года. В течение летнего семестра слушал лекции по философии, с увлечением занимался в лаборатории физикохимика.

В 1902 году Пришвин познакомился со студенткой исторического факультета Сорбонны Варварой Измалковой. Трёхнедельный роман закончился разрывом и расставанием молодых людей. В своих дневниках Пришвин неоднократно возвращается к этому неудавшемуся роману, считая, что любовь к Измалковой стала источником его таланта писателя.

Вернувшись в Россию М.М. Пришвин долгое время жил фактическим браком со смоленской крестьянкой Ефросиньей Павловной (1883—1953), урождённой Бадыкиной, в первом браке — Смогалёвой. Гражданский брак оформили, когда сыновья сдали выпускные экзамены в школе. В дневниках Пришвин часто называл её Фросей или Павловной. Помимо её сына от первого брака Якова (погиб на фронте в 1919 году), у них было ещё четверо сыновей.

В 1940 году 67-летний М.М. Пришвин женился на 41-летней Валерии Дмитриевне Лиорко (Лебедевой) (1899—1979), которая пришла к нему в качестве литературного секретаря. 67-летний писатель впервые узнал, что такое настоящая любовь, и познанию этого открытия посвятил последние годы своей жизни.

Валерия Дмитриевна Лиорко в 1924 году, уступив настойчивым просьбам своей матери, вышла замуж за профессора Н.Н. Вознесенского, намного старше неё. После смерти Вознесенского в 1929 году обвенчалась с А.В. Лебедевым, с которым окончательно рассталась весной 1938 года.
Выйдя замуж за М. М. Пришвина, Валерия прожила с писателем счастливо до его кончины, ровно 14 лет. После смерти Пришвина работала с его архивами, написала о нём несколько книг, готовила два посмертных собрания сочинений писателя, многие годы возглавляла музей Пришвина, существовавший в 1954—1979 годы на общественных началах.

«Дневники – это самые неверные документы о человеке», – считала Валерия .
«Может быть, и неверные, – возражал Пришвин, – если я говорю в них о другом человеке. Но о себе или о человеке любимом – дневники единственный документ».
На девятом году совместной жизни, в 1948 году, Михаил Михайлович перечитывает свой старый дневник и зачитывает: «Читаю дневник 1944 г. и тоскую о себе в отношении Ляли, – не понимал я её тогда, а только предчувствовал, и это предчувствие она ценила во мне и только за это отдавала всё: и ум, и сердце».

Пришвин смог не только на старости лет прочувствовать всю полноту земной любви, но и подняться до понимания Любви как смысла жизни.
Приведу самые интересные, на мой взгляд, цитаты из книги «Мы с тобой. Дневник любви».

«Настоящим писателем я стал только теперь, потому что я впервые узнал, для чего я писал. Другие писатели пишут для славы, я писал для любви.
Моя любовь к ней ( Валерии – НК) есть во мне такое лучшее, какое я в себе не знал. Я даже в романах о такой любви не читал, о существование такой женщины не подозревал».

«Гигиена любви состоит в том, чтобы не смотреть на друга со стороны и никогда не судить о нём с кем-то другим…»

«Доведу любовь свою до конца и найду в конце её начало бесконечной любви переходящих друг в друга людей. Пусть наши потомки знают, какие родники таились в эту эпоху под скалами зла и насилия. Это и есть дело современного писателя…»

«И надо выбросить из головы все придумки, все замены: любовь – это всё, и если это есть у тебя, то всё, что взамен, теперь отбрасывается: только ЛЮБОВЬ».

«Самое большое, что я до сих пор получал от Л., это свобода «физического» отношения к женщине, то есть при духовном сближении стыд исчезает и, главное, уничтожается грань между духовным и физическим».

«Её задушевная мысль – это поэзия любви, что для акта любви нужен тот же талант, как и для поэмы… На свете мало таких озорниц, и как раз мне такая нужна».

«Да, конечно, путь художника есть путь преодоления этого стыда: художник снимает повязки с икон и через это в стыде укрываемое делает святым. Но Ляля, не владея никаким искусством, стала делать любовь свою как искусство. Вот почему только художник мог понять её и только художника могла она полюбить».

«Дай Бог мне тоже не остановиться на чём-то своём… и забыть о внимании, потому что любить – значит быть внимательным. … И ещё: правда – есть суровая вековечная борьба людей за любовь».

«В глубине своей, мне кажется, она всё знает и в ней содержится ответ на всякий вопрос глубокого сознания. Если бы я обо всём спросил, она бы ответила на всё. Но у меня редко бывает достаточно силы, чтобы её спросить».

«Пусть даже и смертью всё кончится – эта смерть моя войдёт в состав моей любви, значит не смерть, а любовь.
Весь этот последний период нашего замечательного и быстрого романа будет называться «Война за любовь».

«Сегодня Л. наконец-то поверила в меня и написала мне об этом, что поверила: «Прими же теперь, – пишет она, – мою веру, как раньше принял любовь, и с этого дня я считаю себя твоей женой».
Так что на моё предложение брачного договора она ответила согласием через десять дней».

«Надо иметь в себе достаточно смелости, чтобы войти внутрь её духовной природы, постигнуть её до конца, обогатиться по существу (не поэтически) и потом с достигнутой высоты начать новое творчество по большому кругозору.
И так будет: писать теперь не «красиво», а как она – по существу».

«Не знаю, были ли на свете такие любовники, чтобы, любя, не переставали мыслить и, мысля, не переставали любить?»

«Физический плен и освобождение через Лялю, только через Л., потому что с другой, пусть разумной, но не вдохновенной, – нельзя. Это будет искажение духа».

«Да и сейчас, когда приходишь в дух и глядишь на мир, на землю и особенно на небо с творческим вниманием, то каждая тварь, каждая мелочь становится радостно-прекрасной в Целом.
Вот истинный путь, наверное, и есть дело восстановления Целого, а не бездейственное пребывание в неподвижном порядке».

«Я же служу тому Богу, который творит любовь на земле. …
Вообще, главный источник радости является, когда жизнь бросается в смерть, и это добровольно принимаемая смерть уничтожает в сознании страх и зло физической смерти («смертью смерть поправ»).»

«И мне казалось, что если бы удалось мне на глазах у людей раскрыть эту завесу, разделяющую мир духа и плоти, то мне удалось бы создать полный распад всего того, что мир обманчиво называет «устоями жизни». Тогда бы Мысль человека была всегда в своём происхождении из чувства любви и любовь бы стала одна во всём мире для всех людей, как родина Мысли, Слова и Согласия».

«Наша постель – это место, где души сливаются в одно.
Если о любви писать, о её оправдании, то нужно прежде всего, такую постель оправдать».

«Так она боится и борется за единство любви. По-видимому, в этом и есть её призвание: отвоевать мысль из страстного единства быть акушером новорождённой мысли.
Ново в ней и, может быть, единственно, что, отстаивая мысль, она ни капельку не делается «умной» женщиной, а остаётся исполненной нежности и игры чувства».

Запись 1942 г. «Ночью думал, что любовь на земле, та самая обыкновенная и к женщине, именно к женщине, – это всё, и тут Бог, и всякая другая любовь в своих границах: любовь-жалость и любовь-понимание – отсюда».

«Я ни хуже, ни лучше других, я для тебя, как и ты для меня, существо небывалое, незаменимое. Для матери незаменимы свои дети, и в любви настоящей не существует лучше или хуже».

«Бог создал меня самым счастливым человеком и поручил мне прославить любовь на земле».

«Словом этот ответ нельзя выразить: ты знай, что живая любовь не только по существу своему беззаконна, но даже не заключается в словесную форму и не заменяется даже поэзией».

«И вот, я думаю, не страданию надо приписывать развитие нашего сознания, а стремлению к лучшему с преодолением препятствий: нужно думать о любви как о движении, преодолевающем смерть».

«Какая-то страшная эпидемия охватила род человеческий, эпидемия, называемая цивилизацией (болезнь состоит в повальной зависимости людей от вещей). Спасение же рода человеческого, его выздоровление начнётся удивлённостью».

«Мне кажется, это «чем люди держатся» так называемая любовь – это есть оправдание или, вернее, стремление к оправданию земной жизни. Кажется, пусть светопреставление, пусть «провались всё», но мы всё-таки будем жить и жизнь прославлять».

«Нетронутое её материнство обратилось на меня, и у нас вышла необыкновенная любовь. Теперь она мать в 51 год, а я её ребёнок в 78 лет».

«Писал интимные страницы о женщине, в них чего-то не хватало: моя женщина изрекла мысли как профессор. Л. чуть-чуть поправила, только прикоснулась – и эти страницы стали прекрасными. Вот этого-то мне и не хватало всю жизнь, чтобы моей поэзии коснулась женщина».

«Раз в любви своей к Л. чувствую вечность, значит, Бог существует».

«Печь любви нагревает душу, для того она и горит, чтобы в душе что-то рождалось».

«Надо помнить, однако, что моё разбирательство жизни Л. имеет не литературную цель (хотя цель эта не исключается), а цель самой жизни моей».

«Мой единственный Бог живёт в сердце моей возлюбленной».

«Л. – это самое лучшее, что я в своей жизни встречал, и всякое раздумье о какой-то «личной» свободе надо отбросить как нелепость, потому что нет свободы большей, чем та, что даётся любовью. … А если бы попал в положение её мужа и остался бы один, то я вступил бы с самим собой в смертельную борьбу за свободу от недоброжелательства к ней».

«Признание моей любви Лялей мне значит много больше, чем признание моих успехов в литературе, указывает на в значительной степени преодолённую мною зависимость от славы. И больше – в этой готовности принимать влияния я вижу и основную силу своего русского «рода-племени»: все воды, прибегающие к ней, донести в океан».

«Тогда я впервые почувствовал возбуждение через мысль: это сверху исходящее чувство плоти, а не снизу.
Психология спора: истоком спора всегда бывает упадок любви, сомнение в ней, вздох о свободе, об одиночестве и вообще в измене «Мы» и возвращению к «Я», и в этом взгляд на неё со стороны: «вот она какая!»
Так что спор, вытекая из этого, находит повод, питающий особую лживую диалектику».

«И страсть сверху, как бы от духа, как совсем другое в сравнении с тем, что бывает от похоти, и эта верхняя страсть зажгла и её».

«В этом путешествии на гору талант мой слился с любовью, и я теперь знаю, что если иссякнет любовь моя – иссякнет талант, и если будет любовь возрастать – будет возрастать и талант».

«Ах, Ляля, я сейчас так уверен в своей настоящей любви к тебе! Я снова теперь чувствую то, что мелькнуло когда-то на мгновение, будто ничего-ничего мне от тебя не нужно и я просто так люблю. Но увы, даже такая любовь не добродетель, а только счастье-талант: иной богат золотой, а богат тобой, вот и всё».

«Помни, мне нужно твоё свободное от пристрастий сердце и твоя правая мысль, и без этого мне не нужно ничего».

«Любовь – это не добродетель, а совершенно такой же талант, как всякое художество, и тоже связано, как и искусство, с искушением, обманом.
Искусство и любовь – это самый край бездны, на котором бьются между собой Конец и Начало».

«Наша любовь с Л. даётся нам в оправдание прошлого.
- Ну вот, вот, я плачу, вот и всё, – не бросай меня, помни, что я твоя, что я тебе во всём , во всём пригожусь!
Тут вот я узнал, что поэзия – это форма любви».

«Одна из замечательных черт Л., если не самая главная, это что она всегда, везде «сознаёт в себе женщину, осуждённую на муки за жажду настоящей любви».

«Мы с Л. достигли такой степени сближения, когда «удивление» (от первого глаза) больше не открывает друг другу нового, но зато больше нет и тревоги, что из-за чего весь союз разлетится и всё сближение окажется ошибкой.
Мы вступили в этот фазис, когда найденное друг в друге каждому становится необходимостью для существования, входит в привычку, в повседневную потребность».

«Вся разница в нас, что я чувствую Бога больше как Творца видимых и невидимых, она же как Бога-человеколюбца. И замечательно, как соответствует то и другое понимание полу мужскому (творчество) и полу женскому (собственно любовь)».

«Люди не умирают, а присоединяются к действующему прошлому, составляют основания, благодаря которому и заметно движение мира».

«Разрешение проблемы любви состоит в том, чтобы любовь-добродетель поставить на корень любви по влечению и признать эту последнюю настоящей, святой любовью.
Так что корень любви – есть любовь естественная (по влечению), а дальше нарастают листики, получающие для всего растения питание от Света. Это и есть целостность (целомудрие). Источник же греха – разделение на плоть и дух».

«Не понимал я её, а только предчувствовал. И это предчувствие она ценила во мне и только за это отдавала всё: и ум, и сердце».

«Понимаю, что так, но вместе с тем и утверждаю, что на земле у людей существует великая любовь, единая и беспредельная. И в этом мире любви, предназначенной человеку для питания души в той же мере, как воздух для крови, я нахожу единственную, которая соответствует моему собственному единству, и только через это соответствие, единство с той и с другой стороны вхожу я в море всеобщей любви человеческой.
Вот почему даже самые примитивные люди, начиная свою короткую любовь, непременно чувствуют, что не им одним, а всем хорошо на земле жить, и если очевидно, что хорошая жизнь не выходит, то всё-таки возможно человеку и должно быть счастливым. Итак, только через любовь можно найти самого себя как личность, и только личностью можно войти в мир любви человеческой: любви-добродетели.
Иначе: только путём личной любви можно приобщиться к всечеловеческой любви».

«Только те мысли действительно настоящие, новорождённо-свои, а не повторение сказанного, которые рождаются, как и дети от любви на пути сближения плоти и духа».

«Настоящая любовь всегда «преступна», настоящее искусство действует как мина, взрывающая обстановку привычных положений».

«Духовной» любви ведь мы с ней чураемся. Если мы за цельную любовь (с подкладкой), то нельзя же было выдрать напрочь подкладку. Но я молод душой и не смотрю на время, а мне 67 лет и ребёнка своего я не могу воспитать».

«Любовь по существу своему непременно одна, только концы её разные. На одной стороне обнажится любовь в себе чисто духовная, на другой – физическая. Ему бы только выбросить семя, ей бы – только родить. Вся любовь как вода, каждый берёт из неё сколько может зачерпнуть своим ведром. Да, к воде приходят с ведром, к любви – с душою. Бывают и вёдра побольше и поменьше, а уж души!
Вот отчего все по-разному понимают любовь, что каждый вмещает в себя сколько-то и по-своему говорит. Я же, мои друзья, хочу вам говорить о всей любви, как будто я пришёл на берег океана».

«Когда прошла для всех обычная иллюзия влюблённости, у нас оказалось – это была вовсе не иллюзия, а средство сближения и духовного развития и обмена.
После этого периода Л. стала мне матерью, и я родился вновь, по-новому стал жить, забывая даже о своих привычках. И даже характер во мне переменился, и весь я насквозь стал не таким, как был».

«Основа моего переворота духовного состояла сначала в том, что исчезла искусственная черта, разделявшая в моей душе любовь чувственную от душевной и духовной: Л. научила меня понимать любовь в единстве, всю любовь как Целое.
Второй этап моего нового сознания таков: как в понимании любви исчезла перегородка между грубой любовь и духовной, так смерть потеряла своё прежнее значение, и эта жизнь в своей творческой силе, минуя смерть, соединилась с жизнью бесконечной. Оказалось, что можно смотреть вперёд поверх смерти.
На самом деле черты такой между земным и небесным миром вовсе не существует».

«После испытания в любви не страшно испытание в мужестве, славе и т.п. В любви – всё!»

«В то же самое время, откуда же берётся эта вера в единство плоти и духа? Или единство это не существует, но достигается воздействием творчества человека, соединяющего дух и плоть в святую плоть? И чувство единства рождается из готовности к творчеству в том смысле, что «пусть этого нет, но это надо сотворить, и от себя это зависит».

«Ночью почуял «любовь» оставленных мною людей, любовь, в которой рождается преступление. Надо быть твёрдым, холодным… изжить изнутри как малодушие.
Стану перед своей совестью, и совесть свою поставлю перед истиной, и спрошу сам себя о себе, и тогда получится ответ: всё оправдание моё заключается в любви к Л. Если это настоящая любовь, то она всё оправдывает».

«Одно только знаю, что разлюбить Л. – это расстаться с самим собой. Где-то сказано в Св.Писании: «Не Меня – себя потеряли, возвратитесь в Дом свой!»
… Но, конечно, в любви у нас с ней разные роли. Моя роль художника растворить её в своём стремлении к созданию красоты. Если бы мне это удалось вполне, она бы вся ушла в поэму и остались бы от Л. только мощи. Её же роль – это любовь в моральном смысле. Если бы ей удалось достигнуть своего – я бы превратился в её ребёночка».

«У меня всё для себя, и самое лучшее, что только мне удаётся, – моё. Л. же всё делает для другого, а во имя себя ей ничего не удаётся».

«Итак, всякая любовь есть связь, но не всякая связь есть любовь. Истинная любовь – есть нравственное творчество. Можно закончить так, что любовь есть одна – как нравственное творчество, а любовь как только связь не надо называть любовью, а просто связью».

«А дело женщины – это прямая любовь. И потому понятно, что при соприкосновении с огненной силой религии всё её личное сгорело и выявилась сущность её самой: любовь.
Говорят, преподобный Серафим в конце жизни получил образ женщины, и вся жизнь этого святого истрачена была, чтобы естественное у женщины чувство любви показать людям как жизненное дело».

«Ум женщины не может действовать с тем, чтобы исходить от чужого ума или сложиться с другим умом: в этом и есть мужское. Ум женщины индивидуален и бездеятелен (пассивен).
Её особенность: своего женского назначения она не подменивает мужским назначением. Её назначение найти своего «Серафима» и через него осуществиться в мире людей как любовь».

«Как найти такие точные слова, чтобы всем стало видно: любовь двоих – это не только «личное» событие, нет! оно касается всех потому, что человек, сказавший «Ты», – вышел из одиночества, тем самым вместил в себя всё, находящееся за пределами его особи. В основе всякого действия лежит избрание, в основе избрания – сила мгновенного узнавания и оценки – любовь. Иными словами, наша любовь – это целостное знание, и большее нам пока неведомо.
Однако тёмные, грешные люди, мы часто ошибаемся в предметах своего избрания. И каждый раз этот момент выбора, это таинственное сверхразумное прозрение, это короткое мгновение влюбления есть суд над нами. Никто не поможет нам в это мгновение – мы стоим один на один с нашей свободой перед лицом какой-то нравственной Безусловности, какой-то недоказуемой, но несомненной Правды.
«Мы с тобой» – это не доказуемое чувственным опытом единственно достоверное основание мира. Не декартовское «я мыслю, значит я существую» следует поставить в основание достоверности жизни, но «я люблю».
И так открывается, что единственная реальность – Любовь, что тайна Вселенной – в понятии «мы», причём «мы» означает первоначальное «Мы с тобой», а вглядеться поглубже – это вся Вселенная».

«…любовь есть мир в четвёртом измереньи он виден проживающим в любви другим же всем увы с нормальным зреньем он недоступен сколько ни зови тот мир мечты и мир тот полон духов живущих умерших и вновь идущих жить прекрасных вечно радостных и юных которые не могут не любить открой в себе другое измеренье его хоть царством божьим назови оно подарит счастье упоенье лишь всё вокруг себя ты полюби закон любви так прост и так всем ясен чтоб стать ты должен всё отдать и сразу мир вдруг станет так прекрасен что вряд ли стоит лучшего искать…»
(из моего романа-исследования «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

16 июня 2024 года в рамках литературного путешествия мы посетили дом-музей писателя Михаила Михайловича Пришвина в деревне Дунино.

https://vkvideo.ru/video1243120_456244009

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А Вам понравился ДНЕВНИК ЛЮБВИ ПРИШВИНА?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

В этот день 26 сентября (8 октября) 1892 года родилась поэт Марина Ивановна Цветаева. «Красною кистью рябина зажглась. Падали листья, Я родилась…». От отца Марина унаследовала любовь к античности, простоту и отрешённость; от матери любовь к музыке, искусству, стихам. Уже в шестилетнем возрасте Марина начала сочинять стихотворения, причём не только на русском, но на французском и немецком языках. Многие стихи Марины рождались из любовных увлечений, которых было немало.

Впервые в жизни Марина влюбилась по-настоящему в 17 лет в поэта Владимира Нилендера. Когда Владимир завёл речь о женитьбе, то услышал в ответ твёрдое «нет». Тем не менее в дебютном сборнике Цветаевой «Вечерний альбом», который она издала осенью 1910 года на собственные деньги и втайне от домашних, стихи к Нилендеру составили раздел «Любовь».

В Коктебеле в мае 1911 года, когда Марине было 18 лет, она познакомилась с Сергеем Эфроном, который был моложе её ровно на один год. Она загадала, что выйдет за того, кто найдёт её любимый камень. И нашёл Сергей. 27 января 1912 года Марина и Сергей обвенчались в церкви Рождества Христова в Москве. В сентябре того же года у Марины и Сергея родилась дочь Ариадна (Аля) – в честь мифической Ариадны. «Назвала от романтизма и высокомерия, которые руководят всей моей жизнью», – объяснила мать.

Свою встречу с мужем Марина называла «чудом». «За три – или почти три – года совместной жизни ни одной тени сомнений друг в друге. Он – мой самый родной на всю жизнь. Я никогда бы не могла любить кого-нибудь другого, у меня слишком много тоски и протеста. Только при нём я могу жить так, как живу – совершенно свободная».

По характеру и по взглядам Сергей и Марина были совершенно разными людьми. Но Марина дала клятву «буду ходить за вами как собака», и всю жизнь следовала за мужем: Они всегда обращались друг к другу на ВЫ.
«Наш брак до того не похож на обычный брак, что я совсем не чувствую себя замужем и я совсем не переменилась (люблю всё то же и живу всё так же, как в 17 лет)».

Через два года (летом 1914 года) разразился первый семейный кризис: Марина увлеклась тяжело больным братом мужа – Петром Эфроном. Сергей не знал как реагировать на случившееся, хотел проситься на фронт добровольцем. Но брат умер, и тем самым разбил этот странный любовный треугольник.

Казалось, буря улеглась. Эфрон поступил на филологический факультет Университета, Марина погрузилась в стихи. И тут её ослепила новая страсть. В октябре 1914 года Цветаева познакомилась с поэтессой и переводчицей Софией Парнок, которая была старше на семь лет, и относила себя к ученицам Сафо. По словам Цветаевой, Парнок сочетала в себе «нежность женщины и дерзость мальчика». Марина металась между Парнок и мужем, который бросил университет и в отчаянии попросился братом милосердия в санитарный поезд. Растерянный Эфрон в письмах к близким деликатно обходил эту тему, лишь призывая быть с Мариной поосторожнее, ибо «она совсем больна сейчас».
Цветаева и Парнок расстались в феврале 1916 года; Марина вернулась к мужу Сергею Эфрону. Отношения с Парнок Цветаева охарактеризовала как «первую катастрофу в своей жизни». Софии она посвятила цикл стихов «Подруга».

Около этого времени Марина сблизилась с Осипом Мандельштамом, приезжавшим к ней из Петрограда, — «дарила» ему Москву и свой «невоспитанный стих». Когда Мандельштам прервал отношения с Цветаевой, она оскорбилась и написала ему свой знаменитый стих:

Вчера ещё в глаза глядел,
А нынче — всё косится в сторону!…
Вчера еще до птиц сидел,-
Все жаворонки нынче — вороны!

Я глупая, а ты умён,
Живой, а я остолбенелая.
О, вопль женщин всех времен:
«Мой милый, что тебе я сделала?!»
…

Марину отличала «любвеобильность». Причём стремление не к слиянию тел, а романтическому слиянию душ как заветном идеале. Всю жизнь Марина влюблялась в созданные ею образы людей, в мифы и, соответственно, разочаровывалась. Неустанно с неземным вдохновением творя свои мифы, она делала разочарование неизбежным.

Её стихи отличала «жуткая интимность», запредельная искренность, присущая только ей. Драматизм мироощущения и завороженность потусторонним. Часто героями её стихов выступали неодушевлённые предметы, абстрактные понятия, состояния души.

Один из адресатов Цветаевой критик Александр Бахрах, писал: «Ей менее важен был человек, к которому в тот или иной момент устремлялись её чувства, чем излияние этих чувств на бумаге – в словах, в строках… Людей, с которыми Цветаева поддерживала более глубокие отношения, она «изобретала», творила своей фантазией, создавала своей прихотью, едва считаясь с подлинной природой».

Сергей Эфрон очень точно подметил особенность своей жены в письме к М. Волошину. «Марина – человек страстей… Отдаваться с головой своему урагану для неё стало необходимостью, воздухом её жизни. Кто является возбудителем этого урагана сейчас – неважно… всегда всё строится на самообмане. Человек выдумывается, и ураган начался. Не сущность, не источник, а ритм, бешеный ритм. Сегодня отчаяние, завтра восторг, любовь, отдавание себя с головой, и через день снова отчаяние… Вчерашние возбудители сегодня остроумно и зло высмеиваются (почти всегда справедливо). Всё заносится в книгу… Громадная печь, для разогревания которой необходимы дрова, дрова и дрова. Ненужная зола выбрасывается, а качество дров не так важно. Тяга пока хорошая – всё обращается в пламя. Дрова похуже – скорее сгорают, получше – дольше».

Любовных увлечений у Марины Цветаевой было очень много. Помимо Юрия Завадского, Павла Антокольского, поэта Эмилия Миндлина, Евгения Ланна, князя Сергея Волконского, художника Николая Вышеславцева и многих других мужчин, была и актриса Сонечка Голлидэй (!),
В 1921 году Цветаева призналась: «Любить только женщин (женщине) или только мужчин (мужчине), заведомо исключая обычное обратное — какая жуть! А только женщин (мужчине) или только мужчин (женщине), заведомо исключая необычное родное — какая скука!»

Телесная стороны отношений Цветаеву мало интересовала, Она не уставала повторять, что «главная её страсть — это собеседничество. А физические романы необходимы, потому что только так проникаешь человеку в душу».

«Каждый раз, когда узнаю, что человек меня любит — удивляюсь; если не любит — тоже удивляюсь; но больше всего удивляюсь, когда человек ко мне равнодушен».
«Любить – видеть человека таким, каким его задумал Бог и не осуществили родители».
«Женщины говорят о любви и молчат о любовниках, мужчины – обратно».
«Поэты – единственные настоящие любовники женщин».
«Женщина – единственный азарт, потому что исток и устье всех азартов».

В Берлине подарком судьбы для Цветаевой стало знакомство с Марком Слонимом, Андреем Белым, Абрамом Вишняком.

Наконец-то встретила
Надобного – мне:
У кого-то смертная
Надоба – во мне.

Когда в Берлин приехал Сергей Эфрон и узнал о романе жены с Вишняком, то долго не задержался. Марина порвала с Вишняком и уехала в Прагу к мужу. «Я вырвалась из Берлина как из тяжёлого сна».
В Чехии за три года они сменили шесть адресов. Жили бедно: не спасало ни пособие от чешского правительства, ни публикации Марины. Сводить концы с концами помогала только помощь друзей.

Стремление выговориться толкало Марину на поиски новых увлечений. Осенью 1923 года она влюбилась в друга мужа – Константина Родзевича, слывшего местным Казановой.
«Знаю: большая боль. Иду на страдание…» – признавалась Марина молодому критику Александру Бахраху. А в письме к Родзевичу удивлялась сама себе: «Я… может быть в первый раз ищу счастья, а не потери, хочу взять, а не дать, быть, а не пропасть! Я в Вас чувствую силу, этого со мной никогда не было … я в первый раз ощутила единство неба и земли …»

Три месяца длилась эта связь. Марина её скрывала, но вскоре муж обо всём догадался и заявил о намерении «разъехаться». В конце декабря 1923 года, проведя две недели в глубоком отчаянии, Марина заявила Сергею, что не сможет его оставить.

Летом 1924 года Марина огорошила Эфрона, что ждёт ребёнка. 1 февраля 1925 года родился мальчик. Эфрон не хотел ребёнка, но принял как своего. Поговаривали, что ребёнок от Константина Родзевича. Тот сына своим не признал и прервал отношения. Константину Родзевичу Марина Цветаева посвятила свои знаменитые «Поэма Горы» и «Поэма Конца».
До сих пор точно не известно, кто же такой был на самом деле Константин Родзевич (тайный агент НКВД, который завербовал Эфрона).

Марина говорила, что высчитала, будто Родзевич не мог быть отцом её сына, а настоящий отец Мура – Борис Пастернак, с которым у неё был эпистолярный роман. Первые десять дней мальчик носил имя Борис (в честь Пастернака). Потом по настоянию Эфрона мальчика крестили Георгием. В семье его звали домашним прозвищем Мур.

Во всех отношениях с людьми Цветаева была великой собственницей, особенно если дело касалось её детей. Сын ещё только учился ходить, а она уже мечтала «об острове с ним», чтобы ему некого было, кроме неё, любить.

Непростые отношения были у Цветаевой с Борисом Пастернаком. Марина считала его своим «братом в пятом времени года, шестом чувстве и четвёртом измерении». «От Бориса – у меня смутное чувство. Он для меня труден тем, что всё, что для меня – право, для него – его, Борисин, порок, болезнь», – объясняла Марина Ивановна.

В начале 1922 года в Москве вышел сборник поэзии Марины Цветаевой «Вёрсты». Но после 11 месяцев ожидания разрешения на выезд, 11 мая 1922 года Марина выехала через Ригу в Берлин. Борис Пастернак, прочитав «Вёрсты», написал Цветаевой восторженное письмо в Берлин. Она мгновенно отозвалась: «Пастернак – большой поэт. Он сейчас больше всех. Дар, очевидно, в уровень личности, редчайший случай, чудо».

Борис Пастернак стал самой большой и самой долгой «эпистолярной любовью» Цветаевой. Их «эпистолярный роман» длился 13 лет. В 1935 году Пастернак приехал в Париж на международный конгресс писателей и пригласил Цветаеву в кафе. Там в разговоре Марина предлагала более близкие отношения, но Пастернак отказался.

В течение всего времени, проведённого в эмиграции, Цветаева не прекращала переписку с Борисом Пастернаком. В мае 1926 года по инициативе Пастернака Цветаева начала переписываться с австрийским поэтом Райнером Мария Рильке, жившим тогда в Швейцарии.
«Из равных себе по силе я встретила только Рильке и Пастернака», – полагала Цветаева. В какой-то момент тяжелобольного Рильке стала тяготить цветаевская манера общения – безудержная, категоричная, требовательная – и он перестал отвечать на её письма.

Когда в 1939 году Цветаева вернулась из-за границы в Москву, именно Пастернак оказался среди тех немногих, кто реально помогал ей. Он нашёл ей работу, организовал встречу с секретарём Союза советских писателей Павленко.

Вместе с Лидией Либединской и Львом Бруни Борис Пастернак провожал Марину Ивановну и Мура в эвакуацию. 7 августа 1941 года он помогал упаковывать вещи, принёс верёвку, чтобы перевязать чемодан, и, заверяя в крепости, пошутил: «Верёвка всё выдержит, хоть вешайся». Впоследствии ему передали, что именно на ней Цветаева в Елабуге и повесилась.

Понять все перипетии женской психологии невозможно.
«Моё воображение всегда бежит вперёд», – объясняла 18-летняя Марина Максимилиану Волошину. В 40 лет она могла сказать то же самое.

Летом 1941 года в Москве Борис Пастернак организовал встречу Цветаевой и Ахматовой. Марина просидела в гостях у Ахматовой семь часов и в конце попросила автограф. Они не смогли понять друг друга (или не захотели).

В своих воспоминаниях русский критик Георгий Адамович, живший в Париже, пишет: «У Цветаевой дарование было не меньше, чем у Ахматовой. У неё был свой голос, но об Пастернака этот голос разбился. Её стихи к Блоку чудные, потом она Пастернаку подражает, у неё эти губительные и ненужные «анжамбманы»… А в 1926 году… Цветаева напечатал статью «Цветник» с насмешками и выдержками из моих статей. Это испортило наши отношения… У неё был очень трудный характер – заносчивость феноменальная. Она сама виновата в своей судьбе… в ней было что-то причудливое и смешное, нелепое. По природе она была выше, чище, свободнее той позы, которую раз навсегда усвоила и которая в житейских несчастьях её, вероятно, утешала и поддерживала. В будущее своё признание она твёрдо верила…»

Кто создан из камня, кто создан из глины, —
А я серебрюсь и сверкаю!
Мне дело — измена, мне имя — Марина,
Я — бренная пена морская.

Кто создан из глины, кто создан из плоти —
Тем гроб и надгробные плиты…
В купели морской крещена — и в полете
Своём — непрестанно разбита!

Сквозь каждое сердце, сквозь каждые сети
Пробьётся моё своеволье.
Меня — видишь кудри беспутные эти? —
Земною не сделаешь солью.

Дробясь о гранитные ваши колена,
Я с каждой волной — воскресаю!
Да здравствует пена — весёлая пена —
Высокая пена морская!
23 мая 1920

Сложно складывались у Марины Цветаевой отношения с Временем. «Мимо родилась», – пеняла она и отважно бросала эпохе вызов: «Время! Я тебя миную».

Александр Блок для Цветаевой символизировал «явное торжество духа». «Удивительно не то, что он умер, а то, что он жил … Он как-то сразу стал ликом, заживо посмертным (в нашей любви). Смерть Блока я чувствую как вознесение».

Зинаида Гиппиус творчество Марины Цветаевой не воспринимала, считая, что «это не просто дурная поэзия, это вовсе не поэзия».

Цветаева нередко называла поэтов «беспутными» людьми (потому что «своими путями ходят»!). С первых стихов она гордо несла поэтическую неприкаянность, ни на секунду не сомневаясь в том, что последнее слово – в веках – останется за ней.

Разбросанным в пыли по магазинам
(Где их никто не брал и не берёт!)
Моим стихам, как драгоценным винам,
Настанет свой черёд.

Потребность в любви, желание найти того, у кого есть «смертная надоба» в ней, неизбывно с юных лет, были в Цветаевой. А с людьми у неё постоянно возникало недопонимание.

Марк Слоним (и не он один!) признавался в том, что после двух-трёх часов с Цветаевой чувствовал себя усталым, поскольку каждый разговор «превращался в словесный теннис», приходилось всё время быть начеку и отбивать метафоры, цитаты и афоризмы, догадываться о сути по намёкам, отрывкам… Самое главное для неё была молниеносная реплика – своя или чужая, иначе пропадал весь азарт игры, всё возбуждение от быстроты и озарений».

Общение с Мариной Цветаевой мог выдержать далеко не каждый.
«Эти Эвересты чувств (всегда Эвересты по выси, Этны и Везувии по накалу)… Воздух её чувств был раскалён и разряжён, она не понимала, что дышать им нельзя – только раз хлебнуть! – писала о матери Ариадна Эфрон. – Всех обитателей долин ощущала альпинистами. Не понимала человеческого утомления от высоты, у людей от неё делалась горная болезнь».

В воспоминаниях современников Цветаева предстаёт человеком сложным и противоречивым. Своенравие, «органическое неумение слушать других», нахальство, жестокость, злодушие – как только не упрекали поэта. Особенно «клеймили» её за неблагодарность: якобы помощь для себя она принимала как нечто само собой разумеющееся.

В своих тетрадях Цветаева писала: «Духовного эгоизма – нет. Есть – эгоцентризм, а тут уже всё дело в вместительности ego, посему величие (ёмкости) центра. Большинство эгоцентриков, т.е. все лирические поэты и все философы – самые отрешённые и не-себялюбивые в мире люди, просто они в свою боль включают всю чужую, ещё проще – не различают».

Идите же! – Мой голос нем
И тщетны все слова.
Я знаю, что ни перед кем
Не буду я права.

Я знаю: в этой битве пасть
Не мне, прелестный трус!
Но, милый юноша, за власть
Я в мире не борюсь…

Цветаева была одержима словом. Она была Поэт, а значит, согласно её собственной формуле, «утысячерённым человеком».
«Я и в предсмертной икоте останусь поэтом», – говорила Марина.

Всё её творчество пронизывает тоска по тому, кто мог бы понять и принять, то есть вместить в себя её безбрежность. С ней всегда было сложно находиться рядом. Выдержать накал её страсти и не обжечься при этом, ни у кого так и не получилось.

«Во весь рост я живу в стихах, в людях – не дано. А меньше всего, как ни странно, дано в любимых нам быть и жить. Подумалось, что я кому-то как хлеб нужна. А оказалось не хлеб нужен, а пепельница с окурками…»

У Цветаевой, очевидно, был избегающий тип привязанности. Одни обвиняют её в инцесте, другие публично «экспонируют» её «трансгрессивный эрос», третьи винят во всех смертных грехах. Один из современников очень точно охарактеризовал Цветаеву как «человека с содранной кожей».

Пригвождена к позорному столбу
Славянской совести старинной,
С змеёю в сердце и с клеймом на лбу,
Я утверждаю, что — невинна.

Я утверждаю, что во мне покой
Причастницы перед причастьем.
Что не моя вина, что я с рукой
По площадям стою — за счастьем.

Пересмотрите всё мое добро,
Скажите — или я ослепла?
Где золото моё? Где серебро?
В моей руке — лишь горстка пепла!

И это всё, что лестью и мольбой
Я выпросила у счастливых.
И это всё, что я возьму с собой
В край целований молчаливых.

Благодаря матери Марина с детских лет усвоила, что любой талант дан человеку волею Небес, и этот крест нужно терпеливо нести до конца. Марина ощущала своё избранничество.

Бог меня – одну поставил
Посреди большого света.
Ты не женщина, а птица,
Посему: летай и пой!
(1918 год)

Несколько десятков лет творчество Марины Цветаевой было вычеркнуто из советской литературы как идейно чуждое. Только в 1961 году, благодаря настойчивости Ариадны Эфрон, в СССР вышел гослитиздатовский сборник стихов Марины Цветаевой.

«Творчество – общее дело, творимое уединёнными», – писала Цветаева.
«Каждая книга – кража у собственной жизни. Чем больше читаешь, тем меньше умеешь и хочешь жить сам».
«В диалоге с жизнью важен не её вопрос, а наш ответ».
«Что я делаю на свете? – Слушаю свою душу».
«Всё в мире меня затрагивает больше, чем моя личная жизнь».

«Главное – я ведь знаю, как меня будут любить (читать что!) через 100 лет!», — была уверена Марина Цветаева.

Впервые стихи Цветаевой я услышал в 1975 году в кинофильме «Ирония судьбы или с лёгким паром».

Мне нравится, что Вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не Вами,
Что никогда тяжёлый шар земной
Не уплывёт под нашими ногами.
Мне нравится, что можно быть смешной —
Распущенной — и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоснувшись рукавами
…

Когда-нибудь, среди веков, я встречу вас, и полюблю
Я вам спою, и вас добьюсь
Но вы, увы,
Любя, отвергнете меня!
Лет через сто, когда опять родимся мы, чтобы страдать,
Я встречу вас, и полюблю.
Но вы, опять
Меня не сможете понять!
Вот так всегда, уж сотни лет скорбь от любви тая от всех,
Живу один и, как всегда,
Ищу Её.
Но нет любви взаимной на Земле!
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

Она всегда и всюду была чужой: взбалмашная, неуравновешенная, странная, непонятная, необыкновенная…
Как любой поэт, она жила в своём выдуманном мире. Самомнение у неё было непомерное, самопредставление гипертрофированное. Марина смотрела на жизнь сквозь призму своего творчества. Она не представляла своей жизни без стихов. Я пишу – а значит я живу, я живу – а значит я пишу!

Кому-то нравятся стихи Марины Цветаевой и совершенно не интересуют подробности её жизни. Я же, напротив, считаю, что стихи вырастают из жизни их автора: как он дышит, так и пишет. «Каждый человек есть художник своей собственной жизни, черпающий силы и вдохновение в себе самом», – говорил Сергий Булгаков.

Некоторые женщины рассматривают стихи Цветаевой как для себя своеобразную «индульгенцию».

Моё мнение о жизни и творчестве Марины Цветаевой — я считаю, что её стихи не искупают её грехи.
Никакое гениальное творчество не оправдывает грехопадения!

Я не считаю Марину Цветаеву великой или гениальной поэтессой, она просто Поэт. Она хотела стать Поэтом, и она им стала.

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А в чём для Вас РАЗГАДКА ЛЮБВИ МАРИНЫ ЦВЕТАЕВОЙ?

P.S. В статье использованы материалы открытых источников, журнал «Наша история. 100 великих имён» № 66, Ирма Кудрова «Жизнь Марины Цветаевой» и др.

Приглашаю посмотреть мою статью «РАЗГАДКА УБИЙСТВА МАРИНЫ ЦВЕТАЕВОЙ»

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Завтра Пасха — Воскресение Христово! 2 тысячи лет назад Иисус Христос призвал жить по заповеди «возлюби ближнего твоего как самого себя» (Матф. 22:36-40). Однако, несмотря на многочисленные проповеди мир, не стал «цивилизацией любви».
Конечно, «цивилизация любви» это в некотором смысле метафора.
В последнее время можно наблюдать, как быстро теряются остатки цивилизованности. Люди не верят в возможность построить мир на прочных основаниях любви и добра, а видят лишь расчеловечивание, торжество постгуманизма и «войну всех против всех». Человечество стремительно мчится к пропасти. Прежнюю систему (в том числе ялтинско-постдамскую) разрушили, а новую не создали, и теперь воюют в поисках выхода из тупика.
Где же выход? Что может нас спасти?
Гуляя в Сестрорецке, я, как социолог, решил провести небольшой опрос: возможно ли построить на Земле «цивилизацию любви»?

Вся история цивилизации это история любви и ненависти, свадеб и смертей. И одно без другого не существует. Всегда были и всегда будут неразделённая любовь и убийства из чувства ревности и мести. Любовь единственная универсальная ценность. Но с одной стороны она граничит с болью, а с другой стороны граничит со смертью.

Джордж Оруэлл в романе «1984″ утверждал, что именно любовь, как самое свободное проявление человека, создаёт бунт против рабства тоталитаризма и взламывает систему. «Они боятся любви, потому что она создаёт мир, которым они не могут управлять».

В интервью американскому журналисту Такеру Карлсону философ Александр Дугин сказал: «Если рассматривать человека как своего рода разумное животное, то с помощью технологий таких животных можно производить, объединить и управлять ими. Сильный Искусственный Интеллект – нейросеть плюс огромная база данных – это своего рода король мира, который может не только манипулировать, но и создавать реальности…»

29 февраля 2024 года Си Цзиньпин заявил о создании в Китае новой формы цивилизации человечества. Модернизация в китайском стиле – цифровизация плюс общество социального кредита – открыла человечеству путь к новой форме цивилизации.
Будет ли это «цивилизация любви»?

Вряд ли и Америку можно назвать «цивилизацией любви». В Колумбийском университете США бунт студентов, идут аресты, полицейские штурмуют здание.
Профессор истории Калифорнийского университета в Беркли Юрий Слёзкин 23 апреля 2024 года в Санкт-Петербурге выступил с лекцией «Реформация II. Культурная революция на Западе». Слёзкин рассказал о происходящей сегодня на Западе переоценке ценностей, сопоставимой по масштабу, степени радикализма и возможным последствиям с церковной реформацией XVI века: отмене традиционных канонов и иерархий, пересмотре принципов организации сообществ и создании нового, свободного человека.
Перед началом лекции я провёл небольшой опрос о «цивилизации любви».

Исторический социолог Дмитрий Травин полагает: «Жизнь наша трагична, бессмысленна и беспросветна. Войны, болезни, одиночество. Нельзя оправдать бога, создавшего такой мир, где мы страдаем от рождения до смерти. А это значит, что бога нет. Любая религия – иллюзия. Вместо того, чтобы поддаваться обману, нам следует анализировать свой мир, свою жизнь, свою психику. Анализ может помочь, если твёрдо отвергнуть мифы и строго следовать науке.
Но вот незадача. Жизнь наша трагична, бессмысленна, беспросветна. Наука может лишь чуть смягчить последствия войн, болезней и одиночества. Но коль суждено страдать от рождения до смерти, значит, есть в этом смысл, который нам не дано понять. Нам не дано понять Бога, поскольку творение не может понять Творца. Для этого мы примитивны. Но за пределами нашего понимания мир не кончается. Там открывается спасительная Вера».

Верующие убеждают: Рая на Земле никогда не будет! Тут мы проходим испытание, здесь добрые люди страдают, а нечестивые преуспевают. От нас требуют верить, что райская жизнь наступит после смерти. Причём никаких доказательств не приводится.
Одни верят, что жизнь продолжается, другие верят в абсолютный конец.
Быть может, и нет никакой жизни после смерти, – один обман, чтобы мы терпели все несправедливости, от доброты своей страдали, а нечестивые безбожники преуспевали.

Атеисты утверждают, что Рай на земле невозможен, в отличие от Ада.
«Знаешь, что такое ад? Это когда можешь всё, о чём мечтал, но ничего не надо».
«Оптимисты надоели, видят свет в конце тоннеля; отвечаю на вопрос – это встречный паровоз!»

Мир откатился в средневековье. На щит поднимается концепция Катехона — богословское и политологическое понятие, имеющее корни в христианской эсхатологии, где исторический субъект, как правило, то или иное государство, имеющий миссию препятствовать окончательному торжеству зла в истории и приходу Антихриста.
Идёт Армагеддон — последняя битва добра со злом. Всё решается с позиции силы. Происходит дегуманизация всего. Очевидно, Мир накануне второго пришествия!

Политолог, лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян напомнил, что когда распался Советский Союз, то один из его разрушителей, папа римский Иоанн Павел II заявил: «Мы разрушили коммунизм. Нам казалось, что мы построим что-нибудь, а мы построили цивилизацию смерти».
Между цивилизацией любви и цивилизацией смерти происходит метафизический и политический конфликт, заявил Сергей Кургинян 24 ноября 2023 года в докладе на XVIII Всероссийском конгрессе «Здоровье — основа человеческого потенциала: проблемы и пути их решения».
По словам философа, противостояние с Западом у нас «происходило не вокруг отдельных конфессиональных проблем, исхождения Святого Духа только от Отца или от и Сына: оно происходило вокруг любви и смерти — всё!»

«Является ли Россия цивилизацией? – вопрошает Кургинян. – Есть термин «советская цивилизация» и др. Теория цивилизаций была разработана Шпенглером, Тойнби, Данилевским, а потом подхвачена Сэмюэлем Хантингтоном. Теория построена на том, что цивилизация это моноконфессиональная структура, в которой конфессия доминирует. Россия неимоверно сложнее, она естественно является метацивилизацией, и мы не можем это отменить, так этот мир выстроился».

«В результате последних 30 лет в России (стране любви) установилось фантастически безлюбое существование.., — утверждает Сергей Кургинян. — Верните любовь, в том числе будет и демография. Верните убитую, растоптанную, уничтоженную любовь».
«Тютчевские слова «а мы попробуем любовью» имеют фундаментальное значение. Русские действительно сделали ставку на мир любви. Это и есть их внутренняя идентичность. Это значит, что не было подавления на окраинах. Но на самом деле это был мир любви».

В 2021 году Федеральное агентство по делам молодёжи (Росмолодёжь) решило 14 февраля организовать среди учащихся российских вузов и школ акцию под названием «Россия — страна любви». Рекомендации по её проведению были разосланы в учебные заведения по всей стране.

«Если бы меня спросили, в чём вы видите надежду для будущего, я бы сказал, что только в России, несмотря ни на что… Конец вообще цивилизации может даже наступить раньше, чем упадёт первая ядерная бомба: это произойдёт тогда, когда умрёт последний человек, который верит в Создателя. Цивилизация без духовности, без веры в бессмертие человеческой души – не более как собрание животных. Это уже не цивилизация, это уже конец, закат. И в этом смысле я в России вижу гораздо больше признаков духовного возрождения, чем здесь, на свободном Западе». (Андрей Тарковский «Запечатлённое время»).

Чаще всего под цивилизацией понимается совокупность материальных и духовных достижений общества в его историческом развитии. Слово «цивилизация» происходит от латинского «civilis», что означает гражданский, общественный, государственный. В XVII–XVIII веках «цивилизованность» определялась как противоположность «дикости».

Со временем понятие цивилизация стали отличать от культуры. Культура является внутренним духовным содержанием цивилизации, а цивилизация — лишь внешняя материальная оболочка культуры. Одни учёные отождествляют понятия цивилизации и культуры, другие рассматривают цивилизацию как специфическое культурное образование, третьи — разводят понятия культуры и цивилизации.

По моему мнению, цивилизацию можно понимать как определённый способ адаптации человека к окружающей среде. А культуру как информационную матрицу данной цивилизации.
Я считаю, что культура входит в понятие цивилизации, является её духовной составляющей.
Цивилизация есть результат приспособления человека к окружающей среде. А культура – это уже плоды человеческого разума, взрастающие на природной почве.
О развитии той или иной цивилизации судят именно по памятникам культуры. В основе любой культуры лежит представление о вечном, о бессмертии, о высшей справедливости.

Писатель Виктор Гюго считал: «Жизнь в обществе определяется культурой, которая закладывает систему мировоззрения, понятие совести, формирует сознание личности, утверждает ценности, знания о природе человека и его целях, направляет развитие общества и задаёт ритм движения нации. Культура, в высшем смысле этого слова, есть духовное воздействие на цивилизацию. Следовательно, культура – есть проводник идеи и идеологии, а государственная система является отражением идеи».

В русской литературе цивилизацией называют не просто культуру как таковую, а общество, которое характеризуется специфичной и достаточно развитой культурой.
В 1869 году Н.Я. Данилевский в своём труде «Россия и Европа» написал о «славянском культурном типе». Русская цивилизация должна взять самое лучшее из западной цивилизации, как последняя в своё время заимствовала самое лучшее из античной культуры.
«Если народ не реализует возможности формирования своей самобытной цивилизации, то ему остаётся лишь стать своеобразным этнографическим материалом для других культурно-исторических типов».

Николай Бердяев говорил о цивилизации как «смерти духа культуры».
«Вся ткань русской природы иная, чем ткань природы западной», – писал Николай Бердяев в работе «Философия неравенства». В книге «Судьба России» Бердяев признавал: «…для нас самих Россия остаётся неразгаданной тайной. Россия – противоречива, антиномична. Душа России не покрывается никакими доктринами… И поистине можно сказать, что Россия непостижима для ума и неизмерима никакими аршинами доктрин и учений».

Философ Иван Ильи писал: «Россия – арена столкновения Западной и Восточной суперцивилизаций, что и составляет глубинную основу её несимфоничности, раскольности».
«Мы знаем, что западные народы не разумеют и не терпят русского своеобразия. Они испытывают единое русское государство как плотину для их торгового, языкового и завоевательного распространения. Они собираются разделить всеединый российский «веник» на прутики, переломать эти прутики поодиночке и разжечь ими меркнущий огонь своей цивилизации. Им надо расчленить Россию, чтобы провести её через западное уравнение и развязание и тем погубить её: план ненависти и властолюбия».

В 1945 году русский философ Г.П. Федотов в статье «Россия и свобода» писал:
«Весь процесс исторического развития на Руси стал обратным западноевропейскому: это было развитие от свободы к рабству. Рабство диктовалось не капризом властителей, а новым национальным заданием: созданием Империи на скудном экономическом базисе. Только крайним и всеобщим напряжением, железной дисциплиной, страшными жертвами могло существовать это нищее, варварское, бесконечно разрастающееся государство».

Существует превратное мнение, будто есть «территория Зла», где живёт воплощение «Абсолютного Зла» и где всегда побеждает только Зло. Это, конечно же, профанация. «Добро» и «зло» понятия относительные. Например, считается, что добро в итоге всегда побеждает. А почему? Да потому что победитель всегда называет себя победой добра.

Диалектику добра и зла показал ещё Михаил Афанасьевич Булгаков в романе «Мастер и Маргарита». В известном диалоге Воланда и Матфея «часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо» говорит:
«Не будешь ли ты так добр подумать над вопросом: что бы делало твоё добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с неё исчезли тени? Ведь тени получаются от предметов и людей. Вот тень от моей шпаги. Но бывают тени от деревьев и от живых существ. Не хочешь ли ты ободрать весь земной шар, снеся с него прочь все деревья и всё живое из-за твоей фантазии наслаждаться голым светом? Ты глуп».

Можно ли представить цивилизацию, где всегда торжествует любовь и нет никакого зла?

Ф.М. Достоевский в рассказе «Сон смешного человека» постарался представить «цивилизацию любви». Герой рассказа во сне попадает на другую планету, где живут «дети солнца». «У них была любовь и рождались дети, но никогда я не замечал в них порывов того жестокого сладострастия, которое постигает почти всех на нашей земле, всех и всякого, служит единственным источником почти всех грехов нашего человечества».
Но в итоге герой всех этих идеальных людей развратил. «Да, да, кончилось тем, что я развратил их всех!.. Как скверная трихина, как атом чумы, заражающий целые государства, так и я заразил собой всю эту счастливую, безгрешную до меня землю. Они научились лгать и полюбили ложь и познали красоту лжи».
«О, это, может быть, началось невинно, с шутки, с кокетства, с любовной игры, в самом деле, может быть, с атома, но этот атом лжи проник в их сердца и понравился им. Затем быстро родилось сладострастие, сладострастие породило ревность, ревность — жестокость… О, не знаю, не помню, но скоро, очень скоро брызнула первая кровь: они удивились и ужаснулись, и стали расходиться и разъединяться».
Проснувшись, герой утверждает: «Я видел истину, я видел и знаю, что люди могут быть прекрасны, не потеряв способности жить на земле. Я не хочу и не могу верить, чтобы зло было нормальным состоянием людей».

Считается, что «Сон смешного человека» это ответ на работу Джона Мильтона «Потерянный рай» (XVII век). Великое значение «Потерянного Рая» — в психологической картине борьбы неба и ада. Первая песнь «Потерянного Рая», где побеждённый враг творца горд своим падением и строит пандемониум, посылая угрозы небу. Кипучие политические страсти Мильтона помогли ему создать грандиозный образ Сатаны, которого жажда свободы довела до зла.

У Достоевского нет никаких иллюзий насчёт страшной реальности мира. Он видит неизбежность гибели человечества, если всё будет происходить по-прежнему.
«Отчего же реальным миром до сих пор управлял лишь идеал?» — вопрошал Достоевский — «Я неисправимый идеалист; я ищу святынь, я люблю их, моё сердце их жаждет, потому что я так создан, что не могу жить без святынь, хоть капельку посвятее; не то стоит ли им поклоняться!» «Великое дело любви и настоящего просвещения. Вот моя утопия!»

Впервые термин «утопия» появился в названии книги философа Томаса Мора «Золотая книжечка, столь же полезная, сколь и забавная о наилучшем устройстве государства и о новом острове Утопия». В ней писатель обрисовал идеальное для себя общество, где все равны, носят одну и ту же одежду и живут по строгому расписанию. Торжествуют три принципа: равенство между людьми; «решительная и стойкая любовь к миру и спокойствию»; «презрение к золоту и серебру».

Достоевский подверг яростной атаке основополагающий принцип утопизма — будто человечество непременно стремится к рациональному, упорядоченному гуманистическому миру, который будет создан из существующей несовершенной реальности. Устами своих героев Достоевский утверждал, что осуществление утопии означает конец истории, он обосновывает право человека на иррациональность, страдания и разрушение.
В «Записках из подполья» Ф.М. Достоевский высмеял идеи Н.Г. Чернышевского и его роман «Что делать?». Роман ― типичная утопия. В молодости Достоевский симпатизировал идеям Шарля Фурье, за что и поплатился десятью годами каторги.

Древнейший базовый сюжет утопии — миф о Золотом веке — был изложен в эпических поэмах Гесиода. Также существовал миф о блаженных (богоизбранных) народах.
Первой утопией можно считать диалог Платона «Государство» (360 г. до н. э). В идеальном государстве Платона каждый делает свою работу и не вмешивается в чужую. Классовая система построена на разделении труда: философы-правители, стражи, земледельцы и ремесленники. Сословная система строится на вере в то, что бог создал людей разных классов; стражи, которые охраняют внутреннюю и внешнюю безопасность, не имеют своей собственности, они живут общиной отдельно от остальных; у рабочих есть частная собственность, но они не должны делиться на бедных и богатых; строгая система образования, в культуре должна быть цензура.

Можно ли представить мир, в котором правит любовь?

В утопии «Город Солнца» (1602 год) Томмазо Кампанелла представил мир, в котором нет частной собственности и неравенства; не существует семей, младенцев растит община; все работают, но рабочий день не превышает четырёх часов в день; поощряется владение разными ремёслами; женщины равны мужчинам; господствует теократия в форме естественной магии или астрологии. Каста священников-магов поддерживает счастье и добродетель; правитель именуется «Солнцем» или Метафизиком. Есть соправители — Мощь, Мудрость и Любовь — они не только правят, но и исповедуют горожан. Институтов суда нет, приговоры вершат начальники; есть смертная казнь за преступления «против свободы государства, или против Бога, или против высших властей».

Весной 1888 года Владимир Соловьёв прибыл в Париж и прочёл в салоне княгини Сайн-Витгенштейн доклад под названием «L’idée russe» («Русская идея»). Он обосновал традиционные христианские ценности и призывы: “Все люди – братья”, “Бог есть любовь”, “Возлюби ближнего своего” и т.д. Соловьёв призывал человечество опомниться и остановиться, протянуть друг другу руки в понимании своего глубокого бытийного единства.

В 1892 – 1894 годах Владимир Соловьёв опубликовал в журнале «Вопросы философии и психологии» цикл из пяти статей «Смысл любви».
«Задача любви состоит в том, – пишет Владимир Соловьёв, – чтобы оправдать на деле тот смысл любви, который сначала дан только в чувстве; требуется такое сочетание двух данных ограниченных существ, которое создало бы из них одну абсолютную идеальную личность… Но истинный человек в полноте своей идеальной личности, очевидно, не может быть только мужчиной или только женщиной, а должен быть высшим единством обоих. Осуществить это единство, или создать истинного человека, как свободное единство мужского и женского начала, сохраняющих свою формальную обособленность, но преодолевших свою существенную рознь и распадение, – это и есть собственная ближайшая задача любви».

А.Ф. Лосев в своей монографии о философе пишет: «здесь Вл. Соловьёв в виде единственного пути спасения для человечества проповедует половую любовь, которую он, правда, чрезвычайно одухотворяет, так что под сомнением остаётся даже вся её физиология, как об этом можно судить в примечаниях. По Соловьёву, эта любовь не имеет никакого отношения к деторождению, она есть преодоление эгоизма, слияние любящего и любимого в одно нераздельное целое; она есть, правда, слабое воспроизведение отношений Христа и церкви; она есть образ вечного всеединства».

Современный философ Светлана Ченцова полагает: «В настоящее время сознание людей заражено ложными целями. Вместо духовной идеи – формирования пятого Духовного царства на физическом плане, люди выбирают царство материальных благ как конечной цели человеческого существования.
Мировая потребительская идеология фокусирует сознание людей только на формальной стороне существования и признаёт физическое благополучие, комфорт и материальное обладание истинной целью всех человеческих усилий.
Мировоззрение тоже выстраивается на потребительской идеологии, выхолащивая самую суть – человеческую душу. Человек рассматривается экономически для извлечения прибыли и только как биологическое существо.
<...>
Уже сформировано всеобщее признание необходимости преобразований. Существующий духовный кризис означает переход в новое состояние сознания тех, кто готов открыть дверь в новую эпоху. Поэтому особо остро встал вопрос выбора цели, метода и направления развития.
<...>
Если бы люди воплотили концепцию братства со всем, что это подразумевает, в жизнь и работу каждого дня, во взаимоотношения между капиталистами и трудящимися, политиками и народом, между нациями и расами, на земле воцарился бы такой мир, который ничто не в состоянии было бы нарушить или подорвать. Такое простое правило, но как трудно усваивается большинством.
<...>
Грядущая цивилизация хотя и будет по-прежнему материалистической, но будет отличаться от нынешней. Массы повсеместно будут всё лучше сознавать выявляющуюся духовную задачу, которая трансформирует всю жизнь и наполнит материальное новым смыслом и ценностью».
Так считает Светлана Ченцова.

Людмила Болотова в книге «Цивилизация любви» (2018 год) пишет:
«Можно предположить, что вовсе не экономика или техника и технология, но любовь как новая значимая созидательная сила будет определять будущее новой становящейся цивилизации – «Цивилизации Любви».
По мнению Р. Штайнера, любовь будет главной действенной силой современности.
Мы рождены и живём благодаря Божественной энергии Любви и ресурсу времени жизни системы «человечество».
Только понятая и принятая великая сила любви поможет духовно преодолеть многие препятствия, которые теперь обозначились в жизни России и человечества.
Апокалиптические ожидания, ощущение «конца времён» призывают нас к построению (или, как минимум, к проектированию) той цивилизационной структуры, которая будет способствовать процессу инициации нового времени, позволяющему наше вхождение в зону энергий будущего.
Поэтому стоит попробовать приступить к конструированию (в этой книге – на теоретическом уровне) цивилизации будущего – Цивилизации Любви, в которой главной действенной силой современности станет Любовь».
Так считает Людмила Болотова.

Насколько реально построить на Земле «цивилизацию любви»?

В детстве мне понравилась фантастическая повесть, где описывалась планета, на которой был создан рай для элиты. Однако в этом раю высокоразвитые личности быстро деградировали.
Возможно, идея повести была позаимствована из эксперимента «Вселенная-25», который провёл в 1972 году американский учёный-этолог Джон Кэлхун. Он пытался понять, как будут жить животные особи, если построить им настоящий рай. В условиях идеального мира, в безопасности, при изобилии еды и воды, отсутствии хищников, большинство особей (мышей) только ели, пили, спали, ухаживали за собой. В итоге всё закончилось смертью подопытных грызунов — райские условия способствовали вымиранию!

В 1995 году четырнадцать волков были выпущены на волю в Йеллоустонском национальном парке (США). Учёные и не подозревали, что это кардинально изменит всю экосистему парка. Волков не было в парке 70 лет и всё это время там царствовали олени, которые за годы бесконтрольного размножения (все усилия людей по контролю их популяции не приносили успеха) нанесли сильнейший урон местной флоре. Четырнадцать волков, конечно, не смогли съесть всех оленей, но они заставили тех осторожнее выбирать места для пастбищ и избегать некоторых участков парка. На тех местах начала возрождаться растительность. За шесть лет количество деревьев увеличилось в пять раз. Появились бобры, которым деревья нужны для постройки плотин. В заводях завелись ондатры, утки и рыбы. Волки уменьшили популяцию шакалов, что привело к увеличению количества зайцев и мышей, а те в свою сторону привлекли в парк ястребов, хорьков и лис. В парк пришли медведи, так как они смогли отгонять волков от их добычи или доедать их объедки. В парке увеличилось количество ягод. Но самое удивительное, волки изменили течение рек. Их русла выпрямились и стабилизировались, уменьшилась эрозия берегов. Случилось это потому, что влияние волков на оленей привело к взрывному росту деревьев и травы по берегам рек, что привело к их укреплению. Поменялась сама география парка, а всё благодаря четырнадцати волкам, выпущенным туда менее двадцати лет назад.

Считается, что среди животных идёт жестокая борьба за существование, в которой выживают самые сильные и бесцеремонные. Однако исследования этолога Франца де Вааля полностью изменили взгляды учёных на происхождение нравственности и сострадания.
Франц де Вааль в книге «Истоки морали: В поисках человеческого у приматов» утверждает, что нравственное чувство имеет инстинктивную природу. Выводы де Вааля касаются человека не меньше, чем животных: из них следует, что человек даже по природе своей – существо достаточно альтруистичное и миролюбивое, склонное к сочувствию и взаимопомощи, если его, конечно, не доводить. Быть хорошим — естественно, для этого вовсе не нужны неустанные усилия государства, церкви, школы и прочих воспитателей — достаточно не мучить человека, не унижать, не пугать, быть справедливым, не загонять в угол.

Считается, что людей отличает от животных прежде всего наличие морали и нравственности. Но откуда берётся способность различать добро и зло, «нравственный закон внутри нас», которому удивлялся Кант? Ответ еще недавно казался очевидным — конечно же, его сформировала культура, противостоящая нашему звериному началу: животное – это плохо, культурное – это хорошо.

Для европейской культурной традиции наша душа — арена вечной борьбы между телом и духом, природой и воспитанием, низменными инстинктами и волей, животными страстями и нравственными идеалами. Надежда на кардинальное улучшение взаимоотношений людей с исчезновением вражды, убийств, преступности, зависти и прочих негативных черт, носит характер утопии. За последние 3 тысячи лет убийства на почве ревности не исчезли, как и кражи, лжесвидетельствования, зависть и т.п. Общество без преступности невозможно, — утверждал социолог Эмиль Дюркгейм. Вся жизнь по сути есть преступление!

Современная эпоха как нельзя более подходит для написания утопий, которые могут послужить своего рода «маяками в тумане».
26 апреля 2024 года в книжном философском магазине «Даль» в Петербурге собрались философы на презентацию новой книги доктора философских наук, профессора Алексея Алексеевича Грякалова «Страж и советник». Я спросил автора и приглашённых: как относится к идее «цивилизации любви» и почему не удаётся осуществить её на практике?

В мире по сути две большие идеи.
Первая – Если мир был сотворён Богом и надо жить по божественным законам, любить ближних и помогать слабым.
Вторая – Если наш мир есть результат долгой эволюции, то жить надо по природным законам естественного отбора, где выживает сильнейший, а слабый погибает, где каждый за себя и выживать надо любой ценой.
Если жить по закону Бога, то нужно жертвовать собой из любви к ближнему.
Но если жизнь даётся только раз и бессмертия не существует, то стоит ли жертвовать своей жизнью во имя чего-либо?
По каким же законам жить: бороться за выживание любой ценой или жертвовать собой ради любви к ближнему?

Всю Страстную неделю я вспоминаю своё паломничество по Святой Земле Израиля в 2008 году. Уже никто не сомневается, что этот человек жил на самом деле и был распят.
Кого-то оскорбляет мысль, что Иисус выжил на кресте; меня — нет.

2 тысячи лет назад Иисус Христос призвал жить по любви: «возлюби ближнего твоего как самого себя». Однако несмотря на две тысячи лет многочисленных проповедей мир не стал лучше. О заповеди Христа – «возлюби врага своего» – мало кто вспоминает.

Можно ли выжить, прощая врагов своих и возлюбив их по заповеди Христовой?

Если я возлюблю ближнего как самого себя, то не должен его жрать, и тогда он сожрёт меня. Значит, я из любви к ближнему должен принести себя в жертву? Да никто не живёт по христовой заповеди! Это только на словах призывают к любви, а на деле жрут друг друга. Необходимость заставляет бороться за выживание. Значит, не верна христова заповедь, если противоречит природе человеческой. Выходит, Христос ошибался, раз не под силу людям любить ближнего своего как самого себя?

А может, не верен идеал, если живут не по нравственному закону, а по закону природному? Значит, права жизнь, а не наши идеальные представления о ней? Но если прав закон природы, тогда почему так укоренены в сознании человечества нравственные заповеди, притом что люди живут по закону выживания и личной выгоды? Откуда этот нравственный закон? Из инстинкта самосохранения или извне? Что есть эти призывы к любви, этот нравственный закон: осознание необходимости выживания или вмешательство Бога? Внешняя необходимость или внутренняя? И если нет правды на земле, возможно, правды нет и выше? Если на Земле таков закон природы, возможно, что и в Космосе царит то же самое, та же борьба?

Повсюду борьба за выживание, а в результате череда смертей, кажущаяся бесконечной. Убийства, конфликты, ни дня без распрей; кажется, вся история человечества — нескончаемая череда войн. Что может удержать человечество от самоуничтожения? Только любовь. Она — необходимость. Внутренняя необходимость! А возможно, и внешняя. Без любви, человечество обречено на самоуничтожение.

Что же делать? Где выход? Как остановить самоубийство человечества?

Нужно поднять ценность любви на высшую ступень, разработать соответствующую идеологию любви. Скажут: идеализм, иллюзии, мечтания… А разве есть более достойная цель для будущего?

Мало кто верит в «цивилизацию любви». Но если признать, что это недостижимый идеал, остаётся только ждать Конца Света.
Если не можешь изменить мир — измени себя! Каждый человек это автономный мир, и ему по силам научиться любить несмотря ни на что и жить в своём мире в СОСТОЯНИИ ЛЮБВИ!

Наш мир это царство НЕОБХОДИМОСТИ. В самом широком смысле мир есть ТВОРЕНИЕ. А что побуждает творить? — ЛЮБОВЬ!

Творение имеет принцип,
И он во всём, всегда, везде:
Любовь творит необходимость
И в Космосе, и на Земле.
Необходимость жить любовью,
Необходимость мир любить,
И принимать любовь и с болью,
И даже мучаясь, творить.
Творить любовь — необходимость!
И всё подчинено тому.
Ведь всё, к чему бы ни стремилось,
Творит зачем и почему.
Зачем себя осуществляем?
И почему хотим любви?
Тем волю Бога исполняем,
Достичь желая Красоты.
Творить себя — необходимость,
Любовь нас требует себе.
Что в Космосе — и в нас вместилось,
Вселенский смысл — он и во мне! —
ЛЮБОВЬ
ТВОРИТЬ
НЕОБХОДИМОСТЬ
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А как Вы относитесь к идее ЦИВИЛИЗАЦИИ ЛЮБВИ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

18+
«Любовь – это сказка!», – говорят влюблённые.
«Любовь – это обман!», – считают разведённые.
«Любовь – самый распространённый вид самообмана», – утверждают скептики. – «Природа играет с нами злую шутку, преследуя свои цели выживания.
А кто-то считает, что любовь это болезнь!
Недавно посмотрел два фильма: канадский «Природа любви» и французский «Рецепт любви». Канадский фильм о значении секса в любви. Французский фильм про любовь кулинара и кухарки: половина фильма это приготовление еды, ещё треть обсуждение рецептов и вкусов.
У нас любовь традиционная ценность, как и семья. Тридцать процентов посещающих Интернет ищут там свою любовь. Но всегда ли они знают, что ищут? Я спросил об этом своих друзей во время их свадебной церемонии.

Канадский фильм «Природа любви» о значении секса в жизни мужчины и женщины. «Секс это чудовищная банальность»; «подлинная любовь обрушивается как болезнь»; «все говорят, что им нравятся мужики с мозгами, но в постели они не так талантливы»; «любовь единственная универсальная ценность».

Фильм рассказывает о Софии (с греч. мудрость, наука) — профессоре философии. Она сожительствует с учёным-гуманитарием Ксавье, с которым полная интеллектуальная гармония, однако нет гармонии сексуальной.
Когда София встречает простого работягу Сильвена, между ними вспыхивает страсть. Настоящий мачо Сильвен пробуждает давно дремлющую сексуальность Софии. Однако кроме физической химии у них мало общего, и совсем нет интеллектуального взаимопонимания. Сильвен любит пиво, хоккей и рок-музыку. София пытается примирить свои сильные чувства к Сильвену со своим интеллектуальным снобизмом по поводу его необразованности.

«Я не очень романтичен, – говорит Сильвен. – Я хочу быть с женщиной, которую буду любить всю жизнь. Всё с ней делить, построить дом, постоянно заниматься с ней любовью.»
«В пути между мирами мы будем любить», — говорит Ксавье.
Оба любят Софию, но она не может выбрать, что ей дороже: интеллектуальная гармония или сексуальная.

— Ты вся переменилась, тело, лицо, – говорит Софии её подруга.
— Так бывает, когда постоянно занимаешься любовью, – оправдывается София. – Я теряю 500 калорий в день. Это нечто! Обожаю это! Словно он вернул меня в моё естество.
— Можно сколько угодно говорить, что нам нравятся интеллектуалы, но в постели они никакие. Такова жизнь, она жестока. А мне нужно и то, и то.

Мама сразу догадалась, что у её дочери роман.
— Я никогда не видела такого красивого мужчину, – оправдывается София.
— Вот в этом наша проблема. Нам нравятся красавчики.
— Это адюльтер, я не собираюсь разводиться.
— Всегда лучше жить с тем, кто любит нас больше, чем мы.

София рассказывает студентам: «У Платона идея любви тесно переплетена с понятием «желание». Желание у него означает нехватку. Так что платоновская любовь имеет единственное возможное выражение — фрустрация. Мы желаем то, чего у нас нет. Следовательно, нужно избегать любви, или делать так, чтобы другой человек никогда в действительности нам не принадлежал. С помощью запрещённого, например, адюльтера. Когда мы живём с кем-нибудь уже давно, когда появляются дети, рутина, нам комфортно показывать себя с худшей стороны, в качестве антисоблазнения человека, с которым мы живём. Когда исчезает страх потерять другого, любовь угасает, по Платону. Или, как часто говорят: «всё стало не таким как раньше».

София преподаёт философия, рассказывает о философии любви, а сама любви не знает.
Во время близости с Сильвеном София говорит: «Я не могу, не могу, это совершенно иррационально. У этого же нет никакого смысла. Никакого! С другой стороны, я думаю, нормально через десять лет отношений изменить. Не знаю никого, кто не изменял бы. Кроме моей подруги, которая вовсе оторвана от телесности. Кажется, так приятно быть оторванной от тела. Это позволило бы думать о менее тривиальных вещах».
«Да ты не оторвана от тела, – возражает Сильвен. – Зачем бороться со своей природой?»

Сильвен умный парень, но не интеллектуал. Он чувствует себя чужим среди друзей Софии, не понимает о чём они говорят.
Софии приятно беседовать с интеллектуалом Ксавье, но с ним нет сексуальной страсти. С Сильвеном прекрасный секс, но нет интеллектуального удовлетворения.
София не может быть ни с тем, ни с другим. Что же делать? Она хочет и то, и то. Но жизнь жестока, и надо выбирать. Кого ей выбрать?

— Мне кажется, ты любовь всей моей жизни, – говорит Сильвен. – Я не хочу с тобой расставаться никогда. Мы выберем секретное место, где будем плавать в глубоких водах пока неизведанной реки, любить друг друга так, как будто любовь это смерть. Благодаря тебе хочется жить. Но я не умею сочинять стихи.
— Моя жизнь наполнена людьми с большим словарным запасом, и что?..
— Ты можешь проще говорить, нормальными словами?
— В моём мире я нормально говорю.
— Что значит «в твоём мире»?! Ты сумасшедшая!

София признаётся, что её подлинная страсть это философия. У неё как учёного на первом месте наука, а дети и семья не важны.
Ксавье хочет детей, но София возражает: «Но не раньше, чем я получу пост профессора. А этого не произойдёт до моей менопаузы».
Сильвену же она говорит: «Я никогда не хотела ребёнка, но с тобой хочу».

София разъясняет студентам: «Шопенгауэр говорит о желании жить, как о девизе любви. Через признание другого как репродуктивной силы, приходит состояние влюблённости. Размножаться это означает оставлять след в жизни. Тогда любовь — это опыт бессмертия. Шопенгауэр утверждает, что в любви всё физическое. То, что мы считаем благородными порывами души, на самом деле выражение сексуального аспекта. Просто за нас говорит тело».

Для сексуальных игр с Сильвеном София покупает себе ошейник:
— Думаешь, мне от тебя нужен только секс?
— В глубине души тебе нравится быть сексуальной.

София напомнила мне героиню другого французского фильма «Пианистка». Консерваторский преподаватель фортепиано тоже обуреваема страстями на грани извращения (перверсиями). Чем более интеллектуальны и духовны героини, тем более склонны к садо-мазо. Им недостаточно «позы миссионера», им подавай «обратный штопор» или «шведский вертолёт»…

«В отличие от Платона, – объясняет София, – Спиноза видел различие между желанием и любовью. Можно желать чего-то, но при этом не считать это ценным. Например, хотеть переспать с кем-то, не испытывая интереса к личности. Можно даже презирать объект своего желания. Можно также любить без желания. Многие люди определяют любовь не в контексте желания. Называют это «трахаться». Но главное желание — это сила. Оно лежит в основе нашей возможности действовать. Оно жизнь».

Когда Сильвен делает предложение и дарит Софии кольцо, она отвечает:
— Я никогда не хотела выходить замуж, никогда не мечтала. Но если ты этого хочешь, я тоже хочу. Мы любим друг друга. У тебя сердце в правильном месте.
Однако когда они останавливаются у бензоколонки, София кладёт кольцо в бардачок, выходит из машины и остаётся одна.
Конец неожиданный. Но закономерный.
София отказалась от любви Ксавье, от любви к Сильвену — она выбрала любовь… любовь к философии!

«Настоящая любовь, по Владимиру Янкелевичу, не имеет причины, – объясняет София. – Мы любим потому что любим. Нет других источников любви, кроме самой любви. Она поражает нас как болезнь. Согласно другой точке зрения — любовь это действие, а не чувство. Мы не подвергаемся этому, мы решаем любить».

В прошлом веке считали, что образование вредит женщинам. Они становятся слишком умными и независимыми, стремятся господствовать над мужчинами и тем самым нарушают природное распределение ролей. Некоторые мужчины не переносят женщин, которые подчёркивают своё интеллектуальное превосходство, и не вступают в брак, если жена умнее их.

Ещё недавно большие умы человечества, учёные и философы мужчины, заблуждались в своих оценках способностей женщин. Фридрих Гегель писал: «Женщины могут быть образованными, но для высших наук, как философия, и для некоторых произведений искусства, требующих всеобщего, они не созданы. Женщины могут обладать остроумием, вкусом, изяществом, но идеальным они не обладают».

«Кто-нибудь, пожалуй, спросит, стоят ли женщины под властью мужчин по природе или в силу положительного закона? Ведь если это так только в силу закона, то для нас нет, следовательно, никаких оснований устранять женщин от управления. Но если мы обратимся за поучением к опыту, то увидим, что такое положение вещей объясняется слабостью самих женщин». (Бенедикт Спиноза)

«У женщины более сильна прирождённая склонность ко всему красивому, изящному и нарядному. Уже в детстве женщины с большой охотой наряжаются и находят удовольствие в украшениях. Они чистоплотны и очень чувствительны ко всему, что вызывает отвращение». (Иммануил Кант).

«Женщины втайне всегда интригуют против высшей души своих мужей; они хотят отнять у неё её будущность в угоду безбоязненному и спокойному существованию в настоящем». (Фридрих Ницше)

«Мужчина приобретает зрелости рассудка и духовных сил едва ли раньше двадцати восьми лет; женщина — с восемнадцатым годом. Но зато такой уж и рассудок: вполне скудно отмеренный». (Артур Шопенгауэр).

«В то время, как мужчина, взятый с анатомической точки зрения, может психологически вполне походить на женщину, женщина никогда психологически на мужчину походить не может, как бы мужествен ни был её внешний вид и как бы мало женственно ни было впечатление, которое она производит». (Отто Вейнингер «Пол и характер»).

Кто-то и ныне считает, что назначение женщины только дети, кухня и церковь. Но сами женщины с этим не согласны. Они активно вторгаются в сферы, которые ранее считались исключительно мужскими. Например, философия. В университетских аудиториях женщин становится больше, чем мужчин. Причину увлечения философией некоторые видят в женском одиночестве, неудовлетворённости, даже феминизме.

У меня были (и есть) знакомые женщины, которые посвятили себя науке (философии, социологии, политологии) и отказались от создания семьи. Они сделали карьеру, получили научные звания и профессорские должности, но так и не обрели главного — любви! Они не могли снизойти до отношений с интеллектуально неразвитыми, но красивыми мужчинами, а в результате остались одни. Бездушный секс был им противен, хотя и необходим. Они удовлетворялись философией, и в ожидании идеального принца старели. Я и сейчас с болью смотрю на этих одиноких женщин, пусть даже и докторов наук.

Как-то я слушал лекцию доктора философии Жюле Реше. Она мне чем-то напомнила героиню фильма Софию.

Суфражистки добились равных прав и тем самым нарушили гендерную гармонию.
Женщины борются за равноправие, но нужно ли им оно? Не лучше ли наслаждаться преимуществами прекрасного пола?
К женскому одиночеству причастна и кукла «Барби», как воплощение женской самоуверенности и самодостаточности.
Сказка «Золушка» до сих пор играет зловещую роль. Все девушки ждут своего принца и вовсе не настроены на труд в семье; они ждут ухаживаний, заботы и развлечений. Напрочь отсутствует понимание, что семья это труд души, ума и тела.

Всё-таки, природа женщины — в семье! Возможно, справедливо говорят, что вначале женщина должна создать семью, родить детей, а потом уже заниматься наукой (хотя это почти невозможно).

Что же такое любовь?

Древнеиндийский трактат о любви «Ветви персика» гласит:
«Три источника имеют влечения человека: Душа, Разум и Тело.
Влечение души порождает дружбу.
Влечение ума порождает уважение.
Влечение тела порождает желание.
Соединение трёх влечений порождает любовь.
Каково состояние, ведущее к любви? Напряжение и страсть.
Каково состояние производимое любовью? Облегчение и нежность».

В истории человечества было немало версий классификации любовных отношений. Например, в Кама-Сутре различают четыре рода любви.
1. Любовь, порожденная постоянной привычкой. Это род любви – результат постоянного вовлечения чувств в такие действия, как охота, верховая езда и т.д.
2. Любовь, возникшая вследствие воображения. Это род любви – результат не прямых действий, продиктованных чувствами, их предвосхищением.
3. Любовь, возникшая из веры в себя и веры в других. Любовь этой категории узнается взаимно мужчиной и женщиной, и она так убедительна, что ее узнают и окружающие.
4. Любовь, возникшая в результате восприятия внешних объектов. Восприятие внешних объектов и наслаждение от этого являются также результатом любовного удовольствия, которое мы легко узнаем. Этот род любви, по существу, порождает и включает в себя три вышеотмеченные.

Древние греки выделяли несколько смыслов слова «любовь».
Агапэ — возвышенная, в том числе божественная любовь. Жертвенная любовь, любовь к ближнему. Первоначально обозначала вечера дружеских застолий.
Эрос — романтическая любовь — страсть, физическое влечение. Стихийная и страстная самоотдача, восторженная влюбленность. У Платона обрела значение стремления к совершенству через обладание красотой.
Филия — любовь-дружба, приязнь одного человека к другому. В философии Эмпедокла филия — это космическая сила притягивания, противоположная силе вражды.
Сторге — семейная, родственная любовь, привязанность.

В диалоге Платона «Пир» греческий философ Сократ определяет любовь как дружеские отношения между мужчинами. Именно благодаря Платону появилось понятие «платоническая любовь» как любовь без секса.

Древние греки считали, что любовная страсть к женщине — это болезненное проявление. «Любовь к женщине – это яд», — говорил Сократ. Аристотель утверждал: «…женщина – это изуродованный от природы мужчина». Эзоп был убеждён что «огонь, женщина и море – три бедствия». «Нет ничего пагубнее женщины», — писал Гомер.

Великий учёный древности Авиценна определял любовь как «навязчивое помышление черножелчного характера, возникающее от постоянного осмысливания и переосмысливания наружности и нравов некоего лица противоположного пола. Любовь… не изначально болезненна, а становится болезнью, и когда это чувство не удовлетворено, оно превращается в наваждение».

Вот как описывала состояние любви древнегреческая поэтесса Сапфо.
…
Но немеет подчас язык,
Под кожей быстро лёгкий жар пробегает,
Смотрят, ничего не видя глаза,
В ушах же – звон непрерывный…

Потом жарким я обливаюсь,
Дрожью члены все охвачены,
Зеленее становлюсь травы,
И вот-вот, как будто, с жизнью прощусь я.

Учёные установили, что у большинства людей чувство любви длится не более тридцати месяцев. Духовно и физически мужчина и женщина способны на «высокое чувство» в течение всего лишь полутора-двух лет, что вполне достаточно для знакомства, укрепления чувства и рождения ребёнка.

То, что мы называем любовью, создаётся «химическим коктейлем» в мозгу; это биохимическая реакция, возникающая в результате действия гормона окситоцина на гипофиз, которая длится в течение полутора лет, ещё полтора года организм привыкает, и в результате через три года всё проходит.

Даже самые пылкие влюблённые приобретают со временем иммунитет к воздействию химических веществ: человек постепенно полностью возвращается в нормальное, расслабленное состояние. К этому времени пары или распадаются, или, осознав, что совместное существование вещь вполне удобная, продолжают рутинную супружескую жизнь.

Отдельные учёные считают, что любовь это специфическая активность головного мозга. В гипоталамусе обнаружено семь центров сексуальной чувственности. Некоторые разделы головного мозга, «ответственные за любовь», могут активизироваться и после приёма «веселящих» препаратов. А некоторые разделы активизируются как эмоциональное вознаграждение за перенесённые переживания.

Европейцы выделили секс из любви, и теперь пытаются оправдать любовь без секса и секс без любви. Хотя секс без любви сам по себе ничего не значит — мясной натёр. Уберите из отношений мужчины и женщины эмоцию любви, оставив только секс, и жизнь станет невообразимо скучна. Секс без любви даже хуже, чем любовь без секса!

Зигмунд Фрейд обнаружил, что в основе истерий и психических расстройств лежит сексуальная неудовлетворённость. Его психоанализ имел целью спасти брак без секса, помочь человеку компенсировать недостаток сексуальной жизни.
Любой сексолог скажет: никогда не распадётся брак, в котором есть удовлетворяющий обоих секс. «Мужчина без секса хиреет, а женщина болеет». Мужчина нуждается в сексуальной жизни лет до 60, а женщина в лучшем случае до 45.

С детства помню строки: «Любовь не вздохи на скамейке и не прогулки при луне. … Любовью дорожить умейте, С годами дорожить вдвойне». Степан Щипачёв.
По моему мнению, любовь не просто чувство, это взаимоотношение. Любовь это труд. А семья — труд вдвойне!

Сейчас практически преподавание основ семейной жизни отсутствует, как и семейное воспитание. Некоторые девушки пытаются вступить в брак лишь затем, чтобы родить ребёнка, а потом развестись и получать алименты. Поэтому мужчины осторожны и не стремятся вступать в брак. Взаимные ожидания и претензии напоминают «битву полов».

В газете «Вечерний Петербург» в разделе «Битва полов» мужчина пишет:
«Любовь — история двух человек, взгляды которых на совместную жизнь могут и не совпадать. Особенно, если речь идёт о том, кто готовит или ходит в магазин, тем более о таком глобальном вопросе, как рождение и воспитание детей. Женщины считают, что «после рождения ребёнка работать мужчине надо поменьше, денег зарабатывать побольше, а основные усилия необходимо бросить на «второй» (домашний) фронт».

Женщина пишет: «Как ни грустно, мужчины всё чаще стремятся уйти от основы своего гендера. Они кричат о своём первенстве в принятии любых решений и в то же самое время падают в обморок при слове «свадьба». Годами, а некоторые и десятилетиями, мурыжат девичьи души, заводят детей в гражданском браке, сладко поют о любви, но только о свободной… Мечта каждой девушки «выйти замуж за принца» живёт в нежных женских сердцах. А те, кто говорит иное, – врут, чтобы не тешить себя иллюзиями, ибо однажды их сердце уже разбилось. Безусловно, воображая идеального принца, обязательно додумываем внешние атрибуты, например, «красивую машину, «хорошую» работу или «достаточное» количество денег».

Некоторые понимают любовь сугубо как физиологический процесс, когда железами внутренней секреции вырабатывается фенилэтиламин. Это вещество действует на организм примерно как наркотик. И благодаря ему опьяняющая романтическая любовь длится полтора-три года.
У любви есть три этапа: вожделение, романтика, привязанность. Вожделение создаёт гормон, подобный тестостерону. Второй этап связан с химическими реакциями в головном мозге, которые создают эффект романтической любви.

Однако «химическое объяснение» любви не даёт ответ на главный вопрос: почему среди миллионов сексапильных блондинок мужчина выбирает неказистую «серую мышку», которая одаряет его теплом нежности и самопожертвования.

Конечно, человек существо биологическое, а значит, подчиняется действию биологических и химических законов. Но человек существо и социальное. А значит, может поступать и вопреки своей физиологической природе, реализуя более высокие духовные предназначения.

«Главное проявление душевной жизни человека, открывающее её смысл, есть любовь», – утверждал русский философ Владимир Соловьёв в трактате «Смысл любви» (1892-1894).

«Смысл любви – … небесный предмет нашей любви только один всегда и для всех один и тот же – вечная Женственность Божия.
Но задача человека не в том, чтобы ей поклоняться, а в том, чтобы реализовать и воплотить этот идеал как индивидуальный и на земле.
Сильная индивидуальная любовь никогда не бывает служебным орудием родовых целей, которые достигаются помимо её.
Видеть смысл половой любви в целесообразном деторождении – значит признавать этот смысл там, где самой любви вовсе нет, а где она есть, отнимать у неё всякий смысл и всякое оправдание».

Вы скажете, любовь подчиняется рассудку. И да, и не всегда. В некоторых случаях любовь почему-то оказывается выше рассудочных призывов. Есть масса примеров, когда мужчина отвергает влюблённую в него красивую женщину, предпочитая ей внешне ничем не примечательную.
Влюбляются в красивых, а женятся на добрых. — Почему? — «У доброты эхо дольше, чем у красоты», – считает красивая французская актриса Изабель Аджани.

В истории известно множество пар, любовь которых кажется необъяснимой. Одной из таких пар были известный философ Жан-Поль Сартр и писательница Симона де Бовуар. Жан-Поль Сартр считал себя уродом (маленький рост, рыхлое тело с оформившимся брюшком, сальные волосы, бельмо на глазу). Симона де Бовуар была красавицей, и выше своего возлюбленного на целую голову.

Влюблённые Жан-Поль и Симона не пожелали связывать себя узами традиционного брака и заключили контракт, по которому они оставались парой, ничем не ограничивающей друг друга в сексуальной жизни. По контракту они обязывались рассказывать друг другу откровенно обо всех сферах своей жизни, включая сексуальную.

Замужество Сартр полагал «могилой для любой живой мысли». Уже на седьмом десятке своей жизни философ умудрялся в каждой из своих поездок по миру заводить любовниц. «Я рассматривал свои сердечные порывы как искры внутреннего огня, – писал Сартр. – Я возрождался всякий раз лучшим, я пробуждал и полнее использовал ещё нетронутые запасы своей души». «Любовь не имеет ничего общего с обладанием», – говорил Сартр. – Её высшее проявление – предоставлять свободу тому, кого любишь».

Когда в 2019 году мы были в Париже, то собрали мнения о любви и смысле жизни.

Любимец женщин Антон Павлович Чехов говорил: «Подайте мне такую жену, которая как Луна являлась бы на моём небе не каждый день».
Писатель признавался: «Бывали минуты, когда мне казалось, что если бы с Марса свалилась бы глыба и погребла под собой весь этот прекрасный пол, то это было бы актом величайшей справедливости».

Существует превратное мнение, будто мужчины хотят секса, а женщины – любви.
Фильм «Секс в большом городе» создал представление о мужчинах, как о животных, у которых на уме всегда только одно… Ведь мужчина думает о сексе каждые две минуты.

Секс женщине нужен не меньше, чем мужчине, только по-другому, иначе. Подсчитано, что мужчина думает о сексе примерно 18 раз в день, а женщина примерно 10 раз. При этом отношение к сексу у мужчины и женщины различается. Для женщины секс не является чем-то самоценным; для неё он продолжение любви и возможность продолжения рода.

Умнеть, входить в цвет и начинать понимать хоть что-то в сексе женщина начинает после 23-х. Реально «женский век» это 5-7 лет. Женщинам надо успеть за несколько лет решить всю свою женскую судьбу: найти мужа, быстренько свить гнездо, родить детёныша, наладить отношения со всеми родными со всех сторон и т.д.

В конечном итоге, любовь (и сексуальное её проявление) придаёт жизни силы, в том числе и через гормональную активность. Желание любить это стремление жить как можно дольше.

В. Высоцкий в «Балладе о любви» писал:
«Я поля влюбленным постелю, пусть поют во сне и наяву!
Я дышу – и значит, я люблю! Я люблю – и, значит, я живу!»

Когда задаёшься вопросом «люблю ли я этого человека или не люблю», – значит, определённо не любишь! Как говорится, жениться надо не на той, с кем можешь жить, а на той, без которой жить не можешь!

«Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих!» Эти слова из романа «Мастер и Маргарита» Михаил Булгаков написал о себе.
С прообразом Маргариты – Еленой Сергеевной Шиловской (урожденной Нюренберг – один из родственников по отцу её был иудей) – Михаил Булгаков познакомился, когда она была уже вторично замужем и он был вторично женат. Елена Сергеевна вспоминала: «Мы сидели рядом… у меня развязались какие-то завязочки на рукаве… я сказала, чтобы он завязал мне. И он потом уверял всегда, что тут и было колдовство, тут-то я его и привязала на всю жизнь… Это была быстрая, необыкновенно быстрая, во всяком случае, с моей стороны, любовь на всю жизнь».

Елена Сергеевна пыталась расстаться с Булгаковым, но любовь оказалась сильнее. «Я не видела Булгакова… давши слово, что не приму ни одного письма, не подойду ни разу к телефону, не выйду одна на улицу. Но, очевидно, всё-таки это была судьба. Потому что, когда я первый раз вышла на улицу, я встретила его, и первой фразой, которую он сказал, было: «Я не могу без тебя жить». И я ответила: «И я тоже».
Это была судьба!
Михаил Булгаков писал: «Если мне суждено будет ещё жить, я буду любить тебя всю мою жизнь. Ты любила мои вещи, я писал их для тебя».

«Взаимоотношения мужчины и женщины проблема не половая, и даже не нравственная, это проблема космическая — сочетание духа с материей; это тайна мироздания! Секс — не пустой перепёх, это космогонический акт!

Раскрыв загадку полового влечения и зачатия, люди думали, будто нет больше тайн во взаимоотношениях мужчины и женщины, тогда как истинная тайна в предпочтении, в верности, в единственности, — в этом тайна любви, а вовсе не в сексе. Взаимность — вот истинное чудо! а не просто любовь. Упростили отношения между полами до невозможности. А ведь это Тайна! Тайна, неразгаданная до сих пор.

Почему из миллиона женщин лишь к одной во мне возникает влечение, называемое любовью? Что это? Нет, это не желание наслаждения и даже не жажда счастья, а нечто необъяснимое и могущественное. Оно не проходит, не проходит никогда, это на всю жизнь, это неизлечимо! Можно прожить вдвоём по необходимости, но так и не узнать любви, можно даже иметь детей, но любовь… любовь!.. на это способны только сумасшедшие, ибо любовь — это умопомрачение! это нечто большее, чем страсть, потому что неутолима!

Что побуждает меня искать именно свою женщину? Почему я не могу удовлетвориться просто красивой или доброй? Нет, пусть сколь угодно красивая, пусть бесконечно добрая, — но не моя! А какая моя — не знаю. Но определённо угадаю её из тысячи, или даже из миллиона!

Но предпочтение это только половина тайны. Взаимность — вот что делает любовь Любовью. И это действительно тайна, если это действительно любовь. Совпадение характеров и желаний, сексуальная совместимость, схожесть взглядов на жизнь — всё это может быть, а вот любви нет, той любви, ради которой пойдёшь на смерть. Любовь сильнее страха смерти. Потерявшему любовь смерть не страшна. Отсутствие страха умереть — вот единственно верный показатель любви. Настоящей! »
(из моего романа-исследования «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак»)

Эрих Фромм в книге «Искусство любить» пишет:
«Любовь начинает проявляться, только когда мы любим тех, кого не можем использовать в своих целях».
«Любовь — это активная заинтересованность в жизни и развитии того, что мы любим. Где нет активной заинтересованности, там нет любви».
«Незрелая любовь говорит: «Я люблю тебя, потому что я нуждаюсь в тебе». Зрелая любовь говорит: «Я нуждаюсь в тебе, потому что я люблю тебя».
«В жизни нет иного смысла, кроме того, какой человек сам придаёт ей».

«То, что на обычном человеческом языке называется любовью, эта страсть, пробуждающаяся от соприкосновения двух личностей, не есть только средство, благодаря которому поколения приходят на землю. Она создаёт также жизнь и в мире потустороннем. Она является способом перехода с земли на небо, от вещей материальных к вещам духовным». (А. Безант)

«Любовь – настоящий орфей, поднявший человечество из животного состояния». (Э. Ренан)
«Любовь сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь». (И. Тургенев)

Лев Николаевич Толстой утверждал: «Всегда кажется, что нас любят за то, что мы так хороши. А не догадываемся, что любят нас оттого, что хороши те, кто нас любит».
«Если любишь, то любишь всего человека, какой он есть, а не каким я хочу, чтоб он был», — пишет Лев Толстой в «Анне Карениной».

О понимании любви Львом Толстым как страсти и духовности рассказала кандидат филологических наук, доцент кафедры английской филологии и лингвокультурологии СПбГУ Нина Феликсовна Щербак.

Любовь к женщине — это мираж желания…
Это страсть, не требующая понимания…
Это прекрасный волшебный сон…
А может быть, просто мечтаний фантом…
Потребность веры и Чистоты…
Жажда проникнуть в оазис души…
Сокровенных желаний фантазия,
Разрушающая запреты сознания…
Незаметное сумасшествие…
Иль в Неведомое путешествие…
Сказка, рассказанная днём …
Иллюзия счастье найти в другом…
Хрустальный рай без суеты,
Где смерть означает конец любви…
Это дом из живых цветов,
Где нежность творит ангелов,
Где ласка соединяет миры,
Где, возможно, когда-то поселимся мы?..

Любовь имеет множество оттенков,
И каждый дорог нам, неповторим.
Пусть жизнь меняет вкусы непременно,
Всегда нам дорог тот, кто нам любим.

И как бы жизнь нам вкусы не меняла,
Кто любит нас, тот нам дороже всех.
Любви всегда одной нам только мало,
Ведь лишь любовь есть подлинный успех.

Нам серебро любви дороже денег.
А золота любви нам не купить.
И тот лишь человек нам в жизни ценен,
Кто любит нас, кого хотим любить.

И пусть с годами мы не молодеем,
Зато душа становится ценней.
Ведь если любим, то и не стареем.
Ведь лишь любовь нас делает мудрей.

Какой же возраст для любви всего дороже?
Беспечность юности иль мудрость седины?
Прекрасна молодость, но нет прекрасней всё же
Серебряного возраста любви!

Тот. кто сегодня оставляет любовь ради войны,
кто отвергает умеренность ради пышного изобилия,
кто отказывается быть повелителем
ради того, чтобы быть самым главным,
непременно погибнет!
Но тот, кто исполнен любви,
сражается – и побеждает,
обретая контроль над своими чувствами,
становится крепче.
Небо содействует ему,
заботясь о нем с терпением и любовью (1).
(1) – <<глубокое чувство любви>> в оригинале <<цы>>, что означает: любить, заботливо
относиться к, угощать; любовь к младшему, материнская любовь. Это чувство любви и
радости, которое невозможно ничем омрачить, это <<любовь несмотря ни на что>>. Лао Цзы трактат «Дао ДЭ» стих 67.
«Любовь несмотря ни на что», о которой говорил Лао Цзы, это не чувство и даже не отношение, это СОСТОЯНИЕ!

Что такое любовь? –
Это боль отреченья,
Это радость вернуться к себе самому,
Это счастье без всякого разрешенья,
Это шанс вместе быть и не быть одному,
Это время, расставшееся с часами,
Это нежность оттаивающей души,
Это мука желания слиться телами,
Это чувство исчезнувшего Я и ТЫ,
Это слезы, когда умирают надежды,
Это стон иссушившей разум мечты,
Это грусть посреди безлюдной пустыни
одиноко падающей звезды…
Стихи из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» и романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в трёх основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

Приглашаю посмотреть мнения о любви гостей и жителей Петербурга.

P.S. Поздравляю с праздником весны и любви!

А по Вашему мнению, КАКОВА ПРИРОДА ЛЮБВИ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

По моему мнению, два главных качества характеризуют мужчину — это его любовь к матери и любовь к женщине. У профессора Якова Ильича Гилинского более 700 научных работ, но главное событие его жизни, на мой взгляд, это любовь на протяжении 58 лет к своей супруге Наталии Николаевне Проскурниной.
В 89 лет Яков Ильич продолжает активно работать. Он участвует в различных конференциях, пишет книги. Его творческая энергия меня поражает и восхищает. Свою новую книгу «Криминология и девиантология постмодерна» Яков Ильич посвятил «Светлой памяти Наташи». Мы поговорили о новой книге.

Доктора юридических наук, профессора Якова Ильича Гилинского называют «Отцом девиантологии в России». В СССР он первым занялся исследованием отклоняющегося (девиантного) поведения. Первые две статьи были опубликованы в 1971 году. В результате полувековых трудов Яков Гилинский создал свою теорию, которую назвал ДЕВИАНТОЛОГИЯ.

Я.И. Гилинский полагает: Девиантология – это наука, изучающая социальные девиации (девиантность) и реакцию общества на них (социальный контроль). В широком смысле, это наука о тех отклонениях, которые являлись необходимым условием существования, а то и развития. В перспективе девиантология может стать более общей теорией девиаций в природе и обществе (на физическом, биологическом, социальном уровнях организации мироздания).

В новой книге «КРИМИНОЛОГИЯ И ДЕВИАНТОЛОГИЯ ПОСТМОДЕРНА» читаем:

«Современные концепции девиантности и социального контроля утверждают: сама социальная «реальность является девиантной», а потому «следует интересоваться собственно девиантностью, а не рациональностью», «феномен девиации – интегральное будущее общества», «девиантность – будущее современности».

«Следует отказаться от надежд, связанных с иллюзией контроля»,
«институты, призванные корректировать поведение, на самом деле воспроизводят отклонения… Тюрьмы не столько «вновь приспосабливают» к обществу людей, сколько делают их профессиональными преступниками»,
«попытки сконструировать искусственный порядок в соответствии с идеальной целью обречены на провал»,
а «основа закона есть не что иное, как произвол». (с. 132)

«В природе, в реальной социальной действительности не существует явлений, видов деятельности, форм поведения «нормальных» или же «девиантных» по своей природе, по содержанию, sui generis. Те или иные виды, формы, образцы поведения «нормальны» или «девиантны» только с точки зрения сложившихся (установленных) социальных норм в данном обществе в данное время («здесь и сейчас»)».

«Что считать отклонением, зависит от времени и места; поведение «нормальное» при одном наборе культурных установок, будет расценено как «отклоняющееся» при другом».

«Социальные девиации и девиантное поведение могут иметь для системы (общества) двоякое значение. Одни из них – позитивные – выполняют негэнтропийную функцию, служат средством (механизмом) развития системы, повышения уровня её организованности, устраняя устаревшие стандарты поведения. Это – социальное творчество во всех его ипостасях (техническое, научное, литературное, музыкальное, художественное и др.).
Другие же – негативные – дисфункциональны, дезорганизуют систему, повышают ее энтропию. Это преступность, наркотизм, коррупция, терроризм и др». (с134)

«Девиации присущи всем уровням и формам организации мироздания. В современной физике и химии отклонения обычно именуются флуктуациями, в биологии – мутациями, на долю социологии и психологии выпали девиации». (с. 136)

«Существование каждой системы (физической, биологической, социальной) есть динамическое состояние, единство процессов сохранения и изменения. Девиации (флуктуации, мутации) служат механизмом изменчивости, а, следовательно, существования и развития каждой системы. Без девиаций «ничего никогда породить не могла бы природа», а «порождения» природы не могут без девиаций изменяться (развиваться). Отсутствие девиаций системы означает её не-существование, гибель…».

«Преступность появляется в обществе с момента образования государства. В первобытном обществе люди тоже убивали друг друга (об этом говорят, в частности, следы травм на черепах первобытных людей), насиловали женщин, дрались, «воровали» куски пищи. Но никакой «преступности» не было, поскольку не было уголовного закона». (с. 149)

«Термин преступление есть ярлык (label), который мы применяем к поведению, нарушающему закон. Ключевой пункт – это порождение преступлений уголовным законом, который создан людьми. Преступление как таковое не существует в природе; это выдумка (invention) людей» [Robinson, 2004: 2].

«На каких же основаниях государство криминализирует (объявляет «преступлениями») те или иные деяния? Почему в одном государстве криминализировано одно, в другом – другое? Почему в одном и том же государстве со временем одни деяния криминализируют, другие – декриминализируют?»

«Власть, национализировав, присвоив уголовную юстицию в качестве социального капитала, пожелала, чтобы к преступлению относилось всё, что она называет преступлением» [Кондратюк, Овчинский, 2008: 22].

«За последние десятилетия большинству криминологов стало ясно: в реальной действительности нет объекта, который был бы «преступностью» (или «преступлением») по своему объективному содержанию. Преступление и преступность – понятия сугубо релятивные (относительные) и конвенциональные (как «договорятся» законодатели). Они – социальные конструкты, лишь отчасти отражающие некоторые социальные реалии.
Действительно, некоторые люди убивают других, некоторые завладевают вещами других, некоторые обманывают других и т. п. Но ведь те же самые по содержанию действия могут при определённых условиях не признаваться преступлениями». (с 152-153)

«В криминологии … нужно окончательно, категорически отказаться от учения о личности преступника. [Рыбак, 2020] … Поэтому бессмысленны поиски «гена преступности». Единого для убийцы и коррупционера, насильника и фальсификатора единого государственного реестра юридических лиц…»

«Начиная с 1960-х – 1970-х годов социологи, а затем криминологи пришли к убеждению, что человечество и население каждой страны делится на включ ённых в активную экономическую, политическую, культурную жизнь и исключённых из неё. Последние составляют, в частности, социальную базу преступности, наркопотребления, пьянства, самоубийств и иных «девиаций».
Так, например, по данным МВД РФ, среди всех осуждённых за последние годы доля лиц без постоянного источника доходов (аналог «исключённых») составляла 65-67%, а среди осуждённых за убийства и изнасилования – 72-75%. На совершение/не совершение преступлений политической направленности безусловно играет роль политический режим в стране». (с 186)

Современную криминологию Яков Ильич Гилинский называет ещё НЕОКРИМИНОЛОГИЯ, что обстоятельно доказывает в своих публичных выступлениях.

С Яковом Ильичём Гилинским мы познакомились, когда после службы в 1981 году я начал работать в НИИ комплексных социальных исследований Ленгосуниверситета. Он стал для меня «отцом» в науке. В студенческие годы под руководством Я.И. Гилинского я занимался изучением отклоняющегося (девиантного) поведения молодёжи: мы проводили опросы в школах, на производстве, в местах заключения, в неформальных молодёжных объединениях.

То, что «все мы преступники», я впервые услышал от Якова Ильича Гилинского. Тогда меня это очень удивило, но и обрадовало. Яков Ильич убеждённо доказывал, что с позиции теории «отклоняющегося поведения» каждый человек хотя бы раз в жизни нарушил уголовный закон. «Все мы преступники не потому, что есть пьянство, наркотизм, проституция. А потому, что такой уголовный закон!»
Впоследствии я убедился, что мой научный руководитель прав.

Вместе с Яковом Ильичём я участвовал в работе научных конференций, в том числе и Балтийского криминологического семинара.

В целом я разделяю теорию моего учителя. Трудно не согласиться с утверждением Якова Ильича, что понятие «преступление» есть некая условность, «социальный конструкт», «как договорятся законодатели». Однако, если исключить из Уголовного кодекса какие-то статьи, это ещё не означает избавиться от ряда преступлений. Всегда будут кражи и убийства на почве зависти или ревности, независимо от того, включены ли они в Уголовный кодекс; по моральным представлениям убийства и кражи всё равно будут называться «преступлением».

Яков Ильич справедливо утверждает: «То, что в одной стране – преступление, в другой – не признаётся таковым. То, что преступным было вчера, непреступно сегодня, и наоборот».
Это действительно так. Соглашаясь с влиянием социальных условий на формирование преступного поведения, я считаю, что в критической ситуации верх в человеческом поведении берут инстинкты (или гены). Инстинкты сильнее культуры!

Преступником рождаются или становятся? – вопрос до сих пор открытый.

Знаменитый врач Чезаре Ломброзо утверждал, что «преступниками рождаются».
Основоположник социологического направления А. Кетле полагал, что «преступниками не рождаются, ими становятся. Общество заключает в себе зародыш всех имеющихся совершиться преступлений, потому что в нём заключаются условия, способствующие их развитию; оно подготовляет преступление, а преступник есть только орудие».

Многочисленные психологические эксперименты доказывают, что при определённых условиях почти каждый человек может стать злодеем и преступником. Но не каждый становится! А вот совершить неумышленное преступление по неосторожности может каждый (например, ДТП).

Криминологи всего мира до сих пор спорят о том, что оказывает решающее воздействие на преступное поведение человека: его генетическая природа или социальная среда, законы общества или законы природы? «Среда виновата или подлая натура человеческая?» – вопрошал ещё Достоевский.

Известный этолог Конрад Лоренц, проанализировав поведение многих видов животных, подтвердил вывод Зигмунда Фрейда, что агрессия не является лишь реакцией на внешние раздражители. Если убрать эти раздражители, то агрессивность будет накапливаться и проявляться по самым незначительным поводам. Если агрессия вызвана внешним раздражителем, то она выплёскивается не на раздражитель (скажем, особь, находящуюся выше в иерархии), а переадресуется особям, находящимся ниже в иерархии или неодушевленным предметам (т.е. бьют не людей, а вещи).

Что сильнее влияет на поведение человека: его генетика или социальная среда?

В одинаковых обстоятельствах один человек совершит преступление, а другой (в силу своего воспитания или генотипа) не совершит. Например, не всякий может совершить изнасилование даже в благоприятной для того обстановке (из-за своих физиологических особенностей). Если холерик на оскорбление ответит взаимным оскорблением и может даже убить обидчика, то флегматик сделает вид, что оскорбление не заметил. Один человек будет воровать в коррупционной системе ведомства, а другой уволится.

На мой взгляд, гены в большей степени определяют поведение человека, нежели социальные условия. Клептоманы и педофилы это просто больные люди, которых надо лечить, поскольку лишение свободы не избавит их от пагубного влечения. Правда, у Я.И. Гилинского другая позиция. Он категорически отрицает генетическую природу преступности.

Физиологические, психические, интеллектуальные способности во многом определяются наследственностью. В Висконсинском университете в результате наблюдений над 700 парами близнецов установили, что такие черты характера человека как трусость, робость и склонность к переживаниям в большей степени обусловлены генетической предрасположенностью, нежели воспитанием и жизненным опытом.

Доказательством тому служит в том числе и жизнь Якова Ильича. Он унаследовал от своих предков исключительные интеллектуальные способности, настойчивость характера и упорство в достижении цели. Несмотря на неблагоприятные обстоятельства социальной среды и запреты советского времени, Якову Ильичу всё же удалось защитить диссертацию, создать свою теорию и добиться её всемирного признания. Он добился того, от чего другой бы отступился или просто не смог осуществить из-за недостатка интеллектуальных или волевых способностей. То есть, можно сказать, что гены одержали победу над социальной средой.

Почему же люди нарушают правила порядка (закон), ведь порядок выгоден практически всем?

Во-первых, соблюдение общепринятого порядка требует отказаться от определённой степени личной свободы.
Во-вторых, как и все живые существа, люди инстинктивно борются за «место под солнцем». Занявшие наилучшие места, пытаются установить выгодный им порядок, охраняющий их положение. Но борьба за наилучшее место продолжается: совершаются преступления, революции, одни свергают других, и так бесконечно…
В-третьих, Закон имеет целью оградить общество от проявлений человеком своего подлинного Я, если это Я вступает в противоречие с Я других людей. Однако никакой закон не останавливает людей от проявлений своей сущности. Всегда убивали, и будут убивать, даже страх смертной казни не останавливает.

Одни считают, что наш мир есть результат долгой эволюции, и надо жить по природным законам естественного отбора, где выживает сильнейший, а слабый погибает; где каждый за себя и выжить надо любой ценой.
Другие полагают, что мир сотворён Богом и надо жить по божественным законам, любить ближних и помогать слабым.
Третьи убеждены, что человек живёт в социуме и должен создавать законы для социума. В трактате «Законы» Платон подробно разбирает, по каким законам должны жить люди.

Девиантология – не просто наука об обществе, это особая теория общих закономерностей развития общества и природы в целом. Я.И. Гилинский критически оценивает возможность создания справедливого общества без насилия и взаимоуничтожения.

«Очевидно возможны два варианта для человечества, – полагает профессор Гилинский. – Первый, менее вероятный — человечество выживет, пройдя тяжелейший в истории период постмодерна. Причём выживет, возможно, достигнув невиданных успехов в своём генетически – технологическом развитии. Второй, более вероятный, учитывая тяжёлое прошлое — человечество погибнет в результате омницида — ядерного, или экологического, или космологического, или…»

Яков Ильич называет себя малициристом (от лат. malum – зло, malitia – злоба). Он считает, что в силу второго закона термодинамики в конечном счёте во всякой системе «побеждает» энтропия – распад, гибель («зло»!).

В своей книге «Онтологический трагизм бытия» Яков Ильич утверждает:
1\ Вся история человечества, история каждой человеческой жизни – муки, страдания, горе, несчастье.
2\ Суть – в неизбывном онтологическом трагизме бытия: в его преходящести, конечности, смертности. Никакой другой жизни после смерти нет.
3\ Всякая жизнь не имеет «смысла».
4\ В силу второго закона термодинамики в конечном счёте во всякой системе «побеждает» энтропия – распад, гибель («зло»!).

В прошлом году учёный из Румынии установил новый закон физики, названный «вторым законом динамики информации», чтобы объяснить, как ведёт себя информация. Его закон устанавливает, что энтропия или хаос в информационной системе уменьшается, а не увеличивается. Этот новый закон противоположен второму закону термодинамики, который утверждает, что уровень беспорядка или хаотичности в системе всегда будет расти или оставаться постоянным. Проще говоря, всё идёт к равновесному состоянию.
То есть, возможно, вселенная не «схлопывается», а находится в состоянии динамического равновесия: периоды спада сменяются периодами улучшения. То есть развитие циклично, как и предполагали древние. По форме вселенная это замкнутая спираль. И тогда не зло господствует в мире, как убеждён Яков Ильич, но любовь.

Яков Ильич называет себя реалистом и атеистом.
Я же пессимист. Но мой пессимизм оптимистический. Когда знаешь, что в будущем будет только хуже, начинаешь ценить настоящее. Когда нет и не может быть надежды на лучшее, живёшь, осознавая весь трагизм бытия, но это трагизм героический!

В теории Якова Ильича отсутствует метафизический и теологический взгляд на проблему.
Я же скорее метафизик. Наука ещё не всё познала, и потому всегда рано делать окончательные выводы. Нас окружает ещё много не познанных тайн. Наука развивается из предположений и веры в существование того, что ещё не открыто. Я допускаю существование ещё не познанной Силы, которая управляет нашим миром. Возможно, в процессе развития науки мы обнаружим эту Силу и докажем её существование.

Трудно предположить, что мироздание изначально задумывалось как трагедия. Хотя кто-то полагает, что жизнь на Земле сущий ад, рождение здесь – наказание за грехи, а планета – исправительная колония.
Но если жизнь изначально зло, то зачем творить добро, стараться быть добрым – надо быть злым, ибо такова жизнь?

Основная идея Гилинского в том, что смерть есть зло.
Однако есть масса случаев, когда люди воспринимают смерть как благо, когда люди желают смерти и она для них оказывается спасительным выходом.
Смерть такое же естественное явление как и рождение. Старое умирает, чтобы дать место новому. Без смерти не было бы обновления и развития. Даже если это обновление и развитие лишь цикл в извечном круговороте бытия.

Яков Ильич утверждает, что смерть это абсолютный конец и полная тьма, а потому трагедия.
Но всегда ли смерть это трагедия?
Почему смерть считается трагедией и соответственно трагична жизнь?
Кто может доказать, что смерть это конец существования и нет продолжения?
А если после смерти, возможно, нас ждёт продолжение каждому по вере его, тогда и смерть в радость и жизнь не трагедия?..

Смерть – это полный конец или трансформация – точно не знает никто, лишь догадки и предположения. Но почему тогда не верить в светлое будущее, а ждать непременно тёмное?

Смерть должна оставаться тайной. Если люди узнают, что смерти как полного угасания сознания нет и что нас ждут последствия того, как мы прожили эту жизнь… Если люди перестанут бояться смерти, это будет величайшая революция сознания и нашей жизни. Если у людей исчезнет страх смерти, это может иметь самые невероятные последствия. Одни совсем перестанут ценить жизнь, другие наоборот – захотят увидеть плоды в продолженном существовании.

Возможен ли абсолютный конец, после которого уже ничего не будет?
Вечность на то и вечность, что она, как и круг, не имеет конца, и в ней всё уже было.

Если смерть это зло, то что есть благо? – Бессмертие?
Ещё древние поняли, что бессмертие это проклятие (Вечный жид Агасфер). И сейчас многие люди в больничных палатах мучаются от того, что хотят, но не могут умереть, а денег на эвтаназию нет. Впрочем, эвтаназия запрещена в России.

Какой будет жизнь, если в ней не будет смерти, страха и бегства от смерти?
И что это будет за жизнь, если не будет в ней страданий, боли и слёз?

Древние говорили: «memento mori» – помни о смерти!
Философ всю жизнь тем и занимается, что готовится к смерти.
Но нужно ли готовиться к смерти? – Если после смерти ничего нет, то зачем?
На мой взгляд, в любом случае лучше приготовиться, а вдруг там что-то есть…

Если после смерти ничего нет, то нет и разочарования. А вот если будет продолжение, то каково тому, кто неожиданно встретит то, во что не хотел верить?!

Даже если после смерти ничего нет, то почему смерть нагоняет такой ужас и придаёт жизни трагическое ощущение? Ведь при нынешних условиях для многих смерть кажется спасительным избавлением от страданий и тягот жизни, и даже внушает оптимизм (верующим).

Нужно ли бояться смерти при том, что она неизбежна?

Что происходит после смерти, мы не знаем и не должны знать. Но всё что создал человек, остаётся людям, и хорошее и плохое; в памяти людей он продолжает жить.

Яков Ильич неоднократно говорил мне, что не верит в жизнь после смерти.
Действительно, это вопрос исключительно веры. Одни верят, что после смерти их ждёт Суд, а по результатам – рай или ад. Другие верят, что не будет ничего.
Доказательства, которые представляют люди, пережившие клиническую смерть, не всех убеждают.
Эпикур говорил: смерти нет, ибо пока мы живы, мы не можем познать состояния смерти, а когда умерли, то уже не можем.

Но очевидно, что есть состояние, предшествующее смерти. Для некоторых это продолжительная болезнь, для других агония, для третьих – исповедь перед смертью.
Если смерть это тьма, то всё равно есть момент угасания сознания, и важно, что в этот момент переживаешь: страх, облегчение или надежду на продолжение.
Говорят, что каждый видит то, что хочет увидеть: одни – тьму небытия, другие – свет в конце тоннеля…

Многие учёные были глубоко верующими людьми. Важно не путать веру в наличие Высшей Силы, управляющей нашим миром, с поповскими сказками о мудром старце, сидящем на облаках.

Британский нейроучёный Анил Сет выдвигает революционную идею — мы живём в контролируемой галлюцинации! В новой книге «Быть собой. Новая теория сознания» Анил Сет показывает, что наш мозг выстраивает окружающий мир как наиболее вероятное предположение, самоощущение, наше я — тоже разновидность контролируемой галлюцинации. Мозг не просто прогнозирует внутреннее состояние организма, но и «предсказывает» происходящее вокруг. Восприятие же это корректировка иллюзии. Ощущение свободы воли — это восприятие, ход времени тоже.

Никто не может дать доказательного ответа, что будет с нами после нашей смерти. Поэтому нужен успокаивающий смысл, делающий человека счастливым.
Поэт Иосиф Бродский всю жизнь пытался преодолеть ужас смерти. Иосиф Александрович признавал: «Две вещи оправдывают существование человека на земле: любовь и творчество».

В последних строках «Божественной Комедии» Данте утверждает:
«Но собственных мне было мало крылий;
И тут в мой разум грянул блеск с высот,
Неся свершенье всех его усилий.
Здесь изнемог высокий духа взлёт;
Но страсть и волю мне уже стремила,
Как если колесу дан ровный ход,
Любовь, что движет солнце и светила».

Любовь не только безусловное счастье в этой жизни, но и состояние, которое, возможно, пригодится в жизни иной. Быть может, цель жизни состоит в том, чтобы научиться любить, любить несмотря ни на что.

Жизнь становится страданием, когда теряется смысл жить.
Объективный смысл Бытия мы познать вряд ли сможем (меньшая система не может постигнуть большую), – можем лишь предполагать, строить догадки. А вот личный смысл каждый придумывает себе сам. Человеку нужен смысл зачем он живёт, зачем трудится, зачем мучается. Иначе все трудности непереносимы.

Гилинский отрицает наличие смысла жизни и утверждает, что в силу второго закона термодинамики в конечном счёте во всякой системе «побеждает» энтропия – распад, гибель («зло»!). Однако Яков Ильич не отрицает ценность любви и на деле своей жизнью утверждает любовь как смысл жизни.

Как же связаны неокриминология и любовь?

Я считаю, что главное в человеке не профессия, не его дело и даже не творчество. Главным для меня критерием оценки человека служит то, как и кого он любит. Именно любовь наиболее полно и всесторонне характеризует личность.

С Наталией Николаевной Проскурниной Яков Ильич был счастлив 58 лет. «МОЁ ВСЁ» – так он называет свою супругу. Гуманизм, терпимость, любовь к природе и животным, – всё это частички любви к его верной спутнице – Наташе. Наталия Николаевна вычитывала и редактировала все публикации Якова Ильича, составляла объёмную библиографию, насчитывающую 800-900 источников. Оба вместе объехали почти полмира.

Возможно, их любовь не уникальна, но очевидно редкая. Если бы не было в жизни Якова Ильича такой женщины, которую он любил на протяжении 58 лет и любит до сих пор, возможно и созданная им теория была бы несколько иной.
Год назад 21 января 2023 года не стало Наталии Николаевны. Но вместе с её смертью не умерла любовь, и до сих пор несмотря ни на что она живёт в сердце Якова Ильича!..

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А по Вашему мнению, как связаны НЕОКРИМИНОЛОГИЯ И ЛЮБОВЬ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

12 марта я был на презентации необычной книги с интригующим названием «МОЁ ВСЁ». Автор – доктор юридических наук, профессор Яков Ильич Гилинский. Эта книга – последняя из более чем 690 трудов профессора Гилинского. Я предполагал, что «МОЁ ВСЁ» это последняя точка. Но оказалось – восклицательный знак!
Непосвящённые могут подумать, что под этим заголовком скрывается список произведений профессора, его награды и достижения. Но нет. Эта книга о женщине, с которой автор прожил счастливо вместе 58 лет – о Наталии Николаевне Проскурниной.
Наверное, каждый достойный муж должен написать книгу о своей жене, с которой прожил всю жизнь. Хотя и не каждая женщина достойна. Героиня этой книги более чем достойна.
Книга написана в настоящем времени, поскольку планировалось подарить её главной героине. Но, к сожалению, Наталия Николаевна 23 января скончалась. Сегодня два месяца, как прощались. Мне посчастливилось знать эту замечательную женщину. Яков Ильич Гилинский – с которым мы дружим уже 41 год – рассказал мне, почему назвал свою книгу «МОЁ ВСЁ».

Якова Ильича Гилинского называют «Отцом девиантологии в России». Он первый в начале 70-х годов прошлого века начал изучать отклоняющееся поведение. В 1971 году вышла первая его публикация на эту тему. Сейчас у него более 690 научных работ, 150 на иностранных языках. Он признанный учёный с мировым именем. Его ДЕВИАНТОЛОГИЯ совершила «переворот» в социальных науках и Яков Ильич заслуженно признан «отцом девиантологии в России».

Гилинский прошёл путь от юриста-адвоката, специалиста по уголовному процессу, через криминологию, социологию, культурологию поднялся до философского осмысления проблем преступности, наркомании, самоубийств и других форм девиантного поведения. Для многих он изменил взгляды на жизнь, предложил новое мировоззрение.

Мы знакомы с Яковом Ильичём с 1982 года. Он стал моим «отцом в науке». А когда в 1986 году умер мой папа, Яков Ильич восполнил мне экзистенциальную утрату и стал мне почти как отец. Я чувствую, что люблю его как отца.

Когда в 1992 году я попал в автокатастрофу, Яков Ильич приезжал ко мне в больницу в другой город и мы с ним долго беседовали. Содержание нашего разговора я включил в свой первый роман-исследование «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак», который стал моей «диссертацией».

Человеку порой трудно оценить себя. «Большое видится на расстоянии», – писал поэт (Есенин). Чем большее представляет собой человек, тем он скромнее. Гилинский человек удивительной скромности.

Не все понимают масштаб этого учёного, уникальность этого человека. Он интеллигент последнего поколения – «последний из могикан» – целая эпоха! Таких людей больше не будет. Я счастлив, что живу в одно время с Яковом Ильичём.

Чем менее человек стремится стать легендой, тем больше шансов легендой стать; и наоборот: чем больше пиара прилагается, тем быстрее лопается мыльный пузырь.

Как и всякий творческий человек, профессор Гилинский настойчив в своих убеждениях, порой категоричный, противоречивый. Жить с таким человеком нелегко, но зато интересно. Творческой личности для развития нужно преодоление, это преодоление и составляет творческий процесс. Жизнь не стоит на месте, наука развивается. Можно отрицать девиантологию, но невозможно отрицать девиантологию любви!

Я считаю, что главное в человеке не профессия, не его дело и даже не творчество. Бывает, человек пишет об одном, призывает к добру, любви и справедливости, а на деле сам оказывается недостойным.
Для меня критерием оценки человека служит то, как и кого он любит. Именно любовь наиболее полно и всестороннее характеризует личность.

Осмелюсь предположить, что без союза с Наталией Николаевной Проскурниной, с которой Яков Ильич 58 лет был счастлив, его теория, возможно, была бы несколько иной. Гуманизм, терпимость, любовь к природе и животным, – всё это частички любви к его верной спутнице – Наташе. Наталия Николаевна вычитывала и редактировала все публикации Якова Ильича, составляла объёмную библиографию, насчитывающую сотни источников.

Но больше всего меня впечатляет история любви этой пары, как они познакомились. В моём понимании это называется словом СУДЬБА. Вот как рассказывает об этом Яков Ильич в книге «МОЁ ВСЁ».
«Летом 1964 года Наташа поехала провести отпуск в Горном Алтае. Альпинизмом она – лёгкая атлетика до этого ещё не занималась.

Летом 1964 года я – адвокат поехал по кассационному делу в Барнаул. А почему бы заодно не использовать отпуск в Горном Алтае?
Так мы оказались в одной туристической группе… Познакомились, так сказать, на высоте около трёх тысяч метров.
Юмор ситуации заключался в том, что Наташа жила в доме №3 на Невском проспекте Ленинграда / Санкт-Петербурга, а я работал в юридической консультации на Невском проспекте, дом №16. Наверняка пересекались на Невском проспекте до встречи на Алтае…
Забравшись высоко в горы, мы преодолели пять горных перевалов, а затем спускались на лодках по реке Бия и плыли по Телецкому озеру.
Во время нашего алтайского путешествия мы знали друг друга также, как и всех остальных участников нашей туристической группы.
А вернувшись в Ленинград, участники путешествия решили, как это обычно бывает, встретиться и обменяться воспоминаниями о поездке. Собрались, повспоминали, а расходясь я почему-то пошёл проводить Наташу до её дома… Ну, а уже спустя несколько месяцев мы вместе и навсегда».

Первые годы совместной жизни были непростыми: не было своего жилья, «два года питались одной кашей и я занимал по трёшке до зарплаты…»

«Мы не случайно познакомились с Наташей в горах Алтая! Путешествия – наша общая страсть. Мы ещё в годы СССР побывали вместе во всех республиках Прибалтики, во всех республиках Средней Азии, отдыхали в прекрасной Грузии, ходили в поход по Карпатам», – пишет Яков Ильич.

«…когда в 1994 году я вновь получил грант на три месяца (во Фрайбурге – Германия), ко мне уже могла приехать моя Наташа! Мы с ней съездили в Париж, а затем и в Бельгию. Так начались наши бесконечные совместные поездки «по Европам» и не только».
«Мы постоянно ездили с Наташей в Париж с 1994 г. Последний раз – в 2019 г. Ездили «просто так» (1994, 1997, 2002, 2016, 2019 гг.)… »
«Мы объездили всю Европу, неоднократно были в Японии, Таиланде, побывали в Гонконге, а я ещё и в Сеуле. Были в ОАЭ и Израиле. Я ещё в США, Бразилии, Чили, Австралии, Новой Зеландии. А Наташа ещё и в Африке!»

По словам Якова Ильича, Наташа больше всего любила Италию, а также Париж. Когда впервые прилетели в Рим, она заплакала.

«Говоря о южной Европе, нельзя не вспомнить Испанию. И здесь мы бывали много раз, особенно Наташа».
«Наше всё более глубокое знакомство с Германией, её городами и людьми оказалось тем более возможным, что и я, и Наташа в школе и вузе учили немецкий язык».
«В нашей соседке – Финляндии мы были около 20 раз».
«Приходит в голову мысль: чем меньше государство – Люксембург, Монако, Ирландия, тем оно богаче, чем огромнее, тем…»

«Оглядываясь на нашу долгую совместную жизнь, не могу не дополнить: Наташа никогда никого не ругала (в отличие от меня); ни разу не использовала обсценную лексику (в отличие от меня); старалась по возможности помочь мне, другим людям, животным; она не умеет лгать (!), может что-то не сказать, но никогда не солжёт; наконец, она – мужественный человек, без криков, стонов, жалоб переносящая боль, физические страдания, которые в избытке преследовали её … Я бы сказал, она очень светлый человек, хотя определить «светлость» словами непросто. Это скорее чувствуется, видится во взгляде…»

«Наверное, и у неё погрешности есть, как у любого человека. Но я их не замечаю. У нас, конечно, бывали и мелкие ссоры, и проблемы, виновником которых, как правило, был я. А Наташа терпела, прощала. Лишний раз подтверждая свою мудрость и человечность. Да, да, – Человечность! »

«Наташа всегда была для меня самым близким человеком. … Сегодня же, когда возраст даёт о себе знать, а российская ситуация делает и более молодых и сильных одинокими, растерянными, потерявшими всё, что поддерживало раньше, Наташа, действительно – моё всё…»

«Родилась Наташа в сентябре 1939 года в тогдашнем Ленинграде. Её отец – Проскурнин Николай Николаевич – инженер-строитель, мать – Китнер Алиса Максимовна, художник по театральным костюмам. Проскурнины и Китнеры (родители Наташиных родителей) немало сделали для украшения Санкт-Петербурга и других российских городов архитектурными шедеврами.

В 1943 году Наташа с мамой были эвакуированы из блокадного Ленинграда. Вернувшись после войны в Ленинград, Наташа в 1957 году заканчивает школу. В школе им преподавала литературу Вера Герасимовна Ананьева. А я, будучи юристом, работал в НИИКСИ при ЛГУ с психологом профессором Борисом Герасимовичем Ананьевым. Так причудливо пересекаются жизни и судьбы людей».
«На лыжах мы вместе катались на Кавголовских высотах Ленинградской области. Да и плавали в бассейнах, озёрах, Балтийском, Чёрном и Средиземном морях».

По окончании ЛИТМО Наташа работает (до самого выхода «на заслуженный отдых») инженером затем старшим инженером во ВНИИ медицинской лабораторной техники. Наряду с коллегами она автор многочисленных научных трудов.
«Умная, остроумная, помнящая всё, что я мог забыть, Наташа нередко подсказывает или напоминает мне при подготовке моих текстов, презентаций, выступлений».
Появляются наши первые совместные статьи с Наташиными таблицами и графиками. Она даже провела своё исследование суицидальной, насильственной, алкогольной активности социально-демографических групп населения. Я больше не встречал научных публикаций подобной этой. Не удивительно, что и ещё одна статья Наташи была опубликована в Учёных записках Тартуского университета».

«Все мои монографии дополнены библиографией, подготовленной Наташей, – пишет Я.И. Гилинский. – Во всех изданиях моей «Криминологии» есть схема истории зарубежных криминологических учений, подготовленная Наташей. Она занимает 6 страниц! Это Наташино творение оказалось настолько удачным, что полностью использовано профессором В.В. Лунеевым в его двухтомной монографии, разумеется, со ссылкой на источник – мою «Криминологию».

По словам Якова Ильича, бывало, что он начинает фразу, а Наталия Николаевна заканчивает, и наоборот, – такое было единство даже в мыслях. Это пример удивительной гармонии, которая бывает исключительно редко: просто «инь» и «янь». И я в своих оценках не одинок.

«Какое счастье, – пишет Владимир Радов, – что мне выпала возможность видеть Вас вместе, видеть, как Вы ухаживаете за Наталией Николаевной, отрываете ей дверь и идёте вслед. Во всём прислушиваетесь. Узнаёте её мнение по малейшему вопросу, с тёплой искренностью получая кроткие и вполне ясные, точные ответы. Наталия Николаевна никогда не перебивает, но уточняет и поправляет, Она – камертон. Идеальный звук Вашей жизни. Не сомневаюсь, что она рядом и желает Вам быть сильным, быть ради неё, быть для неё, как прежде. Не переживайте, от имени учеников заверяю Вас, что вместе с Вашими трудами и Вашим именем в науке навсегда сохранится Наталия Николаевна. Вы одно целое, и даже времени, и даже иным мирам не потревожить Ваше высокое Единство».

По словам Якова Ильича Гилинского, свыше 560 человек отреагировали в ФБ на смерть Наталии Николаевны (не считая писем и телефонных звонков), свыше 380 – от Франции и США до Японии и Австралии – прислали соболезнования. Некоторые из них содержат краткие воспоминания и характеристики Наталии Николаевны.

«Яков Ильич… за последние лет 10 каждый Ваш пост в ФБ был пронизан её сущностью, её именем. Вашей бесконечной к ней любовью. Я каждый раз восхищался этим чувством, пронесённым во времени. Вашей искренностью. Вашей высокой струной… Мне сложно что-то сказать. Я просто Вас понимаю, как понимает Вас любой Ваш друг и читатель. Держитесь. Ваше чувство – основа нового пути Наташи… Светлая память…» (А. Лушников)

«С Наталией Николаевной было очень интересно общаться, а быть гостями в вашем доме, смотреть фотографии из ваших путешествий огромная честь и радость. Сил вам выдержать это испытание и справиться с болью…» (Н. Модель)

«Ваша Наташа ушла счастливой и благодарной судьбе за жизнь с любимым человеком, который понимал и любил её безмерно. Она будет жить в Вашем сердце всегда. Вечная светлая память о необыкновенной женщине» (А. Шароградская)

«Наталия Николаевна запомнилась мне удивительно красивой, интересной, интеллигентной женщиной, ваш гостеприимный тёплый дом во многом обязан её обаянию. Светлая память!» (Г. Лисицина)

«Не забудем никогда ни Наташину гостеприимность, ни её внимание к деталям, ни то, что она была Вашей верной подругой». (А. Маркина, Эстония)

«Посчастливилось быть у вас в гостях и познакомиться с Наташей – невероятное дружелюбие и искренность! Светлая память…» (Н. Дзядко)

«Наталия Николаевна всегда была для меня недосягаемым идеалом настоящей женщины. Вечная ей память» (Л. Петрова)

«Я была знакома с Вашей супругой лишь с Ваших слов. Но это были слова о части Вас… Вы для меня с нею неразделимы просто. И то, что Вы написали… это очень больно, и словами это всё равно не опишешь… Издайте книгу о Ней обязательно! Без таких Женщин, как она, не бывает таких Мужчин, как Вы». (Н. Савинова. Украина)

«Отлично помню Вашу супругу по единственной недолгой встрече в Праге. Было видно, что вы – одно целое и этим счастливы. Мужайтесь, держитесь и – будьте!» (В. Клювгант)

«Дорогой Яков Ильич! Я видела Вас с Наташей совсем недавно в сентябре 2022. Она была по-прежнему красива, Вы были прекрасной парой. Самые глубокие соболезнования. Я нашла несколько дней назад книгу «Девиантность… в обществе постмодерна», которую Вы мне подарили. Читаю. Вы напишите о Наташе и о Вас замечательную книгу» (Н. Бреслау, Германия)

«Счастлива, что довелось быть знакомой с Наталией Николаевной и видеть вашу любовь. Обнимаю». (Ю. Федотова)

«Не забуду вечера с ней у вас и у нас». (Gilles Favarel, Франция)

«Как сейчас вижу милую мою тёзку на наших посиделках – молчаливую, но с любопытствующими глазами. Так хорошо было видеть Вас вместе, островок любви… Держитесь, теперь Вы один за двоих, и мы с Вами. Будьте добры, дайте знать, когда будет прощание…» (Н. Сидорова).

«Светлая Память Вашей мужественной чудесной Наташе! Счастлива, что судьба подарила мне встречи с Вами обоими. Пам’ятаю кожну нашу зустріч. Ваше Кохання вражає, оскільки саме таке буває хіба що у кінофільмах. Тримайтесь, дорогий Яків Ілліч, Ви нам всім дуже потрібні!Обіймаю!» (Олена Шостко. Украина)

«Яков Ильич… Я видел эти фото, смотрел на них и радовался. Читаю и понимаю, что это и есть настоящая любовь. Соболезную. Соболезную очень…» (В. Нечай)

«Наталии Николаевне пусть земля будет пухом, пусть её душа возносится на Небеса! Я был у Вас, и отведал от Вашего хлебо-сольного дастархана, щедро накрытой Наталией Николаевной! Крепитесь!» (Болат Сыздык, Казахстан)

«У меня всё время в памяти всплывают трогательные картинки, как вы бережно держите за руку свою Наташу, любуетесь ею в каждом взгляде. Уверена, что Наталия Николаевна будет вас и дальше оберегать И все, кто любит, ценит и дорожит вами. Пожалуйста, берегите себя, дорогой Яков Ильич» (Э. Раднаева)

«Она была очень светлым человеком, с особой аурой доброты и тепла. Это очень чувствовалось. Дай Бог Вам сил, Яков Ильич» (Ю. Случевская)

«Светлый человек был рядом с вами… Уверен, что она хотела бы видеть вас живым и здоровым, помнящим и любящим её по-прежнему». (А. Килин)

«Вы воспринимались как одно целое» (М. Ларионова)

«Спасибо Вам, что Вы продолжаете этого замечательного человека знакомить с нами и с теми, кто не был лично знаком. Такие люди как она всегда должны продолжаться в будущем, ибо не будет никакого будущего, если столь замечательные люди исчезнут навсегда». (Ия Четверухина)

«Натали уже нет. Но, она будет у меня в сердце, Моего друга Натали уже нет» (Хасан Дауд, Сирия)

«Наташа останется в нашей памяти как очень светлый и сильный человек. Вам очень повезло провести с ней 58 лет, и вы будете жить воспоминаниями о ней всегда. Как хорошо, что вы написали о ней книгу! Держитесь. Обнимаем». (С. Цыцарев, США)

В своём сердце я всё ещё помню её, особенно летом 2011 года, когда мы встретились в Киото. Вместе с Вами я хотел бы помолиться о её упокоении. А для Вас – нет слов. Но я надеюсь, что Вы утешите тот факт, что есть и друг, скорбящий о её кончине, даже издалека в Японии. Ваш УЭДА Кан» (Япония)

«Дорогой Яков Ильич, мои искренние соболезнования…. я встретила Наталию Николаевну только однажды – приезжала в Питер по диссертации, и вы пригласили меня к себе. А после разговоров о деле Наталия Николаевна пригласила нас выпить чаю. И так мне врезалось в память это чаепитие, ее поразительная внутренняя интеллигентность и теплота, и то как вы двое были как один, такое удивительное ощущение. Больше 15 лет назад, а вспоминаю как вчера было. Я верю, что душа человека бессмертна. Дай Вам Бог сил справиться и найти силы продолжать жить». (О. Теплоухова)

«Половинка и Муза – Наталия Николаевна – запомнилась мне как необычайно чуткий, доброжелательный, точный в своих оценках, глубокий – при всём её немногословии – собеседник (и не только). Вечная память! Мои слова всяческой поддержки!» (К. Харабет)

«Я лишь однажды и достаточно давно был гостем в вашем Доме, но до сих пор отчётливо помню образ его чудесной Хозяйки! Светлейшая память Наташе!» (В. Монахов)

На день прощания я написал стихотворение.
– 1152 –
Прощание с Н.Н.

Мы все умрём, возможно, очень скоро.
Но что оставим мы после себя?
Ни книги, ни почёт нам так не дорог,
Лишь память о любви как смысле бытия,
Что ни забыть, ни вычеркнуть нельзя.

Потухнет Солнце, упадёт Луна
И схлопнется вселенная когда-то.
Но для того была нам жизнь дана,
Чтобы любить – любви учиться надо!

Средь истин всех любовь неоспорима,
Превыше всех наук и всех искусств.
Ведь главное – была ли ты любима,
Познала ли всю мудрость этих чувств.

Жизнь измеряется тем, сколько мы любили,
Кого и как, иль только одного.
Когда любили – лишь тогда мы жили.
Всё есть любовь, любовь есть смысл всего!

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература
24.01.2023

Когда мы прочитали книгу «МОЁ ВСЁ», моя «половинка» спросила: а ты напишешь обо мне книгу?

P.S. Данная публикация просмотрена и одобрена Я.И. Гилинским.

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь.

А что лично Вы могли бы назвать «МОЁ ВСЁ»?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Мобилизация побудила многих зарегистрировать свои фактически брачные отношения. В Петербурге мобилизованным горожанам разрешено оформлять отношения со своими избранниками прямо в день обращения. Для кого-то это праздник со слезами на глазах. А некоторые супружеские пары путешествуют по миру и в каждой стране повторяют обряд бракосочетания. В мире много прекрасных мест, куда приезжают специально, чтобы отпраздновать свадьбу. Это, разумеется, Париж, Венеция, острова Греции Санторини и Закинтос. Ну и конечно Санкт-Петербург.

…любовь есть мир в четвертом измереньи он виден проживающим в любви другим же всем увы с нормальным зреньем он недоступен сколько ни зови тот мир мечты и мир тот полон духов живущих умерших и вновь идущих жить прекрасных вечно радостных и юных которые не могут не любить открой в себе другое измеренье его хоть царством божьим назови оно подарит счастье упоенье лишь все вокруг себя ты полюби закон любви так прост и так всем ясен чтоб стать ты должен все отдать и сразу мир вдруг станет так прекрасен что вряд ли стоит лучшего искать…

По отношению к любви всё, всё вторично! Любовь начало и конец всего! Всё от любви, и всё с ней гармонично. А без любви ни Нас нет, ничего! Любовь есть всё, и все желанья тела оправданы велением любви. Всё есть любовь: и творчество, измена… Любовь — единство тела и души! И потому любовь — необходимость! Как жажда тела, как душе мечта. Любовь не прихоть, она — Божья милость! Любовь в нас — это Космоса нужда. Творить любовь – творить необходимость! Чтоб стать счастливым, надо то понять. То лучший выбор, что бы ни случилось, Универсальный Принцип всё решать!

Счастье каждого в его предназначеньи. В жизни каждого есть счастье, смысл и цель. Каждый в сердце слышит повеленье сотворить, что жаждет, и быстрей. Потому жить надобно счастливо, слушать сердце, выбирать душой, делать всё, что можешь, лишь красиво, и дарить, и жертвовать собой. В нашей жертве смысл предназначенья — то, зачем на свет мы рождены. Потому жизнь — жертвоприношенье: мы должны себя отдать любви! Делай то, что любишь, во что веришь, в чём ты видишь жизни цель и смысл. Никогда о том не пожалеешь, если будешь устремляться ввысь. И смотри на всё Небес глазами. Жизнь твоя — Вселенной краткий миг. Жизнь свою мы сотворяем сами. А судьба — что сделать надлежит. Выбирай — что делает нас чище, что любовью наполняет дни, над землей что поднимает выше. И свои осуществляй мечты!

Пускай страдание и муку нам жизнь готова приподнесть. Боль растворяет жизни скуку желаньем быть тем, что ты есть. Любить людей всех без оглядки и молча жертвовать собой, и помогать другим без взятки, и твари сострадать любой. Рождаться, жертвовать собою и смерть приняв, родится вновь, и в Бесконечность отправляя всё что творит твоя любовь. Вселенная — любви творенье, желания круговорот, Творца улыбка умиленья, мечты непонятой полет. Так будем жить без страха смерти, без сожаления потерь. Отбросив жажду мелкой мести. Любя сегодня и теперь!

Любить несмотря ни на что! В том вечная формула счастья. Любить всем несчастьям назло. Любая любовь не напрасна. Любить без ответа, самим, в том Истину нам постигая. Любить без надежды и сил, любимому всё отдавая. Любовь есть творенье себя, открытие Я как вселенной, добра постиженье и зла, и Истины Бога нетленной. Любить несмотря ни на что, как любит нас ласковый пёсик. Прощать и любить ни за что, целуя холодненький носик. Наш мир есть творенье Любви. Любовью полно мирозданье. Люби — и поймёшь это ты, что Истина скрыта не в знанье. Бытиё — это чувство плюс мысль, Творенье — жизнь Духа Святого. Во всём в этой жизни есть смысл. Любое открытие — Слово! Так будем творить Бога в нас, любовью Завет исполняя. Ведь жизнь — только миг, и сейчас. Я всех вас люблю, Обожая!

Любовь имеет множество оттенков,
И каждый дорог нам, неповторим.
Пусть жизнь меняет вкусы непременно,
Всегда нам дорог тот, кто нам любим.

И как бы жизнь нам вкусы не меняла,
Кто любит нас, тот нам дороже всех.
Любви всегда одной нам только мало,
Ведь лишь любовь есть подлинный успех.

Нам серебро любви дороже денег.
А золота любви нам не купить.
И тот лишь человек нам в жизни ценен,
Кто любит нас, кого хотим любить.

И пусть с годами мы не молодеем,
Зато душа становится ценней.
Ведь если любим, то и не стареем.
Ведь лишь любовь нас делает мудрей.

Какой же возраст для любви всего дороже?
Беспечность юности иль мудрость седины?
Прекрасна молодость, но нет прекрасней всё же
Серебряного возраста любви!

Любовь — это прозрение
И желание отдать себя целиком,
Освободившись от искушения
Иметь что-либо для себя в другом;
Это забвенье мечты и надежды
И радость служенья без всякой корысти;
Стремленье пожертвовать всем, что имеешь,
И вера в то, что летать ты умеешь;
Это когда исчезает страх,
И следуешь сердца лишь зову впотьмах,
Уже не желая иметь или слыть,
И только, отдав всё что можешь, забыть.
Да, это полное забвение себя,
Когда исчезает упрямое Я,
Когда лишь отдав, всё что можешь отдать,
Себя ты в другом вдруг не сможешь узнать,
И сбросив желаний балласт, воспарить…
Иначе, прости, не умею любить!

Что такое любовь?
Это боль отреченья,
Это радость вернуться к себе самому,
Это счастье без всякого разрешенья,
Это шанс вместе быть и не быть одному,
Это время, расставшееся с часами,
Это нежность оттаивающей души,
Это мука желания слиться телами,
Это чувство исчезнувшего Я и ТЫ,
Это слезы, когда умирают надежды,
Это стон иссушившей разум мечты,
Это грусть посреди безлюдной пустыни
одиноко падающей звезды…

(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) и романа-исследования «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость.
4\ Всё есть любовь

А какие ещё Вы знаете СВАДЕБНЫЕ МЕСТА ПЛАНЕТЫ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Некоторые называют любовь болезнью, сравнивая её с определённым состоянием.
В моём понимании любовь это не только чувство, и даже не страсть, а нечто большее: это отношение, а вернее — СОСТОЯНИЕ (любовь несмотря ни на что) — когда любишь всех, всё и всегда несмотря на проблемы и трудности.
Во время путешествия по Турции в сентябре 2021 года многие встречавшиеся нам люди разделяли моё мнение о любви как состоянии.

Греки выделяли несколько видов любви.
ЭРОС. Это восторженная, пылкая влюблённость, основанная в первую очередь на преданности и привязанности к любимому, а потом уже на сексуальном влечении. Эта любовь — зависимость. Происходит идеализация любимого. После наступившего разочарования, любовь проходит и начинается поиск нового партнера.

ЛЮДУС. Данная любовь основана на половом влечении и направлена исключительно на получение удовольствий. В таких отношениях человек настроен больше получать, чем что-либо давать своему партнёру.

СТОРГЕ. При такой любви партнёры являются одновременно и друзьями. Данный вид любви часто возникает после многолетней дружбы или после многих лет совместного брака.

ФИЛИЯ. Такая любовь основана на духовном притяжении, происходит полное принятие любимого, уважение и понимание. Это безусловная, бескорыстная, любовь в чистом виде, любовь ради любви.

МАНИЯ. Данный вид любви древние греки называли: «безумие от богов». Любовь манию считали и считают наказанием. Это любовь — одержимость. Она заставляет страдать влюбленного человека. И она же несёт страдания и объекту страсти влюблённого.

АГАПЭ. Вид любви является сочетанием эроса и сторге. Это жертвенная, бескорыстная любовь. Любящий готов к самопожертвованию во имя любви. Данная любовь сочетает в себе милосердие, нежность, надёжность, преданность, страсть. О такой любви говорится в христианстве как о жертвенной любви к ближнему своему.

ПРАГМА. Это рациональная, рассудочная любовь или любовь по «расчёту». Такая любовь возникает от осознанно принятого решения любить конкретно человека. Этот вид любви носит корыстный характер, но может сохраняться всю жизнь.

Многие умные люди пытались охарактеризовать любовь. Но описать словами чувство и состояние любви весьма затруднительно.

«Что такое любовь? На всём свете ни человек, ни дьявол, ни какая-нибудь иная вещь не внушает мне столько подозрений, сколько любовь, ибо она проникает в душу глубже, нежели прочие чувства. Ничто на свете так не занимает, так не сковывает сердце, как любовь. Поэтому, если не иметь в душе оружия, укрощающего любовь, – эта душа беззащитна и нет ей никакого спасения». Умберто Эко

«Любить – это не значит смотреть друг на друга, любить – значит вместе смотреть в одном направлении». Антуан де Сент-Экзюпери

«Однажды я встретил на улице влюблённого нищего. На нём была старая шляпа, пальто протёрлось на локтях, башмаки его протекли, а в душе сияли звёзды». Виктор Мари Гюго

«Любить – это находить в счастье другого своё собственное счастье». Лейбниц

«Любовь – это открытие себя в других людях и восторг узнавания». Александр Смит

«Любить – значит жить сердцем». Жан Батист Анри Лакордер

«Любовь сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь». Иван Сергеевич Тургенев

«Любовь, подобно огню, не знает покоя: она перестаёт жить, как только перестаёт надеяться или бороться». Франсуа де Ларошфуко

«Любовь — универсальная энергия жизни, обладающая способностью превращать злые страсти в страсти творческие». Николай Бердяев

«Только о двух вещах мы будем жалеть на смертном одре: что мало любили и мало путешествовали». Марк Твен.

«Мы — мост через вечность, возвышающийся над морем времени, где мы радуемся приключениям, забавляемся живыми тайнами, выбираем себе катастрофы, триумфы, свершения, невообразимые происшествия, проверяя себя снова и снова, обучаясь любви, любви и любви». Ричард Бах

Состояние любви пытался описать и Ф.М.Достоевский. Например, в романе «Братья Карамазовы» в разговоре Ивана и Алексея.
«Клейкие весенние листочки, голубое небо люблю я, вот что! Тут не ум, не логика, тут нутром, тут чревом любишь, первые свои молодые силы любишь… Понимаешь ты что-нибудь в моей ахинее, Алешка, аль нет? – засмеялся вдруг Иван.
— Слишком понимаю, Иван: нутром и чревом хочется любить, – прекрасно ты это сказал, и рад я ужасно за то, что тебе так жить хочется, – воскликнул Алёша. – Я думаю, что все должны прежде всего на свете жизнь полюбить. Я думаю, что все должны прежде всего на свете жизнь полюбить.
— Жизнь полюбить больше, чем смысл её?
— Непременно так, полюбить прежде логики, как ты говоришь. Непременно, чтобы прежде логики, и тогда только я и смысл пойму. Вот что мне давно уже мерещится. Половина твоего дела сделана, Иван, и приобретена: ты жить любишь. Теперь надо постараться тебе о второй твоей половине, и ты спасён».

Как любовь может привести к пониманию смысла жизни, так и понимание истинного смысла жизни позволяет любить жизнь со всеми её трудностями и невзгодами.

Лев Толстой говорил: «Я уверен, что смысл жизни для каждого из нас — просто расти в любви». «Без любви жить легче, но без неё нет смысла».
«Любить – значит жить жизнью того, кого любишь». «Истинная любовь не есть любовь к одному лицу, а душевное состояние готовности любви ко всем».

«Хорошо ли, — пишет Некрасов в письме молодому Толстому, — искренно ли, сердечно ли (а не умозрительно только, не головою) убеждены Вы, что цель и смысл жизни — любовь? (в широком смысле). Без неё нет ключа к собственному существованию, ни к существованию других, и ею только объясняется, что самоубийства не сделались ежедневным явлением. По мере того как живёшь — умнеешь, светлеешь и охлаждаешься, мысль о бесцельности жизни начинает томить, тут делаешь посылку к другим — и они, вероятно (т. е. люди в настоящем смысле), чувствуют то же — жаль становится их — и вот является любовь… вот Вы замечаете, что другому (или другим) нужны Вы — и жизнь вдруг получает смысл, и человек уже не чувствует той сиротливости, обидной своей ненужности, и так круговая порука. Всё это я выразил очень плохо и мелко — что-то не пишется, но авось Вы ухватите зерно. Человек создан быть опорой другому, потому что ему самому нужна опора. Рассматривайте себя как единицу — и Вы придёте в отчаяние».

Все люди делятся на тех, кто видит своё счастье в материальном комфорте и прочих материальных вещах, а также на тех, для кого счастье – это душевное состояние, ради которого они готовы пожертвовать всеми материальными благами.

… отринуть должен ты желанья какими вся душа полна привязанности и терзанья отбрось для жизни естества ты обретешь покой извечный что выше жизней суеты средь звезд указан путь тот млечный найди и растворись в нем ты тогда почувствуешь ты счастье каким вселенная полна и мир в душе вдруг в одночасье пребудет словно похвала и лишь тогда когда покоем ты будешь щедро наделен любви ты будешь удостоен как высшей ценности времен любовь та будет как награда для битв свершений и побед и невозможна будет рана на теле и душе от бед в любви откроются познанья что прежде были не видны другим все это будет тайна ты лишь слова побереги любовью будешь прочно связан с тем что прошло что будет есть и этим будет путь указан туда где радости не счесть в любви покой будет защитой и несмотря ведь ни на что она как прежде будет битой но возродится для него любовь та не для наслажденья хотя блаженства выше нет она для самоотреченья ценой страданий и побед любовь есть ключ ко всем загадкам понять которых не дано лишь чувство может быть разгадкой помочь проникнуть в суть всего…

… повсюду мир тебе открыт и ключ в замке всегда лежит войти не бойся в мир внутри ведь это все есть только ты глубины космоса в тебе весь звездный небосвод в тебе ты глубже солнца и светил как если дверь в себя открыл и вышел в свет и внял любви поверь все это можешь ты ты бог и царь в себе самом так будь достоин пред отцом все есть в тебе чтоб силой стать и никогда не умирать пойми раскрой отдай себя избавься от ненужных я любовью стань стань весь любовь чтобы рождаться вновь и вновь и этот чуждый мир спасать и умирать и воскресать…

… любовь есть мир в четвертом измереньи он виден проживающим в любви другим же всем увы с нормальным зреньем он недоступен сколько ни зови тот мир мечты и мир тот полон духов живущих умерших и вновь идущих жить прекрасных вечно радостных и юных которые не могут не любить открой в себе другое измеренье его хоть царством божьим назови оно подарит счастье упоенье лишь все вокруг себя ты полюби закон любви так прост и так всем ясен чтоб стать ты должен все отдать и сразу мир вдруг станет так прекрасен что вряд ли стоит лучшего искать…

Быть может, цель жизни состоит в том, чтобы научиться любить, любить несмотря ни на что! — Главная мысль моего романа-исследования «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак».
Это поистине революционная идея! Хотя немногие понимают её революционность. Но ведь если человек сосредоточится на этой цели, он перестанет ценить материальные ценности, потому что счастье его не будет зависеть от материального комфорта и от прочих внешних атрибутов и условностей. Счастье его будет ни в чём не смущаемом состоянии любви ко всему! И хотя бы раз ощутив это состояние, человек не променяет счастье любви ни на что.

… в душе лишь чувство затая, любовь мой компас у руля, любовь с полетом я сравню, путь в поднебесье укажу, царит где радость лишь одна, любовью множится она …но чтобы к ней ты мог взлететь ты силой должен овладеть сокрыта в радости она а тайна чувству отдана чтоб силой этой овладеть на зло любовью ты ответь открыв суть тайны лишь собой поймешь смысл радости любой в тебе самом рычаг сокрыт и путь к могуществу открыт тебе возможности даны постигнуть дальние миры войди в себя ты целиком стань дуновенья ветерком и растворив себя в других поймешь что больше нет чужих ты в нем а он живет в тебе идя к нему придешь к себе и силу что в тебе растет любой любовью назовет ты вдруг почувствуешь творца хоть у любви и нет лица и благость вдруг к тебе придет душа в блаженстве расцветет поймешь ты сразу птичий крик и шепот тополей седых крик утки трели соловья ведь в каждом будет твое я услышишь говор муравьев и мудрых птиц ночной полет поймешь реальность своих снов и вещий шепот божьих слов…
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак»)

О любви как состоянии, любви несмотря ни на что, я впервые узнал из трактата древнекитайского философа Лао-Цзы «ДАО ДЭ» (Путь Силы) 67 джан.

Все в Поднебесной называют мой Путь
великим,
не имеющим себе равных.
Ибо велик он потому,
что не похож ни на что.
Подобный мраку ночи незапамятных времен,
он так тонок, что не ухватишь рукой!
У меня есть три драгоценные вещи,
которым я следую и которые бережно храню.
Первая называется «глубокое чувство
любви». *
Вторая называется «умеренность».
Третья называется «отсутствие стремления
быть самым главным».
Исполнен любви, и потому могу
действовать с мужеством истинного воина.
Бережлив, и потому могу умножать свою силу.
Не стремлюсь быть самым главным
в Поднебесной,
и потому могу достичь высшей полноты
управления сутью вещей.
Тот, кто сегодня оставляет любовь ради
войны,
кто отвергает умеренность ради пышного
изобилия,
кто отказывается быть повелителем
ради того, чтобы быть самым главным,
непременно погибнет!
Но тот, кто исполнен любви,
сражается – и побеждает,
обретая контроль над своими чувствами,
становится крепче.
Небо содействует ему,
заботясь о нем с терпением и любовью.

* «Глубокое чувство любви» (в оригинале «ЦЫ») это чувство любви и радости, которое невозможно ничем омрачить, это любовь несмотря ни на что.

Для меня любовь, о которой говорил Лао Цзы, не страсть, не чувство, и даже не отношение, это СОСТОЯНИЕ. И даже более того — МИРОВОЗЗРЕНИЕ и МИРОООТНОШЕНИЕ!

ВСЁ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ. Кому-то это абсурдом, неверным, неправдоподобным, невозможным. Хотя если приглядеться получше, то можно согласиться с Данте Алигъери, утверждающим в последних строчках своей «Божественной комедии», что всё есть «любовь – что движет солнце и светила».

Как геометр, напрягший все старанья,
Чтобы измерить круг, схватить умом
Искомого не может основанья,

Таков был я при новом диве том:
Хотел постичь, как сочетаны были
Лицо круг в слиянии своём;

Но собственных мне было мало крылий;
И тут в мой разум грянул блеск с высот,
Неся свершенье всех его усилий.

Здесь изнемог высокий духа взлёт;
Но страсть и волю мне уже стремила,
Как если колесу дан ровный ход,

Любовь, что движет солнце и светила.

Всё есть Любовь! Всё Бог! Всё Слово!
Мы искры Вечного Огня, и Им живёт душа моя.
Всё достигается любовью,
Любовью мир творится наш,
Любовью правит Бог и нас.
Должны идти мы за любовью,
Служить любви,
Любовью жить,
Творить любовь,
И всех любить!
По отношению к любви всё, всё вторично!
Любовь начало и конец всего!
Всё от любви, и всё с ней гармонично.
А без любви ни Нас нет, ничего!
Любовь есть всё, и все желанья тела
оправданы велением любви.
Всё есть любовь: и творчество, измена…
Любовь — единство тела и души!
И потому любовь — необходимость!
Как жажда тела, как душе мечта.
Любовь не прихоть, она — Божья милость!
Любовь в нас — это Космоса нужда.
Творить любовь – творить необходимость!
Чтоб стать счастливым, надо то понять.
То лучший выбор, что бы ни случилось,
Универсальный Принцип всё решать!

Любовь творить необходимость!
Теперь я знаю почему.
Ведь правит миром Божья милость:
Когда я должен, что могу!
Таков Закон существованья,
Вселенский Смысл и суть Творца.
Доступно каждому то знанье,
Как каждому дана душа.
Творение имеет принцип,
И он во всём, всегда, везде:
Любовь творит необходимость
И в Космосе, и на Земле.
Необходимость жить любовью,
Необходимость мир любить,
И принимать любовь и с болью,
И даже мучаясь, творить.
Творить любовь — необходимость!
И всё подчинено тому.
Ведь всё, к чему бы ни стремилось,
Творит зачем и почему.
Зачем себя осуществляем?
И почему хотим любви?
Тем волю Бога исполняем,
Достичь желая Красоты.
Творить себя — необходимость,
Любовь нас требует себе.
Что в Космосе — и в нас вместилось,
Вселенский смысл — он и во мне! —
ЛЮБОВЬ
ТВОРИТЬ
НЕОБХОДИМОСТЬ
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

P.S. ЛЮБОВЬ ТВОРИТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ. Кому-то эта фраза кажется бессмысленным набором слов. На самом деле это метафизическая формула.

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё, что я хочу сказать людям, заключено в главных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А что такое для Вас СОСТОЯНИЕ ЛЮБВИ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

В прошлом году мы вновь побывали в Париже. Столицу Франции ежегодно посещает 20 миллионов туристов. В Париж невозможно не влюбиться. Но важнее, чтобы и Париж влюбился в тебя.
Папе Римскому Франциску приписывают слова «жизнь – это путешествие». Хотя лично я считаю, что жизнь не просто путешествие, но командировка. Я путешествую ради познания всей глубины разнообразия мира. Почти в каждой стране задаю вопрос о цели и смысле жизни. Ответы людей в разных странах в чём-то похожи, а в чём-то различаются. В самых культовых местах Парижа я спрашивал: в чём же смысл любви, искусства, смысл жизни и смерти? Приглашаю посмотреть мой фильм.

Париж – это самый влюблённый в себя город. это одно большое чувство, и описать его словами невозможно. Это праздник, но который невозможно увезти с собой. Известную фразу «увидеть Париж и умереть» следует понимать так: Париж нужно увидеть прежде, чем умереть.

Очевидно, что свадебное путешествие надо проводить в Париже – этот город создан для любви. Без любви Париж не Париж. Этот город пропитан ароматом любви, он благоухает любовью. В Париже любовь повсюду: и в Люксембургском саду, и на пляс Пигаль, и на острове Сент-Луи, и на набережных Сены.
Париж – это сон наяву!

Французы умеют жить и наслаждаться жизнью. Жизнь не для работы, а работа для жизни! – таков их лозунг. – Жизнь для удовольствия!

Треть своего времени француз проводит в местах общественного питания. Трапеза – ключевой момент парижской жизни, почти культ. Освободитель Франции в годы второй мировой войны Шарль де Голль сетовал: «Как можно управлять страной, в которой более 400 различных сортов сыра?»

Кто-то полагает, что Земля это ад, кто-то – рай, а кто-то, что Земля – исправительная колония. Одни считают, что жизнь даётся для самосовершенствования. Другие убеждены, что для наслаждений. Третьи – для того, чтобы научиться любить, любить несмотря ни на что.

Жизнь на планете Земля не легка – это испытание. Каждый день требуется бороться за существование, обеспечивать себя необходимым, заботиться о своём бренном теле (храме души). И ещё надо решать проблемы, которые встают перед душой в процессе борьбы за существование.

Некоторые воспринимают жизнь на Земле как отпуск, как время для отдыха, и предаются наслаждениям. Многие не могут устоять перед соблазнами, которыми наполнен этот мир, и, поддавшись искушениям, начинают жить исключительно удовольствиями, растрачивая драгоценное время и забывая о цели, ради которой посланы на Землю.

Мы приходим в этот мир как посланники, отправленные в долгожданную поездку в прекрасную страну с определённой целью, и цель эта – научиться любить, любить несмотря ни на что!

Каждый человек приходит на Землю со своей строго определённой целью. Чтобы выполнить эту цель нужно познать себя, своё предназначение. А для этого необходимо быть самим собой и верить в то, что ты можешь и должен сделать, чего никто сделать не сможет.

Чтобы понять своё предназначение, следует ко всему, что встречается в жизни, относиться как к необходимому для твоего развития. Если ты испытываешь страдание от жизни, значит, ты неправильно живёшь, несообразно своей сущности и назначению.

Постичь замысел в отношении себя — значит понять всеобщий замысел для всех существ, общий для каждого человека, особенный в отношении тех, среди кого ты живёшь, и индивидуальный в отношении тебя.

Однако не все задумываются над этим, и в результате проживают жизнь впустую, так и не осуществив задуманного. А потому попадают в череду перевоплощений, пока всё-таки не выполнят поставленной перед ними задачи и не научатся любить, любить несмотря ни на что!

Кто-то считает, что рождаемся мы без всякой цели и смысла; нас не спрашивают, хотим мы рождаться или нет, родителей и страну не выбираем. Но те, кто верит в Карму, убеждены, что наша жизнь есть во многом продолжение предыдущих существований.
В соответствии с теорией Кармы, если за одну жизнь на Земле мы не достигаем той степени совершенства души, которая необходима для жизни в других более совершенных мирах, мы возвращаемся снова и снова жить на планету Земля, пока не научимся любить несмотря ни на что.
Только после того, как на посмертном суде будет определена степень совершенства души, она будет либо отправлена в более совершенный мир, либо возвращена на Землю, либо отослана в худший мир.

Можно не верить в Карму и теорию перевоплощений. Но очевидно, что жизнь человека во многом предопределена его способностями, которые он унаследовал от родителей. И время, и место рождения, и даже родители не случайны, поскольку всё это проявления Порядка, суть которого нам неведома. Каждый находится там, где должен находиться, куда помещён для изменения условий пребывания.

Я всегда чувствовал, что судьба моя предопределена. Оглядываясь назад, вижу, насколько неслучайны были мои предпочтения, поступки, решения.
По моему мнению, наша судьба есть задание, которое человек должен исполнить во время командировки на Землю. И от нас прежде всего зависит, в какой степени наша судьба осуществится. Сталкиваясь с искушениями и трудностями, душа преодолевает их, если прислушивается к голосу судьбы — тому, что надлежит исполнить.

Философ-метафизик Владимир Соловьев считал, что одним из важнейших отличительных свойств человека как живого существа является устремленность к истине, «потребность метафизического познания»; те же, «у которых эта потребность отсутствует абсолютно, могут быть рассматриваемы как существа ненормальные, монстры».

Может ли человек жить без ответа на вопрос в чём смысл его жизни? Может. Но вряд ли это будет человеческое существование в полной мере. Одни люди стараются забыться, чтобы не размышлять о смысле жизни. Другие пытаются переделать жизнь путём реформ или революций. Третьи, отчаявшись в поисках истинного смысла бытия, уходят из жизни. И лишь немногие находят смысл в жизни.

Помню, как в актовом зале Ленинградского университета выступал философ Мераб Мамардашвили. Он говорил о людях, рождённых как бы наполовину. То есть сознание у них есть, а мышления нет. «Если человек отправляется от точки, в которой знание не помогает, он идёт в направлении смысла», – говорил Мераб Мамардашвили.

Некоторые отказываются отвечать на кажущийся им банальный вопрос о смысле жизни, и говорят, что в жизни всё просто. Вопрос о смысле жизни кажется им лишённым содержания. А вот некоторые философы умножают и без того избыточные сущности ради философской игры ума, вместо того, чтобы ответить на главный вопрос.

Лично я считаю, что вопрос о Смысле Бытия является основным вопросом. Это та самая «печка», от которой возникают все философии. Без решения этого вопроса, нельзя разрешить все остальные проблемы сознания и жизни. Смысл жизни – это основной вопрос человеческого существования!

Сократ, Диоген, Платон, Декарт, Спиноза и другие, ассоциировали смысл жизни с понятием блага. Аристотель полагал, что целью всех человеческих поступков является счастье, которое состоит в осуществлении человеком своей сущности. «В чём смысл жизни? Служить другим и делать добро».

Эпикур провозглашал целью человеческой жизни получение удовольствия, понимаемого не только как чувственное наслаждение, но и как избавление от физической боли, душевного беспокойства, страданий, страха смерти. Его идеал — жизнь в «укромном месте», в тесном кругу друзей, неучастие в государственной жизни, отдалённое созерцание.

Согласно учению киников, конечной целью устремлений человека является добродетель (счастье), а добродетель состоит в умении довольствоваться малым и избегать зла. Человек должен стать независимым от внешнего мира, который непостоянен и неподвластен ему, и должен стремиться к внутреннему покою.

Согласно учению стоиков, душа человека бессмертна, а добродетель состоит в согласии жизни человека с природой и мировым разумом (логосом). Жизненный идеал стоиков — невозмутимость и спокойствие по отношению к внешним и внутренним раздражающим факторам.

Артур Шопенгауэр полагал: людям кажется, что они поступают по собственному желанию, но на самом деле ими движет «мировая воля». Будучи бессознательной, мировая воля абсолютно безразлична к своим творениям — людям, которые брошены ею на произвол случайно складывающихся обстоятельств. Жизнь — это ад, в котором глупец гонится за наслаждениями и приходит к разочарованию, а мудрец, наоборот, старается избегать бед через самоограничение — мудро живущий человек осознаёт неизбежность бедствий, а потому обуздывает свои страсти и ставит предел своим желаниям.

Датский философ Сёрен Кьеркегор полагал, что жизнь полна абсурда и человек должен создавать свои собственные ценности в равнодушном мире.

Фридрих Ницше считал, что смыслом жизни является подготовка Земли к появлению сверхчеловека. Ницше не принимал христианство, поскольку оно удаляет смысл из земной жизни, концентрируясь взамен на предполагаемой потусторонней жизни.

Философ-прагматик Уильям Джеймс был убеждён, что истина не может быть найдена, но может быть создана, и потому смысл жизни — это вера в цель жизни, которая не противоречит чьему-либо опыту содержательного бытия. «Смыслом жизни являются те цели, которые заставляют вас ценить её».

Французский философ Жан-Поль Сартр полагал: «смысла жизни не существует, мне придётся самому создавать его… Если мы должны умереть, то наша жизнь не имеет смысла, ибо её проблемы остаются нерешёнными и остаётся неопределённым само значение проблем… Мы выдумываем ценности. Apriori жизнь не имеет смысла. Это мы создаём ей смысл».

Немецкий философ ХХ века Мартин Хайдеггер считал: «Смысл бытия никогда не может быть поставлен в противоположение к сущему или к бытию как опорному «основанию» сущего, ибо «основание» становится доступно только как смысл, пусть то будет даже бездна утраты смысла».

Мировые религии каждая по своему дают ответ на вопрос о смысле человеческой жизни. Тем самым они отвечают на потребность человека перестать ощущать состояние растерянности и страх смерти. Определяя мир за пределами жизни (духовный мир), религия удовлетворяла эти потребности, обеспечивая смысл, цель и надежду для человека.

«Сущность всякой веры состоит в том, что она придаёт жизни такой смысл, который не уничтожается смертью», – говорил Лев Толстой.

В основе религиозной веры лежит убеждение в том, что жизнь служит Высшей, Божественной цели. Мы должны искать Высшую Силу, которая придаст нашим жизням смысл и обеспечит цели через Божественные наставления.

Согласно Иудаизму, Всевышний создал человека в качестве собеседника и сотворца. И мир, и человек созданы несовершенными умышленно — для того, чтобы человек, с помощью Всевышнего, поднимал себя и окружающий мир на высшие уровни совершенства. Смысл жизни любого человека состоит в служении Творцу даже в самых будничных делах.

Ислам подразумевает «вручение себя Богу», «покорность Богу». Смысл жизни мусульманина состоит в том, чтобы поклоняться Всевышнему.

В Индуизме существует несколько философских школ, и каждая по-своему отвечает на вопрос о смысле жизни. Школы Ньяи и Вайшешики не признают существование реинкарнации, кармы, души, утверждая, что смысла человеческой жизни не существует, поэтому единственный логичный подход к жизни — наслаждение.

Школы Санкхьи, Йоги и Мимансы признают реинкарнацию и карму, а также деление вселенной на 14 планетных уровней, считая, что цель человеческой жизни в том, чтобы с помощью знания, йогических упражнений или благочестивой деятельности соответственно вознестись на более высокие планетные уровни, сравнимые с «Раем» и избежать низших планетных уровней, сравнимых с «Адом». Однако формы жизни на тех планетах так же не являются вечными, и потому по истечении срока, душа возвращается назад на Землю. Так душа вращается в круговороте «сансары» вечно. Смысла жизни как такового по этим философиям также не существует.

Адвайта-веданта утверждает, что поскольку всё в мире является временным, то весь окружающий нас мир есть иллюзия. На самом деле существует лишь Единый (Брахман или Дух), все мы Едины, однако частичка этого Духа может впасть в иллюзию и начать видеть мир разделённым на множество объектов. Соответственно цель человеческой жизни — осознать единство всего мироздания путём прекращения какой-либо деятельности, выход из круга сансары и слияние с Единым.

С точки зрения Вайшнавизма смысл человеческой жизни заключается в осознании себя как частички духовной природы, созданной Богом (Кришной), а также в развитии в себе любви. Смысл жизни заключается во вступлении во взаимоотношения с Богом, что открывает душе дорогу из колеса повторяющейся реинкарнации в вечный духовный мир.

Согласно Буддизму, смысл и высшая цель жизни состоит в прекращении страдания, что возможно через достижение просветления (нирваны). С точки зрения буддизма южной традиции, смысл жизни состоит в изучении собственного сознания, повышении степени осознанности, достижении естественного состояния ума и в конечном итоге в полном прекращении бытия в обычном понимании этого слова (то есть достижении нирваны).
Буддизм северной традиции обязывает практикующего не уходить в нирвану, пока все существа не достигнут просветления. Просветления можно достичь не только за счёт практики, но и путём праведной жизни в миру.

Согласно китайскому философу Конфуцию, главной целью человеческого существования является созидание идеального, совершенного общества, что позволяет достигнуть гармонии между людьми и Небом. Человек рассматривается как часть единого общества, обладающая своими конкретными обязанностями, часть единого механизма, в котором интересы общества являются приоритетными. Исполнить своё предназначение человек может лишь через самосовершенствование.

Человеческая природа в своей сущности непорочна, но у каждого человека есть свобода выбора — он может стать «благородным» или «низким» человеком. Благородный человек ставит своей целью самосовершенствование через постижение высшей добродетели, сочетающей в себе самоуважение и человеколюбие (гуманность).

Сама добродетель есть нечто свойственное человеку, а поэтому достаточно следовать указаниям своей природы, чтобы идти по верному пути. Поведение, ведущее к достижению благородства, подразумевает прежде всего умеренность, выбор «среднего пути», стремление избежать крайностей.

Основатель даосизма Лао Цзы призывал не вмешиваться в процесс жизни, не заниматься её обустройством, улучшением, исправлением. Всё в мире должно оставаться таким, как оно есть в своём естественном состоянии. Смысл человеческой жизни состоит в познании Дао, следовании ему и слиянии с ним.

Для православного верующего «истинная цель жизни христианской состоит в стяжании Духа Святого Божьего». Так считал Серафим Саровский. Обряды, посты, милосердие, молитвы и даже церковные таинства с точки зрения православия являются лишь средствами для достижения обожения. «Бог стал человеком, чтобы человек стал Богом».

«Если бы бога не было, то его следовало бы придумать», – считал Вольтер. Для Вольтера вера в бога являлась необходимой опорой морали.
Иммануил Кант говорил: «О человеке, как моральном существе, уже нельзя спрашивать, для чего он существует. Его существование имеет в себе самом высшую цель, которой, насколько это в его силах, он может подчинять всю природу».

Альбер Камю был убеждён, что жизнь абсурдна. Его работу «Миф о Сизифе. Эссе об абсурде» я впервые прочитал в машинописной перепечатке, когда учился на подготовительном отделении философского факультета. Вопрос о смысле жизни Камю называет самым неотложным, а проблему самоубийства – единственной серьёзной философской проблемой. «Я видел, как много людей умирает потому, что жизнь для них больше не стоила того, чтобы жить. Из этого я делаю вывод, что вопрос о смысле жизни – самый насущный», – говорил Камю.

Русский философ Николай Бердяев утверждал, что философия есть поиск смысла жизни, а религия — его реализация. «Искание истины и смысла я противоположил обыденности, бессмысленной действительности. Это был поворот к духу и обращение к духовности… Пусть я не знаю смысла жизни, но искание смысла уже даёт смысл жизни… Постигнуть смысл жизни, ощутить связь с этим объективным смыслом – есть самое важное и единственно важное дело, во имя его всякое другое дело может быть брошено».

Сам факт искания смысла «доказывает, что в нашей мысли и в нашей жизни нет смысла, которого мы ищем», – писал русский философ Е.Н.Трубецкой. – «Искание смысла, цели жизни, есть «жестокое страдание от окружающей нас бессмыслицы».
Трубецкой выделял следующие особенности Смысла: всеобщность, неизменность и неподвижность, сверхвременность или, другими словами, вечность; что в итоге приводит нас к понятию «истина». Таким образом, Смысл – есть Истина.

Философ Н.И.Кареев был убеждён, что человек психологически не способен осознать смысл жизни за рамками своего собственного существования.
Философ А.И.Введенский считал, что, утверждая смысл жизни за пределами человеческой жизни, мы не понижаем человеческий образ и не унижаем этим человека, а наоборот.
Бессмысленно искать смысл жизни только в рамках биологического существования. Живая жизнь духа и есть то интегральное, что освещает жизнь души и тела, наполняет бытие смыслом.

Можно сказать, что жизнь осмыслена, «когда она служит какой-то разумной цели, содержанием которой никак не может быть просто сама эта эмпирическая жизнь», утверждал русский философ Семён Франк.
С.Л.Франк выделял два условия осмысленности жизни: 1) служение чему-то высшему, имеющему оправдание в самом себе, но это высшее в свою очередь должно быть жизнью; 2) разумно осознавать служение высшему благу, пропитывающему всю жизнь.

Есть несколько критериев, по которым можно определить наличие смысла жизни у конкретного человека:
1\ отношение ко времени, помятуя о смерти;
2\ наличие иерархии целей и ценностей;
3\ наполненность жизни человека реализацией своего смысла жизни.

Прежде чем вдуматься, что значит «найти смысл жизни», необходимо понять, что есть СМЫСЛ вообще. В русском языке СЪМЫСЛ есть со-мысль, сопряжение мыслей, диалектическое равновесие умных энергий.

Понятие СМЫСЛ является одним из вариантов перевода слова ЛОГОС.
Ло́гос (от греч. λόγος — «слово», «мысль», «смысл», «понятие», «число») — термин древнегреческой философии, означающий одновременно «слово» (высказывание, речь) и «понятие» (суждение, смысл).

Термин ЛОГОС в философский обиход ввёл Гераклит (544–483 гг. до н.э.). Логосом он называл «вечную и всеобщую необходимость», устойчивую закономерность. Позже значение этого термина неоднократно изменялось. Тем не менее, под логосом понимают наиболее глубинную, устойчивую и существенную структуру бытия, наиболее важные закономерности мира.

Логос Гераклита – это словочисло, власть единства и порядка, всеобщий Закон бытия. Это некая субстанция, которую можно сравнить с ДАО – миропорядок и всепроникающий закон гармоничного существования.

Логос понимают ещё как разумный принцип, управляющий миром – Закон законов.
Логос – это мировой разум, идентичный с безличной, возвышающейся даже над богами закономерностью Вселенной.
Логос – это и организующий принцип, и смысл всякой вещи и всякого существа, огненное семя всех вещей. Логос пронизывает всю природу и человека, его психологию и биологию.

Творение материального мира есть истекание Логоса из платоновского мира идей, процесс преображения хаоса в космос. В сотворённом мире Логос присутствует как внутренняя оживляющая сила и судьба. Логос есть и в индивидуальной душе, будучи её внутренней силой и внешним руководителем-посредником, возвращающим душу к Богу.

Идеи, о которых говорил Платон, они из невидимого информационного поля, которое окружает Землю и наполняет всю нашу вселенную. Эту связь с Высшей Силой ощущали многие пророки и провидцы, они умели входить с ней в контакт.

«Духовные силы, неизменно бодрствующие над человечеством, всегда окружают нас, но покров, отделяющий нас от них, разрывается лишь в великие часы и только для редких избранников», – пишет в книге «Великие посвящённые» Эдуард Шюре.

Многие выдающиеся учёные и мыслители свидетельствовали, что их открытия приходили к ним как откровения, во сне, помимо их собственных интеллектуальных усилий, как готовый ответ, то есть как бы извне. Одни называют это интуицией, другие «ангелом-хранителем». Но суть одна: человек получает необходимую информацию не путём собственных умозаключений, а как ответ на свой запрос, причём ответ истинный.

Сегодня Логос можно представить как всеобщую творящую и управляющую информационно-энергетическую цифровую всепроникающую Систему, обладающую истинным знанием обо всех происходящих во вселенной процессах.

В религиозной парадигме Логос можно сравнить со Святым Духом — это божественный вселенский Интернет, причём «активный». «Активный» — означает, что он может посредством информации и вибраций влиять на нас, на наши мысли и чувства, и на всё происходящее на Земле.

Существует ли объективный Смысл Бытия, или это субъективная потребность каждого конкретного индивида?

Лично мне представляется, что субъективный смысл жизни есть отражение объективного смысла Бытия. Потому как, если Бытие не имеет смысла, то не имеет смысла и жизнь конкретного человека.
В субъективном смысле жизни каждого человека как в кусочке голограммы отражается объективный Смысл Бытия.
Если мы не можем познать Смысл Бытия, это не означает, что и жизнь конкретного человека не имеет смысла.

Смысл — категория не внутренняя и не внешняя, а, правильнее сказать, сквозная! Он пронизывает всё, присутствует везде и един для всего. Он связывает всё своим единством. Этот Смысл, или Принцип, с необходимостью осуществляется, и потому по сути своей это Закон.
Этот закон единый для всего, универсальный принцип существования. Он осуществляется с неизбежностью как необходимость и для человека, и для человечества.
Жизнь человека и жизнь человечества имеет общую причину, цель, смысл.

Поверить в наличие смысла, означает поверить в наличие цели, а значит и в своё предназначение.
Смысл — это наполнение и одновременно предназначение, которое заключено в самой жизни.
Смысл – это процесс, суть которого выражена в его цели. Но цель не может быть просто в продолжении, поскольку возникает справедливый вопрос — а зачем продолжение, ради чего?

Смысл жизни человека не в том, чтобы выжить, а чтобы сотворить как можно больше добра и любви. В конце концов, мы творим добро не столько для других, сколько для собственной души.

Делает ли понимание смысла жизни человека счастливее? Или наоборот, несчастнее?

Психоаналитик Карл Юнг считал, что «отсутствие смысла в жизни играет критическую роль в этиологии невроза. В конечном счёте невроз следует понимать как страдание души, не находящей своего смысла… Около трети моих случаев – это страдание не от какого-то клинически определимого невроза, а от бессмысленности и бесцельности собственной жизни».

«Смысл жизни — самовыражение, – писал Оскар Уайльд. – Проявить во всей полноте свою сущность — вот для чего мы живём».

«Смысл связан с концом. И если бы не было конца, т.е. если бы в нашем мире была дурная бесконечность жизни, то смысла в жизни не было бы. Смысл лежит за пределами этого замкнутого мира, и обретение смысла предполагает конец в этом мире», – был убеждён Николай Бердяев.

Выходит, без жизни посмертной эта жизнь не имеет смысла?

Ответ на вопрос о смысле жизни зависит от того, верит человек в посмертное воздаяние за прожитую жизнь или не верит. Если веришь в Бога, значит признаёшь бессмертие души. И в этом случае моя конкретная жизнь вписывается в более значительную перспективу, нежели тот короткий временной промежуток, предоставленный мне на этой земле.

Поиск смысла есть поиск пути в Вечность. Смысл категория индивидуальная. Каждого человека волнует прежде всего смысл его личного существования, так же как своя жизнь заставляет волноваться более, чем жизнь других сотен миллионов людей.

Основа понятия смысла жизни — не то, почему мы живём, а ЗАЧЕМ мы живём. Если мы умрём, то зачем же мы жили? — вот как нужно ставить вопрос. Дело не в конечности конкретной жизни, хотя и в этом тоже, поскольку всякий смысл есть реальное измерение и одновременно наполнение какого-то ограниченного пространства. Если это пространство бесконечно, то и смысла в нём быть не может.

Большинство людей говорят, что смысла в жизни нет, или смысл в самой жизни. Одни стараются забыться, чтобы не думать о смысле. Другие пытаются переделать жизнь путём реформ или революций. Третьи, отчаявшись, уходят из этого мира. Четвёртые — это люди, нашедшие смысл жизни.

Потребность в смысле возникает не просто как желание найти себе оправдание, а скорее как желание чего-то достичь; не как взгляд в прошлое, но в будущее, как желание понять и как необходимость понять, чтобы идти дальше.

Путешествуя по Мексике, я посетил Теотиуакан — город, где люди становились богами. Там я беседовал с туристам и паломникам из разных стран мира о смысле жизни и смерти. Разнообразие ответов меня поразило.

Медсестрам, которые работают с умирающими пациентами, был задан вопрос: о чём сожалеют люди на смертном одре?
Чаще всего люди сожалеют о том, что они не смогли прожить жизнь, сохраняя верность себе. Они сожалели, что старались соответствовать ожиданиям других людей, но забывали о том, что хотели они сами. И в итоге большинство из них не приблизились к исполнению хотя бы половины того, о чём мечтали.

Никто не может примириться со своим полным исчезновением. Мысль эта противоестественна. Ничто не рождается из ничего, и потому не обращается в ничто. И эта мысль не есть бегство от страха, но факт, который мало кто будет отрицать.

Есть люди, которые считают, что после смерти ничего нет, а потому можно грешить и вести безответственную жизнь, поскольку отвечать не придётся. Именно отрицание жизни после смерти побуждает людей грешить. А если бы люди знали, что их ждёт вечная жизнь по итогам прожитой ими на Земле, они бы вели себя осмотрительнее.

Современная наука вслед за религией приходит к выводу: смерть — это не конец, а скорее переход из одного состояния в другое. Научные приборы фиксируют — за телесной смертью что-то есть. Можно верить или не верить в это. Но, на мой взгляд, правильнее верить. Ведь если окажется, что ТАМ что-то есть, то лучше быть готовым к посмертному испытанию. Не на пустом же месте возникли египетская «Книга мёртвых» и тибетская «Книга мёртвых».

Одни верят, что после смерти их ждёт Суд, а по результатам – рай или ад. Другие верят, что не будет ничего. Доказательства, которые представляют люди, пережившие клиническую смерть, не всех убеждают.

Многие не верят в посмертный Суд за всё ими содеянное, потому что НЕ ХОТЯТ ВЕРИТЬ и боятся этого Суда.
Другие, напротив, стараются жить в любви и творить добрые дела, чтобы заслужить Царство Небесное.

Что лучшее: жить в любви или в ненависти и злобе?

Если смерть это тьма, то всё равно есть момент угасания сознания, и важно, что в этот момент переживаешь: страх, облегчение или надежду на продолжение.
Говорят, что каждый видит то, что хочет увидеть: одни – тьму небытия, другие – свет в конце тоннеля…

Мы приходим в эту жизнь на Земле с определённой целью – научиться любить, любить несмотря ни на что.
Цель эта достигается через труд души («душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь»).
Труд души в том, чтобы творить любовь. В этом заключается и смысл жизни, который везде и во всём.
Любовь творить необходимость!
Любовь не удовольствие, не наслаждение, не забава – а именно необходимость. Творить любовь – необходимость и для собственной души и всего мира.

Если вдуматься, то ВСЁ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ.

Даже В.В.Путин признал: «В любви вообще заключается весь смысл жизни, бытия. Это и любовь к семье, к детям, к Родине. Это такое многообразное явление, которое в основе всякого нашего действия находится».

«Без любви жить легче, но без неё нет смысла». (Лев Толстой)

«Любовь сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь». (И. Тургенев)

«Любовь – настоящий орфей, поднявший человечество из животного состояния». (Э. Ренан)

«То, что на обычном человеческом языке называется любовью, эта страсть, пробуждающаяся от соприкосновения двух личностей, не есть только средство, благодаря которому поколения приходят на землю. Она создаёт также жизнь и в мире потустороннем. Она является способом перехода с земли на небо, от вещей материальных к вещам духовным». (А. Безант)

Тот. кто сегодня оставляет любовь ради войны,
кто отвергает умеренность ради пышного изобилия,
кто отказывается быть повелителем
ради того, чтобы быть самым главным,
непременно погибнет!
Но тот, кто исполнен любви,
сражается – и побеждает,
обретая контроль над своими чувствами,
становится крепче.
Небо содействует ему,
заботясь о нем с терпением и любовью (1).
(1) – <<глубокое чувство любви>> в оригинале <<цы>>, что означает: любить, заботливо относиться к, угощать; любовь к младшему, материнская любовь. Это чувство любви и радости, которое невозможно ничем омрачить, это <<любовь несмотря ни на что>>. Лао Цзы трактат «Дао ДЭ» стих 67.

«Любовь несмотря ни на что», о которой говорил Лао Цзы, это не чувство и даже не отношение, это СОСТОЯНИЕ!

О том же Данте Алигьери в «Божественной комедии»
…
Но собственных мне было мало крылий;
И тут в мой разум грянул блеск с высот,
Неся свершенье всех его усилий.

Здесь изнемог высокий духа взлет;
Но страсть и волю мне уже стремила,
Как если колесу дан ровный ход,

Любовь, что движет солнце и светила.

Любовь творить необходимость!
Теперь я знаю почему.
Ведь правит миром Божья милость:
Когда я должен, что могу!
Таков Закон существованья,
Вселенский Смысл и суть Творца.
Доступно каждому то знанье,
Как каждому дана душа.
Творение имеет принцип,
И он во всём, всегда, везде:
Любовь творит необходимость
И в Космосе, и на Земле.
Необходимость жить любовью,
Необходимость мир любить,
И принимать любовь и с болью,
И даже мучаясь, творить.
Творить любовь — необходимость!
И всё подчинено тому.
Ведь всё, к чему бы ни стремилось,
Творит зачем и почему.
Зачем себя осуществляем?
И почему хотим любви?
Тем волю Бога исполняем,
Достичь желая Красоты.
Творить себя — необходимость,
Любовь нас требует себе.
Что в Космосе — и в нас вместилось,
Вселенский смысл — он и во мне! —
ЛЮБОВЬ
ТВОРИТЬ
НЕОБХОДИМОСТЬ
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в следующих основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь.

А лично для Вас В ЧЁМ СМЫСЛ ЖИЗНИ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Прибыв в Париж, я первым делом решил нанести визит всемирно известной красавице. Я пробыл на башне три часа, пока город не погрузился в сумерки и превратился в сверкающую бесконечность.
Эйфелеву башню можно без преувеличения назвать символом Парижа. Сам конструктор Густав Эйфель называл её просто — 300-метровой башней.
Башня является самой посещаемой достопримечательностью мира – со дня открытия ее посетили более 300 миллионов человек.
Стало традицией делать предложение руки и сердца своей возлюбленной именно на Эйфелевой башне. Мы стали свидетелями одного такого предложения. Я не мог удержаться и не задать вопрос, в чём же люди видят смысл любви и смысл жизни.

Вес металлической конструкции Эйфелевой башни — 7 300 тонн (полный вес 10 100 тонн). Сегодня из этого металла можно было бы возвести сразу три башни. Фундамент выведен из бетонных массивов. Колебания башни во время бурь не превышают 15 см.

Особенно прекрасна Эйфелева башня ночью, когда сверкает в темноте. Вид с Эйфелевой башни… – эту красоту с собой не унести!
Никакие фотографии не могут передать впечатления от размера Эйфелевой башни. Только стоя рядом с ней, можно ощутить всё величие творение Эйфеля. Примерно такое же восхищение могуществом человека я испытал, стоя возле египетских пирамид.
Теперь, когда я вижу в фильмах или в рекламе изображение Эйфелевой башни, меня переполняет чувство гордости, что я там был!

Густав Эйфель проектировал устойчивые металлические конструкции для железнодорожных мостов, и в этом не было ему равных. А потом он решил всем доказать, что способен создать высочайшую в мире башню, используя свои технологии и конструкции.
Этот символ Парижа задумывался как временное сооружение — башня служила входной аркой парижской Всемирной выставки 1889 года. От планировавшегося через 20 лет после выставки сноса башню спасли радиоантенны, установленные на самом верху.

Вначале творение инженера Эйфеля разозлило парижан. Известно, что в 1887 году 300 писателей и художников (среди них Александр Дюма-сын, Ги де Мопассан, Виктор Гюго и композитор Шарль Гуно) направили протест в адрес муниципалитета, характеризуя конструкцию как «бесполезную и чудовищную», как «смехотворную башню, доминирующую над Парижем, как гигантская фабричная дымовая труба», добавляя: «На протяжении 20 лет мы будем вынуждены смотреть на отвратительную тень ненавистной колонны из железа и винтов, простирающейся над городом, как чернильная клякса».

На башне три уровня. На первом находится ресторан, на втором две смотровые площадки, а на самом верху двухуровневая площадка, где можно увидеть беседующих инженера Эйфеля и Эдисона (их восковые фигуры, разумеется).
Ги де Мопассан регулярно обедал в ресторане «Жюль Верн» на первом уровне башни. На вопрос, зачем он это делает, если башня ему не по душе, писатель отвечал: «Это единственное место во всем огромном Париже, откуда её не видно».
Башню называли «уличным фонарем», «скелетом колокольни», «тощей пирамидой из железных лестниц». И в то же время на ней искали вдохновение и называли «эталоном эпохи», «лестницей в небо».

Эйфелеву башню очень часто выбирают для сведения счётов с жизнью. Всего зарегистрировано около четырёхсот попыток самоубийства.
Первый случай самоубийства был зафиксирован 4 февраля 1912 года, когда австрийский портной Франц Рейшельд спрыгнул с 60 метровой высоты первого уровня Эйфелевой башни, нацепив на спину самодельный парашют. Парашют не раскрылся и горе-испытатель разбился насмерть.

Честно признаться, и мне, глядя на простирающуюся красоту внизу, хотелось прыгнуть с башни и… полететь! Зрелище, как город погружается в сумерки, завораживало.

В фильме «Ангел А» Люка Бессонна, а также в фильме «Развод» хорошо показано, как можно превратить башню в место сведения личных счётов с применением и без применения оружия.
А в фильме «Корона российской империи» «русский самоубийца» зарабатывает себе на жизнь, проходя на руках по парапету Эйфелевой башни.

Неделю назад двадцатилетняя девушка поднялась на средний уровень сооружения, затем каким-то образом смогла преодолеть специальные защитные барьеры, и прыгнула вниз. Её тело было обнаружено на террасе ресторана на первом этаже. Что побудило совершить этот поступок пока неясно.
Последний подобный случай произошел на главной достопримечательности французской столицы в апреле 2008 года. Для того чтобы предотвратить попытки самоубийств, на башне были установлены специальные заграждения по всему периметру.

Если Эйфелеву башню можно считать украшением Парижа, то этого нельзя сказать о башне Монпарнас. Башня Монпарнас абсолютно лишнее, даже более, чем стеклянная пирамида в центре Лувра. Интересно, скольких денег стоило, чтобы так испортить Париж?

С высоты птичьего полёта, Париж очень напоминает Петербург. И потому можно утверждать, что любое строение наподобие башни Монпарнас исказит облик города.

Путешествия по миру, я заметил, что моё мировоззрение и мышление часто меняются в зависимости от местонахождения. Из Парижа наша жизнь видится по-другому, также как и с горы Моисея или из подземелья пирамиды Хеопса.

Я смотрел вниз на утопающий в сиреневых сумерках Париж, и думал: «Как прекрасна наша планета! И только человек пытается улучшить совершенное, а в результате губит свой дом. Если нам не хватит мудрости остановиться и перестать безоглядно брать, Гея сумеет избавиться от людей.
Мне стыдно за людей, за то, что я человек.
Человечество идёт по неправильному пути. Счастье не в количестве материальных благ, счастье — это удовлетворённость бытиём. Единственное, что может спасти человечество — самоограничение! Накоплено уже достаточно, достаточно взято от природы, чтобы перестать нуждаться. Сколько же ещё нужно взять от природы, чтобы опомниться и начать возвращать?!

Люди слепы. Счастье в самоограничении! Не так уж много человеку необходимо. Все проблемы он выдумывает себе сам. Нужно лишь перестать желать, перестать потреблять сверх меры. Счастье в том, чтобы творить и отдавать!
Человечество погибнет, если не прекратит брать безмерно из кладовой природы.
Как вразумить людей, как остановить их самоубийство?!
Что я должен сделать?
Нужно сказать, нужно убедить собственным примером!
В конце концов, я готов пожертвовать собой, чтобы спасти человечество!

Я хочу, чтобы камни жили, а не растворялись в бетоне фундаментов, хочу, чтобы текла река, а не превращалась в сточную канаву, чтобы цветы распускались и радовали глаз, а не исчезали под асфальтовым покрытием…

Люди слепы. Счастье в самоограничении! Не так уж много человеку необходимо. Все проблемы он выдумывает себе сам. Нужно лишь перестать желать, перестать потреблять сверх меры. Счастье в том, чтобы творить и отдавать!

Люди! Остановитесь! Взгляните на то, что вы натворили! Земля устала от нас. Мы губим её. Одно неосторожное движение, и сила, открытая и сдерживаемая пока, уничтожит нас и всё живое на планете.

Люди, опомнитесь! Пощадите природу, не убивайте себя! Слейтесь в гармонии, и вам не потребуется роскошь и орудия убийства. Чтобы стать счастливыми, для этого не нужно много иметь, — достаточно любить!

Как творец в ожидании заката я на башне высокой сижу. Но душа почему-то не рада, когда вниз на людей я гляжу. Солнца лик багровеет от гнева, оттого что подаренный день люди вновь промотали без дела, им подумать о вечности лень. Неизменны, увы, человеки. Красоту хоть какую дари, — им важней огород, да сусеки, чем наполнить желудки свои. Наслаждаться земной красотою, видя в этом и счастье и смысл, назовут они тратой пустою денег, времени, жизни и сил. Недостойны они благодати, посредине которой живут. Им пожрать, да скорей на полати. Жрут да пьют, пьют да жрут, жрут да пьют. Всё что можно вокруг уничтожить, они волей считают своей. Чтоб запасы свои преумножить, бьют ни в чём неповинных зверей. Красота восхищает до боли, что когда-то отсюда уйду. Ведь не может счастливей быть доли, чем встречать в новолунье Луну. Горы бархатом леса одеты. Серебрится змеёю река. Я в гостях у прекрасной планеты. Я парю — подо мной облака! Так и хочется с места сорваться, полететь за гора, за леса. Не могу этим налюбоваться. Это сон, или просто мечта!»
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Моё первое посещение Эйфелевой башни было в мае 2009 года. Приглашаю посмотреть мой ролик.

Любовь — то счастье или мука?
Союз сердец или борьба?
Двух половинок съединенье
Иль одиночества мечта?
Она иллюзия иль сказка?
Мираж иль бред? —
Кто скажет мне?
Или заветное желанье,
Открывшееся вдруг во сне?
Не знаю. Может, знать не нужно?
Почувствуешь — тогда поймёшь!
Любовь не жертва и не дружба,
Но что уж точно — что не ложь.

Любовь — это прозрение
И желание отдать себя целиком,
Освободившись от искушения
Иметь что-либо для себя в другом;
Это забвенье мечты и надежды
И радость служенья без всякой корысти;
Стремленье пожертвовать всем, что имеешь,
И вера в то, что летать ты умеешь;
Это когда исчезает страх,
И следуешь сердца лишь зову впотьмах,
Уже не желая иметь или слыть,
И только, отдав всё что можешь, забыть.
Да, это полное забвение себя,
Когда исчезает упрямое Я,
Когда лишь отдав, всё что можешь отдать,
Себя ты в другом вдруг не сможешь узнать,
И сбросив желаний балласт, воспарить…
Иначе, прости, не умею любить!

Любовь есть мир в четвертом измеренье
Он виден проживающим в любви
Другим же всем, увы,
С нормальным зреньем
Он недоступен, сколько ни зови.
Тот мир мечты и мир тот полон духов
Живущих, умерших и вновь идущих жить,
Прекрасных, вечно радостных и юных,
Которые не могут не любить.
Открой в себе другое измеренье.
Его хоть царством божьим назови.
Оно подарит счастье упоенье,
Лишь все вокруг себя ты полюби.
Закон любви так прост и так всем ясен:
Чтоб стать, ты должен все отдать,
И сразу мир вдруг станет так прекрасен,
Что вряд ли стоит лучшего искать…
(из моего романа-исследования «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в трёх основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость.

А чтобы Вы сказали о ЛЮБВИ НА ЭЙФЕЛЕВОЙ БАШНЕ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература