Несколько лет в родном Петербурге мне довелось жить на площади Чернышевского. Из окон квартиры был виден памятник Николаю Гавриловичу. Каждый раз выходя из дома и возвращаясь, я проходил мимо литератора-революционера, мысленно здороваясь с ним.
24 июля исполнилось 190 лет со дня рождения автора культового для нескольких поколений революционеров романа «Что делать?». В школе мы изучали этот роман, но нам сложно было понять непростые любовные отношения героев, а уж тем более расшифровать сны Веры Павловны. Мне особенно запомнился рассказ учителя литературы о том, как в одиночной камере тюрьмы Чернышевский писал роман «Что делать?», как рукопись была потеряна, но потом найдена, как проходила защита диссертации и гражданская казнь писателя-демократа.
Сейчас в школе роман «Что делать?» не изучают. Но как и сто, и двести лет назад, перед Россией опять «проклятый вопрос». Так и хочется спросить у Николая Гавриловича: что же нам делать, Чернышевский, что делать?
16 марта 2018 года в Русской христианской гуманитарной академии выступил доктор философских наук Владимир Карлович Кантор с докладом на тему «Достоевский и Чернышевский: неожиданные сопоставления».

Николай Гаврилович Чернышевский родился 24 (12) июля 1828 г. в Саратове в семье священника и до 14 лет получал домашнее образование под руководством отца. В 1843 году поступил в Саратовскую духовную семинарию. В семинарии Николя прозвали «дворянчик», хотя он и не чуждался общих игр.
Николай был развит не по годам и образован гораздо более, чем сверстники-семинаристы. Начитанность его поражала окружающих; в детстве он даже имел прозвище «библиофага», то есть пожирателя книг.
«По своим знаниям Чернышевский был не только выше своих сверстников-соучеников, но и многих преподавателей семинарии. Время своего пребывания в семинарии Чернышевский использовал для самообразования», — писал литературовед Павел Лебедев-Полянский.

Через три года Чернышевский бросил духовную семинарию, не закончив, и поступил в 1846 году на историко-филологическое отделение философского факультета Петербургского университета. Именно там сформировался убеждённый материалист и социалист Чернышевский, который станет известен всей России.

В университете Чернышевский познакомился с Михаилом Илларионовичем Михайловым. Тот свёл молодого студента с представителями кружка петрашевцев. Членом этого кружка Чернышевский не стал, однако нередко бывал на других собраниях — в обществе отца русского нигилизма Иринарха Введенского. После ареста петрашевцев Николай Чернышевский записал в своём дневнике, что посетители кружка Введенского «о возможности восстания, которое бы освободило их, и не думают».

Окончив в 1850 году Петербургский университет, Чернышевский несколько раз пытался устроиться на службу, но потерпел неудачу и вернулся в родной Саратов, где стал учителем в гимназии. Свою должность Чернышевский использовал в том числе для пропаганды революционных идей, за что прослыл вольнодумцем и вольтерьянцем.

В 1853 году на свадьбе родственника Чернышевский познакомился с Ольгой Сократовной Васильевой. Ольга произвела на него неизгладимое впечатление. Она была жгучая брюнетка, в её жилах отчасти текла итальянская кровь.
Ольга Васильева родилась в городе Камышине 15 (27) марта 1833 года. Она была дочерью саратовского врача Сократа Васильева. От отца она унаследовала свободолюбивый характер и горячий темперамент; её даже звали «гусар в юбке». В тоже время, она была весела, кокетлива и находчива, имела успех на всех саратовских балах, от поклонников не было отбоя. Однако Ольга почему-то выбрала неловкого и тихого Николая Чернышевского.

Вскоре после знакомства, Чернышевский записал в своём дневнике, что Ольга Сократовна — «первая красавица на свете». Такой он считал её до конца своих дней. И отметил ещё: «У неё такой характер, какой нужен для моего счастья».

Ещё до женитьбы Чернышевский предупреждал Ольгу: «У меня такой образ мыслей, что я должен с минуту на минуту ждать, что вот явятся жандармы, отвезут меня в Петербург и посадят меня в крепость бог знает на сколько времени. Я делаю здесь такие вещи, которые пахнут каторгой, — я такие вещи говорю в классе».

В советское время, во времена моей юности, отношения Чернышевского и его жены Ольги Сократовны преподносились как пример беззаветной любви и преданности. Переписка Ольги Сократовны с мужем служила эталоном эпистолярного жанра и тонкости духовных отношений.

Чернышевский писал жене: «Милая радость моя, благодарю Тебя за то, что одарена Тобою жизнь моя… Крепко-крепко обнимаю Тебя, моя несравненная, и целую, и целую Твои ненаглядные глаза».

Отношения их были весьма оригинальны для своего времени. Чернышевский разъяснял друзьям: «Если моя жена захочет жить с другим, если у меня будут чужие дети, это для меня всё равно… Я скажу ей только: «Когда тебе, друг мой, покажется лучше воротиться ко мне, пожалуйста, возвращайся, не стесняясь нисколько».

Когда у Ольги Сократовны Чернышевской случился роман с Иваном Савицким, хорошим приятелем мужа, тот уговаривал Чернышевскую бежать с ним. Ольга не знала, что и делать. В итоге она призналась во всём мужу. Николай Гаврилович сказал жене: «Ты вольна выбирать себе жизненный путь. Я же хочу одного: чтобы ты была счастлива. И буду рад, если ты обретёшь счастье».
Ольга выбрала Чернышевского. Такое величие духа не оценить трудно.

«Смотри на жену, как смотрел на невесту, знай, что она каждую минуту имеет право сказать: «Я недовольна тобою, прочь от меня»; смотри на неё так, и она через девять лет после твоей свадьбы будет внушать тебе такое же поэтическое чувство, как невеста, нет, более поэтическое, более идеальное в хорошем смысле слова», — писал Чернышевский в романе «Что делать?».

Вскоре после свадьбы молодые переехали из Саратова в Санкт-Петербург. Высочайшим приказом 24 января 1854 года Чернышевский был определён учителем в кадетский корпус. Там Чернышевский зарекомендовал себя прекрасным преподавателем, но после конфликта с офицером был вынужден подать в отставку.
Однажды на вокзале в Павловске Ольгу Сократовну покрыл грубой бранью некто Любецкий, ротмистр лейб-гвардии Улановского полка. Жена Чернышевского и её сестра были в ярких нарядах, и хам прокомментировал их туалеты отборнейшим матом. Писатель был в негодовании. Дуэль казалась неминуемой. Ротмистр стрелял явно лучше писателя. Чернышевский был вынужден подать в отставку.

Первые литературные произведения будущий автор романа «Что делать?» начал писать в конце 1840-х. Переехав в Cеверную столицу, Чернышевский публиковал небольшие статьи в «Санкт-Петербургских ведомостях» и «Отечественных записках».
Покончив с карьерой учителя, Чернышевский пришёл в «Современник» и уже в 1855-м стал фактически руководить журналом наряду с Некрасовым. Чернышевский был одним из первых критиков, раскрывших в творчестве Толстого так называемую «диалектику души».

10 мая 1855 года в Петербургском университете происходит защита диссертации Чернышевского «Эстетические отношения искусства к действительности». В ней он критикует теорию «искусство для искусства». Перед самой защитой (она проходила в форме диспута) диссертация попала в руки министра просвещения, который пришёл в ужас. Но отменить обсуждение диссертации не удалось: оно уже было официально объявлено. Учёную степень магистра Чернышевскому присудили лишь в 1858 году.

Истинный художник, по Чернышевскому, не только воссоздаёт и объясняет жизнь, но и оценивает её с позиций своего идеала. Долг писателя — подвергать критическому анализу всё, что мешает жизни быть прекрасной.
После защиты к Чернышевскому пришла известность. Передовая общественность того времени ему аплодировала. Тургенев же называл этот труд «гнусной мертвечиной» и «порождением злобной тупости и слепости».

В 1860 году в свет выходит главный философский труд Чернышевского — «Антропологический примат в философии». Определяя философию как «теорию решения самых общих вопросов науки», Николай Гаврилович, используя данные естественных наук, обосновывал положения о материальном единстве мира и объективном характере законов природы.

По Чернышевскому, главными факторами, формирующими нравственное сознание, являются «естественные потребности», а также «общественные привычки и обстоятельства». Удовлетворение потребностей, с его точки зрения, устранит препятствия расцвету личности и причины нравственных патологий, для этого нужно изменить сами условия жизни через революцию.

«То, что называют возвышенными чувствами, идеальными стремлениями, — всё это в общем ходе жизни совершенно ничтожно перед стремлением каждого к своей пользе, и в корне само состоит из того же стремления к пользе». (Чернышевский «Что делать?»)

Этические воззрения Чернышевского основаны на концепции «разумного эгоизма» (открытие французской философии).
Концепция «разумного эгоизма» в школе мне понравилась. Философ утверждает: индивидуум «поступает так, как приятней ему поступать, руководится расчётом, велящим отказываться от меньшей выгоды и меньшего удовольствия для получения большей выгоды, большего удовольствия», только тогда он достигает пользы. Личный интерес развитого человека побуждает его на акт благородного самопожертвования, дабы приблизить торжество выбранного идеала.

«То, что делается по расчёту, по чувству долга, по усилию воли, а не по влечению натуры, выходит безжизненно. Только убивать что-нибудь можно этим средством, как ты и делал над собою, а делать живое — нельзя». (Чернышевский «Что делать?»)

Отрицая существование свободы воли, Чернышевский признаёт действие закона причинности: «То явление, которое мы называем волею, является звеном в ряду явлений и фактов, соединённых причинной связью».
Просвещение должно служить тому, что люди научались выбирать новые и прогрессивные пути, то есть становиться «новыми людьми», идеалы которых — служение народу.

«Я хотел изобразить обыкновенных порядочных людей нового поколения, людей, которых я встречаю целые сотни. Я взял троих таких людей: Веру Павловну, Лопухова, Кирсанова. <…> Не покажи я фигуру Рахметова, большинство читателей сбилось бы с толку насчёт главных действующих лиц моего рассказа. Я держу пари, что до последних отделов этой главы Вера Павловна, Кирсанов, Лопухов казались большинству публики героями, лицами высшей натуры, пожалуй, даже лицами идеализированными, пожалуй, даже лицами невозможными в действительности по слишком высокому благородству. Нет, друзья мои, злые, дурные, жалкие друзья мои, это не так вам представлялось: не они стоят слишком высоко, а вы стоите слишком низко. <…> На той высоте, на которой они стоят, должны стоять, могут стоять все люди. Высшие натуры, за которыми не угнаться мне и вам, жалкие друзья мои, высшие натуры не таковы. Я вам показал лёгкий абрис профиля одной из них: не те черты вы видите». (Чернышевский роман «Что делать?»)

Педагогический идеал для Чернышевского — это всесторонне развитая личность, готовая к саморазвитию и самопожертвованию ради общественного блага. Он отстаивал решительную, революционную переделку общества, для чего необходимо готовить сильных, умных, свободолюбивых людей.
Чернышевский не считал наследственным дурное поведение — это следствие плохого воспитания и бедности.

После оглашения Манифеста об отмене крепостного права, Николай Гаврилович выступает с целым рядом статей, критикующих реформу. Формально не являясь членом кружка «Земля и воля», Чернышевский тем не менее стал его идейным вдохновителем.

С сентября 1861 года писатель находился под тайным надзором полиции. Шеф жандармов дал такую характеристику Чернышевскому: «Подозревается в составлении воззвания „Великорусс“, в участии составления прочих воззваний и в постоянном возбуждении враждебных чувств к правительству».

Учёные до сегодняшнего дня не пришли к единому выводу о том, был ли Чернышевский действительно автором этого революционного воззвания. Ясно одно – таких доказательств не было и у властей, поэтому им пришлось осудить обвиняемого на основании ложных показаний и сфальсифицированных документов.

Подозревался Чернышевский и в причастности к пожарам 1862 года в Петербурге. В служебной документации и переписке между жандармерией и тайной полицией он назывался «врагом Российской Империи номер один».

«… с моею пламенною любовью к добру не можно не быть «мрачным чудовищем». (Чернышевский «Что делать?»)

В мае 1862 года «Современник» закрыли на восемь месяцев «за вредное направление», а вскоре под арест попал сам Чернышевский. 12 июня 1862 года Николай Гаврилович был арестован по обвинению в составлении прокламации «Барским крестьянам от их доброжелателей поклон» и помещён в одиночную камеру Алексеевского равелина Петропавловской крепости.
Чернышевского обвинили в связях с революционной эмиграцией. Поводом для ареста послужило перехваченное полицией письмо Герцена, в котором упоминалось имя Чернышевского в связи с предложением издавать запрещённый «Современник» в Лондоне.

«Я принимаю правило: против воли человека не следует делать ничего для него; свобода выше всего, даже и жизни». (Чернышевский «Что делать?»)

Следствие по делу «врага Российской Империи номер один» продолжалось около полутора лет. Всего за 678 суток ареста Чернышевский написал текстовых материалов в объёме не менее 200 авторских листов.

Роман «Что делать?» Чернышевский создавал с 14 декабря 1862 года по 4 апреля 1863 года, находясь в одиночной камере Алексеевского равелина Петропавловской крепости. Ему было 34 года!

Н.Г.Чернышевский оказался среди числа писателей, создавших своё литературное произведение в тюрьме, также как Мигель Сервантес, Фёдор Достоевский и другие.
Я пытался выяснить у современных писателей, влияет ли как-то факт тюремного заключения на формирование настоящего писателя и создание гениального произведения?

С января 1863 года рукопись частями передаётся в следственную комиссию по делу Чернышевского (последняя часть была передана 6 апреля). Комиссия, а вслед за ней и цензоры увидели в романе лишь любовную линию и дали разрешение к печати.
Произведение чудом пропустила цензура, приняв историю о «новых людях» за обычную семейную драму. Оплошность вскоре была замечена, ответственного цензора Бекетова отстранили от должности. Однако роман уже был опубликован в журнале «Современник» (1863, № 3-5).

Начинается роман словами: «Посвящается моему другу О. С. Ч.». Это инициалы Ольги Сократовны Чернышевской, жены писателя.
Несмотря на то, что номера «Современника», в которых печатался роман «Что делать?», оказались под запретом, а крамольные номера журнала были изъяты, текст романа в рукописных копиях разошёлся по стране и вызвал массу подражаний.

«Что делать?» вызвал как бурю восторгов, так и резкую критику со стороны современников. Николай Лесков писал: «О романе Чернышевского толковали не шёпотом, не тишком, — но во всю глотку в залах, на подъездах, за столом г-жи Мильбрет и в подвальной пивнице Штенбокова пассажа. Кричали: «гадость», «прелесть», «мерзость» и т.п. — всё на разные тоны».

Чернышевский на первых страницах романа признаётся в отсутствии высоких художественных достоинств произведения; для него это прежде всего возможность выразить свои мировоззренческие взгляды.
Роман ругали за отсутствие художественных достоинств и тяжеловесный стиль, но это не помешало ему стать одной из самых влиятельных книг в России XIX века.
При том что, по общему мнению, художественные достоинства романа не велики, он признаётся великим романом русской литературы.

Рассказ Достоевского «Крокодил. Необыкновенное событие, или Пассаж в Пассаже» (1865) был воспринят как язвительный памфлет на недавно осуждённого Чернышевского.

Уже в ХХ веке Владимир Набоков в своём романе «ДАР» (1937) весьма зло прошёлся по произведению Н.Г.Чернышевского «Что делать?» Он не считал это художественным творением. IV глава романа «Дар» воспринимается как памфлет, шарж, язвительная пародия-карикатура на жизнь революционера-демократа. «Удивительно, как всё горькое и героическое, что жизнь изготовляла для Чернышевского, непременно сопровождалось привкусом гнусного фарса»…

Книга успела произвести эффект разорвавшейся бомбы в общественной жизни России. В течение последующих 40 лет её распространяли в нелегальных рукописных копиях и читали в зарубежных изданиях. Впервые отдельной книгой роман «Что делать?» издали российские эмигранты в Швейцарии в 1867 году.

В феврале 1864 года за сочинение «возмутительного воззвания» и «злоумышление к ниспровержению существующего порядка» Чернышевский был приговорён к каторжным работам сроком на 14 лет без права возвращения из Сибири. И хотя император Александр II сократил каторгу до семи лет, в целом литературовед пробыл в тюрьме более двух десятилетий.

«Порядочные люди сами думают о себе всё то, что можно сказать в осуждение им, потому-то, государь мой, они и порядочные люди». (Чернышевский «Что делать?»)

Перед ссылкой он подвергся гражданской казни, которая состоялась на Мытнинской площади в Петербурге. Повесив на грудь Чернышевского доску с надписью «Государственный преступник», его возвели по ступеням на эшафот. Писателя поставили на колени, палач сломал над его головой шпагу в знак лишения всех прав состояния.

Почему же общество отвергает гениальных писателей, которые пытаются сказать правду об обществе? Я спросил об этом доктора юридических наук, профессора, заведующего кафедрой уголовного права РГПУ Якова Ильича Гилинского.

20 мая 1864 года, на следующий день после гражданской казни, Чернышевский был отправлен на каторгу в Восточную Сибирь. Он был поселён на Кадаинском руднике Нерчинского горного округа, у далёкой монгольской границы. Жена и дети за ним не последовали. Чернышевский об этом и не просил.

«Всякий пусть охраняет свою независимость всеми силами от всякого, как бы ни любил его, как бы ни верил ему». («Что делать?»)

Когда в 1869 году кончился срок каторжных работ, его перевели в город Вилюйск и поселили … в помещении тюрьмы! У него не было книг, ему не давали бумаги для работы, по году и больше не получал он известий от близких ему людей, мучительная цинга и ревматизм увеличивали его страдания.

Долгими зимними ночами он что-то писал, под утро всё написанное сжигал. Когда его спросили, для чего он это делает, он ответил: «Если бы всё это время я ничего не писал, то я мог бы сойти с ума или всё перезабыть, а то, что я раз написал, этого уже не забуду».

В 1866 году жена навестила мужа в Якутии. При встрече он сказал ей: «Голубочка, не повторяй больше таких путешествий, не подвергай себя трудностям! Откажись от меня! Выйди замуж за другого!»
Ольга Сократовна рекомендации мужа не последовала. Во время 20-летней вынужденной разлуки с мужем она жила в Саратове. Свидетели утверждали: Чернышевская себе в удовольствиях не отказывала.

«В развитом человеке не следует быть <ревности>. Это искажённое чувство, это фальшивое чувство, это гнусное чувство…. Это следствие взгляда на человека, как на мою принадлежность, как на вещь». (Чернышевский «Что делать?»)

«Я не хочу ни властвовать, ни подчиняться, я не хочу ни обманывать, ни притворяться, я не хочу смотреть на мнение других, добиваться того, что рекомендуют мне другие, когда мне самой это не нужно». (Вера Павловна – Чернышевский «Что делать?»)

«Пока женщины не будут стараться о том, чтобы разойтись на много дорог, женщины не будут иметь самостоятельности». («Что делать?»)

«Но надобность доказывать себе, что в любимом человеке нет недостатков, уже ведёт к тому, что они скоро будут замечены». («Что делать?»)

Николай Чернышевский любил свою жену. Даже в ссылке он не прекращал думать, как порадовать её. Выкраивая крохи денег из своего скудного питания, он сумел сэкономить и купить ей замечательный лисий мех.

«Только тот любит, кто помогает любимой женщине возвышаться до независимости». («Что делать?»)

Чернышевский жене писал письма: «…Милая радость моя, благодарю Тебя за то, что озарена тобою жизнь моя. Много я сделал горя Тебе. Прости. Ты великодушная. Крепко, крепко обнимаю тебя и целую Твои ручки. В эти долгие годы не было, как и не будет никогда, ни одного часа, в который бы не давала бы мне силу мысль о Тебе. Прости человека, наделавшего много тяжелых страданий Тебе, но преданного Тебе безгранично, мой милый друг. Я совершенно здоров, по обыкновению. Заботься о своём здоровье – единственном, что дорого для меня на свете».

«Люди были, как животные. Они перестали быть животными, когда мужчина стал ценить в женщине красоту». (Чернышевский «Что делать?»)

В своих письмах он просил жену следить за своим здоровьем и гигиеной. Он писал, что половое воздержание противопоказано женщинам и отрицательно на них влияет. Ольга так и делала. Более того, она писала ему об этом: «А вот Иван Федорович ловко вёл свои дела, никому и в голову не приходило, что он мой любовник…».

«Отчего же на чужих-то жён зарятся? Оттого, что их в наряде видят, а свою в безобразии». «Умри, но не давай поцелуя без любви!» (Чернышевский «Что делать?»)

Ольга Сократовна воспитывала детей в уважении к отцу: «Главное – помнить, что вы сыновья самого честного из честнейших людей… Не марайте имени своего отца!» – говорила она Александру и Михаилу.

В 1871 году Г.А.Лопатин, и в 1875 году И.Н.Мышкин пытались освободить Чернышевского из ссылки. Лишь в 1889 году, после долгих 27 лет тюрьмы, каторги и ссылки, Чернышевский смог вернуться в родной Саратов. Но через год 29 (17) октября 1889 года он умер от кровоизлияния в мозг. Похоронен на Воскресенском кладбище в Саратове.

После погребения писателя Ольга Сократовна нашла его письмо из Петропавловской крепости. «Об одном только прошу тебя: будь спокойна и весела, не унывай, не тоскуй… Скажу тебе одно: наша с тобой жизнь принадлежит истории; пройдут сотни лет, а наши имена все ещё будут милы людям; и будут вспоминать о нас с благодарностью, когда уже забудут почти всех, кто жил в одно время с нами. Так надобно же не уронить себя со стороны бодрости характера перед людьми, которые будут изучать нашу жизнь».

Ольга Сократовна вдовствовала почти 30 лет. Скончалась в Саратове на 86-м году жизни 11 июля 1918 года. Она смогла увидеть воплощение большевиками революционных идей своего мужа.

«Публика!.. Ты охотница кланяться тем, которые пренебрегают тобою». (Чернышевский «Что делать?»)

«Что делать?» — философско-публицистический роман. Жанр – утопия, направление — социологический реализм.
Чернышевский использовал литературную форму романа для выражения своих политических взглядов и мыслей о справедливом социальном устройстве.
Книга стала настоящей памяткой русского революционера.
Революционер-анархист князь Пётр Кропоткин писал: «Для русской молодёжи того времени она [книга «Что делать?»] была своего рода откровением и превратилась в программу, сделалась своего рода знаменем».

С идеями Чернышевского, в частности с его мыслями о будущем человечества спорил Ф.М.Достоевский в «Записках из подполья». Образ «хрустального дворца» стал распространённым мотивом мировой литературы XX века.

Роман «Что делать?» был одной из самих близких Маяковскому книг. Лиля Брик вспоминала: «Он постоянно возвращался к ней. Жизнь, описанная в ней, перекликалась с нашей. Маяковский как бы советовался с Чернышевским о своих личных делах, находил в нём поддержку. «Что делать?» была последняя книга, которую он читал перед смертью».

«Истина — хорошая ведь: она вознаграждает недостатки писателя, который служит ей». («Что делать?»)

В СССР Чернышевский стал культовой фигурой истории революционной борьбы в связи с лестными отзывами В.И.Ленина: «Роман „Что делать?“ меня всего глубоко перепахал. Это вещь, которая даёт заряд на всю жизнь». «Его бесполезно читать, когда молоко на губах не обсохло».

Первоначально Чернышевский задумывал роман о новых людях «Что делать?» как ответ на книгу Тургенева «Отцы и дети», где тот изобразил человека новой формации – нигилиста Базарова. В противовес ему был создан совершенный герой того же склада ума – «особенный человек» Рахметов.

Со школы запомнилось, как Рахметов спал на доске с гвоздями. Он продал имение и вёл спартанский образ жизни, лишь бы помочь своему народу. В образе Рахметова и скрыт истинный смысл книги. Чернышевский создал пример для подражания, как воплощение ответа «что предпринять», «кем быть», «к чему стремиться».

Чернышевский затронул злободневные политические проблемы. Писатель не только критиковал современное ему общество, но и предлагал пути решения. Он призывал выводить людей из подземелья, где они заточены условностями и тираническим режимом.

В романе показаны новые любовные отношения и новые производственные отношения между людьми. Вера Павловна открывает швейную мастерскую «нового типа», где нет наёмных рабочих и хозяев, и все девушки одинаково заинтересованы в благополучии совместного предприятия (коммуна).

Центральным персонажем романа является Вера Павловна Розальская. В снах Веры Павловны раскрывается смысл бытия, как он виделся Чернышевскому.
Основные идеи Чернышевского, кроме гендерного равенства, не осуществились. Исторический опыт показал, что коммуна не прижилась, эгоизм оказался неразумным, а инстинкты взяли верх над очередной культурной утопией.

Кажется, что история повторяется, и мы всё ходим по кругу в поисках наиболее оптимальных решений.

Полагаю, и сейчас была бы не лишней книга наподобие романа «Что делать?»

Как и Чернышевский, я тоже начал писать свой первый роман в 33 года, оказавшись после катастрофы совсем один в больнице другого города. И я тоже использовал жанр романа для выражения своих мировоззренческих взглядов. В моём романе-исследовании «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» воплощены почти все приёмы социологического исследования.

Чернышевский писал для «проницательного читателя»:
«Наблюдайте, думайте, читайте тех, которые говорят вам о чистом наслаждении жизнью, о том, что человеку можно быть добрым и счастливым. Читайте их — их книги радуют сердце, наблюдайте жизнь — наблюдать ее интересно, думайте думать завлекательно. Только и всего. Жертв не требуется, лишений не спрашивается — их не нужно. Желайте быть счастливыми – только, только это желание нужно».

«Каждая прочтённая мною книга такова, что избавляет меня от надобности читать сотни книг». («Что делать?»)

«…всякая книга — плод страданий и раздумий автора, и она должна иметь для читателя ценность практическую. Поэтому писать нужно и можно лишь то, что самолично пережил и выстрадал. Причём если не уверен, что твои произведения будут читать через сто лет, не стоит и бумагу марать. Можно опубликовать тома, а на слуху останутся только строчки. Так что справедливо, когда настоящий талант оценивается после смерти. Купить посмертную славу невозможно. Только Вечность даёт истинную оценку».
(из моего романа-исследования «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё, что я хочу сказать людям, заключено в трёх главных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость

Для меня изучение истории и литературы всегда имело цель понимание современной ситуации. Работая над этой статьёй, я часто вопрошал: что же нам делать, Чернышевский, что делать?

А по Вашему мнению, как бы сегодня ответил Чернышевский на вопрос ЧТО ДЕЛАТЬ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература