4 апреля в день рождения режиссёра Андрея Тарковского мы пошли в Дом кино на премьеру фильма Николая Бурляева «Боже! Чувствую приближение Твоё». Фильм о духовной и религиозной жизни выдающегося режиссёра планеты. Основой для картины стали редкие интервью, кадры из культовых картин Тарковского и уникальные записи из его дневника. Зал был почти полон. В целом фильм мне понравился. А вот Андрею Арсеньевичу – не знаю.
Я с 14 лет увлекаюсь творчеством Андрея Тарковского (с тех пор, как впервые посмотрел «Солярис»), изучаю уже полвека. Я провёл интересные интервью до и после просмотра фильма Николая Бурляева. Приглашаю посмотреть об этом мой ролик.

«Видимо, должен существовать принцип никогда не совершать необратимых действий. Я понимаю, я ведь не маньяк. Но пока эта язва здесь открыта для всякой сволочи – ни сна, ни покоя. Или, может быть, СОКРОВЕННОЕ не позволит?» (из фильма «Сталкер»).

Прежде всего хочется поблагодарить Николая Петровича Бурляева за фильм об Андрее Тарковском. Достойно, что ученик создал фильм о своём учителе. Иногда, правда, казалось, что ученик затмевает учителя. Этот фильм в такой же степени о Тарковском, как и о Николая Бурляеве.

Думаю, что неподготовленный зритель, не знакомый с творчеством Андрея Тарковского, вряд ли поймёт фильм Бурляева. Слишком уж перемешаны звуки, кадры, музыка из разных фильмов Тарковского, и всё это дополняется хроникой. Спасибо за некоторые неизвестные фотографии и интервью Андрея Арсеньевича, которых я прежде не видел.

Во время просмотра я всё думал: что бы снимал, и снимал ли вообще, сейчас Андрей Арсеньевич, если был жив?

Очевидно, что фильм нужно смотреть на большом экране. Виды Завражья, Суздаля, Юрьевец, Волга зимой и летом — завораживают своей красотой.
Не хватает, на мой взгляд, интервью с людьми о фильмах Тарковского.
Несколько переборщили с компьютерной графикой. Андрей Тарковский стремился к простоте и даже аскетичности, равняясь на своего учителя Робера Брессона.

«Ему суждено было стать Андреем Первозванным русского и мирового кинематографа», — утверждает Николай Бурляев.

Действительно ли Тарковский всю жизнь снимал один фильм, посвящённый богоискательству? а его жизнь и творчество было поиском Бога?

По мнению Николая Петровича Бурляева, своими работами Андрей Арсеньевич исповедовался перед Господом и людьми.
«Я утверждал после «Андрея Рублёва», что Андрей Тарковский был верующим человеком, а доказать это я не мог, просто чувствовал. Мы с ним о вере не говорили, о Христе, о Боге – не было этого. И потом, когда Андрей Арсеньевич уже ушёл в мир иной, мне предложили прочитать его дневник. В нём я нашёл доказательство».

Идея картины – раскрыть духовную, религиозную суть творчества Тарковского.
«Этот фильм рождался и прорастал во мне 62 года: с 1961 года, когда я впервые увидел Андрея Арсеньевича. Мы жили, творили вместе. Я вёл дневник, потому что я понимал, что рядом со мной гений. Я всё записывал, все наши встречи. Сейчас это пригодилось».

Название фильму дала первая строчка личной молитвы Тарковского, которую Николай Бурляев случайно обнаружил в дневниках своего друга и учителя. Эти дневники и легли в основу фильма, который народный артист России считает на сегодняшний день своей лучшей работой.

Когда год назад я услышал об этом фильме, то стал искать в Интернете, и на мой запрос было много ссылок на фильм, где название фильма было с ошибкой: слово «твоё» написано с маленькой буквы, хотя в дневниковой записи от 10 февраля 1979 года Андрей написал, как и подобает, с большой буквы «Боже! Чувствую приближение Твоё».

Фильм можно назвать молитвой Андрея Тарковского, обращённой к Создателю. Картина рассказывает о духовной, религиозной сути творческого служения мастера, каждый фильм которого — исповедь перед Господом и людьми.
Идея создать фильм родилась у Николая Бурляева ещё когда он снимался у Андрей Тарковского в фильмах «Иваново детство» и «Андрей Рублёв».
«Мне было 14 лет, ему 28, когда меня первый раз к нему привели. Тогда я не мог это так оценивать, как сейчас, но я интуитивно понял: это особенный человек, я таких не видел. С тех пор я живу с ним каждый день. Я молюсь за него каждое утро. Он рядом как эталон, как посланец с небес. Он смог первым в советском и мировом кинематографе говорить о самом сокровенном. Он чувствовал Создателя интуитивно, хотя о Боге мы не говорили никогда».

«Мне иногда казалось, что Андрей находится в прямом контакте с небом, словно между Тарковским и Создателем существовал незримый мост», — рассказывает Николай Бурляев. — «Он был подключён к божественной энергии всю жизнь».

«О трагической судьбе Андрея Арсеньевича всё рассказано, я рассказал о его божественной душе. Это ключ к Тарковскому. Я вывожу песню души Тарковского. В чём его идея всей жизни? Жертвоприношение. У него это сквозь все фильмы», – говорит Николай Бурляев.

На прямом эфире в своей «Школе авторской кинорежиссуры» 31 марта 2023 года Николай Петрович Бурляев сказал: «Фильм настолько соответствует творческой манере Тарковского, что многие посмотревшие фильм полагали, что это фильм самого Тарковского, утаённый от нас».

Картина снималась в местах, связанных с детством и юностью Тарковского: в волжском селе Завражье (Костромской области), где родился Андрей, в городе Юрьевец (Ивановской области), где он жил во время войны. А также в местах, где снимался фильм «Андрей Рублёв», в частности, в городе Суздаль (Владимирской области).

В новостях неверно пишут: «Боже, чувствую приближение твоё», — таковы строки последней дневниковой записи великого русского кинорежиссёра Андрея Тарковского».
На самом деле эта запись сделана 10 февраля 1979 года.
«Боже! Чувствую приближение Твоё. Чувствую руку Твою на затылке моём. Потому что хочу видеть Твой мир, каким Ты его создал, и людей Твоих, какими Ты стараешься сделать их. Люблю Тебя, Господи, и ничего не хочу от Тебя больше. Принимаю всё Твоё, и только тяжесть злобы моей, грехов моих, темнота низменной души моей не дают мне быть достойным рабом Твоим, Господи! Помоги, Господи, и прости!
Образ – это впечатление от Истины, на которую Господь позволяет взглянуть нам своими слепыми глазами».
«Великое счастье – ощущать присутствие Господа».

Некоторые считают, что Андрей Тарковский безусловно гениальный режиссёр. Другие полагают, что гениальность Тарковского несколько преувеличена.
Гугл выдаёт: «Самый перехваленный», «самый недооценённый», «воплощение русской духовности», «мастер пафоса, снобизма и звенящей пустоты», «интеллектуал с „холодным носом“», «творец, пишущий собственной кровью». Всё это суждения об одном человеке — кинорежиссёре Андрее Тарковском 4 марта 2020 года.

Андрей Тарковский уже при жизни стал легендой: его талантом и неповторимым стилем восхищались классики мирового кинематографа: Микеланджело Антониони, Ингмар Бергман, Федерико Феллини и другие.
«Все хорошие режиссёры планеты во всех странах считают Андрея Тарковского номер 1, — утверждает Николай Бурляев. — Тарковский учился на фильмах Бергмана. Но когда Бергман увидел его фильмы, он написал так: «Когда я увидел фильмы этого молодого русского режиссёра, я понял, что он имеет ключи от той тайной комнаты, куда я бы хотел попасть, но я не могу попасть, а он себя чувствует там как дома».

«Безусловно, искусство Тарковского не для всех, оно завораживает только тех людей, у кого есть то, чем завораживаться», – уверена заслуженная артистка РСФСР Наталья Бондарчук. – «Режиссёр поднимает вечные темы, размышляет зачем мы на Земле… Он понимал, что мы не венцы Вселенной».

Тарковский считал, что «насущное предназначение человека в том, чтобы благодаря поиску духовности познавать истину».
«Под духовностью я имею ввиду прежде всего интерес человека к тому, что называется смыслом жизни. По крайней мере это первый шаг что ли. Человек, который задаёт себе этот вопрос, он уже не может опуститься ниже этого уровня, он уже будет развиваться. Он задаст себе этот вопрос «для чего мы живём?», «откуда и куда мы идём?», «каков смысл вот этого присутствия на этой планете в течение почти восьмидесяти лет?» Говоря элементарным языком: человек, который не задаёт себе этого вопроса или ещё не задал этого вопроса, является личностью бездуховной. И искусство, и художник, которого не занимает эта проблема, не является художником, потому что он не является реалистом. Потому что он отсекает одну из самых важных проблем человека, которые делают человека человеком. И когда мы начинаем заниматься этими проблемами, тогда возникает то, что мы называем истинным искусством».

«Задача искусства заключается для меня в том, чтобы выразить идею абсолютной свободы духовных возможностей человека. По моему мнению, искусство всегда было оружием в борьбе человека против материи, угрожавшей поглотить его дух», – писал Андрей Тарковский.
«Смысл человеческого существования, возможно, состоит именно в создании произведений искусства, в художественном акте, бесцельном и бескорыстном. Возможно, в нём как раз проявляется то, что мы созданы по подобию Бога».

В книге «Запечатлённое время» Тарковский пишет: «Человек интересен мне своей готовностью служения высшему, а то и неспособностью воспринять обыденную и обывательскую жизненную «мораль». Мне интересен человек, который осознаёт, что смысл существования в первую очередь в борьбе со злом, которое внутри нас, чтобы в течение жизни подняться хоть на ступенечку выше в духовном смысле. Ибо пути духовного совершенствования противостоит, увы, единственная альтернатива – путь духовной деградации, к которой обыденное существование и процесс приспособляемости к этой жизни так располагает!..»

«По-моему, смысл жизни заключается в том, чтобы возвысить свой духовный уровень за то время, которое нам даётся прожить».

«Мне кажется, драматизм нашего времени заключается в том, что мы находимся в разрыве, в конфликте между духовным и материальным. В этом и есть причина, которая привела к нынешнему положению в нашей цивилизации – драматическому и, я бы сказал, трагическому положению…»

Фильм Николая Бурляева наполнен пиететом к своему учителю. И это понятно. Но я бы не стал идеализировать Андрея Арсеньевича, который в своих дневниках откровенно признаётся в грехах и моральном несовершенстве.
«Я знаю, что далёк от совершенства, даже более того, что я погряз в грехах и несовершенстве, я не знаю, как бороться со своим ничтожеством».
«В этой жизни всё ужасно, кроме принадлежащей нам свободы воли. Когда мы соединимся с Богом, тогда мы уже не сможем ею воспользоваться, она будет у нас отнята…»
«Только время покажет, смог ли я стать медиумом между универсумом и людьми».

В своём дневнике «Мартиролог» в 1982 году Тарковский пишет: «Важнейшее и наитруднейшее – верить, ибо только верующий переживает осуществление (реализацию). Но искренне верить – необычайно трудно. Нет ничего труднее, нежели страстно, искренне и тихо верить наедине с самим собой».

«Я думаю, что верующий – прежде всего тот, кто готов принести себя в жертву», – говорил Андрей. Человек, не способный к самопожертвованию, для Тарковского неподлинный человек.
Суть «веры Тарковского» – возможность духовного преображения при прорыве в «неизвестность самого себя».

Тарковский говорил, что в его фильмах заложено много смыслов, которые могут быть интерпретированы по-разному, и делал он это намеренно.
«Фильм и делается специально таким образом, чтобы быть истолкованным по-разному», — говорил Тарковский о «Жертвоприношении». — «Я хотел показать, что человек может восстановить свои связи с жизнью посредством обновления тех оснований, на которых зиждется его душа… Жертвоприношение — это то, что каждое поколение должно совершить по отношению к своим детям: принести себя в жертву».

Николай Болдырев в книге «Жертвоприношение Андрея Тарковского» пишет:
«Настоящий художник, по Тарковскому, хотя бы немного, но преобразует себя в художественном акте, и вот тогда-то произведение и становится способным изменить что-то в другом. Книга или фильм, ничего в нас не меняющие, пустотны».
«Смысл жизни для нас – в возвратном обожении мира, в поднятии его, насколько позволяют силы, из низин опошленности, в восстановлении Творения в его изначальном статусе».

Мессианская идея спасения мира усилиями одного человека – вот суть философии режиссёра Андрея Тарковского во всех его фильмах.

Я вырос на фильмах Тарковского: они очень сильно повлияли на меня и в личностном плане, и в творческом. Благодаря фильмам Тарковского, я научился слушать и слышать природу, понимать её, приобщился к мудрости её извечной.
Когда впервые в четырнадцать лет посмотрел фильм Андрея Тарковского «Солярис», я был потрясён и три дня ходил под впечатлением, которого до сих пор не могу забыть. После этого фильма я поверил в любовь!

С Андреем Тарковским я виделся лишь раз – во время выступления режиссёра в актовом зале Ленинградского университета 12 декабря 1981 года. Накануне, 11 декабря 1981 года Тарковский делает запись в своём дневнике: «… Россия возвестит миру весть, которая превзойдёт величием всё до сих пор бывшее».

Когда я приехал в Университет, в актовый зал уже перестали пускать, поскольку он был переполнен. Тогда мы стали скандировать «Тарковский, Тарковский, Тарковский!..» Меня как зачинщика хотели схватить, но Андрей распорядился пустить нас в зал. Благодаря этому мне удалось задать заранее подготовленный вопрос, который долго обсуждали с друзьями: «Тарковский – православный экзистенциалист?»

Андрей ответил достаточно резко, словно защищаясь, кинув упрёк в зал, где сидели профессора и студенты, что, мол, вы понятия не имеете о православии и экзистенциализме.
«Для меня кино – занятие нравственное, а не профессиональное», – говорил Андрей Тарковский. – «Задача искусства заключается для меня в том, чтобы выразить идею абсолютной свободы духовных возможностей человека. По моему мнению, искусство всегда было оружием в борьбе человека против материи, угрожавшей поглотить его дух…»
«Для меня нет никакого сомнения, в том, что искусство – это ДОЛГ». «Искусство — это молитва; этим всё сказано».

Когда в 2002 году сценарист Тонино Гуэрро приехал в Петербург и выступал в актовом зале Ленинградского университета (где в декабре 1981 года выступал Андрей Тарковский), я подарил Тонино свой роман-исследование «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак».
Андрей Тарковский – был чужой странный непонятный необыкновенный чужак. В своём дневнике («Мартиролог») Андрей признавался: «Если уж я жил бессмысленно, то пусть хотя бы смерть моя будет не напрасна. Я всё-таки люблю человечество, и чтобы сделать людей счастливыми готов принести себя в жертву, дабы доказать бытие Божие! Послужить человечеству, принести себя в жертву Богу — вот чего хочу я!»

10 февраля 1979 года Тарковский запишет в своём дневнике:
«Роднит ли Т.Манна с Достоевским что-либо? Безбожие? Может быть… Только оно у них разное. Манн слишком «много понимает» о Боге, а Достоевский хочет, но не может верить в Бога, — орган атрофировался». (с.197 Мартиролог. Дневники 1970-1986.)

В своей книге «Художественная философия Андрея Тарковского» И.И. Евлампиев пишет:
«Сам Бог в художественном мире Тарковского «конструируется» как итог жертвенных усилий человека, как своего рода центр спасённого и преображённого бытия – спасённого и преображённого в результате нескончаемых жертвенных деяний множества людей, соединившихся друг с другом в своём стремлении к совершенству».
«Обращение к Богу, по сути, оказывается обращением к тем неведомым, загадочным силам, которые содержатся в человеке, точнее, к тем силам, которые заложены в самом бытии, но могут быть раскрепощены, направлены на преображение всего мира только с помощью совместного усилия всех людей».
«Вера, по Тарковскому, это вовсе не ожидание помощи от какой-то внешней «инстанции» и не просто надежда на благое будущее, – это ощущение в себе и самом бытии, частью и центром которого является человек, указанных «божественных» сил; вера – это способность сделать эти силы реальными и действенными в мире».

В книге «Запечатлённое время» Тарковский пишет о фильме «Сталкер»:
«В этом фильме я впервые решился средствами кино заговорить о самом для себя главном и сокровенном, прямо и непосредственно, безо всяких уловок…»
«Да, мои фильмы трудны для восприятия, – признаёт Тарковский, – но я не пойду ни на малейшие компромиссы с толпой, дабы сделать их более доступными или «интересными», я не сделаю и полшага к тому, чтобы быть понятным зрителю».

10 марта 2017 года меня пригласили на Студию документальных фильмов посмотреть заново отреставрированный фильм Андрея Тарковского «Сталкер». К моему удивлению, зал на 300 мест был битком. Пришлось даже поставить дополнительно стулья, чтобы усадить всех желающих, приехавших даже из Москвы и окрестностей. Мне было крайне интересно, почему молодежь ломится на фильм, которому исполнилось 40 лет.

О работе над фильмом «Зеркало» Андрей Тарковский пишет:
«Приступая к работе над «Зеркалом», я всё чаще и чаще стал думать о том, что фильм, если ты серьёзно относишься к своему делу, это не просто следующая работа, а поступок, из которых складывается твоя судьба. В этом фильме я впервые решился средствами кино заговорить о самом для себя главном и сокровенном, прямо и непосредственно, безо всяких уловок…»

«“Зеркало” религиозно. И, конечно, не понятно массе, привыкшей к киношке и не умеющей читать книг, слушать музыку, глядеть живопись… Никаким массам искусства и не надо, а нужно совсем другое – развлечение, отдыхательное зрелище на фоне нравоучительного “сюжета”… Моё дело заниматься тем, что Бог дал, несмотря на ругань. Я не думаю о себе слишком восторженно – просто надо нести свой крест… Жертва – единственная форма существования личности».

«Не для счастья рождается человек, а для страданий, — говорил Андрей, — чтобы испить свою чашу и не сломаться, выстоять, превозмочь…» Прав моногострадальный Иов: «…Человек рождается на страдание, как искры, чтобы устремляться вверх… Вернее сказать, смысл человеческого существования заключён в страдании, без которого невозможно устремиться вверх…»

В конце жизни Андрей Арсеньевич сомневался в правильности своего профессионального выбора. Измотанный борьбой с киношным начальством, Андрей завидовал писателям, которые могли заниматься творчеством независимо ни от кого. Именно писатель в фильме «Сталкер» стал его «альтер эго», выразителем всех дум и сомнений.

Накануне смерти Тарковский запишет: «Чем старше я становлюсь, тем таинственнее для меня человек. Он словно ускользает от моих наблюдений. Это значит, моя система оценок рухнула, и я теряю способность судить о нём».

«Дайте мне камеру, и я переверну мир»! – восклицал молодой Андрей Тарковский.
В поздние годы жизни, устав от тягот кинопроизводства, он мечтал о портативной видеокамере, с помощью которой он мог бы сам снимать и монтировать свои фильмы.

В 9 классе нам задали написать домашнее сочинение «какую профессию вы хотели бы выбрать?». Почему-то я написал, что хочу стать телеоператором, хотя к этому вовсе не стремился и считал для себя невозможным. Я любил историю, увлекался фотографией, учился в музыкальной школе, играл в драмкружке, хотел поступать в ГИТИС…

Недавно я приобрёл полупрофессиональную видеокамеру, о которой, наверное, мог мечтать Тарковский. И вот теперь я делаю то, о чём мечтал в 9 классе: снимаю видео, сам монтирую и озвучиваю. Синтезируя изображение, музыку и стих, всегда с благодарностью вспоминаю Андрея.

Во Владимире, где снимался «Андрей Рублёв» я поговорил с людьми, в том числе и с молодыми, об Андрее Тарковском.

«Самое великое дело в жизни – знать Бога по личному опыту», — говорил Андрей Тарковский. — «Просто невозможно представить себе творение без Творца. Смысл искусства в поиске Бога в человеке, поиске пути для человека. Я совершенно не приемлю современное искусство оттого, что оно бездуховно… Истинная поэзия свойственна людям религиозным. Безбожник не может быть поэтом…

Боже! Чувствую приближение Твоё.
Чувствую руку Твою на затылке моём.
Потому что хочу видеть Твой мир,
каким Ты его создал, и людей Твоих,
какими Ты стараешься сделать их.
Люблю Тебя, Господи,
и ничего не хочу от Тебя больше.
Принимаю всё Твоё,
и только тяжесть злобы моей,
грехов моих, темнота низменной души моей
не дают мне быть достойным рабом Твоим, Господи!
Помоги, Господи, и прости!

Я соткан из противоречий.
Мной правит Бог иль Сатана?
Мечусь в толпе и жду Предтечи
Спросить, зачем мне жизнь дана.
Жесток и добр, я все вмещаю:
Заботу, ненависть, любовь.
Всего себя отдать желаю,
Но лгу и зло творю я вновь.
И не ищу уж оправданий,
Но страстно жажду осознать,
Как убежать мне от мечтаний,
Чтоб твердо вновь на землю встать.
Стремлюсь к добру, но зло творю я, —
Никто не может то понять.
Себе я лгу напропалую,
Желая искренним лишь стать.
Кто сможет в ложь мою поверить,
Тот сможет искренность понять.
Мне ни к чему себе не верить —
Всяк должен сам себя принять.
Но кто поймет мои терзанья,
Тоску мятущейся души,
Кто примет нас без покаянья,
Лишь веря — помыслы чисты.
Кто сможет правду в лжи увидеть
И одиночество принять,
Тот лжи не сможет не поверить,
Позволив правду мне сказать.
Кто чистоту в грязи увидит,
Кто искренность во лжи узрит,
Тот слову каждому поверит
И, боль приняв, меня простит.
Душа одеждами сокрыта,
Защитой ото всех и вся,
Но страстно жаждет быть открыта
К любви, любовью и любя!..
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

В своём творчестве я причисляю себя к незримой «церкви Тарковского».
Я не сравниваю себя с Тарковским – но равняюсь на него!
В 2019 году мы поехали в Париж, где я снял фильм о смысле жизни, о смерти, о любви, и посвятил его Андрею Тарковскому.

P.S. Всем любителям русской культуры и творчества Андрея Тарковского рекомендую посмотреть новый фильм Николая Бурляева «Боже! Чувствую приближение Твоё».

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А Вы согласны, что ТАРКОВСКИЙ СОЗДАТЕЛЬ СОКРОВЕННОГО?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

4 апреля 1932 года родился Андрей Тарковский – великий режиссёр советского и мирового кино. С ностальгией вспоминаю времена, когда каждый фильм Тарковского был культурным событием мирового масштаба. В своих трёх последних фильмах («Сталкер», «Ностальгия», «Жертвоприношение») режиссёр поднимал тему последних дней человечества.
«Раньше будущее было лишь продолжением настоящего, а все перемены маячили где-то там, за горизонтами. А теперь будущее слилось с настоящим…», – говорит писатель в фильме «Сталкер».
Вирус, о котором рассуждали герои в фильме, стал пандемией!
События в Италии заставили меня вспомнить фильм Андрея Тарковского «Ностальгия», о русских в Италии. Герой фильма Доминико «самоизолировался» с семьёй на целых семь лет, в результате карабинерам пришлось высвобождать его от «самоизоляции».
31 января в Петербурге в Русской христианской гуманитарной академии на семинаре «Русская мысль» обсуждали доклад кандидата исторических наук, доцента Русской христианской гуманитарной академии Александра Александровича Синицына – «Солженицын vs Тарковский: к дискуссии о русском Логосе, модернизации истории и принципах художественного изображения прошлого».

Я давно изучаю творчество Андрея Тарковского (написал немало статей о нём, снял несколько видеофильмов). Считаю Тарковского своим учителем (заочно). С ним мы виделись лишь раз – во время выступления режиссёра в актовом зале Ленинградского университета 12 декабря 1981 года. Накануне 11 декабря 1981 Тарковский делает запись в своём дневнике: «… Россия возвестит миру весть, которая превзойдёт величием всё до сих пор бывшее».

Когда я приехал в Университет, в зал уже перестали пускать, поскольку он был переполнен. Тогда мы стали скандировать «Тарковский, Тарковский, Тарковский!..» Меня как зачинщика хотели схватить, но Тарковский распорядился пустить нас в зал. Благодаря этому мне удалось задать свой заранее подготовленный вопрос, который мы долго обсуждали с друзьями: «Тарковский – это православный экзистенциалист?»

«Для меня кино – занятие нравственное, а не профессиональное», – говорил Андрей Тарковский. – «Задача искусства заключается для меня в том, чтобы выразить идею абсолютной свободы духовных возможностей человека. По моему мнению, искусство всегда было оружием в борьбе человека против материи, угрожавшей поглотить его дух…»

Когда в 2002 году сценарист Тонино Гуэрро приехал в Петербург и выступал в актовом зале Ленинградского университета (где в декабре 1981 года выступал Андрей Тарковский), я подарил Тонино свой роман-исследование «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак».
Тонино Гуэрро вместе с Андреем Тарковским написал сценарий фильма «Ностальгия» и вместе они сняли документальный фильм «Время путешествий» («Tempo di viaggio»). Это своего рода видео-дневник, отразивший мысли и чувства режиссёра, обращённые к Италии и итальянской культуре.

В фильме «Время путешествий» Андрей Тарковский размышляет вслух:
«Сейчас все снимают кино. Не трудно научиться склеивать плёнку, снимать кино. Снимают все кому не лень. Главное что бы я посоветовал молодым режиссёрам – научиться не отделять свою работу, свой фильм, кино от жизни, которой он живёт. Чтобы он не делал разницы между фильмом, как своей работой, и собственными поступками. Потому что режиссёр это такой же художник, как и живописец, поэт, музыкант. И поскольку от него требуется отдавать всего себя целиком, то довольно странно бывает наблюдать режиссёров, которые относятся к своей работе как к какому-то особому положению, в которое поставила их судьба, просто эксплуатируя свою профессию. То есть они живут одним способом, а картины снимают совершенно о другом. Я бы хотел сказать молодым режиссёрам, что они должны отвечать морально, нравственно за те поступки, которые они совершают своими фильмами. Это самое главное. И чтобы они приготовили себя к мысли, что кино очень тяжёлое, серьёзное искусство. Оно требует в жертву тебя. И ты должен принадлежать ему, а не оно должно принадлежать тебе. Кино использует тебя в жизни, а не наоборот. Нужно служить, отдавать себя в жертву искусству».

О двойственном отношении Тарковского к Италии можно судить по дневниковой записи от 25 мая 1983 года: «Очень плохой день. Тяжёлые мысли. Я пропал. В России жить не могу, но и здесь не могу тоже». Однако запись, сделанная на следующий день, начинается с сообщения о том, что режиссёр готовится купить дом в Италии!
10 июля 1984 года на пресс-конференции в Милане режиссер Андрей Тарковский заявил, что остаётся на Западе.

В фильме «Ностальгия» главный герой русский писатель Андрей Горчаков приезжает в Италию, чтобы собрать материал для книги о русском музыканте Сосновском, у которого, кстати, был реальный прототип – крепостной графа Шереметева музыкант Березовский, живший в XIX веке. Хозяин послал его учиться в Миланскую консерваторию. Став академиком, Березовский вернулся в Россию, но не смог выкупиться, спился и покончил жизнь самоубийством.

Любимый герой Тарковского всегда человек странный, непонятный необыкновенный, чужак. В фильме «Ностальгия» это местный юродивый Доменико, который хочет спасти мир от катастрофы. Доменико – математик, бывший преподаватель. Сначала он, словно Ной, решает спасти свою семью, и семь лет держит родных взаперти, пытаясь оградить их от гибнущего мира. Но позже он понимает, что спасать нужно не только семью, но и весь мир.

От какой же катастрофы надо спасти мир?

«Нужно чтобы наш мозг, загаженный цивилизацией, школьной рутиной, страховкой, снова отозвался на гудение насекомых. Надо, чтобы наши глаза, уши, все мы напитались тем, что лежит у истоков великой мечты. Кто-то должен воскликнуть, что мы построим пирамиды. Не важно, если потом мы их не построим…Если вы хотите, чтобы жизнь не пресеклась, мы должны смешаться между собой, так называемые здоровые и так называемые больные…только так называемые здоровые люди довели мир до грани катастрофы».

Но хочет ли мир спасения?
В одном из эпизодов фильма Андрей рассказывает притчу. Один человек спас другого из глубокой лужи. И когда оба лежали на земле, спасённый человек спросил: «Зачем ты меня вытащил?» «Как, я же тебя спас». «Дурак, я ведь там живу!»

Первый фильм Тарковского, который я посмотрел в 1974 году, был «Солярис». Я три дня ходил под впечатлением! Благодаря Андрею я открыл для себя новый мир – реальность нереального. Я научился слушать и слышать природу, приобщился к мудрости её извечной.
Мне очень близка мысль, что планета (Солярис) – это живое существо, причём мыслящее. Хотя сама идея «мыслящей планеты» принадлежит не Станиславу Лему. О такой планете творящего разума ранее написал другой писатель-фантаст.

Мыслящий океан Соляриса, способный создавать матрицы людей, можно назвать богом. Солярис становится для Криса испытанием его совести. «А может быть, мы вообще здесь для того, чтобы впервые ощутить людей как повод для любви?!» – понимает Крис Кельвин после всех испытаний.

«Солярис» – фильм об испытании совести человека, испытании любовью. Когда Хари прорывается сквозь металлическую дверь к своему возлюбленному, вряд ли кого-то это может не потрясти!
Профессор Гибарян не выдерживает испытания и кончает жизнь самоубийством.
Профессор Снаут, похоже, не верит в совесть, и пытается не думать о ней.
Профессор Сарториус напоминает Фауста, он ищет совесть в органике человека, не найдя, отрицает её существование.
И только Крис Кельвин выдерживает испытание, которое посылает ему океан Соляриса в образе возлюбленной Хари.
Хари – незасыпающая совесть. Благодаря Хари Крис понимает, что любовь важнее науки, любовь превыше всего.

О фильме «Солярис» Тарковский сказал так:
«Я хотел бы доказать своей картиной, что проблема нравственной стойкости, нравственной чистоты пронизывает всё наше существование, проявляясь даже в таких областях, которые на первый взгляд не связаны с моралью, например, проникновение в космос, изучение объективного мира и т.д.»
«Не познавший опыта любви потерпел самое сокрушительное поражение на этой Земле».

Андрей Тарковский изменил моё мировосприятие. Он научил меня видеть, а не только смотреть, научил слушать и различать, не только думать, но и сопереживать.

«Дайте мне камеру, и я переверну мир»! – восклицал молодой Андрей Тарковский. В поздние годы жизни, устав от тягот кинопроизводства, он мечтал о портативной видеокамере, с помощью которой он мог бы сам снимать и монтировать свои фильмы.

В 9 классе нам задали написать домашнее сочинение, какую профессию вы хотели бы выбрать. Почему-то я написал, что хочу стать телеоператором, хотя к этому вовсе не стремился и считал для себя невозможным. Я любил историю, увлекался фотографией, учился в музыкальной школе, играл в драмкружке, хотел поступать в ГИТИС.
И вот теперь я делаю то, о чём мечтал в 9 классе: снимаю видео, сам монтирую и озвучиваю. Синтезируя изображение, музыку и стих, всегда с благодарностью вспоминаю Андрея Тарковского.

В своём творчестве я причисляю себя к незримой «церкви Тарковского». Цель жизни для меня — творить! Лишь творчество моё спасенье. Себя тем в жертву приношу. Без веры нет мне откровенья. Пока я верю — я живу!

Я себя не сравниваю с Тарковским – я равняюсь на него!
Во время недавней поездки в Париж, я решил сделать фильм о смысле жизни и посвятить его Андрею Тарковскому, который немало размышлял о смысле человеческой жизни.
«По-моему, смысл жизни заключается в том, чтобы возвысить свой духовный уровень за то время, которое нам даётся прожить», – говорил Андрей.
Мы посетили могилу А.Тарковского на русском кладбище в Сент-Женевье-де-Буа, побывали на улице, где в доме 10 десять жил последние годы Тарковский (сейчас на доме мемориальная доска).

Андрей Тарковский – был чужой странный непонятный необыкновенный чужак. В своём дневнике («Мартиролог») Андрей признаётся: «Если уж я жил бессмысленно, то пусть хотя бы смерть моя будет не напрасна. Я всё-таки люблю человечество, и чтобы сделать людей счастливыми готов принести себя в жертву, дабы доказать бытие Божие! Послужить человечеству, принести себя в жертву Богу — вот чего хочу я!»

Идея самопожертвования была у Тарковского одной из любимых и самых значимых. Мессианская идея спасения мира усилиями одного человека – вот суть философии режиссёра Андрея Тарковского во всех его фильмах.
Смысл фильма «Жертвоприношение» режиссёр объяснял так.
«Если мы не хотим жить как паразиты на теле общества, питаясь плодами демократии, если мы не хотим стать конформистами и идиотами потребления, – то мы должны от многого отказаться. И начать мы должны с самих себя. Мы охотно возлагаем вину на других, на общество, на друзей, только не на себя. …
Лишь когда знаешь, что готов пожертвовать собой, можно добиться воздействия на общий процесс жизни, по-другому не выйдет. Цена – это, как правило, наше материальное благосостояние. Нужно жить так, как говоришь, дабы принципы перестали быть болтовнёй и демагогией».

«Если им (людям Запада) сказать, что смысл человеческого существования в жертвенности во имя другого, то они, наверное, засмеются и не поверят – также они не поверят, если сказать им, что человек рождён совсем не для счастья и что есть вещи гораздо более важные, чем личный успех и личное меркантильное преуспевание. Никто, видно, не верит, что душа бессмертна!»

Я часто включаю запись «Жертвоприношения», чтобы пожить в атмосфере этого фильма. Фильм создаёт удивительную ауру, в которой отдыхаешь душой, и душой трудишься. Меня вдохновляют эти люди, их разговоры о духовном, о вечном, атмосфера места и времени, сама ситуация Апокалипсиса.

«Сейчас человечество может спасти только гений – не пророк, нет! – а гений, который сформулирует новый нравственный идеал. Но где он, этот Мессия?» (из книги Андрея Тарковского «Мартиролог»).

Николай Болдырев в книге «Жертвоприношение Андрея Тарковского» пишет:
«Настоящий художник, по Тарковскому, хотя бы немного, но преобразует себя в художественном акте, и вот тогда-то произведение и становится способным изменить что-то в другом. Книга или фильм, ничего в нас не меняющие, пустотны».
«Смысл жизни для нас – в возвратном обожении мира, в поднятии его, насколько позволяют силы, из низин опошленности, в восстановлении Творения в его изначальном статусе».

Суть «веры Тарковского» – возможность духовного преображения при прорыве в «неизвестность самого себя». «Я думаю, что верующий – прежде всего тот, кто готов принести себя в жертву», – говорил Андрей. Человек, не способный к самопожертвованию, для Тарковского неподлинный человек.

«Я верю в божественное предопределение», — признавался Андрей Тарковский. — «Вера – это единственное, что может спасти человека. Это моё глубочайшее убеждение».
«Мир не исчерпывается целиком материальной жизнью, а есть мир трансцендентный, который … ещё только предстоит открыть».

«Я твердо убеждён, что сегодня мы снова стоим вплотную к гибели цивилизации, ибо мы полностью игнорируем духовную сторону исторического процесса. Мы не хотим признаться, что наш непростительно-греховный и безнадёжный материализм принёс человечеству бесконечно большие несчастья…»

«Кроме художественного произведения, – писал Андрей Тарковский, – человечество не выдумало ничего бескорыстного, и смысл человеческого существования, возможно, состоит именно в создании произведений искусства, в художественно акте, бесцельном и бескорыстном. Возможно, в нём как раз проявляется то, что мы созданы по подобию Бога».

Автор нескольких книг о Тарковском доктор философских наук Игорь Иванович Евлампиев считает: «…современное человечество утратило подлинную веру, являющуюся не столько состоянием сознания, сколько реальным изменением нашего бытия». «Полагая, что только «открывает» законы мира, разум на деле накладывает на мир свойственные ему самому, удобные для него законы. … Даже Бог подчинён законам, которые устанавливает человеческий разум, и не в состоянии изменить или нарушить их».

Тарковский считал, что «насущное предназначение человека в том, чтобы благодаря поиску духовности познавать истину».
В книге «Запечатлённое время» Тарковский пишет: «Человек интересен мне своей готовностью служения высшему, а то и неспособностью воспринять обыденную и обывательскую жизненную «мораль». Мне интересен человек, который осознаёт, что смысл существования в первую очередь в борьбе со злом, которое внутри нас, чтобы в течение жизни подняться хоть на ступенечку выше в духовном смысле. Ибо пути духовного совершенствования противостоит, увы, единственная альтернатива – путь духовной деградации, к которой обыденное существование и процесс приспособляемости к этой жизни так располагает!..»

Помню, как посмотрел фильм «Зеркало» в клубе завода им. Калинина. После просмотра разговорился с одной девушкой, и в результате проводил её до дома.
«А вы никогда не думали, что растения чувствуют, познают, даже постигают? Это мы всё бегаем, суетимся, всё пошлости говорим. Это всё потому, что мы природе, что в нас, не верим». (из фильма «Зеркало»)

Земля – она живая, она чувствует, она мыслит. Леса — подобие кожи, реки — вены, облака — пот планеты. Весь мир — Единый Живой Организм. Всё связано между собой. Воды, камни, дерево, огонь костра — всё живое!

Человечество напоминает болезнь, доставляющую неудобство планете, с которой планета непременно справится. Если нам не хватит мудрости остановиться и перестать безоглядно брать, Гея сумеет избавиться от людей.

Люди слепы. Счастье в самоограничении! Не так уж много человеку необходимо. Все проблемы он выдумывает себе сам. Нужно лишь перестать желать, перестать потреблять сверх меры. Счастье в том, чтобы творить и отдавать!
Человечество погибнет, если не прекратит брать безмерно из кладовой природы.
Как вразумить людей, как остановить их самоубийство?!
Что я должен сделать?
Нужно сказать, нужно убедить собственным примером!
В конце концов, я готов пожертвовать собой, чтобы спасти человечество!
Люди! Остановитесь! Взгляните на то, что вы натворили! Земля устала от нас. Мы губим её. Одно неосторожное движение, и сила, открытая и сдерживаемая пока, уничтожит нас и всё живое на планете.
Господи, как же мне вразумить их, как объяснить самоубийственность выбранного пути? Их желание иметь всё больше убьёт их. Они приносят природу в жертву неутолимой жажде комфорта, они убивают ради развлечения, они рабы своих всёвозрастающих желаний; они никогда не прекратят воевать друг с другом, уничтожая всё на своём пути…
Я хочу спасти этот мир, спасти людей! Потому что люблю людей и этот мир! Но как, как спасти?
Люди, опомнитесь! Пощадите природу, не убивайте себя! Слейтесь в гармонии, и вам не потребуется роскошь и орудия убийства. Чтобы стать счастливыми, для этого не нужно много иметь, — достаточно любить! ЛЮБОВЬ ТВОРИТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ!»
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Любопытно, что фильм «Зеркало» обсуждался на худсовете вместе с фильмом Андрея Кончаловского «Романс о влюблённых». К фильму Кончаловского претензий не было – выдержанное патриотическое кино получило первую прокатную категорию.
Певец и композитор Александр Градский, посмотрев «Зеркало», сказал Кончаловскому: «Андрон, какую мы с тобой лажу сделали. Ты знаешь такого режиссёра – Тарковского? Представляешь, я сейчас видел его картину, она называется «Зеркало» – грандиозное кино! А мы с тобой сделали какую-то ерунду».
Андрей Кончаловский недавно заявил, что хочет снять фильм «Карантин по-русски», и просит присылать ему видеоматериалы с ответами на поставленные им вопросы.

Вот я и думаю: что лучше: прожить долгую жизнь мастером или рано умереть, сняв только семь гениальных фильмов?

Однажды на спиритическом сеансе Тарковский решил вызвать дух Бориса Пастернака. Дух явился и предсказал, что Тарковский снимет всего лишь семь фильмов. На вопрос режиссёра: «А почему так мало?», дух поэта ответил: «Зато каких!»
Действительно, все семь фильмов Тарковского можно считать шедеврами.

Андрей Тарковский для многих был чужой странный непонятный необыкновенный чужак, понимавший свою работу «как посредничество между универсумом и людьми». Его отличал надмирный, потусторонний взгляд пришельца.
«Он считал себя мессией, – пишет Людмила Бояджиева в книге «Андрей Тарковский: жизнь на кресте», – отдающим все духовные и творческие силы совершенствованию человечества. Но зритель, для которого он творил, зачастую был далёк от понимания его “проповедей”».

Помню, как впервые посмотрел фильм «Сталкер» в маленьком кинозале в Мурманске в декабре 1979 года. Я служил на подводной лодке Северного флота шифровальщиком, и, получив увольнительную в город, поехал смотреть новый фильм Тарковского. Зал был заполнен на четверть, до конца фильма досидели лишь несколько человек. Тогда я не всё понял в фильме, но почувствовал, что хочу посмотреть его ещё не один раз. И посмотрел более сотни раз!

«Если посчитать, сколько собрали денег фильмы Тарковского, в пересчёте на одну копию, я думаю, что каждый фильм Тарковского посмотрело больше людей, чем большинство блогбастеров», – полагает ассистент режиссёра на фильме «Сталкер» Евгений Цымбал. –
«98% мирового кинопроизводства исчезает, 5% остаётся в истории кино на том или ином уровне. А фильмы Тарковского, например, «Сталкер», прошло более тридцати лет, его как смотрели, так и смотрят, изучают во всех киношколах мира. И хотим мы того или не хотим, это классика».

Признаться, я фанат творчества Андрея Тарковского, и в особенности кинокартины «Сталкер». Этот фильм меня вдохновляет. Я смотрел его более сотни раз, и до сих пор не могу постичь магическую силу этого кинофильма. Что-то заставляет пересматривать вновь и вновь. И каждый раз спрашиваю себя: чем же мне нравится «Сталкер»?
При каждом новом просмотре открываю для себя что-то новое в музыке, в изображении, в звуках, в диалогах героев – какой-то новый смысл. Когда включаю видеозапись, меня охватывает мистический страх и мурашки пробегают по коже.
«Если смотреть это кино внимательно, то вы постоянно ощущаете присутствие чего-то высшего, какой-то высшей силы, какого-то иного разума, чего-то непостижимого», – считает Евгений Цымбал.

В фильме «Сталкер» мой любимый план – как Сталкер несёт свою дочку инвалида на плечах. Ну а из всех героев фильма мне, конечно, больше нравится Писатель. Слова его исповеди перед бездной я помню наизусть.

10 марта 2017 года меня пригласили на Студию документальных фильмов посмотреть заново отреставрированный фильм Андрея Тарковского «Сталкер». К моему удивлению, зал на 300 мест был битком. Пришлось даже поставить дополнительно стулья, чтобы усадить всех желающих, приехавших даже из Москвы и окрестностей. Мне было крайне интересно, почему молодежь ломится на фильм, которому скоро исполнится 40 лет.

В конце жизни Андрей Арсеньевич сомневался в правильности своего профессионального выбора. Измотанный борьбой с киношным начальством, Андрей завидовал писателям, которые могли заниматься творчеством независимо ни от кого. Именно писатель в фильме «Сталкер» явился выразителем всех дум и сомнений Тарковского.

«Душу вложишь, сердце вложишь, – сожрут и душу, и сердце! Мерзость вынешь из души, – жрут мерзость! Они же все поголовно грамотные. У них у всех сенсорное голодание. И все они клубятся вокруг: журналисты, редакторы, критики, бабы какие-то непрерывные… И все требуют: «давай, давай». Какой из меня, к чёрту, писатель, если я ненавижу писать; если для меня это мука, болезненное, постыдное занятие, что-то вроде выдавливания геморроя. Ведь я раньше думал, что от моих книг кто-то становится лучше. Да не нужен я никому! Я сдохну, и через два дня меня забудут и начнут жрать кого-нибудь другого. Ведь я думал переделать их, а переделали-то меня, по своему образу и подобию…»

«Но что же мне с собой поделать? Мне нужно всё иль ничего. Я не хочу себя подделать ни под кого, ни подо что. Да, я чужой себе и людям, Странный — вот имя для меня. Я не приемлю серых буден и лжи с названием “семья”. Пусть замерзаю средь бездушья, из слёз свою броню создав. В ней одиночества удушье, и задыхаюсь весь в слезах. Как мотылёк, я засыпаю на холоде и на ветру, и очень скоро, точно знаю, без понимания умру. И если где-то в одночасье вдруг вспыхнет огонёк любви, лечу к нему сквозь все ненастья, чтоб в пламени сгореть свечи. Но лучше ль жить так, замерзая, мне в одиночестве своём? Пусть лучше, к смерти подлетая, всё лучшее в себе спасём. И вот несусь, куда не зная, чтоб в пламени любви сгореть. Пусть лучше буду жить мечтая, чем жить, чтоб только умереть. Я жить хочу, а это значит любить, страдать и всех прощать. Любовь меня всему научит — как крест нести и умирать».
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

А какой бы сейчас фильм снял Андрей Тарковский?
Пытаясь ответить на этот вопрос, я недавно снял новый фильм «Пандемия – предупреждение».

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в трёх основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость

А Вы испытываете НОСТАЛЬГИЮ ПО ТАРКОВСКОМУ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература