Сердце кровью обливается, глядя на то, что происходит в родной Белоруссии. В СССР мы даже не могли себе такого представить. Драматические события и борьба за власть со всей остротой поставили вопрос: какой правитель нужен людям в XXI веке?
С умом, с матом или с автоматом?
Во время избирательной кампании я провёл опрос участников манифестации: каким должен быть правитель, и какой правитель нам нужен?

30 августа Александр Григорьевич Лукашенко отмечал свой 66-ой день рождения. Александр Григорьевич хороший управленец и подлинный патриот своей страны. Он много сделал для Беларуси. Но нельзя же занимать президентское кресло вечно?!

США намерены убедить Лукашенко в том, что он не может быть президентом.
Светлана Тихановская выступила перед Собезом ООН и заявила, что ныне действующий президент Александр Лукашенко больше не является представителем Белоруссии.

Древнеримский философ Сенека писал: «Овладеть властью – это дело случайное, а передать её добровольно другому – доблесть».

Александр Григорьевич, наверное, и сам понимает, что засиделся во власти, но добровольно уходить не хочет. И с оппозицией по этому поводу разговаривать отказывается. Видимо, считает, что лучше него нет и быть не может.
А люди хотят перемен!

Следуя гласу народа, Лукашенко произвёл перемены в правительстве – отправил в отставку глав Совбеза и КГБ. Но народ требует отставки самого Лукашенко.
Председатель Движения «За Свободу» Юрий Губаревич, который является свидетелем по уголовному делу о создании и деятельности Координационного Совета передал в Следственный Комитет Беларуси заявление на возбуждение уголовного дела по ст. 357 ч. 3 УК («заговор или иные действия, совершённые с целью захвата государственной власти, повлекшие гибель людей либо сопряжённые с убийством») «в отношении гражданина Александра Лукашенко, который до 9 августа занимал должность президента Республики Беларусь».

Кадры хромающего Лукашенко с автоматом в руке и его 15-летнего сына в бронежилете и с оружием облетели весь мир. Что этим он хотел показать и продемонстрировать миру и протестующим белорусам?

Доктор юридических наук, профессор Михаил Пастухов считает: «В Беларуси де-факто введено военное положение: армия приведена в высочайшую степень готовности по приказу министра обороны, милиция тоже, ОМОН тоже. … Это нарушает и Конституцию, и законы, и должностные полномочия».

Эксперты ООН в области прав человека утверждают, что им известно о 450 случаях пыток и жестокого обращения с задержанными в Белоруссии участниками протестов. Об этом говорится в распространённом во вторник в Женеве пресс-релизе Управления Верховного комиссара ООН по правам человека.

Владимир Мацкевич (философ, политик, телеведущий) говорит: «У нас чисто мирный протест. Мы хотим, чтобы Лукашенко ушёл. А потом мы уничтожим это ублюдочное государство и учредим новое, то, которое хотят белорусы».

Но уйдёт ли Лукашенко, если протесты прекратятся?

Дело в другом. Люди не верят в честные выборы, а значит и в демократические процедуры. Поэтому не соглашаются с результатами выборов и выходят на площадь делать революцию.
Дело не в подсчёте голосов, а в том, что не дают составить реальную конкуренцию действующему лидеру. Потенциальных конкурентов всячески удаляют, политическое поле зачищают.

«Цветные революции» это ещё следствие авторитаризма, когда власть в стране и сама страна заточены на одного человека – бессменного лидера. И если свергнуть этого человека, то и страна развалится. Чтобы сместить президента СССР пришлось разрушить само государство СССР.

Нужна регулярная сменяемость власти. Не больше двух сроков подряд.
Но диктаторы не готовят себе смену, а потому травят противников, не слушают оппонентов, упорно всеми силами держатся за власть и не хотят уходить.

А ведь людей незаменимых нет. Ну поправил ты 26 лет, уйди, дай другим порулить.
Или уже не может уйти, поскольку не подготовил себе смену?
Или, может, Колю готовят в преемники? Но тогда Беларусь не республика, а монархия?

Авторитарные лидеры делают всё, чтобы их имя ассоциировалось со страной и государством и чтобы не было никаких альтернатив: если не я, то кто же?
Во время поездки в город Барановичи президент Белоруссии Александр Лукашенко заявил:
«Я не хочу, чтобы порезали на куски мою страну, которую я лепил на обломках империи, и не хочу, чтобы порезали честных, порядочных людей, которые работали на это. Это будет не люстрация, как некоторые говорят. Это будет резня. И то, что произошло в Украине, будет цветочками», – сказал Лукашенко.

Древнейший приём политических демагогов – создание образа врага. Ради удержания власти правитель обещает защитить от внешней угрозы, обеспечить территориальную целостность и стабильность.
Аристотель выделял три аспекта риторики властителя. Типичная речь властителя состоит из утверждения своей незаменимости, угрозы врагам и проявление лояльности к послушным гражданам.
Власть повсеместно спекулирует в своекорыстных целях на моральных ценностях общества.

Протестующие в Беларуси не против социализма, не против России, они просто хотят смены бессменного лидера.
Каким бы ни был прекрасным правитель, люди хотят перемен!

Литва, Латвия и Эстония объявили Лукашенко персоной нон-грата. В Украине президент Лукашенко внесён в базу «Миротворец».

По мнению митингующих, итоги выборов сфальсифицированы.
Логика протестующих понятна: не признавать результаты выборов, чтобы не признавать власть легитимной с целью свержения этой власти.
Очевидно желание некоторых политиков перехватить власть. Но думают они не о том, как принести своему народу больше пользы.
Все прекрасно понимают, что с потерявшими власть правителями не будут разбираться в суде (или просто зверски растерзают как Каддафи).

Надо признать, что борьба за власть напоминает борьбу в джунглях. Здесь нет места совести и морали – здесь все средства хороши.
Люди – животные с лёгким налётом цивилизованности, они совершенно бессовестно (!) борются за место под солнцем, а часто и за место в очереди.

Власть основана на силе или на справедливости?
Хочется сказать – на справедливости. Но всем очевидно, что на силе.
В мире господствует культ силы. Кто сильнее, тот и прав.

Демократия это не только власть большинства, но и учёт мнения меньшинства. Нельзя допускать противостояния, когда одна половина общества «за», другая «против».
Необходимо во что бы то ни стало достичь согласия.
Власть – это не насилие, власть – это согласие!
Не будет согласия – не будет легитимной власти!

Власть развращает, абсолютная власть развращает абсолютно. Это можно назвать «слепотой самодержавия».
Любой правитель не может признать своих ошибок, и во всём винит врагов и недовольный народ. Чем больше ошибок совершает власть, тем круче будут преследовать недовольных. В результате властители будет совершать ещё больше ошибок.
Власти хотят, чтобы «народ безмолвствовал». Но если не давать недовольству выхода (хотя бы словесного), то это может привести к бунту.

«Человек был устроен бунтовщиком; разве бунтовщики могут быть счастливыми? – писал Фёдор Достоевский в Легенде о великом инквизиторе. – Он слаб и подл. Что в том, что он теперь повсеместно бунтует против нашей власти и гордится, что он бунтует? Это гордость ребёнка и школьника. Это маленькие дети, взбунтовавшиеся в классе и выгнавшие учителя. Но придёт конец и восторгу ребятишек, он будет дорого стоить им. Они ниспровергнут храмы и зальют кровью землю. Но догадаются наконец глупые дети, что хоть они и бунтовщики, но бунтовщики слабосильные, собственного бунта своего не выдерживающие».

Русский философ Иван Ильин полагал, что цель власти – путём воздействия на людей (их объединения или разъединения) противостоять деструкции, упадку, всевозможным кризисам и конфликтам, а также совершенствование общества и упрочение его стабильности.

В детстве казалось, что на вершине власти сидят мудрые люди. А теперь вижу, что там отнюдь не самые достойные, и руководствуются они не советами мудрых, а своими примитивными инстинктами.
«Любой политик оценивает биологическую опасность и биологические выгоды. Если биологические выгоды доминируют над опасностью, он вас будет использовать; если опасность будет превышать, он вас уничтожит. Управление – для себя лично, а не для страны», – считает доктор биологических наук Сергей Савельев.

Сколько себя помню, властители только и делали, что врали народу. И про коммунизм в 1985 году, и про развитой социализм, и что каждой семье отдельную квартиру дадут к 2000 году, и об удвоении ВВП к 2012 году…

До президентских выборов Путин обещал, что пенсионный возраст не повысят. А как только его избрали президентом, так подписал закон о повышении пенсионного возраста.
А почему? Да потому что ответственности за ложь нет никакой. Все «в дурочку» играют. Обещания власти не стоят ничего. Потому что нет закона, по которому нужно отвечать за предвыборные обещания.

Ложь политиков отравила атмосферу в обществе, что трудно стало дышать. Двойные стандарты настолько исказили картину мира, что невозможно ориентироваться. Лжецы испортили компас, и теперь мы не знаем, куда двигаться.

Властители призывают к соблюдению законов, и сами же подают пример их несоблюдения. Цинизм политиков зашкаливает!

Немецкие эксперты обнаружили следы яда на бутылке, которую Навальный взял с собой в поездку по регионам России, а также следы отравляющего вещества на коже и в моче Алексея Навального. Федеральное правительство Германии призвало Россию прояснить присутствие в организме отравленного оппозиционера Алексея Навального следов яда из группы «Новичок».

Президент США Дональд Трамп заявил, что США не располагают доказательствами отравления оппозиционера Алексея Навального, но нет поводов сомневаться в выводах немецких врачей об отравлении.

Белорусские спецслужбы опубликовали перехваченный разговор Варшавы и Берлина, которая, по словам белорусского президента Александра Лукашенко, должна доказывать фальсификацию «отравления» российского блогера и оппозиционера Алексея Навального.
Представитель Варшавы в разговоре заявляет, что необходимо «отбить Путину охоту совать нос» во внутренние дела Белорусии. Он также говорит, что следует «утопить российского президента в проблемах самой России, которых немало. <...> Лукашенко оказался крепким орешком, белорусы профессиональны и организованы. Чиновники и военные верны президенту…»

В эпоху фейков и постправды верить нельзя никому!
Сегодня никого не интересует истина, спрашивают лишь на чьей ты стороне.
Вряд ли отравление может быть выгодно тем, кто стремиться достроить газопровод «Северный поток-2″. Хотя, кто знает, кто знает…

Как лгут политики и что они думают на самом деле, рассказал доцент кафедры политической психологии СПбГУ, кандидат психологических наук Александр Григорьевич Конфисахор 11.02.2019 в пресс-центре информационного агентства Росбалт в Петербурге.

Мы утопаем во лжи! Уже никого не интересует истина, где правда, а где ложь. Интересует только, на чьей ты стороне: друзей или врагов.
Сколько врали по поводу допинга, прежде чем признались в его использовании!
«Нам врать разрешено, а нам врать не разрешено!» – вот девиз современной суперэлиты. – «Понимайте это, как хотите! Но не мешайте вас обманывать. Ешьте, пейте, развлекайтесь, и не думайте ни о чём. Думать за вас будем мы, и принимать решения тоже».

«Как ты думаешь, что бы было, если бы люди перестали врать и стали говорить одну правду? Большинство политиков ушли бы в отставку, рассыпались бы политические партии, лопнула бы та модель мира, которая существует сегодня, потому что она основана на всеобщем обмане. Политики работают с самообманывающимися массами, сами находясь в состоянии самообмана. Люди жаждут правды, но ещё более хотят жить во лжи. А если бы политики стали говорить истинную правду, доступную для ограниченного круга лиц, массы их бы отвергли. Ведь то, что люди считают истиной, на самом деле чушь собачья, никому не интересная.

Обычные люди склонны верить. И если бы они вдруг увидели масштаб обмана, на котором держатся политики, то большинство, если бы не сошли с ума, то окончательно разочаровались бы в жизни; произошла бы дезорганизация всего общественного организма, всплеск самоубийств. Народ не должен знать всей правды. Обман иногда нужен, хотя это и зло. Политический обман необходим для поддержания иллюзии стабильности. Хотя, безусловно, если он вскроется, это может привести к очень тяжёлым последствиям».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература.

Даже в рамках своей ограниченной жизни легко заметить, что ничего не меняется. Революции и войны тоже ничего по существу не меняют, а лишь создают ненужное для всех беспокойство. Законы существования невозможно изменить никакими благими пожеланиями. Одни правители сменяют других, пытаются что-то преобразовать, как они уверяют, “к лучшему”, но всё рано или поздно возвращается на круги своя.

Платон писал: «Когда появляется тиран, он вырастает как ставленник народа». «Тираническая душа несчастна».
Авторитарные режимы неминуемо ведут к тирании и в последующем к своей гибели. Известно, как и почему был убит Юлий Цезарь. По тем же причинам, предполагают, был отравлен и Александр Македонский.

Правитель – фигура трагическая, сакральная жертва власти. И в то же время это обычный смертный человек, со своими страстями и болезнями.
Недавно я был в Гатчине, гулял по знаменитому парку. Современники называли императора Павла I «недоразумением на троне». В результате император был низвергнут и убит.

В оценке правителя, как правило, наблюдается две крайности: идеализация и демонизация.
Идеализируют, называя великими таких правителей как Юлий Цезарь, Ирод Великий, Наполеон, Фридрих Великий, Пётр I, Екатерина Великая, и другие. Одни до сих пор считают великим реформатором Михаила Горбачёва, другие убеждены, что таковым был Ульянов (Ленин), третьи называют великим Иосифа Сталина.
При этом отдельные историки полагают, что Иван Грозный был сумасшедшим, Петра I подменили, Керенский – генеральный секретарь масонской ложи французов, Ленин – агент германского генштаба, Троцкий – ставленник американских банкиров, Сталин – двойной агент царской охранки…

Говорят, каждый народ достоин своего правителя.
А вот какой правитель достоин нашего народа?

По мнению доктора исторических наук Сергея Мироненко, Николай II был безвольный и упрямый. По жизни он был хороший человек, очень добрый. Но он был предназначенный скорее для частной жизни.
Сейчас императора Николая II называют человеком, не соответствующим ни времени, ни месту, «бедой русской истории». Николай II демонстрировал неспособность принимать решения как верховный главнокомандующий и «хозяин земли русской», чем раздражал всё общество и армию в том числе.

После «кровавого воскресенья» императора стали называть «Николай Кровавый».
Когда канонизировали Николая II как страстотерпца, я спрашивал: а кто отдал приказ стрелять в народ 9 января 1905 года?

Александр Солженицын в статье «Размышления над февральской революцией» писал: «Быть христианином на троне – да, – но не до забвения деловых обязанностей, не до слепоты к идущему развалу» «…какому историческому деятелю его слабость к своей семье зачтена в извинение? Когда речь идёт о России – могли б и смолкнуть семейные чувства».

Что важнее: быть добропорядочным христианином и любящим отцом семейства, или пожертвовать своей семьёй ради сохранения власти?

Возникает дилемма: либо прослыть «кровавым правителем», либо слабохарактерным; либо стрелять в свой народ, либо спасти Россию от развала.
Считается, что правитель России не имеет права быть слабохарактерным. В России царь всегда обречён на жертву. Потому что народ греховен, а царь берёт на себя его грехи.

Как правило, великими называют правителей, которые отличались непреклонностью и жестокостью. Великому человеку нужно быть, с одной стороны, прагматиком, а с другой стороны, фанатиком и темпераментным человеком. Плюс стальная воля и непреклонность, выдержка и решительность. Правитель обязан ставить интересы народа выше своих личных интересов.

Платон в работе «Государство» много размышляет о подлинных правителях: «По отношению к государству положение самых порядочных людей настолько тяжёлое, что ничего не может быть хуже».
Идеальным считалось соединение в одном лице правителя и философа. Таким был римский император Марк Аврелий.

Царя Петра I называют великим государем России.
Но действительно ли царь Пётр Алексеевич был великим правителем?

Личность Петра I и его реформы крайне противоречивы. Известный историк С.М.Соловьёв отзывался о Петре в восторженных тонах, приписывая ему все успехи России как во внутренних делах, так и во внешней политике.
Вольтер главной ценностью петровских реформ определяет прогресс, которого русские добились за 50 лет, другие нации не могут этого достигнуть и за 500.

«Западники» положительно оценивали петровские реформы, благодаря которым Россия стала великой державой и приобщилась к европейской цивилизации.
«Славянофилы» считали, что только ценой разорения страны Россия возведена была в ранг европейской державы. Население России в период правления Петра из-за непрестанных войн сократилось до численности 1695 г.
Северная война стоила 500 тысяч человек из 12 миллионов населения. 87% составляли не боевые потери; люди гибли из-за голода и болезней.

Благодаря Петру Россия стала империей, в которой главным было подданство, а не национальность. Русская культура стала мировой. Но в то же время именно с петровских времён идёт принижение русской традиционной культуры.
Историк Н.М. Карамзин писал: «Став европейцами, мы перестали быть русскими. Как может народ уважать себя, если унижать его в его прошлом?»

Понятие свободы личности и интеллигентности пошло от Петра. Но при этом ни одного человека по-настоящему свободного не было. Зато было государственное насилие во всех формах, и жестокое полицейское государство.

Пётр многим кажется идеальным правителем: строгим, но справедливым, пекущимся больше о благе Отечества, нежели о себе.
Но Пётр I опасный пример для подражания. Он убил своего сына – царевича Алексея. Тем самым Пётр пошёл против божественной правды, нарушая моральные ценности.

Вечная проблема всех правителей: возможно ли, оставаясь во власти, быть моральным человеком?
Допустимо ли для правителей преступать законы моральные и человеческие, а также законы юридические (ими же самими установленные).
Мораль подчинена политике или политика должна подчиняться морали?

Писатель и сценарист Юрий Арабов говорит: «Я много раз наблюдал в жизни, как люди, облечённые властью, просто физически изменяются, они просто одеваются в другую материю. Я наблюдал это не только у некоторых своих знакомых, я наблюдал это у государственных деятелей».

Когда человек долго у власти, у него создаётся неадекватное представление о действительности. Заговора против Петра со стороны царевича Алексея не было. Хотя многие были против царя. Майор Глебов стал любовником первой жены Петра I Евдокии Лопухиной, но не признался в этом даже под страшными пытками.

Пётр мог бы вслед за Иваном Грозным повторить: «Может я и грешник по делам-то своим, как человек-то я и грешник, но как царь-то я праведен!»

Борьба за самодержавную власть Ивана Грозного с боярской думой в тех исторических условиях была вынужденной. Очевидно, что семибоярщина вела к распаду страны, который пережили мы в 1993 году.

Сталин считал, что «одна из ошибок Ивана Грозного состояла в том, что он не дорезал пять крупных феодальных семейств. Если он эти пять боярских семейств уничтожил бы, то вообще не было бы Смутного времени. А Иван Грозный кого-нибудь казнил и потом долго каялся и молился. Бог ему в этом деле мешал… Нужно было быть ещё решительнее».

Сталин изучал работу Николо Макиавелли «Государь». Макиавелли в своём известном трактате на личном опыте подметил закономерности поведения правителя.
«Государь, особенно новый, не может исполнять всё то, за что людей почитают хорошими, так как ради сохранения государства он часто бывает вынужден идти против своего слова, против милосердия, доброты и благочестия….не удаляться от добра, но при надобности не чураться и зла».
«Разумный правитель не может и не должен оставаться верным своему обещанию, если это вредит его интересам и если отпали причины, побудившие его дать обещание».
«Государь, если он желает удержать в повиновении подданных, не должен считаться с обвинениями в жестокости. Учинив несколько расправ, он проявит больше милосердия, чем те, кто по избытку его потворствуют беспорядку. Ибо от беспорядка, который порождает грабежи и убийства, страдает всё население, тогда как от кар, налагаемых государем, страдают лишь отдельные лица».

Ещё Наполеон Бонапарт говорит, что на штыках можно придти к власти, но увидеть на них невозможно.
Власть держится не на штыках, а на авторитете правителей.
Мудрый властитель тем и отличается от глупого, что практически никогда не прибегает к силе.

Даже самый отъявленный тиран думает об интересах народа. А если перестаёт думать, то его ждёт участь Нерона.

Отношения с народом могут строиться либо на силе власти, либо на силе авторитета.
Сила авторитета заключается в признании народом принимаемых властями решений.
Единственный вариант успешной политики заключается в обретении согласия относительно средств достижения принятой всеми цели.
Если этого нет, то для правителей остаётся единственный вариант — обман, когда под видом справедливых решений втайне от народа вершится грязная политическая игра.

Сегодня власть строится не на насилии, а на согласии.
Идеи становятся силой, когда овладевают массами, но не через насилие, а через согласие.
Власть это не насилие, власть – это СОГЛАСИЕ!

На митинге в Минске Лукашенко заявил, что встаёт на колени перед митингующими и поблагодарил народ.
«Чего вы хотите сейчас? Свободы? Скажите какой? Перемен? Каких, что будем менять? Хотите реформ? Скажите каких, завтра начнём. …
Я здесь стою не потому, что крепко держусь за власть, я отдал родине лучшие годы, загубите меня — это будет начало вашего конца»:

«Мы взяли на себя груз ответственности, в котором больше проклятий, чем славы, и не можем отказаться, поскольку отвечаем за весь народ, а не только за самих себя, как обычные люди. Мы не можем руководствоваться простой человеческой моралью и следовать заповеди “не убий”, когда интересы народа требуют расправы над непокорными.

Когда речь идет о сохранении государства, морали нет места. Ради государства любое зло есть добро. Да, гибнут люди. Но что поделать? Лес рубят — щепки летят. Что значат какие-то жертвы, когда на карту поставлена целостность государства? Цель оправдывает средства. Победителей не судят!

Бунт нужно подавлять беспощадно. Правитель должен быть беспощадным! Но и справедливым! Жестокость — необходимое лекарство! Без жестокости нет ни порядка, ни дисциплины!

Правитель не просит, он приказывает! Только сила вызывает согласие! Поэтому во имя великих целей насилие может быть оправдано, более того — оно необходимо. Невозможно проводить преобразования без сильной власти в ситуации споров и разногласий.

Добрым во власти быть невозможно. Власть предполагает необходимое зло. И добро и зло творится по необходимости. Именно политическая необходимость определяет, что есть добро, а что есть зло.

Власть требует отступать от добра. Для сохранения власти и порок может быть добродетелью, и добродетель может быть пагубна. Необходимое зло есть добро! Чтобы сохранить власть, приходится отказаться от славы. Пусть лучше боятся, чем любят.

Чтобы было спокойствие, нужна сильная власть. Всегда находятся честолюбивые бунтари, мечтающие перевернуть мир. Власти без насилия не существует. Насилие — это плата за свободу! Без власти, без порядка люди перегрызут друг друга.

О власти судят по результату. Власть требует быть гибким, и следовать необходимости, а не данному слову или представлениям о чести и морали. Успех оправдывает все средства! Народу нужен лидер, в которого можно было бы верить, который бы защитил, позаботился обо всех».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё, что я хочу сказать людям, заключено в трёх главных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь.

А по Вашему мнению, КАКОЙ ПРАВИТЕЛЬ НУЖЕН В XXI ВЕКЕ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Присуждение Нобелевской премии по литературе Светлане Алексиевич стало ожидаемой неожиданностью. Премию ей пророчили ещё в 2013 году.
В этом году Нобелевский комитет единогласно проголосовал за вручение премии Светлане Алексиевич с формулировкой «за её многоголосное творчество — памятник страданию и мужеству в наше время».
Секретарь Шведской королевской академии наук Сара Даниус так объяснила решение комитета: «Это выдающийся писатель, большой литератор, который создал новый литературный жанр, выйдя за рамки обычной журналистики».
Впервые за полвека Нобелевская премия по литературе была присуждена писателю, работающему преимущественно в жанре документальной литературы, причём профессиональному журналисту.
Одни называют Алексиевич «блестящим мастером художественно-документальной прозы», другие вешают на неё ярлык «спекулятивно-тенденциозная журналистика», третьи упрекают в политической ангажированности.

Главную идею своих книг Светлана Алексиевич сформулировала так: «Я всегда хочу понять, сколько человека в человеке. И как этого человека в человеке защитить».
Наибольшую известность получили её книги в жанре художественно-документальной прозы «У войны не женское лицо», «Цинковые мальчики», «Чернобыльская молитва», «Время секонд-хэнд».

Алексиевич присуждали самые различные иностранные литературные премии: немецкая премия «За лучшую политическую книгу» имени Гердера, премия Курта Тухольского «За мужество и достоинство в литературе», премия Андрея Синявского «За благородство в литературе», российская независимая премия «Триумф», лейпцигская книжная премия «За вклад в европейское взаимопонимание» и др.

Светлана Алексиевич стала первым с 1987 года автором, получившим Нобелевскую премию по литературе, которая пишет в том числе и на русском языке.

Первым русским лауреатом Нобелевской премии по литературе в 1933 году был Иван Алексеевич Бунин – «за правдивый артистический талант, с которым он воссоздал в прозе типичный русский характер».
В 1958 году Нобелевской премии «за выдающиеся заслуги в современной лирической поэзии и на традиционном поприще великой русской прозы» был удостоен Борис Леонидович Пастернак. Недавно стало известно, что публикация романа «Доктор Живаго» за границей без разрешения автора, было операцией ЦРУ.
В 1965 году Михаил Александрович Шолохов был удостоен Нобелевской премии «за художественную силу и цельность эпоса о русском казачестве в переломное для России время».
В 1970 году Нобелевскую премию получил Александр Исаевич Солженицын – «за нравственную силу, почерпнутую в традиции великой русской литературы». Солженицын подчёркивал политический аспект присуждения премии, хотя Нобелевский комитет это отрицал.
В декабре 1987 года лауреатом Нобелевской премии по литературе становится Иосиф Александрович Бродский – «за всеохватное авторство, исполненное ясности мысли и поэтической глубины».

Как, по каким принципам присуждают Нобелевскую премию по литературе, остаётся загадкой. Это весьма сложная система выдвижений и рекомендаций. Предлагать кандидатов могут члены Шведской академии и аналогичных учреждений других стран, профессора литературы и лингвистики, лауреаты премии предыдущих лет и председатели писательских организаций.

В августе 2009 года в Пушкинском доме я встречался с лауреатом Нобелевской премии по литературе за 2006 год турецким писателем Орханом Памук. На мой вопрос «После получения вами высшей награды по литературе – Нобелевской премии – каковы цели вашего творчества?» Орхан Памук ответил: «Нобелевская премия изменила мою жизнь, но не изменила мои литературные пристрастия. Я пишу не ради премии, а ради удовольствия».

Обычно в списке, составляемом самой академией в начале каждого года, значится до 350 имён писателей и поэтов. В апреле этот список сокращается до 15-20 человек и затем – до пяти кандидатов, из которых в октябре члены академии выбирают большинством голосов одного.

Новый лауреат выбирается голосованием на заседании за полтора часа до его обнародования. Весь список номинантов этого года будет рассекречен лишь через 50 лет, и документы можно будет посмотреть в архиве Шведской академии в 2065 году.

Но ни для кого уже не секрет, как, кому и почему даются литературные премии. Об этом хорошо написано в работе французского исследователя Пьера Бурдье «Поле литературы».
Присуждение литературной премии произведению не является гарантией его эстетической ценности. Литературные премии не являются также показателем социального признания. На самом деле премии есть средство управления литературным, и в целом, социальным процессом.

Чтобы получить литературную премию нужно: а\ выдавать ежегодно литературный продукт неважно какого размера и качества, но обязательно ежегодно, и лучше не один; б\ нужно обладать высоким модусом внутригруппового участия (проще говоря, участвовать в литературных тусовках и быть «в обойме»); в\ демонстрировать лояльность к определённым темам и политическим условиям.

Из пяти русских лауреатов Нобелевской премии по литературе, кроме Шолохова (который получил её за роман «Тихий Дон» – причём, не о красных, а о белом движении), все находились в конфликте с властью. Солженицын был диссидентом, высланным из страны, Бунин и Бродский – эмигрантами, Пастернак получил премию за антисоветский роман, опубликованный без его разрешения за границей.

Может сложиться впечатление, что вручение всяческих премий является актом политической конъюнктуры. Однако Нобелевский комитет категорически опровергает предположения о политической подоплёке в выборе кандидатов.

Хотя Альфред Нобель завещал присуждать премию за лучший роман идеалистической направленности, нетрудно заметить, что русским писателям Нобелевскую премию дают за оппозицию власти.

В нынешней ситуации трудно найти более удачного лауреата, чем Светлана Александровна Алексиевич. Она родилась в западной Украине, потом жила в Белоруссии, пишет на русском языке. С начала 2000-х годов проживала в Италии, Франции, Германии. С 2013 года вновь живёт в Белоруссии. После оккупации Крыма Алексиевич выступила с осуждением российской политики в отношении Украины.

«Мы видим, что есть переодетые российские военные в Украине, — говорила Алексиевич. — А Путин смотрит в лицо мира и говорит, что там их нет. Он говорил, что их не было и в Крыму. Европейцам тоже трудно нас понять. Мне кажется, что Обама и Европа ведут себя очень разумно. Вот Лукашенко говорит, что это слабые политики».

Алексиевич последовательно выступала против политики президента Александра Лукашенко. Государственные издательства Белоруссии прекратили выпуск её книг после прихода А. Лукашенко к власти.

«Я вообще не верю больше политикам, — говорил Алексиевич. — Я думаю, что они сами не знают, во что они верят. Они будут верить в то, что на данный момент служит каким-то целям. Я не верю ни Путину, ни Лукашенко. В наших краях политикам нельзя верить, тем более таким тоталитарным».

На мой взгляд, художник должен быть в оппозиции к власти (в хорошем смысле этого слова). Он должен критиковать власть, показывать её недостатки и призывать к их устранению, быть совестью нации.
ТРАВА, ВЗЛАМЫВАЮЩАЯ АСФАЛЬТ, – вот метафорическое выражение коллизии «художник и власть».

«Человек стал более откровенен, но не свободен. Свободных людей я не встречала», – считает Светлана Алексиевич.
«Существует некая спайка власти и всего самого тёмного в человеке, и она очень способствует соглашательству. И каждый человек найдёт себе оправдание».

Я тоже считаю, что каждый не склонен обвинять себя, и почти всегда оправдывает. Мало кто способен искренне покаяться, чтобы исправиться и не повторять свои грехи. Почти никто не верит в Страшный Суд перед Высшей Справедливостью.

«Сейчас мы в плену, и судя по всему, это минимум лет на десять, – говорит Светлана Алексиевич. – Главным диктаторам постсоветского пространства около 60. Они в самом расцвете лет. И просто так власть никому не отдадут».

По моему мнению, всякая власть стремится к абсолютизации, если нет сдерживающих механизмов. Поэтому придумали институт разделения властей. Человек – существо несовершенное. Устройство общества может либо потворствовать его порочности, либо ограничивать. Ограничение инстинктивной природы человека и есть культура. Но инстинкты сильнее культуры.
В человеческом сообществе действуют те же законы джунглей, что и среди диких зверей; господствует право силы, а не сила права, выживает сильнейший, и сильнейший всегда прав. На мораль и право плюют, если всего можно добиться силой.

«Мы перепутали добро со злом», — считает Алексиевич.
«Я просто о том говорю, что зло — это вещь более хищная, более удобная, простая. Более отработанная, чем добро. Это уже отшлифованный человеческий механизм — чего о добре не скажешь. … А зло — оно постоянно вокруг нас».

Мне близка позиция Светланы Алексиевич. Но что такое «зло» и что такое «добро»?
«Двойные стандарты» и манипулирование общественным сознанием смешало представления о добре и зле. «ЗЛО» – это всегда ОНИ, другие, чужие. А «МЫ» – всегда хорошие, мы «добро»! Наоборот никогда не бывает. Это психологический закон.

«В экстремальной ситуации мир огрубляется, – считает Светлана Алексиевич. – А в метафизической, экзистенциальной ситуации открывается мир чувств, который более нормален. Человек начинает говорить о такой вещи, как счастье. Сугубо интимная вещь. И здесь, конечно, абсолютное отсутствие опыта у людей. Но абсолютное желание быть счастливыми».

«Уже давно все в мире поняли, что рационалистический путь развития — это тупик, – полагает Светлана Алексиевич. – Просвещённая Европа верит в то, что мир спасёт гуманистический человек. И если мы не будем думать об этом человеке, то мы пропадём».

Мне близка гуманистическая ориентированность Светланы Алексиевич и её оппозиция власти и злу. Я тоже последовательный гуманист. Писатель должен говорить то, в чём страшно признаться читателю. В конечном итоге, интересует даже не само произведение, а подвиг его создателя, личность самого творца.

«Мне кажется, пришло время говорить об ответственности идей, — говорит Светлана Алексиевич. — И, если интересно моё мнение, то я скажу, что это — хорошее время для интеллектуальной элиты. Её идеи востребованы. Есть на них запрос. Ну и, разумеется, идеи, которые производят интеллектуалы, не так опасны».

На мой взгляд, в мире две главные Идеи, от которых производны все остальные.
1\ Первая идея – мир был сотворён Богом и надо жить по божественным законам, любить ближних и помогать слабым.
2\ Вторая идея – наш мир есть результат долгой эволюции, и жить надо по природным законам естественного отбора (Дарвина), где выживает сильнейший, а слабый погибает или приспосабливается; где каждый за себя и выживать надо любой ценой.

Что важнее: жизнь или идея?
Заслуживает ли какая-нибудь идея, чтобы пожертвовать ради неё своей единственной жизнью?

Если важнее жизнь, и даётся она только один раз, то ради сохранения своей единственной жизни можно пойти на любую подлость, на любое преступление.
Если важнее идея, то ради неё можно пожертвовать жизнью, причём не только своей, но и других людей – «погибнуть за Идею».

Чего стоит наша жизнь, если в ней не за что умереть?!

«Отношение к моим книгам здесь, в России, – признаётся Светлана Алексиевич. – связано с отношением даже не к Белоруссии, а вообще к этому документальному жанру. Его как бы не существует. Русская литература, вообще русская культура неохотно впускает мир в себя. Может, инстинкт самосохранения срабатывает. В Европе понятно, что мир сегодня требует не то чтобы другой литературы, но в искусстве нужно что-то делать, искать, чтобы прослышать, прослушать весь мир».

Как я и предполагал, популярной становится литература, основанная на реальных событиях и документальных материалах. Я тоже работаю на реальном материале.
Настоящий писатель — не сочинитель; он лишь отражает жизнь, ибо сочинить правду невозможно, можно лишь её отразить. Правда выше вымысла!
Моя задача не учить читателя, а побудить его вместе разгадывать Тайну. И для меня счастье, если читатель откроет в тексте больше смыслов, нежели открыл я.
Я хочу помочь человеку задуматься, создаю пространство для размышлений, не навязывая своего мнения, поскольку каждый должен сам постичь себя и загадку мироздания.

Каждый год в декабре я получаю приглашение из музея Альфреда Нобеля на мероприятия, проводимые в рамках Нобелевской недели. Дело в том, что в библиотеке Нобелевского фонда хранятся оба моих романа: роман-исследование «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» и роман-быль «Странник» (мистерия).

Недавно некто под именем «Андрей Малахов» и с логотипом передачи «Пусть говорят» написал мне: «А вот я мечтаю о том, что Николай Кофырин когда-нибудь придёт к нам на программу и ответит стране на все те вопросы, которыми засыпают редакцию телезрители. Вот только некоторые из них. … Николай Валентинович, мы с мужем в прошлом месяце ездили на экскурсию в Стокгольм, и там в Библиотеке Нобелевского комитета, на самом видном месте под стеклом, выставлен Ваш роман. Представляете, как мы гордились!!! Мы теперь навсегда Ваши читатели!!! (Семья Воронцовых, Самара). Кстати, Николай – разъясните, в каких еще ведущих библиотеках мира можно встретить Ваши романы? Этих вопросов накопилось больше всего! С уважением, А.»

Публикуя свой роман, я не имел цели заработать денег или стать известным. Я писал ради того, чтобы попытаться сделать мир лучше, помочь своим опытом самоспасения тем, кто оказался в схожей трудной ситуации. Если мой роман сможет помочь хотя бы одному человеку, то труд семи лет не будет напрасным. И судя по откликам читателей, я не зря опубликовал свой роман.

Сегодня успех автора определяется не тиражами, а силой его идей!
Если не уверен, что твои произведения будут читать через сто лет, не стоит и бумагу марать.
На мой взгляд, важно не премию получить, а остаться в истории литературы, или ещё лучше – в человеческих сердцах как можно большего количества людей.

Главный итог прожитой жизни — не количество написанных книг, а состояние души на пороге смерти. Можно опубликовать тома, а на слуху останутся только строчки.
Слава — это от человеков, её можно купить, она как блеск от света прожекторов; тогда как лишь при вечном мерцании звёзд обнаруживается истинная ценность сотворённого.
Так что справедливо, когда настоящий талант оценивается после смерти. Купить посмертную славу невозможно. Только Вечность даёт истинную оценку».
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

А по Вашему мнению, АЛЕКСИЕВИЧ, НОБЕЛЬ – ПОЛИТИКА?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература