9 февраля 1881 года умер великий писатель земли русской Фёдор Михайлович Достоевский. Вся его жизнь была так или иначе связана с преступлением.
Первым столкновением Достоевского с преступлением можно считать изнасилование и убийство девочки, с которой играл юный Федя во дворе Мариинской больницы. Дело осталось нераскрытым и настолько поразило Достоевского, что преследовало всю жизнь и нашло отражение в его романах.
Вторым столкновением стало убийство отца. Отец писателя Михаил Андреевич в 1839 году был будто бы растерзан собственными крестьянами за издевательства над людьми и пьяные выходки.
Третьим столкновением стал «заговор», за который Достоевского признали государственным преступником и приговорили к смертной казни через расстреляние. Осудить на смерть только «за недонесение о распространении преступного о религии и правительстве письма литератора Белинского и злоумышленного сочинения поручика Григорьева…», даже по тем суровым временам было слишком. Такая несправедливость поразила молодого Достоевского до глубины души и стала для него «идеей фикс». Исследованию этой идеи Достоевский посвятил всю свою жизнь.
Можно ли сказать, что ЖИЗНЬ – ЭТО ПРЕСТУПЛЕНИЕ? Этот вопрос я задал участникам международной конференции «Достоевский и мировая культура» 10 ноября 2024 года в Петербурге.

https://vkvideo.ru/video1243120_456244021

По базовому образованию я юрист, по специальности криминолог (социология преступности). Поэтому предлагаю взглянуть на романы Достоевского с криминологической точки зрения. У меня есть необходимый научный опыт и мною создан роман-исследование «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» и роман-быль «Странник» (мистерия).

В романе «Преступление и наказание» основной является идея о праве сильного человека на преступление нравственного закона. Материалом для создания «теории Раскольникова» послужила работа Макса Штирнера «Единственный и его собственность».

Писарев считал, что Раскольникова подтолкнули к преступлению тяжёлые обстоятельства, а его «теория» послужила оправданием для убийства.
Однако никакая теория, никакие обстоятельства не могут служить причиной преступления. Механическое сложение мотивов, арифметическое сочетание причин не имеет ничего общего с диалектикой жизни.

Раскольникова подтолкнули к преступлению не столько тяжёлые обстоятельства, сколько «теория» твари дрожащей и право имеющего. Родион говорит Соне: «… «необыкновенный» человек имеет право… то есть не официальное право, а сам имеет право разрешить своей совести перешагнуть… через иные препятствия, и единственно в том только случае, если исполнение его идеи (иногда спасительной, может быть, для всего человечества) того потребует…»

«Право на преступление» – основная идея романа «Преступление и наказание».
«Законодатели и установители человечества, начиная с древнейших, продолжая Ликургами, Солонами, Магометами, Наполеонами и так далее, все до единого были преступники, уже тем одним, что, давая новый закон, тем самым нарушали древний, свято чтимый обществом и от отцов перешедший, и уж, конечно, не останавливались и перед кровью, если только кровь (иногда совсем невинная и доблестно пролитая за древний закон) могла им помочь», – говорит Раскольников.

Когда Моисей вернулся с горы со скрижалями Божиими, одна из заповедей которых «не убий», он приказал убить всех, кто поклонялся не его Богу, а золотому тельцу. «Убивайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего» (Исход 32:23). А было их три тысячи!

«Но если ему надо, для своей идеи, перешагнуть хотя бы и через труп, через кровь, то он внутри себя, по совести, может, по–моему, дать себе разрешение перешагнуть через кровь, – смотря, впрочем, по идее и по размерам её, – это заметьте», – говорит Родион Соне.

Раскольников считал, что есть люди «право имеющие» убивать (Наполеон), и убить старуху процентщицу ради блага человечества дело достойное. В романе Л.Н.Толстого «Война и мир» Пьер Безухов задумывает убить Наполеона ради блага всего человечества. Если бы покушение удалось, вряд ли бы Пьер испытывал раскаяние и угрызения совести; скорее гордился бы своим геройским поступком, который назвали бы подвигом. А вот убийство старухи процентщицы трудно назвать подвигом.
То есть, убить Наполеона (тирана) дело достойное, а убить старуху процентщицу… В чём разница?!..

В середине 1860-х годов газеты сообщали о суде над молодым человеком двадцати семи лет, убившем топором при ограблении квартиры двух проживавших в ней старух. .
Достоевскому, вероятно, была известна история француза Ласенера. Его путь к преступлению показал французский криминолог, генеральный инспектор тюрем Л.-М. Моро-Кристоф (Moreau-Christophe; 1799–1881) в книге, вышедшей как раз в пору повышенного интереса к таким личностям. Ласенер «холодно, некоторым образом философски доходит до того, что становится вором, фальшивомонетчиком, убийцей».

«Никогда не выдумывайте ни фабулы, ни интриг, — учил Достоевский. — Берите то, что даёт сама жизнь. Жизнь куда богаче всех наших выдумок! Никакое воображение не придумает вам того, что даёт иногда самая обыкновенная, заурядная жизнь. Уважайте жизнь!»

Сестра писателя Варвара Михайловна Карепина была убита почти так же, как описал Достоевский в романе «Преступление и наказание». В.М. Карепина жила в Москве в одном из своих пяти доходных домов, была очень скаредна и подозрительна. По разным углам в комнате она спрятала ценные бумаги на 12 тысяч рублей. По городу ходили слухи о неслыханном богатстве Карепиной. Обворовал и убил старуху Карепину человек ей знакомый – молодой дворник Иван Архипов, который жил у неё на кухне. Когда преступника арестовали, то нашли у него украденные вещи старухи Карепиной.

Станислав Спиридонович Гончаров, ещё когда я учился в школе, написал книгу «Развитие идеи преступления (по роману Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание»). Гончаров считает, что «Преступление – необходимость в развитии человеческой воли, в развитии личности человека, но отсюда совсем не выводится неизбежность, обязательность для каждого совершать преступления».

Есть мнение, что Раскольников совершил преступление из сострадания ко всему человечеству. Он преступник-философ, он пытается Мысль разрешить, разрешить преступление как философскую проблему, как против несправедливости мира, как акт богоборчества, как вызов обществу, как сигнал миру.

Очень убедительно описав «теорию Раскольникова», Достоевский не столь же убедительно её опроверг. Нравственное «перерождение» Раскольникова не так убедительно, как его «теория». Отбывая наказание на каторге, Родион не отказывается от своей идеи. В эпилоге читаем: «Но он не раскаивался в своём преступлении». Раскольников лишь обвинял себя в том, что сознался, что оказался не способен быть «право имеющим».

Сегодня теория о «твари дрожащей и право имеющем» живёт и торжествует.
На одной из конференций «Достоевский и мировая культура» было зачитано сочинение воровского авторитета. «В каждом из нас сидит Раскольников. Вот ты не можешь убить, а я могу. Потому что я не тварь дрожащая, а право имеющий. Потому у меня есть всё, а у тебя ничего. Всегда есть люди, которые имеют право убивать. Я бы таких людей ставил управлять государством. Одного такого лично знаю: отсидел своё, а теперь крупный бизнесмен, миллионер, всеми уважаемый гражданин. Так вот бывает по жизни. А Раскольников твой — дурак. Надо было и топор заранее припасти, и подельника найти, и квартиру заранее отследить. Логика Раскольникова безупречна: одни убивают миллионы — и им ставят памятники, а другие ломаются на одном убийстве».

https://vk.com/video1243120_456243964

В 2020 году доктор филологических наук Владимир Алексеевич Котельников (Пушкинский дом) опубликовал статью «Преступление у Достоевского».
«Следует признать необходимость преступления, что выясняется только при рассмотрении его в полном антропологическом и историческом освещении.
Говоря о всеобщей необходимости преступления – деяния, нарушающего религиозные, моральные, юридические установления, мы имеем в виду тот очевидный факт, что оно не исключительное и тем более не случайное явление в человеческом мире, хотя и занимает в нём особое место.
…
Противоправное, преступное побуждение и намерение убить возникают с определённой необходимостью в каждом индивидууме, хотя не всегда обнаруживаются (даже им самим) и не всегда осуществляются, что зависит уже от психофизических свойств индивидуума (впрочем, изменчивых) и от факторов внешних, нередко случайных, но ни то, ни другое не отменяет наличия и действия преступной потенции.
…
В архаических обществах, где убийство подлежащего смене властителя-отца или убийство угрожающих его власти сыновей-преемников не являлось преступлением, а было лишь действием, ускоряющим или замедляющим развитие таких обществ.
Преступление Раскольникова должно квалифицироваться и как юридическое, и как внеюридическое – во всех названных видах последнего. При этом в убийстве именно старухи … допустимо усматривать и архаический мотив вытеснения из жизни злоупотребляющего своим положением и властью предка».
…
Во времена баронов повесить на воротах вассала ничего не значило. Убить своего брата – тоже. Следственно, натура подчиняется тоже разным эпохам», – записывает Достоевский в подготовительных материалах к третьей редакции «Преступления и наказания»».

«Сломать, что надо, раз навсегда, да и только… – говорит Раскольников. – Свободу и власть, а главное власть! Над всею дрожащею тварью и над всем муравейником!.. Вот цель!».
«Такое стремление, как было сказано, изначально и потенциально присутствует в природе человека, в его отношениях к людям, в его биосоциальной генетике», – считает В.А. Котельников.

Литературовед Михаил Бахтин утверждал, что герой Достоевского – это всегда человек какой-либо определённой идеи, она формирует его мироощущение, мысли и поступки. М.М. Бахтин ввёл понятие «надъюридическое преступление», каким можно называть преступление в отношении религиозного и нравственного закона.

В подготовительных материалах ко второй редакции в записи «Начало романа» Достоевский пометит: «NB. С самого этого преступления начинается его нравственное развитие, возможность таких вопросов, которых прежде бы не было. В последней главе, в каторге, он говорит, что без этого преступления он бы не обрёл в себе таких вопросов, желаний, чувств, потребностей, стремлений и развития». «Вошь ли я, как все, или человек? <…> Тварь ли я дрожащая или право имею…».

«Свойства палача, – утверждал Достоевский в «Записках из Мёртвого дома», – в зародыше находятся почти в каждом современном человеке».
Определяя жажду «крови и власти» как тиранство, писатель полагал, что дойти до него может и «самый лучший человек», а вот «возврат к человеческому достоинству, к раскаянию, к возрождению становится для него уже почти невозможен». «Я не видал между этими людьми ни малейшего признака раскаяния, ни малейшей тягостной думы о своем преступлении <…> большая часть из них внутренно считает себя совершенно правыми»; не было заметно никакой черты, «которая бы свидетельствовала о внутренней тоске, о страдании».

Преступление, по Достоевскому, это не проступок против человека, это нарушение Божьей заповеди «не убий»! Убийство, совершённое Родионом Раскольниковым, это по сути своей вызов атеиста существованию Божию!
«Я хочу не такого общества научного, где бы я не мог делать зла, – говорил Достоевский – а такое именно, чтоб я мог делать всякое зло, но не хотел делать его сам…»

«Если Бога нет, то всё дозволено!» – примерно так звучит мысль писателя в романе «Братья Карамазовы».
«Представьте себе, — пишет Достоевский в феврале 1878 г. Н.Л. Озмидову, — что нет Бога и бессмертия души (бессмертие души и Бог – это всё одно, одна и та же идея). Скажите, для чего мне тогда жить хорошо, делать добро, если я умру на земле совсем? Без бессмертия-то ведь всё дело в том, чтоб только достигнуть мой срок, а там хоть всё гори. А если так, то почему мне (если я только надеюсь на свою ловкость и ум, чтоб не попасться закону) и не зарезать другого, не ограбить или почему мне если уж не резать, так прямо не жить на счёт других, в одну свою утробу? Ведь я умру, и всё умрёт, ничего не будет».

Ф.М. Достоевский не был социологом и криминологом, но его наблюдения, касающиеся природы преступления и личности преступника, до сих пор привлекают пристальное внимание юристов, психологов и социологов.

Доктор социологических наук Владислав Аркадьевич Бачинин в 2001 году издал книгу «Достоевский: метафизика преступления». В ней он пишет:
«Для социолога преступление выступает как следствие неспособности социальных субъектов найти цивилизованные формы разрешения жизненных противоречий».
«Оказалось, что ограниченность социологического метода исследования жизненных реалий обусловлена самой природой социологического познания».
«Как человеку непозволительно жить, забыв о высших первоначалах мирового бытия, так и социологии непозволительно существовать, открестившись от метафизического мира».

«Возможности сугубо социологического осмысления фактов нравственно-этического и уголовно-правового характера имеют, по-видимому, свои пределы. Существует, очевидно, такие рубежи в их понимании, на которые позитивистская социология никогда не сможет выдвинуться в силу своей отгороженности от сферы метафизических нормативно-ценностных абсолютов. Не случайно Ф. Ницше называл социологов «приспешниками фактов».

«Достоевский «видел бессилие социологии и её «логарифмов» там, где требовалось проникнуть в глубинную суть сложнейших форм социального бытия, связанных с жизнью религиозного и нравственного духа, с трагическими коллизиями самоубийств, уголовных и политических преступлений».

«Суть преступления не может быть выявлена на пути одних лишь теоретических исследований, без привлечения философско-метафизических средств познания».
«И Шекспир, и Достоевский убеждают читателя в том, что закон и преступление представляют собой срединные звенья, связывающие человека с метафизической реальностью, со светлыми и тёмными первоначалами бытия».

«Достоевский был глубоко убежден в том, что в преступлении как таковом, всегда присутствует нечто загадочное и таинственное, непроницаемое для рассудочных усилий научно-теоретического анализа. Именно это обстоятельство делает совершенно необходимым не просто философский подход к преступлению (который может быть при этом и позитивистским), а именно метафизический взгляд».

«Метафизика стремится убедить разум в существовании вечного и абсолютного. Применительно к социологии это выглядит доказательством того, что в социальных фактах всегда есть нечто, выходящее за их пределы и вообще за пределы сугубо рассудочного понимания».

«Для Раскольникова это не просто социальное действие, а метафизический акт испытания всего, что составляло суть и смысл его существования. … То, что Раскольников называл необходимостью «убить для себя», способом почувствовать себя «не тварью дрожащей», а человеком высшего разряда».

«Экзистенциальная функция преступления как раз заключается в том, чтобы позволить человеку узнать, кем он становится в запредельной ситуации пребывания по ту сторону добра, справедливости, человечности».

«Для человеческого рассудка во многом непостижимы и практически непредсказуемы последствия преступления как метафизического акта».
«Иррациональность множества преступлений, не вписывающаяся в логические схемы рассудочных объяснений, и заставляет обращаться к метафизике в надежде через неё прояснить что-либо.
«Для Достоевского экзистенциально-метафизическая природа преступления заключается в его способности быть средством заглядывания в бездну небытия».
(В.А. Бачинин «Достоевский: метафизика преступления (Художественная феноменология русского протомодерна)» СПбГУ, 2001 год).

Человек безусловно подчиняется не только известным законам природы и общества, но и ещё не изученным, лежащим в сфере метафизического предзнания, хотя оно и является в большой степени предположением.
По мнению философов, должна существовать Конечная Инстанция, должен существовать Конечный Разум, который всё определяет, своеобразный эталон, универсальный принцип.
Нужно выходить за пределы логики. Бог – это набор всего возможного.
Творение это не отрицание, а восхождение Бога в себя.
Мир как моральная конструкция, как обращение к Богу.
Мир – это способ бытия Сущего.
Космология как моральный императив к Богу.
Этическая интерсубъективность суть любовь творить необходимость!

https://vkvideo.ru/video1243120_456243985

В среде высших социальных животных нет понятия преступности, но есть нарушители, которые так же подвергаются остракизму, как и в обществе людей (например, обезьяны).
В человеческом сообществе действуют те же законы джунглей, что и среди диких зверей; господствует право силы, а не сила права, выживает сильнейший, и сильнейший всегда прав. На мораль и право плюют, если всего можно добиться силой. Насилие, лживость, зависть, жадность в инстинктивной природе человека.

Ради самосохранения и продолжения жизни допустимо пойти на любое преступление. Собственная жизнь, очевидно, дороже, чем жизнь другого. Можно даже убить нападающего в ситуации необходимой обороны. Уголовный закон оправдывает убийство другого человека ради личного выживания в ситуации необходимой обороны и не считает такое убийство преступлением.

ЧТО ЖЕ ТАКОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ?

Преступлением считаются действия (или бездействия), которые перечислены и описаны в Уголовном Законе.
Однако, хотя убийство считается преступлением, но на войне убийство врага преступлением не считается. За одно и то же действие в одном случае карают, а в другом случае — награждают!

Доктор юридических наук профессор Я.И. Гилинский пишет, что нет вида поведения, являющегося по своей природе преступным. «Преступление и преступность – понятия релятивные (относительные) «как договорятся» законодатели». «То, что в одной стране – преступление, в другой – не признаётся таковым. То, что преступным было вчера, не преступно сегодня, и наоборот».

Я согласен с Яковом Ильичём, что понятие «преступление», безусловно, выдумка государства («социальный конструкт»). Однако это не значит, что особо опасные виды социального поведения возникают и исчезают по воле законодателя. Исчезают одни – появляются другие. Воля законодателя лишь определять некоторые виды социально-опасного поведения как «преступление» и назначать за него наказание. При этом новые виды социально-опасного поведения часто не сразу попадают под понятие «преступление», а лишь когда начинают представлять угрозу общественному благополучию. Произвольное назначение того или иного поступка преступлением ещё не делает его общественно-опасным явлением (например, «оскорбление чувств верующих»).

https://vkvideo.ru/video1243120_456244020

Убийство существовало всегда, начиная с Каина и Авеля. Но «преступлением» оно стало считаться после того, как было внесено в Уголовный Кодекс. Однако, исключение из Уголовного Кодекса статьи 105 не устраняет деяния убийства как такого. Если исключить из Уголовного Кодекса отдельные статьи (виды преступлений) это ещё не означает избавиться от ряда общественно опасных деяний.
Формально, нет закона – нет преступления, поскольку преступление описано в УК. Но реально – отсутствие закона не означает отсутствие деяния, которое все считают преступным. Если вдруг по какой-то причине исчезнет Уголовный Кодекс, исчезнут ли вместе с ним и преступления?

Когда царь Одиссей вернулся наконец на родную Итаку, он расправился со всеми женихами, сватавшимися к царице Пенелопе. Он жестоко убил всех! Было ли это убийство преступлением?
А расстрел парламента из пушек? Если всё решает суд, а суда не было, значит и не было преступления?

Яков Гилинский полагает: «Все мы преступники не потому, что есть пьянство, наркотизм, проституция. А потому, что такой уголовный закон!»
В США 95% опрошенных признали, что в своей жизни совершали деяния, которые считаются преступлением.

– Может ли человек совершить преступление, на зная этого? – спрашивает герой фильма.
– Нет, он всегда знает. Но он не всегда виноват. Чтобы быть виноватым, надо осознавать что ты делаешь.
Но всегда ли человек сознаёт что он делает?
Бывают случаи, когда человеку кажется, что он словно не контролирует себя, а им управляют какие-то мистические силы, и человек не может объяснить, почему он поступил совершенно нелогично, иррационально (например, в состоянии аффекта).
«Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам…» (Гамлет)

Одни криминологи считают, что преступление – понятие условное. Другие полагают, что преступление – это то, что имманентно присуще природе человека. Вся история учений о природе преступного поведения по сути борьба двух направлений: биологического и социологического.

Доктор юридических наук, профессор Д.А. Шестаков считает, что преступность существует и на микроуровне как свойство человека. «Причины преступности вплетены в само существо мироустройства, в его сердцевину. … Зло и, в частности, крайние («преступные») его проявления есть непременная (необходимая?) составляющая воспроизводящегося миропорядка». «Видение преступности должно быть увязано с общими закономерностями бытия».

Доктор юридических наук профессор Ханлар Джафарович Аликперов считает:
1) в человеческой популяции не существует людей, обладающих иммунитетом от совершения противоправных деяний, так как преступность является свойством человека.
2) Многие виды индивидуального преступного поведения не являются продуктом социального конструкта. Они – исторически обусловленная объективная закономерность, утвердившаяся на Земле задолго до возникновения государства и права.
3) Существует универсальная причина преступности. Она заключена не в окружающих человека реальностях, а таится в самом Homo sapiens.

Если существуют так называемые «естественные права» человека, то существуют и «естественные преступления». Например, убийства из чувства ревности и мести существовали и будут существовать всегда.

Основоположники идеи естественного права английские учёные Джордж Бьюкенен (1505-1582) и Роджер Хукер (1554-1600) писали, что первобытное состояние человека было полно «зависти, борьбы, ссор и насилия, которые не закончились бы, если бы люди не пришли к общему согласию подчиняться одному человеку». Побуждение к жизни в обществе и подчинению законам этого общества происходило из естественной потребности выживания.

Однако никакой закон не останавливает людей от проявлений своей сущности. Всегда убивали и будут убивать, и даже страх смертной казни не останавливает. Закон имеет целью оградить общество от проявлений человеком своего подлинного Я, если это Я вступает в противоречие с Я других людей.

Известный теоретик права Чезаре Беккариа в 1764 году в трактате «О преступлениях и наказаниях» писал: «Нельзя надеяться на существенное улучшение морали, если политика не опирается на вечные чувства, присущие человеческой природе. Любой закон, идущий вразрез с этими чувствами, неизбежно столкнётся с противодействием, которое в конце концов окажется сильнее».

Писатель Михаил Михайлович Пришвин много размышлял о законах природы и общества.
«Маленького преступника судят за то, что он переступил через черту закона, ограждающего право другого человека, имея ввиду свой личный интерес. Если же преступник не для себя перешёл черту, а чтобы создать новый, лучший закон, отменяющий старый, и победил, то победителя не судят: победитель несёт новый закон. Маленький человек старого закона или несправедливо погибает при этой победе (Евгений из «Медного всадника»), или широко открыв глаза (Апостол Павел), прозревает будущее и становится на сторону Победителя».
Пришвин почти полвека вёл тайный дневник, за каждую строчку которого (по признанию самого писателя) можно было получить десять лет лагерей.
«Всякий закон вплоть до законов природы есть сила зла, потому что в существе мира никаких законов нет. Всякий закон при свете родственного внимания исчезает и на место его появляются скрытые им личности, творящие незаконно-священную жизнь».

Всякое творчество, художественное и социальное, очень часто является преступлением по отношению к существующим или отжившим нормам и представлениям. «Гений не следует нормам, он нарушает и создаёт их», – писал Иммануил Кант.

Криминологи до сих пор спорят, что оказывает решающее воздействие на преступное поведение человека: его психофизическая природа или социальная среда? «Среда виновата или подлая натура человеческая?» – вопрошал ещё Достоевский.

Раньше считалось, что корни преступности следует искать в социальных условиях жизни. Другая точка зрения предполагает, что корни преступности заключены в генетике человека. Сегодня установили, что проявления преступного поведения связаны не только с неблагополучным состоянием общества, но и со вспышками на солнце.

Что же сильнее влияет на поведение человека: его генетика или социальная среда?

На мой взгляд, гены в большей степени определяют поведение человека, нежели социальные условия. Клептоманы и педофилы – просто больные люди, которых надо лечить, поскольку лишение свободы не избавит их от пагубного пристрастия.

Некоторые криминологи отказываются признавать «генетический след» в личности преступника. Но полагаю, системы искусственного интеллекта учитывают этот фактор в вычислении потенциальных преступников.

Человек от природы не добрый и не злой. Многочисленные психологические эксперименты доказывают, что при определённых условиях каждый человек может стать злодеем и преступником.

Так преступниками рождаются или становятся?

Знаменитый итальянский тюремный врач Чезаре Ломброзо утверждал, что «преступниками рождаются», люди наследуют генетическую предрасположенность к преступному поведению.

Основоположник социологического направления А.Кетле полагал, что «преступниками не рождаются, ими становятся… Общество заключает в себе зародыш всех имеющихся совершиться преступлений, потому что в нём заключаются условия, способствующие их развитию; оно… подготовляет преступление, а преступник есть только орудие».

Эмиль Дюркгейм называл преступность реакцией на социальные изменения и платой за них. Дюркгейм утверждал: «Преступность – нормальное явление потому, что общество без преступности совершенно невозможно».

На поведение человека влияют и социальное окружение, и конкретная ситуация, и нормы общества, и генетическая предрасположенность. Но по моему мнению, «контрольный пакет» в определении реакции человека на ситуацию находится в его характере и в генах. Не каждый способен совершить изнасилование или убийство с особой жестокостью. Специалисты обнаружили, что мозг преступников, совершивших убийства, имел значительные отличия от мозга невиновных людей: у преступников имелся дефицит серого вещества в областях мозга.

На мой вопрос о генетической склонности к совершению преступлений доктор юридических наук профессор С.М. Иншаков дал категоричный ответ: склонность к преступлению заложена в генах конкретного человека изначально.

Так предопределён человек к совершению преступления или нет?

Профессор Д.А. Шестаков в книге «Теория преступности и основы отраслевой криминологии» на стр.13 пишет: «…преступность — внутренняя предрасположенность индивида к совершению преступлений, сформировавшееся у него свойство поступать в определённых ситуациях преступно». «Человек в мире – марионетка для выполнения предписанной свыше программы, которая даёт стимулы: радости, любви… навязанные свыше представления о хорошем и плохом».

Начальник кафедры криминологии Московского университета МВД России, заслуженный юрист России, доктор юридических наук, профессор С.Я. Лебедев считает:
«… по закону природы любое насилие есть способ выживания вида. Значит, любое насилие одного человека в отношении другого человека в реализации своего интереса (даже если руководствоваться целями социальной справедливости) с точки зрения сегодняшнего уголовного права это преступление, а с точки зрения ориентации на законы природы, это не преступление…»

Практически каждый из нас совершал то или иное преступление (даже не зная того), т.е. все мы «преступники». При расплывчатости некоторых терминов (например, «экстремизм»), практически любой поступок может быть квалифицирован как преступление. Практикой стало обращение в следственные органы с просьбой инициировать проверку на наличие в действиях человека или юрлица преступлений. «Был бы человек, а статья найдётся…»
Как фальсифицируют уголовные дела против нежелательных элементов и преследуют политических оппонентов хорошо показали последние выборы в США. Одна власть осуждает штурмующих Капитолий как преступников, а новая власть их оправдывает и амнистирует.

Вся деятельность личности по сути есть переступание через запреты, преграды и нормы – то есть «преступление» (переступание), если понимать его расширительно, а не только как норму Уголовного Закона.

Почему же люди сознательно нарушают закон, проявляя присущую им свободу воли?

Читая новости, удивляешься огромному каждодневному количеству совершаемых преступлений. Бытовые убийства стали нормой жизни. Люди словно просто не могут не преступать закон. Вернулись времена Талиона: «око за око, зуб за зуб». Торжествует не сила права, а право силы : кто сильнее, тот и прав.

Напрашивается вывод, что преступление, как впрочем и всё, есть нормальное явление нашей общественной жизни, проявление жизненной необходимости и природы человека; это отклонение, без которого невозможно развитие общества. Личность обосновывает своё право переступать через моральные, социальные и юридические установления в преследовании собственных целей.

Наш Мир существует на основе Законов мироздания, и люди должны жить с соответствии с этими законами. Если же люди их нарушают, тем самым они вредят себе и миру.

Является ли преступление нарушением законов мироздания или их органичной частью?

Есть люди, которые не могут ни дня прожить без преступления. Я имею ввиду любителей детективов. Вся жизнь для них сплошной криминал. Если день прошёл без убийства, им скучно. Они не могут заснуть, не посмотрев несколько серий криминального сериала.

Я не любитель детективов, но ради любопытства посмотрел таки сериал про Эркюля Пуаро и был разочарован.
В отличие от выдуманного Агатой Кристи частного детектива, роман А.Дюма «Граф Монте-Кристо» основан на реальной истории, взятой из полицейской хроники. Одним из прототипов героя романа — Эдмона Дантеса — стал сапожник из Нима по имени Франсуа Пико, который был помолвлен с состоятельной женщиной. В 1807 году, по доносу троих своих завистливых «друзей», ложно обвинивших его в шпионаже в пользу Англии, Пико был арестован и брошен в крепость, где провёл около 7 лет. После падения императорской власти в 1814 году Франсуа Пико вышел на свободу, овладел завещанными ему сокровищами и под другим именем объявился в Париже, где посвятил 10 лет возмездию за подлость и предательство. Вся его жизнь превратилась в нескончаемое преступление.

Для уголовников-рецидивистов жизнь это преступление. У «вора в закона» своя жизненная философия. По старым «законам» вором мог стать человек, по-настоящему отсидевший в тюрьме, карманник, который мог «обрить» фраера, когда тот был трезв и не спал. Ворами становились за верность «правильной» жизни. А сейчас? Идею опозорили, не брезгуют и похищением детей, лишь бы получить грязные «хрусты». Боже, что твориться с людьми! Иметь жену, машину, хорошую хазу никому в сегодняшней жизни не запретишь. Не могу осуждать тех, кто имеет всё это, но и не приветствую. Некоторые построили себе не дома, а санатории, забыв о том, что санаторий для истинного «законника» — тюрьма. Когда мне нужна машина, меня возят. Прописка есть, но постоянно нигде не живу. Имею ребёнка, но жены со штампом в паспорте у меня нет. Я люблю, и любим, и долю свою в любви принимаю, как подарок Бога мне, грешному. Таких как я, мало осталось. Вор в законе — это не чин, не звание, это состояние души — души бродяги».
(из моего романа-быль «Странник (мистерия) на сайте Новая Русская Литература

В результате произошедшей со мной в 1992 году автокатастрофы я столкнулся с преступлением. Вначале сбивший меня мотоциклист признался, что ехал с неисправными тормозами, но позже отказался от своего признания. Я добился экспертизы, которая подтвердила виновность водителя. Но дело в итоге закрыли.
Выходит, если подкупить следователя, то можно избежать наказания? Где же тогда справедливость?!
Все мои обращения в прокуратуру и даже к Президенту не дали никаких результатов. Тогда я впервые задумался: если нет Высшей Справедливости, то как же тогда жить?

Оказавшись после автокатастрофы инвалидом, я решил вместо кандидатской диссертации изложить собранный социологический материал в виде романа-исследования «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак». Практически всё в моём романе-быль «Странник»(мистерия) не выдумано, а взято из реальной жизни, в том числе история моего преступления.

— Если тебя заказали, то дело «сошьют» так, что не отмажешся. У него же приказ! Ментовка это тебе не Мосторг, здесь «шьют» на заказ.
— Но я же не совершал никакого преступления!
— Начальство прикажет — будет преступление. А совесть — она здесь лишняя. Следователь должен или не выполнить незаконный приказ, или подать в отставку. А кто же при нынешней безработице от работы откажется, особенно если семья и дети. Я как-то прочитал в газете, что из семи человек шесть будет подчиняться приказам начальника, даже если их исполнение будет приносить страдания другим людям.
— А как же закон?!
— У нас профессиональная подлость, а не закон! Я два года пытался доказать, что меня ограбили, а в результате сам оказался под судом за клевету. Предложили, смешно сказать, сделку с правосудием: либо деньги, либо справедливость. Так что не связывайся с властью! Плетью обуха не перешибёшь. А высунулся — получи по физиономии, будет тебе наука: или не высовывайся, или не ной. Сиди тихо, как мышь под веником, и всё будет. А честность свою лучше попридержать. У нас по закону, если честно признаешься, тебя же и посадят; так что приходится врать. Я тоже боролся за справедливость, но понял, что напрасно. Ну и хрен с ними со всеми, пусть загнивают. Таких как я нужно благодарить за то, что борются со злом. Если бы не мы, государство давно бы погибло от коррупции. Хотя, если по большому счёту, бороться с преступностью бессмысленно. Преступность была и будет всегда, пока будут существовать запреты, зависть, неравенство и прочие пороки человека и общества.
— Не понимаю, не понимаю! — воскликнул Дмитрий. — Суд продажен, милиция – бандиты в погонах, прокуратура покрывает беззаконие, преступников выпускают и назначают на высокие должности, а невиновных сажают в тюрьму. Абсурд какой-то!
— Абсурд только кажущийся. Всему есть объяснение. Они законом прикрывают свой произвол. Делают, что хотят! Писаный закон лишь прикрывает закон неписаный.
— А как же совесть, мораль?
— Нет никакой морали! Люди всегда поступают, как им выгодно. Воровать нечестно? А государству можно своих граждан обворовывать? Когда правительство грабит народ, заставляя втридорога платить, это можно? Нас поставили на грань выживания, и в таких условиях призывать к моральности аморально.
— Так можно найти оправдание и предательству, и подлости, и убийству.
— Да, я украл, но я действовал в ситуации крайней необходимости. Мне есть было нечего. И денег ни копейки. Но никогда не оправдают укравшего буханку хлеба, даже если он украл, чтобы не умереть с голода. Это не воровство, когда я беру то, что заработал, но чего мне не хотят отдавать. Это компенсация! Почему государству можно воровать у граждан, а нам нельзя?
— Выходит, в ситуации крайней необходимости нет морали, и чтобы выжить, допустимо всё?
— Поставьте человека в нечеловеческие условия, и он нарушит любые запреты. Бывают ситуации, когда воровство единственный способ выжить. Когда речь идёт о жизни и смерти, благородству нет места! Нравственность существует лишь в границах жизни, а не за её пределами!»
(из моего романа-быль «Странник (мистерия) на сайте Новая Русская Литература

ВИКТОРОВИЧ О ПОЕЗДКЕ ДОСТОЕВСКОГО
10\11\2024 В.А. Викторович выступил на конференции «Достоевский и мировая культура» с докладом «Поездка Достоевского в Даровое 1877 года»

https://youtu.be/SVsUSiJ_yvc

КРАПИВИН О НАБОКОВЕ И ДОСТОЕВСКОМ
12\11\2024 Г.Н. Крапивин выступил на конференции «Достоевский и мировая культура» с докладом «Интонационность в произведениях Набокова и Достоевского».

https://youtu.be/-XPI1SMH-Ks

ДОЛГИХ О ФУРИОЗНОСТИ
12\11\2024 Е.Н. Долгих выступила на конференции «Достоевский и мировая культура» с докладом «Суслова – Розанов – Белинский: метаморфозы фуриозности».

https://youtu.be/PQcxAWzydWw

БЕССОНОВА О ПЕРЕПИСКЕ ДОСТОЕВСКИХ
12\11\2024 А.С. Бессонова выступила на конференции «Достоевский и мировая культура» с докладом «Новые комментарии к семейной переписке Достоевских 1830-х — 1850-х гг».

https://youtu.be/oIKlv05GP4k

ФОКИН О НОВЫХ ПЕРЕВОДАХ ДОСТОЕВСКОГО
12\11\2024 С.Л. Фокин выступил на конференции «Достоевский и мировая культура» с докладом «Новый перевод «Братьев Карамазовых» на французский язык (2023): задачи и вызовы».

https://youtu.be/zZs5jXNFFdU

СТРИЖАК О ПЕРЕВОДАХ ДОСТОЕВСКОГО
12\11\2024 У.П. Стрижак выступила на конференции «Достоевский и мировая культура» с докладом «Душа», которой нет у Достоевского: японские переводы «Преступления и наказания».

https://youtu.be/7bhFMXRKU8A

ТИХОМИРОВ О РОСТАНЕВЕ
12\11\2024 Б.Н. Тихомиров выступил на конференции «Достоевский и мировая культура» с докладом «Ростанев»

https://youtu.be/8DMDNvShPjk

https://vk.com/video1243120_456243965

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А по вашему мнению, ЖИЗНЬ ЭТО ПРЕСТУПЛЕНИЕ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

10 ноября 2014 года я был в Эрмитаже на научной конференции «Территория свободы». Конференция была приурочена к 50-летию выставки «Такелажников» в Эрмитаже, 40-летию выставки неофициального искусства в ДК им. И.И.Газа и 25-летию Арт-центра «Пушкинская-10»/Товарищество «Свободная культура».
Цель конференции — через историю нонконформистского движения в городе на Неве показать важность сохранения в искусстве инстинкта свободы.
Я помню общественный резонанс по поводу выставки в ДК им. И.И.Газа и помню выставку в ДК «Невский» в 1975 году. Это был глоток свободы!
Творчество всегда было территорией свободы человеческого духа. Художники отстаивают право на инакомыслие, право быть собой. Все они обладают инстинктом свободы. В СССР некоторые за своё свободолюбивое творчество были привлечены к уголовной ответственности. Например, художник Юлий Рыбаков отсидел 6 лет. Теперь он президент «Арт-центра «Пушкинская-10», депутат Госдумы РФ.
Я поинтересовался у самих художников, как они понимают, почему творчество часто преступление.

Куратор Анастасия Пацей считает, что искусство – это преступление против обыденности, против необразованности. Это очень мощное оружие, но которое всё-таки борется со злом во имя добра.

Доктор философских наук Николай Суворов сделал доклад «Культура протеста», в котором подчеркнул, что протест должен быть перманентным и оставаться неформальным; что искусство – территория свободы.
Он считает, что творчество – это преступление против кровати, против «тёплого местечка», против семьи, это преступление перед традицией, потому что всякое творчество традицию хочет убить.

На круглом столе «Нонконформистское искусство» выступили Юлий Рыбаков, Тамара Буковская, Валентин Самарин (Тиль), Валерий Мишин и другие художники.

Валентин Самарин (Тиль) полагает, что без преступления нет творчества. Потому что нужно что-то преступить, нужно выйти в другое пространство, чтобы творить. Поэтому творчество это преступление.

Человек без творчества это не человек. Творчество – то немногое, что отличает человека от представителей животного мира.

Творчество – это преступление над обыденностью. В творчество художник привносить часть своей натуры. Каждый человек этим занимается.

Всякое творчество есть преступление против разума, поскольку для творчества нужно отключить разум.

Есть мнение, что, наоборот, всякое НЕ творчество есть преступление!

Когда я учился в Университете, то часто посещал неформальные выставки авангардистского искусства, дружил со многими художниками-нонконформистами. Собственно, и наукой я стал заниматься с изучения явления нон-конформизма. Первые мои исследования были посвящены усилию сохранять собственное мнение, несмотря на давление мнения большинства.

Одна моя знакомая поступила учиться в Академию художеств, игнорируя запреты врачей. Как-то она подарили мне свои этюды обнажённой натуры. Когда я вывесил их в своём рабочем кабинете, некоторые сотрудники расценили эти картины как порнографию и посоветовали повесить над дверью «красный фонарь».

Я всегда уважал художников – людей не от мира сего. Ради своего увлечения они готовы жертвовать всем, жить впроголодь, конфликтовать с властью, эмигрировать из страны. И всё только ради того, чтобы заниматься любимым искусством.
Ныне всемирно известный художник Михаил Шемякин работал такелажником в Эрмитаже и стал участником выставки «Такелажников» 1964 года в Эрмитаже.

Ленинградские группы андеграунда в 1950-60-х годах в условиях советской тоталитарной диктатуры были очагами свободы.

Чтобы решиться на творчество, которое могло быть расценено как преступление, нужен был героизм. Тех писателей, которые пытались критически осмысливать ход социалистического строительства, Сталин посылал на перевоспитание. Известно, как преследовалось в Третьем Рейхе так называемое «дегенеративное искусство».
До сих пор памятно посещение Хрущёвым выставки современного искусства в Манеже и его оценки.

1 декабря 1962 года 1-й секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущёв посетил выставку художников-авангардистов в Манеже под названием «Новая реальность». На выставке экспонировались и авангардистские скульптуры, в том числе произведения Эрнста Неизвестного, впоследствии вынужденного эмигрировать из СССР.
Всем запомнились ругательные высказывания Хрущёва по поводу произведений авангардистов: «Вызывает ли это какое-нибудь чувство? Хочется плюнуть! Вот эти чувства – вызывает». «Это педерастия в искусстве! Там почему, я говорю, педерастам – 10 лет, а этим – орден должен быть?»

Началом освобождения искусства от идеологии стала так называемая «бульдозерная выставка» в Москве. Поскольку художникам-авангардистам запрещали официально выставляться, 15 сентября 1974 года они организовали неофициальную выставку своих картин на открытом воздухе на опушке Битцевского лесопарка в Беляево.

Акция была жестоко подавлена властями с привлечением большого количества милиции, а также с участием поливочных машин и бульдозеров, отчего и получила название «бульдозерная выставка». Картины ломали, художников увозили в участок, где заявляли: «Стрелять вас надо! Только патронов жалко…»

Многие писатели и художники не выдержали тоталитарной диктатуры и покинули СССР. Многие просто не возвращались и оставались на Западе, как, например, Андрей Тарковский, Михаил Барышников, Рудольф Нуриев, Юрий Любимов и другие.
Олимпийские чемпионы по фигурному катанию Людмила Белоусова и Олег Протопопов, находясь на гастролях в Швейцарии, попросили политического убежища и отказались возвращаться в СССР. На Родине их назвали предателями.

Граждане СССР, отказавшиеся вернуться в страну из легальных заграничных поездок или командировок, назывались невозвращенцы. За отказ возвратиться из-за границы в СССР их могли признать преступниками по статье 64 Уголовного Кодекса РСФСР «Измена родине» пункт «Д».
Посадить могли и по статье 58 УК РСФСФ за «преклонение перед Западом». И по статье 70 УК РСФСР «антисоветская агитация и пропаганда».

За творчество в самиздате грозил реальный срок. Будущий лауреат Нобелевской премии по литературе поэт Иосиф Бродский был привлечён к уголовной ответственности и осуждён как преступник по статье за тунеядство. После отсидки ему предложили уехать из страны.
После присуждения Нобелевской премии по литературе пытались выслать Бориса Пастернака; Брежнев выслал Солженицына; многие художники, опасаясь репрессий, сбегали за границу сами.

Ещё французский философ и социолог Эмиль Дюркгейм заметил «двойственность» в понимании преступления. Есть обычные преступники и такие «преступники» как Сократ.
Сократу в 399 году до нашей эры вынесли смертный приговор якобы «за развращение молодёжи и неуважение богов». В 1600 году сожгли на костре Джордано Бруно. Галилео Галилея (1633 год) содержали в темнице за его отказ признать, что Солнце вращается вокруг Земли.

Синод православной христианской церкви обвинил Михаила Ломоносова в распространении в рукописи антиклерикальных произведений по ст. 18 и 149 Воинского артикула Петра I. Это предусматривало смертную казнь. Представители православного духовенства требовали сожжения М.Ломоносова.

«Гений не следует нормам, он нарушает и создаёт их», – писал Иммануил Кант.

Знаменитый химик А.Лавуазье был гильотинирован 8 мая 1794 года в Париже по решению революционного трибунала. Председатель трибунала, в ответ на апелляцию к мировой славе учёного, произнёс: « Республика не нуждается в учёных».

Доктор Джеймс Роджерс в 1965 году был приговорён к казни на электрическом стуле за так называемый «массачусетский эксперимент». Но за два дня до казни, будучи в камере, он покончил с собой. Недавно «Массачусетский университет психологии и невропатологии», в котором работал доктор Роджерс, официально заявил, что этот эксперимент имеет большое научное значение, а его эффективность неоспорима. В связи с этим ректор университета попросил прощения у оставшихся родственников Джеймса.

«Каждый новый шаг вперёд необходимо является оскорблением какой-нибудь святыни, бунтом против старого, но освящённого привычкой порядка», – писал Питирим Сорокин.

В 1914 году русский философ и социолог Питирим Сорокин в работе «Преступление и кара, подвиг и награда» обратил внимание на то, что, в отличие от уголовных преступлений, подвиги и награды совершенно не изучаются.

Преследовали как «политического преступника» известного композитора Рихарда Вагнера.
После революции бежали из России писатель Иван Бунин (впоследствии лауреат Нобелевской премии), создатель вертолетов Игорь Иванович Сикорский, изобретатель телевидения Владимир Козьмич Зворыкин, поэтесса Марина Цветаева и многие другие.

Тех же, кто остался, в 1922 году выслали из России на так называемом «философском пароходе». Как объяснил Лев Троцкий: «расстрелять их не было повода, а терпеть было невозможно».

А сколько творцов сгинуло в сталинском Гулаге?!
Умер в тюрьме знаменитый генетик Николай Вавилов. Создатель «Розы Мира» Даниил Андреев сидел в тюрьме, как и отец отечественного ракетостроения Сергей Павлович Королёв.

Скольких учёных, писателей, художников записал в преступники «коммунистический режим» только за их инакомыслие, которое, собственно, и является основанием творчества. Осип Мандельштам, Александр Солженицын, Иосиф Бродский, социолог Александр Зиновьев, философ А.М.Пятигорский, режиссёр Андрей Тарковский и многие другие.

Запрет, как известно, порождает протест. Творчество рок-музыкантов стало формой социального протеста. Всем нам хорошо известны имена: Виктор Цой, Костантин Кинчев, Борис Гребенщиков и другие. За своё творчество был убит Игорь Тальков.

Борис Гребенщиков одно время работал в том же НИИ комплексных социальных исследований, где работал и я. За участие в неформальном фестивале его исключили из комсомола и уволили с работы.

Перестройку во многом обеспечили рок-музыканты и фильм Сергея Соловьёва «Асса». После фильма «Асса» все стали требовать: «Мы ждём перемен»!

«Каждый новый шаг вперёд необходимо является оскорблением какой-нибудь святыни, бунтом против старого, но освящённого привычкой порядка», – писал Ф.Энгельс.

Поскольку за творчество посадить невозможно, чаще всего находят предлог. Писатель Эдуард Лимонов тоже отсидел в тюрьме за якобы совершённое им преступление.

Недавно я побывал на встрече с известным французским писателем Эрик-Эмманюэль Шмитт. Мне очень понравилась его новелла «Оскар и Розовая Дама», особенно в моноспектакле Алисы Фрейндлих. На мой вопрос, что для него есть творчество и может ли быть творчество преступлением, Эрик ответил: «Для меня искусство – полная противоположность преступлению».

«На самом деле писателем становишься для того, чтобы убежать от себя, чтобы вырваться из плена собственной внешности, собственных надежд, для того, чтобы стать другим, чтобы стать кем угодно, чтобы стать вами – своими читателями», – признался Эрик-Эмманюэль Шмитт.

Недавно я побывал на всемирной премьере балета «Великий Гэтсби» (украинский проект с привлечением американских звёзд). В романе Скотта Фицджеральда речь, как известно, шла о преступлении. А можно ли считать преступлением отмену анонсированного участия симфонического оркестра в спектакле?

Может ли быть преступлением произведение искусства?

Может, если в действиях художника или в художественном произведении усмотрят возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства (статья 282 УК РФ), призывы к свержению государственного строя, пропаганду наркомании, педофилии или оскорбление чувств верующих.

Трудно сказать, было ли выступление группы Pussi Riot в храме Христа Спасителя творчеством, но судом было квалифицировано как преступление по статье 213 УК РФ «хулиганство». Надежда Толоконникова отсидела два года.

Широко известна своими протестными акциями российская леворадикальная группа «Война». С 15 ноября 2010 года по 22 февраля 2011 года двое активистов группы – Олег Воротников и Леонид Николаев – содержались в СИЗО Лебедевское в Петербурге по обвинению в хулиганстве в связи с участием в художественных акциях группы, носящих, по мнению следствия, «дерзкий и циничный характер выражения протеста против власти».

Даже режиссёра Никиту Михалкова обвиняют чуть ли не в преступлении (растрате бюджетных средств) при постановке картины «Солнечный удар».

В этой связи хочется напомнить понимание преступности, которое даёт доктор юридических наук, профессор Я.И.Гилинский:
«Преступление и преступность – понятия релятивные (относительные) «как договорятся» законодатели». «То, что в одной стране – преступление, в другой – не признаётся таковым. То, что преступным было вчера, непреступно сегодня, и наоборот».

В декабре 1998 года художник Авдей Тер-Оганян показал беспрецедентный перфоманс – он разрубил несколько икон на выставке «Арт-Манеж». Этот перфоманс был расценён православными как оскорбление чувств верующих. Дирекция ответила, что каждый имеет право выставлять то, что хочет. Художнику предъявили обвинение по 1-й части статьи 282 УК РФ (возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды).

В 2003 году в центре Москвы в музее Сахарова открылась кощунственная антицерковная выставка под лозунгом «Осторожно, религия». Были выставлены иконы с вырезанными ликами, вместо которых вставлялись дорожные знаки опасности, Крест с изображенной голой женщиной и т.п.
На пресс-конференции один православный архиерей назвал эту «выставку» преступлением и сказал: «мы надеемся, что это преступление никогда больше не повторится в нашей стране».
Директора музея Юрия Самодурова обвинили в разжигании религиозной розни по статье 282 УК РФ. За следующую выставку «Запретное искусство» директора и куратора суд признал виновными по статье 282 УК РФ.

В марте 2005 года в Большом театре состоялась премьера оперы «Дети Розенталя» в постановке режиссера Эймунтаса Някрошюса, музыку к которой написал Леонид Десятников, а либретто Владимир Сорокин. Спектакль вызвал столь сильный резонанс, что у стен театра проводились пикеты и акции протеста. Комитет по культуре Госдумы проверял тогда, не усматривается ли в произведении порнография.

Известный литературовед и общественный деятель Ирина Дмитриевна Прохорова на «Прямой линии» с Президентом РФ Владимиром Путиным выразила опасение: «Мы видим, что не только неуклонно сокращается бюджет на поддержку культуры и образования, но и начинаются гонения на деятелей культуры, которые выражают несколько другую позицию. Начинаются какие-то гонения на современное искусство, которое начинают обвинять во всех немыслимых и мыслимых грехах».

Сейчас много говорят о том, что наступает «новое средневековье».
Ирина Дмитриевна Прохорова считает, что у нас никогда реально не было светской культуры, у нас всегда была клерикальная культура. В 90-е годы прошлого века было реальное первое рождение в России светского общества, которое сейчас в опасности. Оно не успело сформироваться, как снова нам предлагается клерикальная культура.

Большой общественный резонанс вызвала скандальная выставка икон Марата Гельмана в Петербурге в 2013 году.
Недавно я был на встрече с Маратом Гельманом – знаменитым галеристом и арт-менеджером. По его мнению, отношение власти к художникам можно выразить словом «лояльность». Делайте, что хотите, но будьте лояльны, не ходите на всякие оппозиционные митинги, и мы будем платить вам за лояльность. Власть ставит перед искусством задачи: пропагандируйте и прославляйте…
Свобода для искусства подобна крови для организма!

20 октября 2012 года я опубликовал статью о Владимире Набокове «ЛОЛИТА НАБОКОВА: ПЕДОФИЛИЯ ИЛИ ЛЮБОВЬ?» В статье я доказывал, что этот роман не порнография, а литература.
На следующий день в музее современного искусства «Эрарта» должен был состояться моноспектакль Леонида Мозгового «Лолита».
Однако 21 октября 2012 года в Петербурге распространили письмо с требованием отменить спектакль. Авторами послания, согласно бумаге, выступили казаки, а также учителя младших классов и студенты. В вину актёру Леониду Мозговому поставили не только создание спектакля по роману «Лолита», но и то, что он создал положительный образ Гитлера в фильме у «режиссёра, известного пропагандиста содомии». Оскорбления были адресованы известному режиссёру Александру Сокурову.

До сих пор нет чётко определённой границы между высокохудожественной эротикой и порнографией. Например, фильм «Последнее танго в Париже». Одни видят в этом фильме порнографию, другие – высокое искусство.

Недавно в МХТ во время демонстрации спектакля «Идеальный муж» в постановке режиссёра Константина Богомолова православные активисты вышли на сцену и пытались прервать действие, выкрикивая в зал: «как вы можете терпеть издевательство над вашей верой?!»

Православные активисты выступали и выступают против демонстрации по телевидению фильма Мартина Скорсезе «Последнее искушение Христа».

Английский писатель Оскар Уайльд, как известно, отсидел в тюрьме не просто за гомосексуальную связь, но, не в меньшей степени, за своё творчество, которое расценивалось как вызов общественному мнению и пощёчина общественному вкусу.
Французский поэт Поль Верлен и поэт Артюр Рембо состояли в гомосексуальной связи, за что могли также быть привлечены к суду за преступление содомии.
Наш Сергей Есенин часто привлекался за хулиганство.

«Любое творчество – всегда преступление, конечно, не в юридическом смысле этого слова… Творчество (преступление) как созидание, – писал Б.С.Грязнов. – Художник может стать сильнее отпущенного ему природой (Бога), то есть творчество оказывается делом дьявольским … Итак, творчество есть боль, страдание. Творчество есть преступление. Творчество есть дьявольское дело. Творчество есть героизм».

Фридрих Ницше говорил, что творчество и креативность это путь человека к сверхчеловеку, сотворение самого себя, когда «тварь и творец соединены воедино».

Ч.Спирмен определяет креативность как «способность к разрушению общепринятого, обычного порядка следования идей в процессе мышления».

Креативность как форма мышления, превосходит обычное логическое и рациональное. Творчество и креативность – результат дионисийского мышления, в котором мифология и мистика отодвигают рациональность и логику на второй план.

Недавно я побывал на выставке «Винсент Ван-Гог. Ожившие полотна». Всю жизнь он боролся с бедностью, некоторое время лечился в психлечебнице. Инсталляции картин и рассказ о гениальном художнике напомнили мне высказывание Диогена: «Я не сумасшедший. Только ум мой не такой, как у вас».

П.Хиндемит рассматривал творчество и преступление как две стороны единого процесса.
Томаса Манна преследовала мысль: творчество как преступление.

«Человек всегда стремился сделать то, что не позволено (запрещено). Общество фактически использовало все возможные запреты… Я попытался выразить это «не разрешённое», которое является во мне». (Шаруна Саука)

«Гений и злодейство две вещи несовместные», – писал Пушкин.
Когда-то я спорил с этим. Но позднее убедился в истинности этих слов, вкусив, что такое вдохновение, кому и почему оно даётся.
Вдохновение иррационально. Без вдохновения нет творчества. Но оно требует веры.
Творчество — проявление божественной сущности человека, это жажда мира иного, это медитация, это молитва. И потому всякое творчество базируется не на размышлении, а на интуиции. Не может быть постижима Истина через интеллектуальное усилие, но лишь через мистическое откровение, через личный духовный опыт.
Человека от животных отличает именно потребность в творчестве. И смысл жизни даёт только творчество!

На последней конференции по девиантологии мой учитель и научный руководитель доктор юридических наук, профессор Я.И.Гилинский подарил мне свою новую книгу «Творчество как позитивная девиантность».
Он считает, что человеческая активность может проявляться как в позитивном ключе (в творчестве), так и в негативном (преступность и т.п.). Давно замечено, что негативные отклонения и позитивные взаимосвязаны, как связаны гений и сумасшествие. Причём, если с преступностью знают что делать, то что делать с сумасбродным гением, не знает никто.
Творческий процесс и самого творца часто понимают как отклонение от нормы и даже как патологию.

В книге «Творчество как позитивная девиантность» доктор юридических наук, профессор Н.А.Исаев пишет:
«В любом случае творчество – есть своеобразный выход за пределы заданного, отклонение от него. … Специфика любого творчества усматривается в том, что его объектом и одновременно итогом является саморазвитие, создание самой личности, а не её образа, как, скажем, в искусстве».

Станислав Лем писал, что отклоняющееся поведение это «полоса свободы, которую мир оставляет в распоряжении эволюционирующего общества, уже выполнившего долг адаптации…»

В.Поклад пишет: «положительной девиацией следует считать поведение, которое регулируется не позитивными ценностями (деньги, власть, образование), а естественными (абсолютными) ценностями, коими являются Истина, Добро и Красота. В этом же состоит наиболее чёткий критерий отличия позитивных девиаций от негативных».

Всё, что не поддаётся рациональному объяснению, надзору и контролю, все формы поведения, имеющие характер неупорядоченных и хаотичных, определяются властью как источник социального зла.

Восстание графа Эссекса против королевы Елизаветы I началось после представления в театре «Глобус» пьесы Шекспира «Ричард II». Эссексу нужна была поддержка недовольной толпы. И пьеса «Ричард II» «разогрела» толпу недовольных.

Пьеса Бомарше «Женитьба Фигаро» тоже сыграла роль детонатора Великой Французской революции. Позволив смеяться над собой, аристократия вынесла себе приговор.

Известно сколько сделал «Буревестник» Максима Горького в приближении Октябрьской революции 1917 года. Горький был отправлен в ссылку.

Честные художники пытаются нести правду, но власть их не любит. Искусство в руках государства всегда служило цели оболванивания масс.

Власть заигрывает с деятелями искусства, прикармливает угодливых и приручает непослушных.
Властители всегда выступали заказчиками для художников, тем самым их подкупая и заставляя себе служить. Некоторые художники сами готовы служить власти, и делают всё, что прикажут, лишь бы им платили. Такая, с позволения сказать, «проституция» губительно сказывается на таланте.

Взаимоотношения художника и власти можно рассматривать как лакмусовую бумажку происходящих в обществе процессов.
По мнению французского исследователя Пьера Бурдье, искусство, культура это «символическая власть», которая в определённые моменты жизни общества может становиться серьёзным конкурентом реальной политической власти.

На мой взгляд, художник должен быть в оппозиции к власти (в хорошем смысле этого слова). Он должен критиковать власть, показывать её недостатки и призывать к их устранению, быть совестью нации.

ТРАВА, ВЗЛАМЫВАЮЩАЯ АСФАЛЬТ, – вот метафорическое выражение коллизии «художник и власть».

На мой взгляд, истинное творчество — всегда восстание, истинный художник — всегда революционер!

Художник тем и нравится, что бросает вызов обществу своим творчеством, своим образом жизни. Ведь привлекает то, на что сам не способен. Писатель должен говорить то, в чём страшно признаться читателю. В конечном итоге, интересует даже не само произведение, а подвиг его создателя, личность самого творца.

Есть мнение, что для успешного творчества художник должен быть голоден и одинок. Преодоление страданий, дискомфорта и неустроенности стимулируют его творить.
Для А.Эйнштейна, согласно его «автобиографическим заметкам», теория относительности была «актом отчаяния».
Лично я сел писать роман, когда оказался инвалидом, брошенный всеми, фактически без средств к существованию. Творчество было своеобразным преодолением страха смерти.
О страхе смерти как источнике искусств писал академик Дмитрий Сергеевич Лихачёв, который за свои творческие изыскания отсидел срок на Соловках. Ему я подарил свой роман «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак».

В моей жизни был случай, когда меня хотели посадить за творчество. Осенью 1999 года на книжной ярмарке ко мне подошли двое мужчин.
— Торгуете? — спросил один из них.
— Я не продаю, а распространяю.
— Вы автор?
— Автор у нас один.
— Не понимаю.
— Я лишь ручка.
— А купить книгу можно?
— Если вам интересно, можете взять, почитать. Не понравится — вернёте. Ну а если хотите иметь у себя, то можете внести свой взнос в фонд автора.
— А сколько денег нужно дать?
— Сколько хотите. В магазине такая книга продаётся за пятьдесят рублей.
Один из них вынул деньги, передал их, и в этот же момент объявил:
— Контрольная закупка. Мы сотрудники налоговой полиции. Пройдёмте.
— Разве я сделал что-то противозаконное?
— Вы получаете пособие по безработице?
— Да, минимальное.
— А раз получаете, хотя бы и минимальное, то не имеете права торговать, поскольку таким образом вы обманываете государство.
— Да на пособие прожить невозможно, оно же в десять раз меньше прожиточного минимума!
— Нас это не касается. Вы нарушили закон.
— Тем, что хочу выжить?
— Закон для всех один. Ваши действия образуют состав уголовного преступления и квалифицируются как мошенничество. Так что поедете с нами для составления протокола».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

А Вы согласны, что ТВОРЧЕСТВО КАК ПРЕСТУПЛЕНИЕ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература