https://vk.com/video1243120_456244108

06\06\2025 Я.И. Гилинский выступил с докладом на Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы предупреждения преступности несовершеннолетних и молодёжи» (к 75-летию С.Ф. Милюкова), которая проходила в РГПУ им. Герцена.

https://vk.com/video1243120_456244112

ПРЕСТУПНОСТЬ МОЛОДЁЖИ В РОССИИ
06\06\2025 я участвовал во Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы предупреждения преступности несовершеннолетних и молодёжи» (к 75-летию С.Ф. Милюкова), которая проходила в РГПУ им. Герцена.

https://vk.com/video1243120_456244111

Поздравляю моего учителя Якова Ильича Гилинского с 91-м днём рождения!

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Вот уже 15 лет я участвую в заседаниях Санкт-Петербургского международного криминологического клуба. 7 июня 2024 года там обсуждался доклад президента Клуба доктора юридических наук, профессора Дмитрия Анатольевича Шестакова. 27 марта Д.А. Шестаков опубликовал статью «К философии преступности (о становлении свободного преступностиведения)».
Дмитрий Анатольевич – заслуженный деятель науки Российской Федерации, основатель Невско-Волжской криминологической школы – ввёл в научный оборот понятия «кратер преступности», «глобально-олигархическая власть», «преступный закон» и др. Ему принадлежит постановка вопроса о парадоксе преступного законодательства.
Я знаком с Дмитрием Анатольевичем почти сорок лет – он был руководителем моего дипломного проекта на кафедре уголовного права юридического факультета Ленинградского государственного университета. Поэтому я попросил ответить на ряд моих вопросов.

https://vk.com/video1243120_456243934

Процитирую основные положения из статьи и доклада Д.А. Шестакова.
Д.А. Шестаков считает, что «науку о преступности следует приблизить – и это понемногу уже делается – к миропониманию в целом. Видение преступности должно быть увязано с общими закономерностями бытия».

«Причины преступности вплетены в само существо мироустройства, в его сердцевину. И вместе с тем преступность далеко не полностью может быть осмыслена рационально. Её понимание предполагает выход за пределы обыкновенных, «обывательских» представлений».

Д.А. Шестаков видит главную угрозу миру в глобальной олигархической власти (ГОВ), которая ныне олицетворяет всеобъемлющее мировое зло. «Глобальная олигархическая власть – это не парламенты и даже не «военно-промышленный комплекс», но самая сущность (quinta essentia) корыстного мирового зла».

Шестаков пишет: «Вглядывание в глубь преступности, на дно её кратера позволяет осмыслить корень преступного зла в целом. Там в глубине мы видим паразитирующую всемирного масштаба «олигархию», которая олицетворяет гибельную бездуховность саморазрушающегося человечества».

«Философия преступности в конечном счёте сводится к двум вопросам: о происхождении зла и пределах наказания за него».
«В преступностиведении, – пишет Шестаков, – под злом мы понимаем деятельность людей, которая причиняет вред природе, выделившемуся из неё человеку, народу, человечеству. Особо подчеркну вред человеку, человеку как таковому (per se), не всегда и не во всём хорошему, даже преступнику».

Доктор юридических наук, профессор Д.А. Шестаков считает, что представление о зле становится «одной из важнейших составляющих человеческого сознания».
«Зло – это общее свойство всей природы».
«Объективное зло появляется вместе с возникновением жизни».
«Зло, которое необходимо шаг за шагом ограничивать, следует трактовать не только преступление, но и жестокие крайности противодействия ему».

Шестаков пишет: «Зло и, в частности, крайние («преступные») его проявления есть непременная (необходимая?) составляющая воспроизводящегося миропорядка».
«В само мироустройство заложены зло и страдания в виде так называемой «борьбы за существование», или, иными словами, взаимного «поедания»».
Отношение зла к добру «подобно соотношению космических сил отталкивания и притяжения».

Криминолог Н.И. Кузнецова полагает, что критерием зла выступают оценка причинённого вреда, ущерба и страданий, как отдельных индивидуумов, так и их общностей. … Добро и зло представляют собой своего рода комплементарную пару, сам факт наличия которой ведёт к поступательному развитию.

Криминолог К.-Л. Кунц (Берн, Швейцария) полагает, что преступности как объекта не существует. Общество и наука выливают её в формы, в которых по существу одно и то же приобретает специфические различные облики.

Криминолог Х. Кури (Фрайбург, ФРГ) убеждён, что преступность, т.е. поведение, совершаемое членами общества против установленных и разрешённых в государстве правил, всегда пытались пресечь с помощью санкций.

Криминолог М.П. Клеймёнов считает заблуждением, будто в мироустройство заложено зло, будто Бог сотворил не только добро, но и зло. «Это манихейское утверждение было опровергнуто ещё премудрым Соломоном. Источником зла является не Бог, а существо, наделённое разумом, которому дана свобода воли. Уклонение воли от света во тьму, отрицание добра и есть зло».

Философ Д.С. Райгуллин указывает, что в философии преступления на сегодняшний день сформировались три условных этапа: метафизический, натуралистический и иррационалистический.
В рамках метафизической философии преступления ключевым социальным фактором, стимулирующим преступную деятельность, выступает несоответствие законодательства высшим метафизическим принципам.
Натуралистический этап, сменивший метафизический, преступление обусловливает спецификой социального (государственного) устройства.
В рамках иррационалистического типа мышления социальные и антропологические аспекты философии преступления находятся в тесном взаимодействии и предполагают синтетический анализ, рассмотрение их во взаимосвязи.

Ханлар Джафарович Аликперов усматривает во многих видах индивидуального преступного поведения исторически обусловленную объективную закономерность, утвердившуюся на Земле задолго до возникновения государства и права.

Русский философ Владимир Сергеевич Соловьёв трактовал зло как общее свойство всей природы, связывая его с напряжённым самоутверждением. Он усматривал первоначальное происхождение зла в области вечного «доприродного» мира.
Ф.М. Достоевский устами князя Мышкина заключает: «Страдание есть главнейший и, может быть, единственный закон бытия всего человечества».

«В живом мире идёт нескончаемая борьба за существование, – пишет Д.А. Шестаков. – Так устроена вселенная. Но только появившийся на свет человек в его историческом развитии начинает расценивать недобрые проявления по отношению к нему и его общественному слою как нечто единое, деятельно враждебное, вредоносное, т.е. как зло.»

«Представление о зле становится одной из значимых составляющих человеческого сознания. По всей видимости, представление о зле возникло прежде представления о добре, которое воспринимается в качестве противоположности злу. Соотношение зла и добра подобно соотношению космических сил отталкивания и притяжения».
(Конец цитаты. С полным текстом статьи можно ознакомиться на сайте Санкт-Петербургского международного криминологического клуба).

Когда я начинал учиться на юридическом факультете Ленинградского государственного университета, спекуляция считалась преступлением. А когда был на 4-ом курсе, она вдруг перестала считаться преступлением, и стала называться бизнесом.
Что же такое ПРЕСТУПЛЕНИЕ – выдумка законодателей или реальная опасность?

Профессор Д.А. Шестаков полагает, что существует два основных подхода к преступлению: материальный (преступление — зло, реально причиняющее вред) и формальный или, как говорят, конвенциональный (преступление — то, что названо таковым в Уголовном законе). Эти подходы не противостоят, а взаимно дополняют друг друга. Профессор Д.А. Шестаков считает, что преступность существует и на микроуровне как свойство человека.

Криминологи всего мира до сих пор спорят о том, что оказывает решающее воздействие на преступное поведение человека: его природа или социальная среда, законы общества или законы природы?
«Среда виновата или подлая натура человеческая?» – вопрошал ещё Достоевский.

Платон, Плутарх, Аристотель и др. высказывали различные мысли, что преступность имеет свои причины вне злой воли человека. По мнению Б. Спинозы «В естественном состоянии нельзя представить себе преступления; оно возможно только в состоянии гражданском, где по общему согласию определяется, что хорошо и что дурно, где каждый должен повиноваться государству».

Что же такое Закон: установление законодателей или природная закономерность?

Закон имеет целью оградить общество от проявлений человеком своего подлинного Я, если оно вступает в противоречие с Я других людей. Однако никакой закон не останавливает людей от проявлений своей подлинной сущности. Всегда убивали и будут убивать, и даже страх смертной казни не останавливает.

Одни считают, что наш мир есть результат долгой эволюции, и надо жить по природным законам естественного отбора, где выживает сильнейший, а слабый погибает; где каждый за себя и выжить надо любой ценой.
Другие полагают, что мир был сотворён Богом и надо жить по божественным законам, любить ближних и помогать слабым.
Третьи убеждены, что человек живёт в социуме и должен открыть законы для социума.

Некоторые законодатели, похоже, забывают, что в основе любого закона должны лежать нормы естественного права, а не политическая целесообразность или экономическая необходимость.
Законы должны устанавливаться не по прихоти властей, а отражать закономерности человеческого общества и человеческой природы.

Известный теоретик права Чезаре Беккариа в 1764 году в трактате «О преступлениях и наказаниях» писал: «Нельзя надеяться на существенное улучшение морали, если политика не опирается на вечные чувства, присущие человеческой природе. Любой закон, идущий вразрез с этими чувствами, неизбежно столкнётся с противодействием, которое в конце концов окажется сильнее».

Основоположники идеи естественного права английские учёные Джордж Бьюкенен (1505-1582) и Роджер Хукер (1554-1600) писали, что первобытное состояние человека было полно «зависти, борьбы, ссор и насилия, которые не закончились бы, если бы люди не пришли к общему согласию подчиняться одному человеку». Побуждение к жизни в обществе и подчинению законам этого общества происходило из естественной потребности выживания.

Чтобы преодолеть «войну всех против всех» Томас Гоббс предложил передать часть прав и власти государству, которое в итоге стало «левиафаном».

Очевидно, что законы природы имеют приоритет над законами общества. Нельзя навязывать противоестественные законы и требовать их соблюдения.
Именно несоответствие официальных законов естественным законам поведения людей есть основная причина преступности.
Именно насаждаемые официальные законы есть то зло, которое считает неестественным закономерные проявления неблагополучия.
Не поведение людей причина появления уголовного закона, а именно наличие противоестественного «закона» причина негативного поведения людей.

Люди живут инстинктами. Человек — животное! У большинства голова лишь обслуживает желудок, и ничего более. Все хотят сделать человека лучше, а он не может, не может!

Божественные и моральные законы людьми не соблюдаются. В реальности правят другие законы. Кто сильнее, тот и прав. Побеждает не разум, а грубая сила. Законы устанавливает победитель. Право силы — вот реальное право.
«По праву сильнейшего!» – таков закон жизни. – «Кто сильнее, тот и прав».

В человеческом сообществе действуют те же законы джунглей, что и среди диких зверей; господствует право силы, а не сила права, выживает сильнейший, и сильнейший всегда прав. На мораль и право плюют, если всего можно добиться силой.

Каждый за себя, и всем друг на друга наплевать. Человек человеку не друг, товарищ и брат. За всей ложью и ухищрениями скрывается животная борьба за существование.

Один известный политик признал: «В мире идёт борьба не за рынок и не за права человека. За территорию! Как и тысячи лет назад племя идёт на племя: «У вас лучше вода — мы вас уничтожим и будем пить вашу воду».

Когда Моисей вернулся с горы со скрижалями Божиими, одна из заповедей которых «не убий», он приказал убить всех, кто поклонялся не его Богу, а золотому тельцу. «Убивайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего» (Исход 32:23). А было их три тысячи!

Божественные Заповеди не выполняются, потому что природа сильнее культуры. Все знают, что прелюбодейство кончается плохо, однако всё равно изменяют друг другу.

Если жить в обществе и быть свободным от общества хоть как-то можно, то быть свободным от законов природы невозможно никак!

Большинству людей нужен внешний контроль. Некоторым людям гораздо проще понять принуждение, нежели приглашение. Людей больше воспитывает страх, нежели любовь.

Общество изменилось, изменились и его законы. Но изменились ли люди? – Нет! Потому что законы природы изменить невозможно.

Что сильнее влияет на поведение человека: его генетика или социальная среда?
На мой взгляд, гены определяют поведение человека в большей степени, нежели социальные условия.

Преступником рождаются или становятся?
Вопрос до сих пор открытый. Человек от природы не добрый и не злой. Многочисленные психологические эксперименты доказывают, что при определённых условиях каждый человек может стать злодеем и преступником. Недавно учёные обнаружили ген агрессивности и выяснили, что если его блокировать, угасает и творческая активность человека.

Существует ли в природе среди животных преступность?
Если социальное животное нарушает законы поведения в стае, оно становится изгоем.

Причины преступности заключены в природе человека или в социальной природе общества?
Или, может, в самом мироустройстве?

С одной стороны, причины преступности в общественных противоречиях. С другой стороны, причины преступности в самом человеке и мироустройстве.

Если преступные проявления есть непременная составляющая воспроизводства миропорядка, то следует ли это называть злом, если это природная необходимость?

Можно ли назвать наркотики злом?
Ответ в том, как они используются: для лечения или для самоудовлетворения.
«Не знаю, что лучше – зло ли, приносящее пользу, или добро, приносящее вред», – говорил Микеланджело.

Некоторые считают, что источник зла находится в свободной воле человека. Но если у человека нет свободы воли, то не может быть и ответственности.

Многие люди часто называют преступлением то, что таковым строго юридически не является, называют это МОРАЛЬНЫМ преступлением. Однако такого термина и понятия не существует.

Когда Каин убил Авеля из-за ревности к Богу, не было ни Закона, ни государства, так было ли это убийство преступлением?

В СССР преступность называли «родовым пятном капитализма». Сейчас такого объяснения нет. Что же хуже в плане преступности: социализм или капитализм?

ДОБРО и ЗЛО понятия относительные или абсолютные?

Борьба за существование живых существ это зло или естественный закон? Можно ли считать злом, что львы убивают и съедают буйволов, гиены антилоп?

Можно ли назвать пример «абсолютного зла»?

Смертная казнь серийного убийцы, педофила это зло?

А может ли быть преступное добро, когда творят добро преступными методами (как Деточкин из фильма «Берегись автомобиля»)?

Есть ли что-то ценнее человеческой жизни?
Если самое ценное это человеческая жизнь, то ради сохранения своей жизни можно ли пойти на любое преступление?
В ситуации необходимой обороны или крайней необходимости причинение смерти другому человеку преступлением не является.

Можно ли сказать как метафору: ЖИЗНЬ – ЭТО ПРЕСТУПЛЕНИЕ?

И да, и нет… Практически каждый из нас совершал то или иное преступление (даже не зная того). Политики и законодатели преступники в особенности. При расплывчатости некоторых терминов (например, «экстремизм»), практически любой поступок может быть квалифицирован как преступление.
Вся деятельность личности по сути есть переступание через запреты, преграды и нормы – то есть «преступление» (если понимать его расширительно, а не только как норму Уголовного Закона).
А само человечество разве не преступно по своей сути – сплошные убийства на протяжении всей истории?
Вся деятельность человечества по отношению к живой природе преступна (загрязняется экология, уничтожается живой и растительный мир).

Слабый должен погибнуть — таков естественный отбор. Это закон жизни: либо приспособишься, либо умрёшь!
Чтобы выжить, есть два пути: либо убивать, либо примириться. Но всё равно побеждает сильнейший!
Короче: или жрать другого против своей совести, или быть съеденным самому.
Вся жизнь игра, воруй, такая фишка. Ну а попался, то молчи – не то каюк. Своё ты отсидишь, семь лет не вышка. Иначе схавают, и рта не оботрут, , — пропел «авторитет»».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

P.S. Читайте продолжение в статье «ФИЛОСОФИЯ ЖИЗНИ ПРЕСТУПНОСТИВЕДА» и там смотрите ролик «Шестаков о философии жизни».

03\06\2022 Д.А. Шестаков дал интервью Николаю Кофырину

https://youtu.be/_aZozUFewD4

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А как Вы относитесь к ФИЛОСОФИИ ПРЕСТУПНОСТИВЕДЕНИЯ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

В связи с трагическими событиями в «Крокус сити холл» 22.03.2024 вновь заговорили о необходимости возвращения смертной казни для преступников. Многим она кажется чуть ли не панацеей. Однако научные исследования доказывают, что это не так. Есть более мучительные наказания. Если преступника казнят, то уже никогда не услышат его раскаяния и не узнают, что он скрыл от следствия, истинные причины, толкнувшие на преступление.
Есть два больших мифа про смертную казнь: как она эффективна и как разумно её отсутствие. Одни считают, что смертная казнь позволит уменьшить преступность, другие убеждены, что это лишь ухудшит нравы.
Доктор юридических наук, профессор Я.И. Гилинский полагает, что смертная казнь является показателем нецивилизованности общества. Он дал мне подробное интервью о преступниках и смертной казни.

Смертная казнь — лишение человека жизни в качестве наказания, узаконенного государством и осуществляемого по вступившему в силу приговору суда или (исторически) по решению иных государственных или военных органов. В среднем ежегодно в мире смертной казни подвергаются от 1000 до 1500 человек.

Смертную казнь трудно назвать наказанием. Правильнее, на мой взгляд, говорили во время революции: расстрел — высшая мера социальной защиты!

По состоянию на 2022 год 108 стран отменили смертную казнь за все преступления (в том числе 1 в 2022 году). Кроме того, 6 стран сохранили её только для отдельных особо тяжких преступлений, совершённых в военное время. 56 государств по состоянию на 2018 год сохранили применение смертной казни, но не во всех из них смертные приговоры приводились в исполнение. Ряд государств отменил смертную казнь на практике, то есть, они не приводили смертные приговоры в исполнение последние 10 лет и собираются и в дальнейшем придерживаться моратория, либо официально объявили о введении моратория на исполнение смертных приговоров.

В 21 стране предусмотрена смертная казнь за преступления, связанные с безопасностью страны (шпионаж, государственная измена и т.п.). В 13 странах ввели смертную казнь за терроризм, за угон воздушного судна, если это привело к гибели людей, за убийство заложников. В некоторых странах казнь предусмотрена за похищение людей, если это привело к их смерти.

В 21 стране установлена смертная казнь за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков. В 13 странах смертная казнь предусмотрена за экономические преступления (коррупцию, хищение государственных средств, нападение на сотрудников таможни, вооружённое ограбление). В ряде исламских стран установлена смертная казнь за прелюбодеяние, изнасилование, гомосексуальные контакты, половую связь между немусульманином и мусульманкой.

Сегодня смертная казнь отменена в 89 странах мира. В 10 странах она сохраняется за особо тяжкие преступления. В 30 странах смертная казнь де-юре существует, но практически не приводится в исполнение.
Россия подписала (хотя и не ратифицировала) Протокол №6 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, запрещающих смертную казнь.

В истории России только ХХ века смертной казни подверглись: 1 император, 2 премьера (Голицын, Рыков), 10 вице-премьеров (Антипов, Берия, Вознесенский, Каменев, Косиор, Межлаук, Орахелашвили, Рудзутак, Чубарь, Шмидт), главы органов внутренних дел и госбезопасности (Абакумов, Агранов, Белобородов, Ежов, Меркулов, Петерс, Толмачёв, Фриновский, Ягода).
Страшный опыт состоит в том, что вначале требуют расстрелять террористов, покушавшихся на царя, потом революционеры расстреливают царя, потом расстреливают революционеров, а потом и всех прочих «врагов народа».
Возврат смертной казни — это почти наверняка возврат к массовому террору. Вначале казнят людей, а потом их палачей.

Видимо, забыли «золотое правило нравственности» (которому 5 тысяч лет), оно гласит: «чего себе не желаешь, того и другим не делай; как хочешь, чтобы с тобой поступали, так и с другими поступай».

Глава фракции «Единой России» в Госдуме Владимир Васильев подтвердил, что депутаты проработают проблему возвращения смертной казни за терроризм. Он подчеркнул, что решение будет «отвечать настроениям и ожиданиям нашего общества».

А настроения большинства нашего общества почти наверняка известны — ЗА.
Согласно опросам общественного мнения, 2\3 россиян полагают вынесение смертных приговоров преступникам в принципе допустимым.

Глава комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и госстроительству Андрей Клишас не согласился со сторонниками возвращения смертной казни. По его мнению, Госдума и Совфед не смогут преодолеть решение Конституционного суда от 2009 года о невозможности возвращения такого наказания.

Если по Конституции государство гарантирует гражданину право на жизнь, то как оно может лишать человека жизни?

В ноябре 2022 года, откликаясь на возникающие призывы вернуть смертную казнь, председатель КС Валерий Зорькин заявил, что «только лишь изменение Конституции может послужить основой для возобновления смертной казни». «Надо внимательно почитать постановление Конституционного суда: в России сложился конституционно-правовой режим, в рамках которого граждане РФ получили право не быть приговорёнными к смертной казни» (имеется в виду определение КС от 19 ноября 2009 года). Решения Конституционного суда не подлежат пересмотру или отмене, а вернуть смертную казнь ни законом, ни даже поправкой к Конституции невозможно.

В 2022 году Зорькин заявил, что в силу требований действующей Конституции единственно приемлемый для возвращения смертной казни способ — это принятие новой Конституции. По его словам, другими способами сделать это невозможно. При этом Валерий Зорькин отмечал, что в случае возвращения смертной казни Россия «свернёт с пути гуманизации, по которому она идёт в последние десятилетия».

Отвечая на вопрос «РИА Новости», готов ли Конституционный суд сейчас высказаться по вопросу смертной казни, господин Зорькин сказал: «Суд готов ответить только после официального запроса уполномоченных заявителей».
В пресс-службе Конституционного суда уточнили, что подать обращение для проверки конституционности положений нормативного акта может, в частности, группа депутатов Госдумы в составе не менее 90 человек. С обращением о толковании положений Конституции в суд могут обратиться только высшие государственные органы, в том числе Госдума в целом. Обращение о проверке конституционности законопроекта (в порядке предварительного контроля) может подать исключительно президент.

Депутаты должны предварительно крепко подумать, прежде чем голосовать за возвращение смертной казни, и вспомнить категорический императив Канта, который гласит: «поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом».

Согласно мнению философа, убийство является тем преступлением, которое безусловно должно караться только смертной казнью. По Канту, смертная казнь убийцы — это требование справедливости, осуществление которой как высшей ценности человеческого общества диктуется категорическим императивом. Исключение из данного правила делается И. Кантом лишь в двух случаях: при совершении убийства на дуэли и при убийстве матерью новорожденного внебрачного ребёнка. Юридически и с точки зрения справедливости, казнь может быть эквивалентна только одному преступлению – умышленному убийству.

Даже известный персонаж романа «Мастер и Маргарита» Иван Бездомный предлагал лишь отправить Канта на Соловки года на три, а не казнить!

В Калининграде я собрал мнения о философии Канта и сделал фильм.

Депутат Законодательного Собрания Петербурга Борис Вишневский в статье 5 марта 2024 пишет: «Вопрос о том, к чему реально приведёт возвращение смертной казни (причём, возможно, не только для террористов, но и по другим статьям УК — например, о госизмене), инициаторов явно не волнует — они готовят это для других. Но в нашей истории уже были примеры, когда в юридическую «яму», вырытую для других, потом попадали те, кто её копал или призывал копать. А потом писали отчаянные письма: «Передайте товарищу Сталину, что произошла чудовищная ошибка».

Согласно п.2 ст.20 Конституции РФ смертная казнь впредь до её отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Однако из-под рассмотрения в суде присяжных полтора десятка лет назад выведен целый ряд преступлений. В том числе, о терроризме, насильственном захвате власти, вооружённом мятеже, государственной измене, шпионаже, диверсии и ряд других. Эти дела, в соответствии со статьёй 30 УПК РФ, рассматривает коллегия из трёх судей федерального суда общей юрисдикции. Поэтому по этим делам смертную казнь применять будет всё равно нельзя.

Дискуссии о необходимости отмены или возвращения смертной казни возникают в обществе во времена перемен и свидетельствуют о смягчении или ужесточении нравов.
Я долгое время занимаюсь изучением причин преступности, и потому у меня есть свой аргументированный взгляд на данную проблему.
Если мы ратуем за введение смертной казни, то тем самым признаём, что кроме угрозы смертью никак иначе не можем решить свои проблемы.

Конечно, если введут «военное положение», тогда в соответствии с законами военного времени смертная казнь для врагов будет допустима. Но, к счастью, у нас сейчас нет военного положения, поскольку Россия ни с кем официально формально-юридически не ведёт войны, что бы там ни говорили.

Главный аргумент сторонников смертной казни состоит в том, что страх смерти будто бы удержит злодея от совершения преступления.
Ничего подобного! Опыт разных стран свидетельствует, что страх смертной казни не влияет на снижение преступности. Если мужу, решившему убить свою жену за измену, она скажет, что его ждёт расстрел, угрозы мужа не остановят, а ещё только распалят.
Не остановит угроза смерти и человека, решившего отомстить преступнику за убийство своих близких. Не боятся смертной казни и террористы, – они идут на преступление с готовностью умереть.

Я осуждаю экстремизм и терроризм. Однако вряд ли террористов-смертников устрашит смертная казнь, — для них это даже почётное геройство.
Сегодня в реестре террористов и экстремистов не только радикальные боевики, но и люди, которые никого не убивали: политические активисты, философы, театральные деятели.

Я ни в коем случае не защищаю педофилов, маньяков, насильников и террористов. Но как криминолог (специалист по изучению преступности), я хочу понять причины, по которым эти люди стали преступниками.

Есть маньяки, серийные убийцы, педофилы, которых страх смертной казни не отвращает от совершения своих гнусных действий. Многие из них патологически больны, а многие неизлечимы, как, например, клептоманы. Некоторые педофилы сами выбирают себе химическую кастрацию, поскольку не в силах справиться с пагубным влечением.

Можно ввести смертную казнь хоть за все преступления, количество их не уменьшится!
Смертная казнь не уменьшает преступность, – это научно обоснованный факт – а лишь делает её более латентной (скрытной).

Я понимаю, что есть неисправимые преступники (рецидивисты). Но ведь убивая их, мы им уподобляемся. И если государству можно убивать, то почему гражданину нельзя?

Преступник должен сидеть в тюрьме!
Но проблема не в преступниках, а в том, что их порождает.
Конечно, нужно ловить и сажать преступивших закон, но гораздо эффективнее заниматься предотвращением преступлений. Правильнее бороться не с последствиями, а с причинами преступности – не «косить сорняки», а выкорчёвывать «корни»!

Как известно, главное в борьбе с преступностью это профилактика и предотвращение преступлений. Но предотвратить подготовленное преступление редкая удача.
Главное – найти организаторов и заказчиков преступления. Ведь для заказчиков купить исполнителя за один миллион, чтобы он причинил ущерб на миллиард, это выгодный бизнес.

Существует две крайности: когда есть преступление без наказания и наказание без преступления. Самый сложный вопрос – о соразмерности наказания и преступления.
Смертная казнь это не наказание, это узаконенное убийство. Если человека казнят, то исправить уже ничего будет нельзя.

Один мой постоянный читатель прислал мне комментарий: «Я не доверяю нашему государству настолько, чтобы позволить ему распоряжаться жизнью людей. Тем более что исторический опыт подобной внутренней политики уже есть».

«Европа нам не указ!», – полагает другой мой постоянный читатель. – «Учимся у китайцев, чтобы семье выставлять полную стоимость счёта за патроны и услуги расстрела. Вот тогда и посмотрим, будет порядок или нет».

Лев Толстой был категорическим противником смертной казни. Он проповедовал непротивление злу насилием! «Как огонь не тушит огня, так зло не может потушить зла. Только добро, встречая зло и не заражаясь им, побеждает зло». «Чтобы не было зла, не делайте зла».

«Непротивление злу насилием! Какие прекрасные слова, но это только пустые слова прекраснодушного графа. Образно говоря, над ним не капало, – написал мне один читатель. – Если угрожают мне или моей семье, я использую все доступные мне средства чтобы ликвидировать угрозу быстро и навсегда. Надо будет пришибить для этого – пришибу».

Другие мои читатели вторят: «Как можно оставить жизнь нелюдям? Жёсткие меры помогали раньше. Человек должен осознавать, что есть возмездие. Общество пока не готово возлюбить ближнего».

Я могу понять людей, чьи близкие (в особенности дети) стали жертвами маньяков. Но если мы будем убивать маньяков, как убивают они, то чем мы лучше?
Да, общество должно избавляться от опасных типов, представляющих угрозу обществу, но не убивать.

Меня всегда интересовал вопрос, что же такое смертная казнь: мера социальной защиты общества от наиболее опасных его членов или месть за совершённое преступление от лица государства. В первые годы советской власти смертная казнь именовалась «высшей мерой социальной защиты». Позже – высшей мерой наказания. Сегодня смертная казнь это возмездие, и по сути единственный фактор страха, который ещё способен предотвратить преступление.

Я обратился с вопросом к известному российскому криминологу, генерал-майору милиции в отставке, доктору юридических наук, профессору Владимиру Семёновичу ОВЧИНСКОМУ. Кажутся ли ему справедливыми требования жертв изнасилований, убийств, применение к насильникам и убийцам такой высшей меры социальной защиты как смертная казнь?

Профессор В.С. Овчинский ответил, что он является сторонником смертной казни. По его мнению, есть такие категории преступлений, по которым смертная казнь просто необходима. Это серийные или сексуальные убийства, убийства ради удовольствия, убийство с истязаниями, террористические акты. В.С. Овчинский считает, что человечество не созрело и никогда не созреет для полного отказа от смертной казни. Потому что всегда, в любом обществе, через любой период времени будут происходить такие дикие преступления, которые заслуживают смертной казни.

В качестве аргумента запрета смертной казни некоторые приводят заповедь «не убий». Но когда Моисей вернулся с горы, держа скрижали Божии с десятью заповедями, он приказал убить всех, кто поклонялся не его Богу, а золотому тельцу. «Убивайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего» (Исход 32:23). А было их три тысячи!

Раньше считалось, что корни преступности следует искать в социальных условиях жизни. Другая точка зрения предполагает, что корни преступности заключены в генетике человека.
Если знаменитый Чезаре Ломброзо утверждал, что «преступниками рождаются», то основоположник социологического направления А.Кетле полагал, что «преступниками не рождаются, ими становятся… Общество заключает в себе зародыш всех имеющихся совершиться преступлений, потому что в нём заключаются условия, способствующие их развитию; оно… подготовляет преступление, а преступник есть только орудие».

Источник зла не в природе людей, а в дезорганизации общества.
Поставьте человека в нечеловеческие условия, и он нарушит любые запреты.
Убийцами не рождаются, ими становятся. И виновато в этом общество!

«Преступники – жертвы этого общественного устройства, – написал один из моих читателей. – При помощи средств массовой информации учат лгать, убивать, воровать… Постепенно вытесняются свойства человеческой натуры, заложенные природой, заменяются придуманными, преступными. Общество болеет смертельными болезнями социального характера, и лечить его некому. А репрессии приносят ещё больше бед».

Многочисленные психологические эксперименты доказывают, что при определённых условиях каждый человек может стать злодеем и преступником.
Знаменитый эксперимент «Стэнфордская тюрьма», проведённый в 1971 году американским психологом Филиппом Зимбардо, доказал, что жёсткие социальные роли заключённых и тюремщиков могут превратить совершенно нормальных людей в садистов и палачей. 24 добровольца разделили на тюремщиков и заключённых, которые должны были выполнять свои роли. Через 6 дней Зимбардо прекратил свой рассчитанный на две недели эксперимент, потому что ситуация вышла из-под контроля – «тюремщики» немотивированно жестоко избивали своих ещё недавних друзей-студентов, которые будучи в роли «заключённых» нарушали правила тюремного распорядка.

Одни считают, что вор должен сидеть в тюрьме. Другие полагают, что пусть лучше на свободе работают и платят налоги, чем отдыхают на нарах за налоги других. Отдельных граждан возмущает сама мысль за счёт налогоплательщиков пожизненно кормить и охранять приговорённых к пожизненному заключению, да ещё обеспечивать их бумагой для написания ходатайств о помиловании.

Некоторые предлагают в качестве замены смертной казни каторгу. Олег Нилов предлагает «вспомнить о существовании в дореволюционной России каторги, условия которой будут настолько суровы, что серийные убийцы и маньяки пожалеют о том, что их не казнили. Или – совершивших особо тяжкие преступления людей можно направлять на работы, которые, скажем прямо, быстро сокращают жизнь, и которые сейчас вынуждены выполнять люди по долгу своей службы. Например, ликвидация очагов химического или радиационного заражения».

Одни криминологи считают, что победа над преступностью может быть достигнута лишь победой над порождающими её социальными условиями. Другие убеждены, что победить преступность невозможно, как невозможно избавиться от собственной тени.
Некоторые криминологи полагают, что победить преступность невозможно, и сравнивают правоохранительную систему с плотиной, сдерживающей естественные колебания уровня.

Лучший сдерживающий фактор это не жестокость наказания, а гарантия НЕОТВРАТИМОСТИ наказания!
Надо не вводить новые статьи уголовной ответственности, не ужесточать санкции за совершение преступления, а делать неотвратимым наказание по каждому совершённому преступлению. У нас же поступают прямо наоборот: пытаются компенсировать слабую раскрываемость преступлений всё более устрашающим наказанием.

Лаконично выразил отношение к смертной казни воровской авторитет.
Вся жизнь игра! Воруй – такая фишка.
Ну а попался, так молчи – не то каюк.
Своё ты отсидишь – семь лет не вышка.
Иначе схавают и рта не оботрут.

Всегда находятся те, кто хочет рискнуть, если соблазн совершить преступление и не быть пойманным слишком велик. Люди соотносят степень возможной удачи преступления и степень риска быть привлечённым к ответственности.
Недавно вновь посмотрел фильм «Собака Баскервилей». Шерлок Холмс спрашивает у доктора Мортимера:
— А в какой сумме исчисляется всё наследство?
— Миллион!
— Дорогой доктор Мортимер. За такой куш любой может начать рискованную игру. …
Силы Зла властвуют безраздельно. Я борюсь со Злом по мере моих скромных сил, но выступать против самого прародителя Зла было бы с моей стороны несколько самонадеянно.

Считается, что наказание продолжает уберегать людей и общество в целом от самоистребления. Но лишь отчасти. Как убивали, так и будут убивать по причинам зависти, подлости, ревности. «Хороший» пример – убийство доцентом исторического факультета Соколовым своей аспирантки-любовницы.
И никакой страх наказания не сдерживает убийцу.

Лично для меня главным аргументом в споре о целесообразности введения смертной казни является судебная ошибка – когда людей осуждали за преступление, которое они не совершали, а потом выяснялось, что расстреливали невиновных. Так было с делом Чикатило, когда двое подозреваемых были ошибочно казнены за преступления, которых они не совершали – их совершил Чикатило, позднее признавшийся в этом. А невиновные были уже расстреляны!

Широко известный пример «Дело Керила Чессмана» в США. Этот человек был приговорён к смертной казни судом присяжных в 1948 году по обвинению в серийных изнасилованиях. Он провёл в тюрьме 12 лет и только в 1960 году был казнён. Через полгода было вскрыто его завещание, где он назвал имя настоящего преступника. При жизни Чессман не мог назвать имя насильника, потому что за это предательство Чессмана убили бы свои же дружки. Но поскольку Чессман «не раскололся», он был казнён государством.

Известного греческого философа Сократа приговорил к смертной казни суд афинской демократии якобы за развращение молодёжи и богохульство. Философ выпил чашу с ядом. А после его смерти, Сократа оправдали, его обвинителей изгнали, а философу поставили памятник.

Фёдора Михайловича Достоевского признали государственным преступником и приговорили к смерти через расстреляние. «Заговор», за который был осуждён Достоевский, ставит больше вопросов, чем имеет ответов. Осудить на смерть только «за недонесение о распространении преступного о религии и правительстве письма литератора Белинского и злоумышленного сочинения поручика Григорьева…», это даже по тем суровым временам было слишком. Молодому писателю пришлось пережить мучительные минуты гражданской казни, а потом инсценировку казни физической. Такая несправедливость и произвол царя поразили Достоевского до глубины души, отчего проблема преступления и наказания стала для него «идеей фикс».

Свои переживания в ожидании смерти Достоевский описал в романе «Идиот».
– Знаете ли что? — горячо подхватил князь. — Вот вы это заметили, и это все точно так же замечают, как вы, и машина для того выдумана, гильотина. А мне тогда же пришла в голову одна мысль: а что, если это даже и хуже? Вам это смешно, вам это дико кажется, а при некотором воображении даже и такая мысль в голову вскочит. Подумайте: если, например, пытка; при этом страдания и раны, мука телесная, и, стало быть, всё это от душевного страдания отвлекает, так что одними только ранами и мучаешься, вплоть пока умрешь. А ведь главная, самая сильная боль, может, не в ранах, а вот что вот знаешь наверно, что вот через час, потом через десять минут, потом через полминуты, потом теперь, вот сейчас — душа из тела вылетит, и что человеком уж больше не будешь, и что это уж наверно; главное то, что наверно. Вот как голову кладешь под самый нож и слышишь, как он склизнет над головой, вот эти-то четверть секунды всего и страшнее. Знаете ли, что это не моя фантазия, а что так многие говорили? Я до того этому верю, что прямо вам скажу мое мнение. Убивать за убийство несоразмерно большее наказание, чем самое преступление. Убийство по приговору несоразмерно ужаснее, чем убийство разбойничье. Тот, кого убивают разбойники, режут ночью, в лесу, или как-нибудь, непременно еще надеется, что спасется, до самого последнего мгновения. Примеры бывали, что уж горло перерезано, а он еще надеется, или бежит, или просит. А тут всю эту последнюю надежду, с которою умирать в десять раз легче, отнимают наверно; тут приговор, и в том, что наверно не избегнешь, вся ужасная-то мука и сидит, и сильнее этой муки нет на свете. Приведите и поставьте солдата против самой пушки на сражении и стреляйте в него, он еще всё будет надеяться, но прочтите этому самому солдату приговор наверно, и он с ума сойдет или заплачет. Кто сказал, что человеческая природа в состоянии вынести это без сумасшествия? Зачем такое ругательство, безобразное, ненужное, напрасное? Может быть, и есть такой человек, которому прочли приговор, дали помучиться, а потом сказали: «Ступай, тебя прощают». Вот этакой человек, может быть, мог бы рассказать. Об этой муке и об этом ужасе и Христос говорил. Нет, с человеком так нельзя поступать!»

«Я хочу не такого общества научного, где бы я не мог делать зла, – говорил Достоевский – а такое именно, чтоб я мог делать всякое зло, но не хотел делать его сам…»
В романе «Преступление и наказание» есть намёк на мысль, что налагаемое юридическое наказание за преступление гораздо меньше устрашает преступника, чем думают законодатели. Родион Раскольников, кстати, не был казнён за двойное умышленное убийство.

Как-то одна из знакомых мне судей откровенно призналась:
— Вообще-то я стараюсь к людям относиться по-человечески. Придерживаюсь заповеди: «Не судите, да не судимы будете». Но это в душе. А на деле стараюсь действовать строго в рамках закона, хотя это бывает очень трудно, особенно когда закон несправедлив.
— А несправедливые приговоры приходилось выносить?
— Иногда необходимость заставляет…. Только что мы, ты посмотри, какое безобразие наверху творится! Даже в прокуратуре не всегда следуют букве закона. Чего же хотите от нас? Невозможно иметь собственное основанное на законе мнение. Это чревато последствиями. Мы все зависимы. По одному из уголовных дел на меня даже было оказано давление. Представитель прокуратуры пришёл и говорит, что необходимо обязательно вынести обвинительный приговор; и если я вынесу обвинительный приговор, со мной всё будет хорошо, «барашка поедем на природу кушать», а если приговор будет оправдательный, у меня возникнут проблемы. Даже мысли не допускается, что судья может сам вынести оправдательный приговор. Имеется даже негласное указание вышестоящих органов — запрет на вынесение оправдательных приговоров.
— Но стоит ли один ошибочный приговор ста справедливых?
— Когда я живу одна с ребёнком, приходится думать больше о том, как работу сохранить. Тут уж не до справедливости…. Мы поступаем формально по закону, а каждый хочет, чтобы закон был непременно на его стороне. Слушалось у меня недавно дело об изнасиловании. Абсолютно ясно, что преступник виновен, а доказательств нет, свидетели все запуганы. Что делать? Пришлось отпускать. И как только я зачитала оправдательный приговор, мать потерпевшей выхватила пистолет и выстрелила в подсудимого, а потом всё кричала «по справедливости!» Но бывало и такое: расстреляли человека, а потом выяснилось, что он не виновен, преступление не он совершил».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Вот говорят нет правды на Земле. Но правды нет и выше. Ложь правит миром во все времена. Добро низвергнуто, мир в объятьях Зла, и лживы все слова, слова, слова… Добро и Зло – две маски лицедейства, поочерёдно нам смущают ум. Тогда как истина всегда сокрыта в сердце. Она плод чувства без сомнений дум. Наш мир устал и люди жить устали. Что можно взять от жизни всё уж взяли. Уничтожают мир, самих себя… Достойны лишь библейского конца… Жестокий век, жестокие сердца!

Завтра 9 дней с момента трагедии в «Крокус сити холл» 22.03.2024. Уже нет слёз. Каждый день гибнут люди, и главное – дети! 137 невинных жертв! Неужели будут ещё? Хочется наконец услышать: СТОП! хватит!! остановитесь!!! вы уничтожите друг друга!!!! Но кто это скажет?.. Нет сейчас таких проповедников как Джон Донн, сказавший: «Смерть каждого Человека умаляет и меня, ибо я един со всем Человечеством, а потому не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по Тебе».

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А как Вы относитесь к СМЕРТНОЙ КАЗНИ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Преступность оказывает влияние на культуру прямо и опосредованно. Немаловажную роль в этом играют книги, песни и кинофильмы. Иногда талантливые произведения производят обратный желаемому эффект: вместо предупреждения преступлений невольно подталкивают к ним.
3 июня 2022 года в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе состоялась беседа «КРИМИНОЛОГИЯ КУЛЬТУРЫ». С докладом выступил Леонид Витальевич Головко – доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой уголовного процесса, правосудия и прокурорского надзора юридического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова (Москва, Россия).

Л.В. ГОЛОВКО (Москва, Россия) в тезисах своего доклада «Культура и преступность: необходимость выбора между ценностным и квазиобъективистским подходами» указал:
Понятие «культура» является крайне сложным и многозначным. … С криминологических позиций можно лишь выделять смыслы и оттенки этого понятия, каждый раз прослеживая их прямо пропорциональное или обратно пропорциональное влияние на преступность. Например, развитие технической культуры может иметь негативный эффект на какие-то виды преступности, допустим, кибепреступность, а развитие нравственной культуры – позитивный.
Во всяком случае я готов принять за аксиому такое влияние (не в том смысле, конечно, что культура и преступность есть «вещи несовместные», а в том смысле, что сфера, где действуют культурные регуляторы, априори менее криминогенна, чем сфера, где они не действуют).
Ясно, что при отпадении регулятивной (ограничительной) роли культуры пропадает и её позитивное влияние на преступность.

Х.Д. АЛИКПЕРОВ (Баку, Азербайджанская Республика), И.М. РАГИМОВ (Баку, Азербайджанская Республика) «Взаимосвязь культуры, культурной среды и преступности».
Необходимо предварительно получить ответы и на такие значимые для анализируемой проблемы вопросы, как:
– существует ли общечеловеческая культура, или она может быть только национальной либо индивидуальной?
– являются ли все люди носителями культуры или это прерогатива только представителей культурной среды?
– совместимы ли культура и умышленное преступление?..

Д.М. ГАДЖИЕВ (Махачкала, Россия) «Этническая культура и её антикриминогенный потенциал».
Этническая культура – это совокупность материальных и духовных ценностей, определяемых таковыми этносом, накопленных им в течение длительного времени.
Социальные ограничители формировались в Дагестане на протяжении длительного периода времени и всегда носили антикриминогенный характер. При этом решающая роль в республике отводится вечным ценностям ислама, позитивным обычаям и традициям, которые являются своего рода генетической памятью народа.

Г.Н. ГОРШЕНКОВ (Нижний Новгород, Россия) «Культура как иллюзорный образ вещей».
Культура по своей сущности не может быть со знаками «плюс» или «минус»: «У природы нет плохой погоды…» Можно предположить, что предметом изучения явления культуры как «вещи в себе» должны быть определены, прежде всего, те условия, которые благоприятствуют «выведению на поверхность» и дают основания для ценностного осмысления образов «культурных проявлений», находя в них либо криминогенность, либо антикриминогенность, либо не находя в них ни того, ни другого.

В.В. МЕРКУРЬЕВ (Москва, Россия), Е.В. КРАСНИКОВА (Москва, Россия) «Преступность и культура»
Результаты исследований показывают, что преступное поведение нередко предопределяется приверженностью к той или иной культуре, идеологии. Например, в ходе криминологического исследования личности участника террористической деятельности нами была установлена закономерность современного терроризма – в его основе заложена глубокая приверженность идеологии экстремизма.

Д.Л. ТВОРОНОВИЧ-СЕВРУК (Минск, Республика Беларусь) «Культура как фактор развития культа Колумбайн в учреждениях образования в первой четверти XXI века»
Культура становится инкубатором, носителем и распространителем «информационных вирусов», побуждающих граждан к преступному поведению. Этим объясняется возникновение феномена «подражателей» – криминальная мимикрия, проникновение в молодёжную среду деструктивной идеологии АУЕ, развитие идей неонацизма, повторение резонансных преступлений и др. К данной категории можно отнести также и большинство случаев проявления культа Колумбайн в учреждениях образования.

Д.А. ШЕСТАКОВ (Санкт-Петербург, Россия). «Российская духовность в противодействии преступному злу».
Сопоставляя произведения великих писателей: Гёте, Достоевского, Уайльда и др., я нашёл у всех них приверженность одному выводу. Преступление (зло) заложено в само мироустройство, в которое одновременно вплетено и противодействие злу. В этом заключается источник поддержания жизни, её развития. Зло целесообразно, из чего не вытекает, что с ним надо мириться.
Именно ГОВ (глобальная олигархическая власть) – корень сегодняшнего мирового зла, с которым связаны олигархические метастазы, протянувшиеся в страны мира, не исключая и самой России.

(Полностью с тезисами доклада можно ознакомиться на сайте Санкт-Петербургского международного криминологического клуба).

ПО МОЕМУ МНЕНИЮ, культура входит в понятие цивилизации, является её духовной составляющей. Цивилизация есть результат приспособления человека к окружающей среде. А культура – это уже плоды человеческого разума, взрастающие на природной почве. О развитии той или иной цивилизации судят именно по памятникам культуры. В основе любой культуры лежит представление о вечном, о бессмертии, о высшей справедливости и смысле жизни.

Говорят, человека отличает от животного именно культура. Термин «культура» впервые встречается примерно в 160 году до нашей эры у Марка Порция Катона Старшего в труде о земледелии. Под культурой подразумевалось искусное возделывание плодоносящих растений.
Римский оратор Цицерон любил употреблять термин Катона в переносном значении: называя философию «культурой души». В конце XVIII века слово «культура» как научный термин закрепил немецкий историк и теолог И.Г. Гердер.
Культура – творение человека для человека, результатом служит личность, достигшая совершенства.

Известный культуролог Маргарет Мид говорила: «Хотите узнать культуру — спросите, что она считает успешной биографией». Воин и аскет — это одна культура, бизнесмен и бюрократ — это уже другая, если шоумен — тут мы, похоже, в точке современности. … Культура началась с того, что люди стали помогать друг другу выжить.

Современная культура враждебна человеку. Она антигуманна, она вытесняет человека. Это уже не культура для человека, а культура для робота с искусственным интеллектом.
Современная культура – это и однополые браки, и трансгендеры, ЛГБТ, БДСМ, и проч. «Антикультура» этих сообществ подчас противоречит естественной природе человека, способствует не выживанию, а уничтожению человека как вида.

10 мая 2018 года состоялась дискуссия, основными спикерами которой были директор Эрмитажа Михаил Борисович Пиотровский и экс-министр культуры Михаил Ефимович Швыдкой. Михаил Швыдкой, в частности, высказал мнение, что искусство и культура не могут предотвратить войну и жестокость, искусство не делает человека лучше.

«После Аушвица бессмысленно думать о том, что поэзия или красота могут спасти мир, – говорил кинорежиссёр Андрей Кончаловский в 2008 году. –
«Этика может рухнуть в один прекрасный момент, даже сейчас. И сейчас может появиться абсолютно нацистское государство».

Знаменитый эксперимент «Стэнфордская тюрьма», проведённый в 1971 году американским психологом Филиппом Зимбардо, доказал, что при определённых условиях каждый человек может стать злодеем и преступником.

В борьбе за человека инстинкты побеждают культуру. А если бы побеждала культура с её разрушительными экспериментами, то человечеству вряд ли удалось бы сохраниться.

Религия – важная составляющая часть культуры, иногда её определяющая. В одних случаях религия может провоцирует преступную (экстремистскую) деятельность, в других случаях может предупреждать желание совершить преступление.
Известно, что в местах заключения многие осуждённые приобщаются к религии, морально исправляются и прекращают преступную деятельность после освобождения.
Верующие люди по своим религиозным убеждениям менее склонны к совершению преступлений, которые являются нарушением заповедей Божьих.

Связь культуры и преступности очевидна. Культура может как провоцировать преступное поведение, так и предотвращать на ранних стадиях.
Известный криминолог, доктор юридических наук Яков Ильич Гилинский один из первых указал, что следует думать о преступности как о культурном феномене, как об элементе общей культуры социума. Как справедливо подчёркивает профессор Я.И. Гилинский, одно и то же действие в разных странах может считаться или не считаться преступлением. В исламских странах сбыт и употребление наркотиков карается смертной казнью, а в некоторых странах употребление наркотиков разрешено. Соответственно, и структура преступности различается в зависимости от доминирующей в стране культуры.

В 1999 году вышла книга «Преступность и культура» под редакцией доктора юридических наук, профессора А.И. Долговой. Особенно интересными показались мне статьи С.М. Иншакова и М.П. Клейменова.
Криминологи обоснованно признают необходимым учитывать культурологическую составляющую в понимании преступности. Достаточно вспомнить знаменитый фильм «Чисто английское убийство». В различных странах мотивы убийства могут существенно отличаться.

В основе теории Самуэля Хантингтона «Столкновение цивилизаций» (1996 г.) лежит конфликт культур.
Ещё в 1938 году Торстон Селлин написал книгу «Конфликт культур и преступность».
В 1955 году американский социолог А. Коэн разработал концепцию субкультур. Преступная субкультура одна из них. Хорошим примером может служить фильм Фрэнсиса Копполы «Крёстный отец».

Преступная субкультура оказывает влияние на основную культуру прямо и опосредованно. Немаловажную роль в этом играют песни, книги и кинофильмы о жизни преступников. Иногда талантливые произведения производят обратный желаемому эффект: вместо профилактики и предупреждения оказывают заразительное и провоцирующее влияние.

Герой Андрея Миронова (контрабандист Козадоев) в фильме «Бриллиантовая рука» стал настолько популярен, что актёр долго не мог избавиться от этого образа, жил в нём. И многие его копировали.
Слова из таких известных фильмов как «Бриллиантовая рука», «Джентльмены удачи», «Место встречи изменить нельзя» («чтоб ты жил на одну зарплату», «наши люди в булочную на такси не ездят») присутствуют в культурном контексте уже полвека после выхода фильма.

Происходит криминализация массовой культуры. Герои популярных криминальных боевиков и комедий становятся героями культурной жизни. Достаточно вспомнить «Джентльмены удачи» или Жеглова и Шарапова из фильма «Место встречи изменить нельзя».

Фильм «Криминальное чтиво» можно назвать примером активного внедрения криминальной культуры в массовую культуру, или криминализации масскульта. Это становится криминогенным фактором, влияющим на преступное поведение.

Сформировавшийся в обществе «правовой нигилизм» стал частью культуры, и искоренить его (быстро) невозможно. Преступная субкультура вступает в конфликт с доминирующими ценностями и пытается их подменить. Криминалитет стремится распространить свою культуру, в частности, через популярные фильмы, через социальные сети и молодёжь (АУЕ).

«Великая криминальная революция» – так назвал свой фильм Станислав Говорухин о событиях 1993 года, когда криминалитет поднял голову и стал претендовать на власть.

Криминалитет стал частью культуры общества. Преступники превратились в бизнесменов (сериал «Бригада») вырыли «общаки» («Возвращение» А. Звягинцева), криминальные сообщества легализовались, создали предприятия и банки. Вошли в моду малиновые пиджаки, тяжёлые золотые цепи, блатные песни, криминальный жаргон. Стали привычными в разговоре такие выражения как «беспредел», «разборки», причём даже у политиков.
Всё это свидетельствует о целенаправленной криминализации культуры.

Показательно, что «героем нового времени» стал преступник. Если раньше преступников чурались, то теперь стали стремиться быть похожими на них. Фильм «Бумер» стал прямой рекламой «героического» образа жизни бандитов, их идеалов дружбы и взаимовыручки.

«Иконой» для подражания стал Александр Белов (актёр Сергей Безруков) из сериала «Бригада».

«В чём сила, брат?» Эти слова из легендарного криминального боевика «Брат» и «Брат-2″ стали крылатыми. Как и другой фильм Алексея Балабанова «Жмурки», где особо яркую роль криминального авторитета и «вора в законе» исполнил Никита Михалков.

Примером целенаправленного формирования «нужной культуры» (криминальной, антикультуры) могут служить относящиеся к 1945 году и приписываемые руководителю американской разведки Алену Даллесу планы по реализации американской послевоенной доктрины против СССР.
«Посеяв там хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить. Как? Мы найдём своих единомышленников, своих союзников и помощников в самой России. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного необратимого угасания его самосознания…Литература, театры и кино — все будут изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства. Мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых художников, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства — словом всякой безнравственности…Честность и порядочность будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого. Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркомания, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предательство, национализм и вражду народов, прежде всего, вражду и ненависть к русскому народу — все это мы будем ловко и незаметно культивировать. И лишь немногие, очень немногие будут догадываться или даже понимать, что происходит. Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратим в посмешище, найдем способ их оболгать и объявить отбросами общества».

Министерством культуры РФ названы разрушительные идеи и ценности, чуждые нашей культуре. Это культ эгоизма, культ вседозволенности, культ безнравственности, отрицание идеалов патриотизма, отрицание идеалов служения Отечеству, отрицание идеалов продолжения рода, отрицание идеалов созидательного труда, отрицание идеалов позитивного вклада России в мировую историю, отрицание идеалов позитивного вклада России в культуру.

На VIII Международном культурном форуме в Петербурге я узнал мнение участников о культурном коде России.

Изменение культуры может происходить прежде всего за счёт смены ценностей, жизненных ориентиров и идеалов, а также структуры потребления и производства. Поэтому разработка законопроекта о традиционных ценностях является приоритетом современной государственной политики России. Важным считается «перекодировка смыслов» ранее используемых понятий. Ведь культура – это прежде всего смыслы.

Режиссёр Римас Туминас полагает: «Всё бессмысленно. Но человек вынужден, поскольку он родился, живёт, как-то психофизика защищает тебя независимо от твоих настроений, убеждений. Она защищает, чтобы ты не умер и заставляет тебя искать какой-то смысл. И находит человек, находит. Он обречён жить, значит обречён и искать ответ ЗАЧЕМ? А ЧТО? Отгоняя бессмысленность жизни, признавая что «я слаб» и нет смысла, но всё равно вынужден я искать, оправдывать свою жизнь».

Ирина Хакамада считает: «Жизнь бессмысленна. Это просто череда событий, случайных. Случайно возникла Земля, случайно в огромном Космосе возникло притяжение, атмосфера, случайно появились рыбки, насекомые, люди. Всё случайно, и мы появились случайно. Поэтому с точки зрения макромира жизнь осмыслена как часть энергии. Индивидуального смысла нет. Но с точки зрения микромира смысл есть. Потому что, если уж ты появился случайно, у тебя остаётся только одна функция – быть счастливым!»

Существует притча о двух студентах-юристах, желающих бороться с преступностью. Один пошёл в полицию и стал ловить преступников. А другой – стал снимать детективные фильмы, которые помогали предотвратить преступное поведение на стадиях замысла.

Я начал изучать криминогенные молодёжные группы и молодёжную субкультуру в 1981 году, когда поступил работать в НИИ комплексных социальных исследований Ленинградского университета. Я опрашивал панков, рокеров, фанатов, членов криминогенных дворовых группировок. Результаты моих исследований были опубликованы в издании «Аргументы и факты», в журнале «Социологические исследования», в книге «Трудные судьбы подростков». С коллегой мы выступали в популярной программе «Взгляд» с Владиславом Листьевым.

Давно уже следует отказаться от представления о преступнике как о человеке отсталом, бескультурном, своего рода «отбросе общества». Сегодня преступниками становятся люди, ещё недавно занимавшие министерские посты. Они образованы, иногда имеют научную степень и широкий культурный кругозор. Их никак нельзя назвать «отбросами общества».

У криминалитета своя культура и даже своя «философия». На одной из конференций «Достоевский и мировая культура» было зачитано сочинение воровского авторитета.
«В каждом из нас сидит Раскольников. Всегда есть люди, которые имеют право убивать. Я бы таких людей ставил управлять государством. Одного такого лично знаю: отсидел своё, а теперь крупный бизнесмен, миллионер, всеми уважаемый гражданин. А Раскольников — дурак. Надо было и топор заранее припасти, и подельника найти, и квартиру заранее отследить. Логика Раскольникова безупречна: одни убивают миллионы — и им ставят памятники, а другие ломаются на одном убийстве.

Ты стащишь буханку хлеба — тебя посадят, а другие воруют миллиардами и тебя же судят. Один украл из Гохрана драгоценностей на сто восемьдесят три миллиона, получил три года и вышел по амнистии. Украсть много это не воровство, а бизнес! Львиная доля воровства осуществляется по закону. За украденный миллиард чиновнику дали восемь лет условно, а ты будешь сидеть на полную катушку. Мне так и сказали: либо дашь показания и выходишь под подписку о невыезде, либо будешь сидеть. Вся жизнь игра, воруй, такая фишка, — пропел «авторитет». — Ну а попался, то молчи – не то каюк. Своё ты отсидишь, семь лет не вышка. Иначе схавают, и рта не оботрут.

Вот я вор. Ты спросишь, где у меня совесть? А я тебе отвечу: покажи мне, кто по совести живёт, кто? Бог заповедовал делиться. Вот у тебя деньги есть, а у меня нет. И ведь если я попрошу у тебя три тысячи, ты ведь не дашь. Вот я и беру сам. Так сказать, восстанавливаю справедливость, раз у тебя есть, а у меня нет. С деньгами нужно расставаться легко, и никогда не жалеть.

Я ведь не родился вором. И стал им не от хорошей жизни. Меня тоже мама за руку в школу водила, хотела, чтобы из меня толк вышел, по её разумению. Но улица взяла своё. Ведь когда не можешь завоевать своё место под солнцем среди одноклассников и знакомых, начинаешь пробивать себе дорогу кулаками. По старым «законам» вором мог стать человек, по-настоящему отсидевший в тюрьме, карманник, который мог «обрить» фраера, когда тот был трезв и не спал. Ворами становились за верность «правильной» жизни. А сейчас? Идею опозорили, не брезгуют и похищением детей, лишь бы получить грязные «хрусты». Боже, что твориться с людьми! Иметь жену, машину, хорошую хазу никому в сегодняшней жизни не запретишь. Не могу осуждать тех, кто имеет всё это, но и не приветствую. Некоторые построили себе не дома, а санатории, забыв о том, что санаторий для истинного «законника» — тюрьма. Когда мне нужна машина, меня возят. Прописка есть, но постоянно нигде не живу. Имею ребёнка, но жены со штампом в паспорте у меня нет. Я люблю, и любим, и долю свою в любви принимаю, как подарок Бога мне, грешному. Таких как я, мало осталось. Вор в законе — это не чин, не звание, это состояние души — души бродяги».
(цитаты из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература).

А по Вашему мнению, как связаны ПРЕСТУПНОСТЬ И КУЛЬТУРА?

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё, что я хочу сказать людям, заключено в главных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что.
2\ Смысл – он везде.
3\ Любовь творить необходимость.
4\ Всё есть любовь.

P.S. 16 июня исполнилось 88 лет моему учителю доктору юридических наук, профессору Якову Ильичу Гилинскому. Его называют «отцом девиантологии в России». Он автор более 670 научных работ, из них 150 на иностранных языках. Я горжусь нашей 40-летней дружбой и тем, что живу в одно время с таким Человеком!

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Убийство считается преступлением, но на войне убийство врага преступлением не считается. Почему же за одно и то же действие в одном случае карают, а в другом случае — награждают? Преступление – это то, что государство называет в Уголовном Кодексе преступлением, или это нарушение каких-то общих природных законов существования?
Что побуждает людей убивать друг друга, в чём причина?
22 апреля 2022 года в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе состоялась беседа «Проблемы причинности в криминологии». С докладом выступил директор Центра правовых исследований (Баку, Азербайджанская Республика) доктор юридических наук профессор Ханлар Джафарович Аликперов «Новое видение причин индивидуального преступного поведения».

В своих тезисах к докладу Х.Д. Аликперов указал:
Проведённое автором комплексное исследование проблем патогенеза преступности и этиологии преступного поведения даёт основания для выдвижения следующих выводов:
1) в человеческой популяции не существует людей, обладающих иммунитетом от совершения противоправных деяний, так как преступность является свойством человека;

2) многие виды индивидуального преступного поведения не являются продуктом социального конструкта. Они – исторически обусловленная объективная закономерность, утвердившаяся на Земле задолго до возникновения государства и права. В силу этого этиология и бытие многих видов умышленных преступлений, как внешних форм проявления преступности, не зависят от усмотрения законодателя;

3) существует универсальная причина преступности. Она заключена не в окружающих человека реальностях, а таится в самом Homo sapiens. Такой причиной является неудовлетворённая потребность человека. Как справедливо отмечает И.М. Рагимов, «причина преступного поведения находится не вовне, а внутри самого человека», так как склонность к злу, греху, преступлению заложена в душе человека.

4) корень детерминанта преступности имеет бинарный характер и состоит из двух нелинейных компонентов: генетического и внешнего факторов, процесс слияния которых в интегрированное единство порождает неприсущее им в отдельности качество (синергетический эффект) – конкретное преступление;

5) мотивацией при совершении человеком умышленных преступлений всегда выступает его неудовлетворённая потребность (различного уровня и этиологии), реализовать которую он не смог или не захотел в рамках правового поля. Все остальные факторы (экономического, социального и иного характера), участвующие в формировании преступной мотивации, являются факультативными;

6) в механизме индивидуального преступного поведения потребности играют роль доминанты, внешние факторы (естественные, техногенные, социальные) – сопутствующую (повод, условия и т.п.). Поэтому нельзя всё многообразие смысла понятия «преступление» сводить к его нормативному определению, а причины преступности объяснять лишь социальными явлениями.

С учётом вышеизложенного полагаю, что причины преступности – не от мира сего, они гнездятся внутри самого человека в виде неудовлетворённой потребности, а совершаемое им конкретное преступление – не что иное, как генетически обусловленный опредмеченный поведенческий акт деструктивно-волевого характера, базирующийся в геноме Homo sapiens в алертном состоянии, который активируется лишь при сцеплении с определёнными внешними факторами природного, техногенного или социального свойства, воспользовавшись которыми он удовлетворяет свои потребности, которые не мог или не хотел реализовать в рамках закона.

Конечно, автор далёк от мысли, что неудовлетворённая потребность всегда порождает преступление. Это, естественно, не так. Но в то же время несомненно, что каждое конкретное умышленное преступление есть непосредственный результат реализации неудовлетворённой потребности человека.

По мнению Г.Н. Горшенкова (Нижний Новгород, Россия) потребность всё же не главный триггер в индивидуальном акте преступного поведения и, тем более, не универсальная причина преступности как социального явления.

К.Ж. Балтабаев (Нурсултан, Республика Казахстан)
Утверждение что «преступность является свойством человека», вряд ли является правильным. Скорее всего, каждый человек способен нарушать различные социальные нормы, в том числе и правовые нормы. … В целом, когда мы говорим о причинах преступности, то они обусловлены, на мой взгляд, все же социальными детерминантами.

Д.М. Гаджиев (Махачкала, Россия)
Преступное поведение зависит от соотношения социального и биологического. Эта зависимость прослеживается и передается по наследству генетически (темперамент, программы поведения…), а также в процессе социализации. Часто наблюдаем без мотивные преступления, являющиеся неадекватной реакцией на действия потерпевшего.

С.У. Дикаев (Санкт-Петербург, Россия)
Преступность – это и социальный конструкт, и исторически изменчивый феномен, находящийся в адекватном для конкретного социума состоянии.
Сами по себе факторы природного, техногенного и социального характера не могут быть причинами преступности. Таковое значение они обретают лишь тогда, когда взаимодействуют с человеком.
Я думаю, что внутри самого человека есть только то, что он впитал из социальной среды. И то, что он впитал, продолжает взаимодействовать со средой, иногда вступая с ней в конфликт.

Г.В. Зазулин (Санкт-Петербург, Россия).
Доктор исторических наук Эльгиз Абдулович Поздняков в работе «Философия преступления» (2001) делает вывод: «Ни в коем случае общество нельзя рассматривать в качестве причины, порождающей преступления. Причина лежит в человеке; общество же создаёт те или иные условия для её проявления».

М.А. Коваленко (Санкт-Петербург, Россия)
Влияние негативных социальных факторов, таких как, отсутствие материальных ресурсов для содействия развитию и воспитанию подрастающего поколения на ранних стадиях развития ребёнка, могут быть причинами, в том числе, и врождённых генетических особенностей индивида, способствующих последующему преступному поведению. Так, несовершеннолетние нарушители в период внутриутробного развития, младенчества и раннего детства подвержены формированию различных нарушений психического развития, алкоголизму и наркомании, физическим отклонениям, задержке развития, что вызывает проблемы в работе и учёбе, отношениях со сверстниками.

Н.А. Крайнова (Санкт-Петербург, Россия)
Изучение личности преступника сквозь призму познания причин индивидуального преступного поведения демонстрирует то, что нередко преступники не могут объяснить свои противоправные поступки. Многое в преступном поведении лежит за гранью сознательного.
Углублённое изучение биографий преступников (независимо от вида совершённых ими преступлений, категории таковых и их количества), показывает, что в абсолютном большинстве случаев истоки совершения преступлений можно найти в периодах становления человека (детство, подростковый возраст).

Н.И. Кузнецова (Санкт-Петербург, Россия)
Обнаруживается влияние экологии не только на здоровье, но и на поведение человека. Не секрет, что жителям больших городов привычно чувство постоянной усталости.
В свою очередь, все перечисленные факторы создают основу для различных форм отклоняющегося поведения: употреблению наркотиков, алкоголя, суицидальному поведению, сексуальной распущенности, хулиганству, вандализму, агрессии, насилию и др.

В.А. Номоконов (Владивосток, Россия)
«Исторически изменчивый деструктивный феномен, утвердившийся на Земле задолго до возникновения государства и права» есть опасное девиантное поведение, которое становится преступным только после его закрепления в УК.
На мой взгляд, дело не столько в неудовлетворённой потребности, сколько в возникшей личной ущербности: виновный идёт на нарушение норм морали и права в попытках компенсировать собственную внезапно возникшую или хроническую, социальную, психологическую, моральную, психическую или даже физическую ущербность.

В.М. Хомич (Минск, Республика Беларусь)
Современный теоретический потенциал криминологии фиксирует причинность преступности и саму преступность с позиции самосохранения безопасности власти в ущерб безопасности человека и его самосохранения. И в этом кризис криминологического знания и современного объяснения преступности и её причин.
Универсальная причина преступности заключена в самом Homo sapiens и окружающих человека реальностях, неудовлетворяющих потребности человека. В этом и состоит синергетический эффект причинности в индивидуальном преступном поведении.

С.М. Марков (Хабаровск, Россия)
Философский древний вопрос, другими словами, является ли греховность имманентным свойством человеческого рода как такового! … Как мне представляется, любое преступление имеет свою биографию; нет и быть не может «чистых» преступлений «здесь-и-сейчас». Так, троянские преступления Гомера в «Илиаде» начались с обыкновенного спора за Елену. Социальная среда (культура и цивилизация) – это не только внешний фактор, но имманентная природа человечности и человека, всех его поступков и деяний…

А.М. Яблоков (Санкт-Петербург, Россия)
Классическое направление в криминологической теории указывает на то, что причины преступности находятся «внутри» человека, определяются его внутренним миром, его разумностью. Огромное множество постклассических криминологических теорий просто-напросто «перетягивает» вопрос причинности на себя, ставя во главу угла социальные детерминанты. Укрепление же классического подхода (неоклассического) в криминологии произошло, как представляется, после открытия гена фермента моноаминоксидазы А (МАОА), наличие которого практически «гарантирует» враждебное поведение субъекта. Таким образом, на сегодняшний день причину преступного поведения приходится искать и среди социальных факторов, и среди биологических…

Д.А. Шестаков (Санкт-Петербург, Россия)
Конечно, неудовлетворённые потребности человека, в том числе и склонность ко злу, греху, некоторых людей подталкивают к совершению преступления. Но приписывать этим обстоятельствам значение некой универсальной причины преступности есть преувеличение их значения.
Наиболее значимо в рассмотренной здесь концепции докладчика то, что Х.Д. Аликперов привлекает внимание криминологов к встречающейся у некоторых людей некой непреодолимой потребности в насилии. К жажде ножа, как сказал бы Ницше. К потребности, которая генетически наследуется от далёких предков с ещё догосударственно-правовых времён.
Некоторые виды умышленного преступного поведения появились на Земле задолго до государства и права. Их происхождение не зависит от усмотрения законодателя. Назову эту ветвь причинности дикой причинностью.
Наказание за преступления, обусловленные не управляемой разумом дикостью, должно перестать быть столь же дико жестоким, как преступление. Его надо сделать врачующим.

По мнению Я.И.Гилинского (Санкт-Петербург, Россия)
Преступность есть социальный конструкт. Нет вида поведения, являющегося по своей природе преступным. «Преступления» это то, что так обозначил законодатель в уголовном законе в интересах государя, власти, режима. До возникновения государства люди убивали друг друга, насиловали друг друга, отбирали еду друг у друга, но это не были «преступления».
Как правильно утверждает Х.Д. Аликперов, люди действуют для удовлетворения своих потребностей. Эти действия могут носить легальный или нелегальный (преступный) характер. А в случае неудовлетворения потребностей легальным или преступным путем – «уход» в алкоголь, наркотики или из жизни.

Я согласен с Яковом Ильичём, что понятие «преступление», безусловно, выдумка государства («социальный конструкт»). Однако это не значит, что особо опасные виды социального поведения возникают и исчезают по воле законодателя. Они всегда были и будут: исчезают одни – появляются другие. Воля законодателя лишь определять некоторые виды социально-опасного поведения как «преступление» и назначать за него наказание.
При этом новые виды социально-опасного поведения часто не сразу попадают под понятие «преступление», а лишь когда начинают представлять угрозу общественному благополучию. К тому же в разных странах одни и те же виды социально-опасного поведения могут быть преступлением, а в других странах нет. Произвольное назначение того или иного поступка преступлением ещё не делает его общественно-опасным явлением (например, «оскорбление чувств верующих»).

Убийство существовало всегда! Но «преступлением» оно стало считаться после того, как было внесено в Уголовный Кодекс. Однако, исключение из Уголовного Кодекса статьи 105 не устраняет убийства деяния как такого.
И если вдруг по какой-то причине исчезнет Уголовный Кодекс, исчезнет ли вместе с ним и преступления?

Вся история учений о природе преступного поведения по сути борьба двух направлений: биологического и социологического.
Профессор Д.А.Шестаков полагает, что существует два основных подхода к преступлению: материальный (преступление — зло, реально причиняющее вред) и формальный или, как говорят, конвенциональный (преступление — то, что названо таковым в законе). Эти подходы, криминологический и юридический, не противостоят, а взаимно дополняют друг друга. Профессор Д.А.Шестаков считает, что преступность существует и на микроуровне, как свойство человека.

Профессор Я.И.Гилинский утверждает, что нет вида поведения, являющегося по своей природе преступным. «Преступление и преступность – понятия релятивные (относительные) «как договорятся» законодатели». «То, что в одной стране – преступление, в другой – не признаётся таковым. То, что преступным было вчера, непреступно сегодня, и наоборот».

Преступными могут считаться значительно больше явлений, чем определяет по своему усмотрению законодатель. Формально, преступление – это то, что указано в Уголовном Кодексе. С другой стороны, не все социально опасные деяния перечислены в Уголовном Кодексе. А иногда преступные деяния, указанные в УК, перестают быть социально опасными.
Если исключить из Уголовного Кодекса отдельные статьи (виды преступлений) это ещё не означает избавиться от ряда общественно опасных деяний.
Формально, нет закона – нет преступления (как понятия), поскольку преступление описано в УК. Но реально – отсутствие закона не означает отсутствие деяния, которое все считают преступным.

Профессор Кунц признаёт, что отсутствие квалификации деяния как преступного ещё не означает отсутствие самого факта преступного явления. Преступление может быть не зарегистрировано или не раскрыто, но это не означает, что оно отсутствует как событие.

Если существуют так называемые «естественные права» человека, то существуют и «естественные преступления». Например, убийства из ревности существовали и будут существовать всегда, также как изнасилования и кражи.

Разумеется, преступление есть незаконная форма удовлетворение потребностей. Но вот, например, какую потребность удовлетворяет убийство, совершённое из чувства мести?

По меткому выражению Д.А. Шестакова, «человек в мире – марионетка для выполнения предписанной свыше программы, которая даёт стимулы: радости, любви… навязанные свыше представления о хорошем и плохом».

На поведение человека влияют и социальное окружение, и конкретная ситуация, и нормы общества, и генетическая предрасположенность. Но «контрольный пакет» в определении реакции человека на ситуацию находится в его характере и в генах. Не каждый способен совершить изнасилование или убийство с особой жестокостью.

Международная группа криминологов провела исследование, в котором обнаружила различия между концентрацией серого вещества у людей, которые были осуждены за тяжкие насильственные преступления, и тех, кто совершил преступления средней и небольшой тяжести.
Нейробиологи провели сканирование мозга преступников. Изначально осужденных разделили на несколько групп. В первую группу попали убийцы, во вторую — люди, совершившие насилие, которое не привело к смерти (бытовые ссоры, нападения и разбои), а в третью — совершившие ненасильственные преступления. Всего было проанализировано 808 преступников.
Специалисты обнаружили, что мозг преступников, совершивших убийства, имел значительные отличия от мозга невиновных людей. У них имелся дефицит серого вещества в областях мозга. Мозг двух остальных групп практически не отличался друг от друга.

Так предопределён человек к совершению преступления или нет?

На мой вопрос о генетической склонности к совершению преступлений профессор С.М.Иншаков дал категоричный ответ: склонность к преступлению заложена в генах конкретного человека изначально.

Профессор Д.А.Шестаков в книге «Теория преступности и основы отраслевой криминологии» на стр.13 пишет: «…преступность — внутренняя предрасположенность индивида к совершению преступлений, сформировавшееся у него свойство поступать в определённых ситуациях преступно».

Начальник кафедры криминологии Московского университета МВД России, заслуженный юрист России, доктор юридических наук, профессор С.Я.Лебедев считает:
«Если ориентировать Уголовный Закон на законы природы, то это приведёт к разрушению уголовного права. Потому что по закону природы любое насилие есть способ выживания вида. Значит, любое насилие одного человека в отношении другого человека в реализации своего интереса (даже если руководствоваться целями социальной справедливости) с точки зрения сегодняшнего уголовного права это преступление, а с точки зрения ориентации на законы природы, это не преступление…»

Криминологи всего мира до сих пор спорят о том, что оказывает решающее воздействие на преступное поведение человека: его природа или социальная среда, законы общества или законы природы? «Среда виновата или подлая натура человеческая?» – вопрошал Достоевский.

Всем известна идея, подтолкнувшая Родиона Раскольникова к совершению убийства старухи процентщицы (в романе «Преступление и наказание» Ф.М.Достоевского). Раскольников считал, что есть люди «право имеющие» убивать (Наполеон), и убить старуху процентщицу ради блага человечества дело достойное.
В романе Л.Н.Толстого «Война и мир» Пьер Безухов задумывает убить Наполеона ради блага всего человечества. Если бы покушение удалось, вряд ли бы Пьер испытывал раскаяние и угрызения совести; скорее гордился бы своим геройским поступком, который назвали бы подвигом. А вот убийство старухи процентщицы трудно назвать подвигом. То есть, убить Наполеона (тирана) дело достойное, а убить старуху процентщицу… В чём разница?!..

Год назад я уже ответил на предложенные Х.Д. Аликперовым вопросы.
По моему мнению, в культурной среде не существуют индивидуумы, обладающие иммунитетом от девиантных форм поведения.
Я полагаю, что в большей степени преступление – это социальный конструкт.
Внешние факторы лишь одна из детерминант преступного поведения. Не сами внешние факторы природного и техногенного характера являются причиной преступности, а то как они воздействуют через личность на её поведение.
Детерминация преступности гораздо шире и глубже. Полный детерминизм исключает понятие свободы воли, а если человек не свободен в выборе, то нет и ответственности за сделанный выбор.
Если каждое следствие имеет строго определённую причину, а причина определённое следствие, то и в итоге генетические факторы являются определяющими в детерминации преступного поведения.

Трудно отрицать, что алкоголизм и психические болезни родителей влияют на их детей. Неблагоприятные социальные условия оказывают влияние, однако решающий фактор, на мой взгляд, это генетика. В одинаковых условиях один человек сможет совершить преступление, а другой не сможет (например, групповое изнасилование). В критической ситуации именно генетическая предрасположенность (или способность) и наследственность определяет поведение человека.

Человек по природе животное и подчиняется общим законам генетики. Как среди животных (например, собак) есть агрессивные породы и особи, так и среди людей. Именно законы генетики позволяют выводить служебные породы (немецкая овчарка), бойцовские (питбуль) и домашние (лабрадор-ретривер и др.). Даже у каждой кошки свой норов. Но экстраполяция законов генетики на человека неизбежно (как показал опыт истории) приводит к расовой теории со всеми её негативными последствиями.

В 70-х годах XVIII в. итальянский тюремный врач Чезаре Ломброзо обнаружил связь между криминальным поведением и определёнными физическими чертами. Он считал, что «криминальный тип» можно отличить по таким характерным чертам, как скошенный лоб, выступающая нижняя челюсть, реденькая бородка и пониженная чувствительность к боли».

Министерство внутренних дел РФ ищет «ген преступности». IT-подразделение ведомства заказало исследование, в результате которого рассчитывает с помощью анализа генетического материала подозреваемого, оставленного на месте преступления, определить его пол, возраст, цвет глаз и сложение. Технология даст результат, если её обучить на больших объёмах данных с кодами ДНК, говорят эксперты. Подрядчик должен будет установить возможность выявлять фенотипические признаки человека (цвет кожи, глаз, волос, особенности телосложения и т.д.) на основе анализа генетического материала, который оставил преступник.

Учёные из Вашингтонского университета в Сент-Луисе (США) пришли к выводу, что некоторые факторы окружающей среды способны влиять на структуру и функции мозга ребёнка ещё во время внутриутробного развития. Результаты исследования показали, что дети матерей, живущих в бедности, как правило, рождались с меньшим объёмом мозга, чем дети женщин с более высоким доходом. Это касалось как серого, так и белого вещества. Кроме того, у детей бедных матерей выявили меньшее количество извилин, что свидетельствовало о незрелости их мозга. Сниженные объём и число извилин мозга младенца могут негативно отразиться на его дальнейшем развитии.

Также учёные исследовали влияние уровня преступности района, в котором жила беременная, на развитие мозга новорождённых. Оказалось, женщины, проживающие в более опасных районах, рожали детей с более слабыми связями между структурами мозга. В том числе изменения затронули отделы, участвующие в обработке и контроле эмоций. Таким образом, жизнь в районе с высоким уровнем преступности оказывала более специфичное влияние на развитие мозга, чем бедность. Ослабленные в младенчестве связи между отделами мозга могут сказаться на психическом развитии ребёнка и его способности адаптироваться в обществе.

Ещё Мартин Лютер в работе «О рабстве воли» и Поль Гольбах в труде «Система природы» отрицали свободу воли.
Эксперимент американского нейробиолога Бенджамина Либета показал, что два определённых участка мозга участников эксперимента уже содержали информацию о том, какую кнопку нажмут эти люди, за целых 7-10 секунд до принятия сознательного решения.
Эксперименты, проведённые в 2008 году в Лейпцигском Институте М. Планка нейроучеными Дж.-Д. Хейнсом и Ч.С. Суном о формировании доминанты и принятии решения, подтвердили результаты исследований Либета и показали, что мозг человека принимает решение за 30 секунд до того, как индивид это решение осознаёт!

О проблеме причинности в преступности сделал доклад доктор юридических наук, профессор В.Б. Малинин в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе 2 марта 2021 года «Причинная связь в уголовном праве и криминологии».

Сегодня криминологи пришли к выводу, что не существует какой-либо одной общей причины, которая бы объясняла происхождение преступности во всём её разнообразии. Всегда действует не одна, а комплекс причин в конкретных условиях. В одних странах бедность порождает преступность, в других – нет. Но в основе причин преступности всегда лежат объективные социальные противоречия.

Платон, Плутарх, Аристотель и др. высказывали различные мысли, что преступность имеет свои причины вне злой воли человека. «Люди ведут такой образ жизни, какой их заставляет вести нужда», – писал Аристотель. – «Величайшие преступления совершаются из-за стремления к избытку, а не к предметам первой необходимости».

Многие великие гуманисты видели причину преступности в праве частной собственности. Пока не исчезнет класс богатых, — говорил писатель начала XVI века Томас Мор в романе «Утопия», — не исчезнет и преступность.

Если Ломброзо утверждал что «преступниками рождаются», то основоположник социологического направления А.Кетле полагал, что «преступниками не рождаются, ими становятся». По Кетле «общество заключает в себе зародыш всех имеющихся совершиться преступлений, потому что в нём заключаются условия, способствующие их развитию; оно… подготовляет преступление, а преступник есть только орудие».

В 1885 г. на 1 Международном конгрессе антропологов в Риме А.Лакассань, исходя из социологических преставлений о природе преступности, произнёс знаменитую фразу: «Каждое общество имеет тех преступников, которых оно заслуживает».
Г.Манхейм добавил: «Каждое общество обладает таким типом преступности и преступников, которые соответствуют его культурным, моральным, социальным, религиозным и экономическим условиям».

Французский социолог Эмиль Дюркгейм утверждал: «Преступность – нормальное явление потому, что общество без преступности совершенно невозможно».
Другой социолог Роберт Мертон утверждал в работе «Теория напряжения», что, с одной стороны, общество требует от человека обогащаться, а с другой стороны, не даёт ему легальных средств для этого, и потому чтобы обогатиться, человек находит средства нелегальные.

«Со времён Каина мир никогда не удавалось ни исправить, ни устрашить наказанием. Как раз наоборот!» – утверждал Карл Маркс.

Ещё в 1764 году теоретик права Чезаре Беккариа писал: «Нельзя надеяться на существенное улучшение морали, если политика не опирается на вечные чувства, присущие человеческой природе. Любой закон, идущий в разрез с этими чувствами, неизбежно столкнётся с противодействием, которое в конце концов окажется сильнее».

«За что вы меня хотите судить? За то, что я свободен, за то, что был собой и своим поведением нарушил противоестественные законы? Осудить меня можно, только предполагая, что у меня был выбор: устроиться на работу или жить на смехотворно малое пособие. А если не было работы, а выжить на мизерное пособие невозможно, если у меня не было выбора? Как же можно судить меня, если я был не свободен? Свобода без выбора не свобода!

Предполагается, что выбор есть всегда, выбор как наличие нескольких альтернатив. Но, взвешивая эти альтернативы, человек выбирает одну — ту, которая в наибольшей степени отвечает его внутренней и внешней необходимости. То есть выбор как бы предопределён между оптимальным и неоптимальным. Либо человек поступает закономерно, правильно выбирая оптимальное и необходимое, либо незакономерно — то есть своевольно — неправильно выбирая ему не необходимое или не оптимальное!

Человек всегда поступает, как того требует необходимость, либо внешняя, либо внутренняя, а чаще в совокупности. Поступок, противоречащий необходимости, неразумен, более того — разрушителен. Выбор предопределён необходимостью!
Хотя возможны и ошибки, когда человек поступает во вред себе, выбирая ему не необходимое. Причём ошибка осознаётся в момент выбора, но не после. Ошибка — это случайность, не отменяющая и не искажающая общей закономерности.

Говорить об ответственности можно, только если человек свободен. А свободен человек, когда у него есть выбор. Без выбора нет свободы воли. Как я могу проявить свою свободу, если у меня нет возможности выбирать?!

Но если человек поступает закономерно, выбирая ему необходимое, то он фактически лишён свободы выбора, поскольку выбирает единственно правильное. А если выбирает неправильно, поступая незакономерно, то тем самым проявляет свою свободу, и значит, может нести ответственность.

Если человек поступает законно, то есть с точки зрения общества закономерно и правильно, его не за что судить, а судят, только если он нарушает закон, то есть поступает незакономерно.
Если человек нарушил закон, потому что к этому его принудили обстоятельства, когда у него не было выбора, то он не может быть привлечён к ответственности, поскольку был не свободен. А если он нарушил закон, потому что боролся с силой обстоятельств, то есть проявил свою свободу, своё Я — его тем более нельзя привлекать к ответственности. Что же, судить за то, что он проявил свободу воли?

Если человек говорит, что он нарушил закон, поскольку не мог поступить иначе, то есть был не свободен в своём решении, он не должен нести ответственность, если докажет, что у него не было выбора, то есть когда признает свою несвободу.
К ответственности его можно привлечь, лишь доказав, что он обладал свободой выбора и мог не нарушить закон, то есть мог поступить закономерно — законным и единственно правильным необходимым для него образом.
Но, признавая за человеком свободу выбора, и при этом доказывая, что единственный выбор — это поступить законно, означает лишить его выбора, а значит, и свободы.

Получается, если человек не мог поступить иначе, он не имел свободы, но поступая законно, он как бы отказывается от свободы, признавая свою несвободу перед выбором единственно правильного и для него необходимого.
Выходит, признание наличия у человека свободы воли нужно лишь для того, чтобы признавать человека ответственным за свои поступки?!
Значит, судят меня за то, что я проявил свободу воли, за то, что был самим собой, пусть и поступил неразумно, своевольно?

Закон, таким образом, имеет целью оградить общество от проявлений человеком своего подлинного Я, если это Я вступает в противоречие с Я других; то есть судят человека за то, что он был самим собой.
Однако никакой закон не останавливает людей от проявлений своей сущности! Всегда убивали и будут убивать из ревности, и страх смертной казни не остановит. Нет, не всё так просто в душе человеческой. Следствие мало что говорит о причине!

Если всё в жизни закономерно, и всякое действие имеет причину, то нет места случайности. Ибо если всё взаимосвязано, закономерно, то нельзя говорить об ответственности человека, поскольку всё обусловлено обстоятельствами и нет места воле, выбор практически предрешён, то есть нет выбора, ведь человек всегда выбирает необходимое!

Если мы признаём, что всякое действие имеет причину, и таким образом всё взаимосвязано и подчинено всеобщей закономерности, то отрицается случай, который, при внимательном рассмотрении оказывается необъяснённым проявлением всё той же закономерности. Таким образом, всякий поступок не случаен, а закономерен, и обусловлен совокупностью внутренних и внешних обстоятельств, то есть детерминирован, и человек не мог поступить иначе. Тогда как же можно судить его, если он не мог поступить иначе, даже совершив преступление?!

Человека можно привлечь к ответственности только когда он имел возможность не нарушать закон, то есть он обладал свободой выбора. Но в этом случае он поступал бы несообразно обстоятельствам, толкающим его на преступление, и его поступок не имел бы причины, что невозможно, ибо каждый поступок имеет причину. А если нет причины, то поведение человека объяснить невозможно, и как же тогда можно его судить?!

Важно выяснить: мог ли человек не нарушать закон и поступить иначе? Если мог, то надо признать, что должны быть и обстоятельства, побуждающие его к этому поступку, и они должны носить характер причины. Но тогда надо признать, что имеется сразу две причины у одного поступка: одна, побуждающая к противоправному поведению, а другая — к правомерному, что невозможно, ибо всякое следствие имеет строго определённую причину. Не может быть одновременно двух взаимоисключающих причин у одного поступка. Если человек поступил именно так, то он не мог поступить иначе. Потому как другому поступку соответствовала бы другая причина. А причина — это совокупность обстоятельств, побуждающих к поступку. И если признать, что подсудимый мог поступить иначе, то надо признать, что у него были другие, эти «иные» обстоятельства, то есть другие причины, или то, что в одних и тех же обстоятельствах он мог поступить по-разному, что, однако, противоречит принципу: определённая причина порождает строго определённое следствие. Следствие не может быть иным, чем вызвавшая его причина. Иначе это отрицание самого принципа причинности, если следствие не соответствует причине, её породившей, когда результат действия может быть произвольным. Например, мы бросаем камень в сторону, а он попадает нам в лоб.

Всё это доказывает, что человек не мог поступить иначе, чем он поступил в конкретных условиях! Фактически он был лишён выбора между противоправным и правомерным поведением, и мог поступить только так, как поступил. Поступить иначе он не мог, поскольку был несвободен от силы обстоятельств, которые и стали причиной его незаконного действия.

Любое объяснение возможно, только признавая наличие у поступка соответствующей ему причины. Беспричинных поступков не бывает, как не бывает немотивированных преступлений. Ибо раз есть как следствие преступное поведение, значит, должна быть и соответствующая причина.

В философии под причиной понимают то, что с неизбежностью закономерно порождает определённое следствие в данных условиях. Однако в уголовном праве почему-то считается, что в одних и тех же обстоятельствах, то есть под воздействием одних и тех же причин, люди могут поступать, как соблюдая закон, так и закон нарушая, то есть у одной причины может быть два разных следствия.

Если мы признаём наличие причины у преступления, значит, считаем противоправный поступок закономерным следствием поведения и влияния обстоятельств, и всё поведение неслучайным, то есть детерминированным. А значит, человек не может нести ответственности за свои поступки, если все его действия детерминированы, то есть жёстко опосредованы обстоятельствами и в какой-то мере предопределены, то есть у него не было свободы выбора.

Преступление, как и любой поступок, не может быть случайным, не иметь причины, ибо случайно то, что не закономерно. Всякое действие закономерно, а значит, имеет причину, объясняющую это действие. Всё имеет причину, а значит — всё закономерно, а значит, жёстко опосредовано каждое движение, каждое движение необходимо, а значит, неслучайно, ибо то, что случайно, то не закономерно.

Если преступление явилось закономерным итогом предыдущей жизни подсудимого или развития его жизненной ситуации, или стечения обстоятельств, своего рода следствием, значит, человек не мог поступить иначе; а если мог поступить иначе и мог не нарушать закон, то его преступление не закономерно, то есть случайно. Но если преступление имеет причину, а причину имеет любой поступок, то преступление не случайно, а значит, закономерно!

Если признавать свободу воли, то есть возможность поступать незакономерно, это приводит к повсеместной случайности, к следствию без причины, к хаосу, к отрицанию закономерности мира.
А если признавать всеобщую взаимосвязанность и обусловленность явлений, то это приводит к логическому исключению свободы воли и даёт основания задуматься о предопределении.
Либо свобода воли, либо предопределение! Либо свобода, либо судьба!»
(из моего романа-быль «Странник (мистерия) на сайте Новая Русская Литература

У коллег криминологов я узнал, почему же преступность, по их мнению, неискоренима.

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А по Вашему мнению, каковы ПРИЧИНЫ ПРЕСТУПНОГО ПОВЕДЕНИЯ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Последние массовые несанкционированные манифестации граждан, участие в них молодёжи, привлекли внимание к проблеме преступного поведения в сфере политики. Появились понятия «политическая преступность» и «политические преступники». Недавно бывшего президента Франции Николя Саркози осудили за коррупцию в процессе избирательной кампании и приговорили к одному году тюрьмы плюс два года условно.
Может ли быть политическая деятельность преступлением?
12 марта 2021 года меня пригласили в Санкт-Петербургский международный криминологический клуб для участия в беседе на тему «Политическая криминология». С докладом «Политическая криминология: тенденции и перспективы развития в XXI веке» выступил Павел Александрович КАБАНОВ – доктор юридических наук, доцент, член Санкт-Петербургского международного криминологического клуба, профессор кафедры криминологии Нижегородской академии МВД России (Набережные Челны, Россия).
Я задал вопрос участникам: может ли быть политическая деятельность преступлением?

Павел Александрович Кабанов в своих тезисах отметил:
«…политическая криминология – это состоявшаяся отрасль криминологических знаний, исследующая политическую преступность и её отдельные виды, влияние политики на преступность, криминологическую политику, политические спекуляции проблемой преступности и некоторые другие аспекты.

Относительно полно исследованы тенденции и особенности электоральной преступности и её разновидностей, тоталитарной преступности, политического экстремизма, политического терроризма, политической коррупции и международной политической преступности.

В результате творческой активности политических криминологов в начале наступившего века были сформированы частные политико-криминологические теории: криминология политической преступности; электоральная криминология; криминологическая конспирология, к тому же начала зарождаться криминальная политическая виктимология как межотраслевая криминологическая теория.

Политическая криминология может развиваться только за счёт проведения новых исследований. Основными направлениями таковых на ближайшую перспективу могут выступать:
– исследование электоральной преступности и формирование электоральной криминологии как самостоятельной частной политико-криминологической теории;
– политико-криминологическое осмысление «цветных революций», криминологическая оценка их последствий, включающая «цену» таких революций как для поражённых ею государств (регионов), так и для её инициаторов и организаторов;
– исследование состояния политической криминологии за рубежом для последующего обмена имеющимися научными разработками, способными обогатить российскую и мировую политическую криминологию».

С.Д. Шестакова (Санкт-Петербург, Россия), и М.М. Аштыкчиев (Санкт-Петербург, Россия) в своих тезисах предложили обсудить процессуальные страсти по Навальному.
«Правовые пробелы законодатель зачастую игнорирует, учёные не замечают, а практики в результате применяют право по аналогии. Всё это происходит до той поры, пока «громкое дело» не нарушит тишины формально сомнительного, но фактически закономерного восполнения аналогией правового пробела на практике. Именно так и случилось с продлением срока задержания условно осуждённому к лишению свободы А.А. Навальному постановлением суда г. Химки Московской области от 18 января 2021 г.

Химкинский городской суд Московской области удовлетворил представление начальника УМВД России по г.о. Химки Московской области и продлил срок задержания А.А. Навального до 30 суток. Здесь возникает вопрос о правовой основе данного решения.
Отмена условного осуждения и исполнение наказания в случае систематического неисполнения условно осуждённым возложенных на него обязанностей или его уклонения от контроля как возможная реакция суда предусмотрена ч. 3 ст. 74 УК РФ.

Федеральным законом от 20 марта 2011 г. № 40-ФЗ в УПК РФ были внесены изменения и дополнения, направленные на расширение прав осуждённого по участию в рассмотрении и разрешении вопросов, связанных с исполнением приговора. В числе этих дополнений в ч. 2 ст. 399 закреплена обязанность суда уведомлять осуждённого о дате и времени судебного заседания не позднее, чем за 14 суток до его начала. При этом вопрос о механизме обеспечения права на участие в судебном заседании условно осуждённого, скрывшегося от контроля, остался открытым.

Прецеденты применения ст. 46 и других статей УИК РФ по аналогии в обеспечение очного рассмотрения вопроса и исполнения решения суда о применении назначенного наказания в виде лишения свободы в отношении условно осуждённого, скрывшегося от контроля, появились задолго до дела А.А. Навального.
Таким образом, эти прецеденты если не нивелируют, то существенно снижают значение продления срока его задержания по аналогии как повода для накала политических страстей».

В.А. Номоконов (Владивосток, Россия) считает, что политике нужна криминологическая оценка. «На мой взгляд, более точно было бы говорить не столько о «политической криминологии», сколько о криминологической оценке политической сферы или политических процессов в обществе. В рамках единой криминологии мы выделяем т.н. частные криминологические теории, условно обозначая их как политическая, экономическая, семейная, педагогическая и другие «виды» криминологии.

Криминология в целом, как известно, наука не только социально-правовая, но и политическая. Не случайно поэтому столь драматично складывалась и складывается её судьба в советское и постсоветское время.

Некоторые проблемы общественной жизни, которые рассматриваются криминологами, имеют столь тесную связь с политической сферой, что трудно однозначно определить их отраслевую принадлежность.

Равным образом проблема правовой или антикоррупционной политики – это проблема и политики, и права, и криминологии. Когда прокуроры или судьи заявляют, что они – «вне политики», у меня это вызывает удивление. Кто же тогда реализует правовую политику?

Хорошо известно, что преступность есть следствие системной деформации, как социума, так и отдельных индивидов. Поэтому и воздействие на преступность также должно носить системный характер и включать в себя не только правовые и специально-криминологические, но и политические, организационные, экономические и идеологические меры.

Общесоциальные меры, по существу, есть меры не столько против преступности, сколько содержат усилия по утверждению законопослушного ответственного поведения, здорового образа жизни граждан.

Лучшая профилактика преступности – внедрение и закрепление позитивных факторов, направленных на всестороннее физическое, духовное и материальное развитие населения вообще и каждого гражданина, в частности.
Преступные варианты поведения замещаются, вытесняются как из сознания, так и реального поведения. Адекватная оптимальная социальная политика государства есть, в то же время, лучшая антикриминальная политика.

Сегодня Россия переживает острый кризис, затрагивающий буквально все сферы жизни общества. Он отражается также и на антикриминальной политике. В целом можно констатировать стагнацию экономики, усугубление имущественной дифференциации, расширение слоя бедных на фоне вызывающей роскоши «верхов», отсутствие реального разделения властей, доминирование и произвол исполнительной власти, криминализацию государства и тотальную коррупцию, а также явно неадекватную антикриминальную политику.

Эту неадекватность, в частности, на мой взгляд, демонстрируют власти по отношению к известному оппозиционеру, «берлинскому пациенту» А. Навальному. Можно долго спорить о том, был ли он действительно отравлен в августе 2020 г., но установить или опровергнуть данный факт следовало бы в рамках возбуждённого уголовного дела, чего не было сделано.

Можно долго обвинять берлинские власти в неоказании правовой помощи России в проверке данного факта, но, как известно, соответствующая правовая помощь должна оказываться в рамках уголовного дела, которого нет. Можно усмотреть, как полагают коллеги, только лишь «процессуальные страсти» в деле по Навальному.

Однако вызывает сомнение применение судом по столь резонансному делу ст. 46 УИК РФ, относящейся к исправительным работам, а не к условному осуждению, по аналогии. УИК РФ применение аналогии закона, как известно, не предусматривает. Во всяком случае, она была бы допустима при условии отсутствия ущемления прав субъектов уголовно-исполнительных отношений.

Думаю, что здесь проявились прежде всего страсти политические. Они выразились во многих действиях: и в экстренной замене аэропорта посадки самолёта с Навальным в Москве, и в судебном заседании в здании полиции под портретом расстрелянного Ягоды, и в замене судьи по его уголовному делу за 5 минут до начала процесса, и в перекрытии центра Москвы, и т.п.

Можно массовые январские протесты молодёжи рассматривать как спецоперацию Запада или как организованное хулиганство, но не как реакцию населения на вопиющую социальную и правовую несправедливость.
Лично я вижу крайне тревожную тенденцию, когда пресловутая «политическая целесообразность», определяемая вышестоящими властными структурами, берёт верх над законностью. Тем самым взращивается ненависть и усиливается взаимное отчуждение народа и государства.
Если Навальный – агент западных спецслужб, то чего с ним, дескать, церемониться? Допустим ли такой двойной стандарт? Если он «наш» человек, закроем глаза на признаки преступления, если – «враг», то все средства хороши? Вижу, как такой двойной стандарт». (конец цитаты).

Одним из первых, кто сформулировал понятие «политическая криминология», её предмет и метод, был доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ президент Санкт-Петербургского международного криминологического клуба Дмитрий Анатольевич Шестаков.

Предметом политической криминологи является не только преступность политики, но и политика противодействия преступности. Политическая криминология тесно связана с социологией и политологией.
19.02.2021 в лектории книжного магазина «Во весь голос» декан Факультета политических наук Европейского университета в Петербурге доктор политических наук Григорий Васильевич Голосов представил свою новую книгу «Автократия, или Одиночество власти», а также ответил на вопросы о политическом режиме в России и в мире.

Я закончил юридический факультет ЛГУ в 1991 году, учился у Собчака и у преподавателей, которые сейчас судьи Конституционного суда РФ.
После теракта 11 сентября 2001 года был принят закон, разрешающий государству сбивать пассажирские самолёты, захваченные террористами. Возник конфликт между правами человека (на жизнь) и правами государства (на безопасность). Ущерб, причинённый от сбитого авиалайнера, обязательно должен быть меньше, чем возможный ущерб от действий террористов. Но всегда ли это так? и возможно ли это подсчитать?

19 марта 2021 года я был приглашён в Президентскую библиотеку им. Б.Н. Ельцина участвовать в видеолектории «Конституционное право граждан Российской Федерации обращаться в государственные органы и органы местного самоуправления».
Мероприятие стало вторым в цикле лекций «Человек, его права и свободы – высшая конституционная ценность». Видеолекторий провёл доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой государственного права Ленинградского государственного университета им. А.С. Пушкина Вадим Васильевич Мамонов.
Я задал вопрос участникам: нет ли противоречий между правами человека и правами государства?

В России было пять известных Конституций. Мне удалось пожить при трёх из них: «сталинской 1936 года», «брежневской 1977 года» и «ельцинской 1993 года». В текстах всех конституций декларировались высокие идеи и принципы. Однако на бумаге де-юре было одно, а в реальной жизни де-факто совсем другое.

Все мы понимаем, что жизнь развивается не по придуманным написанным законам, а по совсем другим. Русский народ умный: он, может быть, не всё знает, но всё понимает.

Если Конституция высший законодательный акт и документ прямого действия, то почему право граждан собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование (ст. 31 Конституции) может ограничивать городской чиновник, разрешая или не разрешая проведение мирных собраний граждан?

Что же является приоритетом: права человека или права государства?

К сожалению, понятие «права человека» давно используют в информационной войне с целью подрыва существующего порядка и государства. Я помню, как это было ещё сорок лет назад!

26 марта 2021 года представитель министерства иностранных дел РФ Мария Захарова на брифинге заявила, что Россия выступает против политизации проблематики в сфере защиты прав человека. Новые антироссийские санкции, принятые ЕС, противоречат международному законодательству и приводят к деструктивным тенденциям.

Если раньше было ощущение, что страна развивается, то после 2014 года возникло ощущение, что мы катимся вниз. Люди не видят светлого будущего. То, что экономика находится в тупике, очевидно для всех. Это видно даже по тем индексациям пенсий, которые явно отстают от роста потребительских цен.

С 1 апреля В России социальные пенсии проиндексируют на 3,4%. Индексация коснётся 3,9 млн человек. В Пенсионном фонде для реализации этой цели есть 12,8 млрд рублей. Размер индексации рассчитывается исходя из величины прожиточного минимума пенсионера за два предыдущих года. После её проведения средний размер социальной пенсии составит 10 183 рубля.

«Средний размер пенсии» это как «средняя температура по больнице»!
На прожиточный минимум прожить невозможно, — это доказано неоднократно. Минимальная пенсия — для медленного умирания. Её не хватает даже на простую еду. Люди вынуждены подбирать у магазинов продукты с истекшим сроком реализации.
Мы не рабы — рабы не мы!
Вчера посмотрел фильм «Спартак» с Керком Дугласом.
Неужели история ничему наших властителей не учит?

Спросят: какое отношение это имеет к политической криминологии?
Ответ: неверная социальная политика влияет на преступность!
Когда власть назначает пенсию ниже реального прожиточного минимума, она тем самым подталкивает людей к совершению преступления.
Теперь, во времена коронавирусной пандемии, стало всем очевидно, что так называемая «пенсионная реформа» была роковой ошибкой власти.

Объяснять протесты населения происками иностранных спецслужб, значит не признавать свои ошибки. А угрожать отключить Россию от мировой паутины, значит признавать свою слабость.

Причина политических протестов прежде всего усиливающееся социальное расслоение и обнищание большей части населения, а не происки иностранных спецслужб. Если бы доходы населения росли, не было бы почвы для недовольства и протестов. А когда на фоне неудач и очевидных ошибок полномочия обнуляются, это вызывает естественное возмущение части населения.

Бороться с проявлениями народного недовольства с помощью ОМОНа, значит загонять болезнь внутрь. Да, можно «закрутить гайки», но если пережать, может сорвать резьбу и произойдёт взрыв. Это мы уже проходили тридцать лет назад!

В 1990 году на юридическом факультете ЛГУ я защитил на «отлично» дипломную работу о криминогенности неформальных молодёжных групп. Моим научным руководителем был профессор Дмитрий Анатольевич Шестаков.
По протекции Дмитрия Анатольевича я выступал в Институте Генеральной прокуратуры с докладом по теме моей дипломной работы. Меня всюду принимали за кандидата наук. Я намеревался поступить в аспирантуру. Однако меня дважды «завалили» на выпускных экзаменах, причём по уголовному праву, видимо, с целью предотвратить моё поступление в аспирантуру.
К тому моменту у меня было более 40 научных работ. Мою статью опубликовали в академическом журнале «Социологические исследования» (№1 за 1991 год). Мною была написала глава в книге «Трудные судьбы подростков: кто виноват». Результаты моих опросов были опубликованы на первой полосе тогда самой популярной газеты «Аргументы и факты» (№13 за 1990 год), и даже переведены в Японии.
Я выступал в программе «Взгляд» у Владислава Листьева, где с коллегой мы говорили о негативных явлениях в молодёжной среде и предлагали рекомендации.

Ещё будучи студентом 3-го курса в первой своей статье «Опыт социологического исследования негативных явлений в молодёжной среде», опубликованной в журнале «Вестник Ленинградского университета» (выпуск 3 сентябрь 1988 года) я предлагал: чтобы уменьшить негативные проявления энергии молодёжи, нужно направить эту энергию в конструктивное русло, создавая «социальные лифты» для карьеры молодых, уменьшить разрыв между народом и властью.

Однако никто не прислушался к нашим рекомендациям. В результате власть потеряла контроль над молодёжью, а вскоре и над ситуацией в целом. Примерно то же происходят сейчас: учёные дают рекомендации, но власть их не слушает.

Неужели Россия повторит судьбу СССР?

Некоторые требуют предать суду Михаила Горбачёва, чтобы он ответил за свои, якобы, преступления (развал СССР). Было бы хорошо, если бы Михаил Сергеевич приехал из Англии и дал обстоятельный ответ о своей невиновности.

История знает множество случаев, когда, бывшие правители объявлялись преступниками. После революции 1917 года в России император Николай II был расстрелян. После падения ГДР хотели судить Эриха Хонеккера. Расстрелян сразу после суда бывший руководитель Румынии Н.Чаушеску. Без суда растерзали ливийского лидера М.Каддафи.

Политикой ныне отравлена вся общественная жизнь. Словно нет ничего более важного, кроме политики: ни совести, ни нравственности, ни интеллигентности. Политики бессовестно пиарят себя всеми доступными средствами, доказывая свою незаменимость. В результате, по последним опросам «Левада-центр» 27% россиян вообще не интересует политика. Это наибольший показатель с начала 90-х годов.

«Закон что дышло, куда повернёшь, туда и вышло», гласит русская народная поговорка. Политики всегда манипулировали законами в своих интересах. Уже не скрываясь, они говорят, что выборная риторика это одно, а реальная политика совсем другое. Это выглядит как оправдание предвыборной лжи! То есть, обещать можно всё что угодно, лишь бы выбрали. Но это не значит, что обещанное будут исполнять. Закона такого нет, а мораль ни к чему не обязывает.

Потеряны все моральные нормы и приличия. Но когда один руководитель государства называет руководителя другого государства «убийцей», речь, наверное, всё-таки идёт не о криминальном преступлении, а о преступлении политическом.

Можно ли привлечь руководителя государства за клевету?

Вряд ли. Чья власть – того и право казнить и миловать.
Но если политики перешли к взаимным оскорблениям – жди войны!

Можно ли назвать войну в Афганистане «политическим преступлением»?

Строго формально, понятия «политические преступления» в Уголовном Кодексе отсутствует. Так называемые «политические активисты» сидят за общеуголовные преступления, хотя и называют себя «политзаключёнными».
Но если престарелого мужчину обвиняют за фотографии обнажённой малолетней дочери на его компьютере, после того, как он опубликовал список палачей в открытом доступе, то …

Как нужно квалифицировать действия политиков, которые отказываются от более эффективной импортной вакцины, предпочитая менее эффективную, но свою?
Это либо политическое преступление против своих граждан?
Либо война вакцин, чтобы поделить мир?
Или потому что вакцина это жидкий чип?

Президент Франции Э. Макрон заявил, что Европа «стоит перед мировой войной нового типа, перед лицом атак», в том числе из-за «стремления России и Китая повлиять c помощью вакцин».

Доминирует ли политика над законом? – Ответ очевиден.
Никакая власть не допустит принятия законов, которые для неё нежелательны.

Я поинтересовался у учёных-криминологов, как вернуть политику в правовое русло.

Кандидат социологических наук Грошева И.А. считает, что для того, чтобы вернуть политиков в правовое поле, нужно в первую очередь вернуть для них неотвратимость наказания.
О преступности политики написал книгу доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ Дмитрий Анатольевич Шестаков – президент Санкт-Петербургского международного криминологического клуба.

«Что такое политика? — вопрошает в новом фильме Вуди Аллена «Фестиваль Рифкина» главный герой. — Политика это тлен, абстракция, беспредметный разговор. Не отвечает ни на один из главных вопросов, самых главных вопросов мира: есть ли во всём этом какой-то тайный смысл или нет. Вот это действительно важные вопросы. Если бы мир политики был идеален, всё те же пугающие вопросы никуда бы не делись!»

«Политика, в принципе, всегда на грани уголовного кодекса. Можно не обманывать, но при этом и не говорить правды. Умолчание не обман. Всей правды сказать нельзя. Обман — нормальное состояние. Все друг друга обманывают, каждый преследует свои цели. Когда говоришь правду, что улучшения не будет, то за тебя не голосуют. И я вынужден, вынужден обманывать, давая несбыточные обещания. Без обмана невозможно прийти в большую политику. Цель оправдывает средства! Если не будешь обманывать, не будешь избран. Чтобы прийти к власти, дают любые обещания, которые действуют ровно на период нахождения у власти».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Мы – криминологи – не враги, а истинные патриоты своего Отечества. Своими знаниями и опытом мы хотим помочь уменьшить негативные явления в нашей жизни. Но, к сожалению, власти не прислушиваются к мнению учёных-правоведов, и потому уголовно-правовая наука развивается сама по себе, а судебная и законодательная практика сама по себе.

P.S. 25.03.2021 я был в Европейском университете в Петербурге на семинаре «Проект NEXT GENERATION: трансфер ценностей». Выступал известный миллиардер и филантроп Рубен Варданян. Он очень выразительно описал политическую и экономическую ситуацию в России, дал свой прогноз. Мне как социологу (и криминологу) было очень интересно, я даже задал Рубену Карленовичу два вопроса. Какой я получил ответ – об этом в следующем посте.

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё, что я хочу сказать людям, заключено в главных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь.

А как Вы относитесь к ПОЛИТИКЕ КАК ПРЕСТУПЛЕНИЮ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Учёные-криминологи искренне хотят помочь обществу и государству. Но к их научным рекомендациям, как правило, законодатели и политики не прислушиваются.
27 сентября 2019 года в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе состоялась очередная международная беседа «Теоретическая криминология в сравнении». С докладом выступил доктор юридических наук, профессор Бернского университета Карл-Людвиг Кунц (Берн, Швейцария). Он представил русское издание своего учебника «Введение в криминологическое мышление».
Карл-Людвиг Кунц утверждает, что «преступность есть продукт общества и выражает то или иное его культурное отношение к чему бы то ни было. Общество является той инстанцией, которая вырабатывает преступность».
Из дискуссии криминологов я понял, что до сих пор не могут придти к согласию, что же такое преступление и преступность, и является ли криминология наукой. Кому-то кажется, что это спор о словах. На самом деле это сложнейшая научная проблема: преступление – придумка законодателя или нечто присущее природе человека?
На мой вопрос учёные-криминологи с горечью отвечали, что результаты их исследований мало интересуют законодателей, зато интересуют преступников.

Санкт-Петербургский международный криминологический клуб существует уже десять лет. И за всё это время ни один депутат Госдумы не посетил ни одно заседание клуба. Видимо, борьба с преступностью и коррупцией их не интересует.
Спрашивается, почему?

А ведь эти профессора обучали студентов Владимира Путина и Дмитрия Медведева, а также других членов путинской команды, закончивших ленинградский юрфак. Дочь профессора Я.И.Гилинского обучалась в одной группе вместе с Владимиром Путиным.

Зарубежные коллеги проявляют большее внимание к работе Санкт-Петербургского международного криминологического клуба, чем наши правоохранители. Дважды в год в клубе проводятся международные беседы, выступают иностранные учёные-криминологи. Наших законодателей на этих встречах нет.
Почему?

Возможно, потому что в 2001 году президент клуба доктор юридических наук, профессор Дмитрий Анатольевич Шестаков ввёл понятие ПРЕСТУПНЫЙ ЗАКОН?
В 1999 году подследственный профессор А.А.Собчак говорил: «Наша правоХРАНИТельная система превращается в правоХОРОНИТельную. Возбуждение вымышленных уголовных дел в качестве дубинки в борьбе с политическими противниками – эти сталинские приёмы вновь приходят в нашу юридическую практику…»

Что же произошло, почему власть оторвалась от науки и от морали?!

Доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ, профессор кафедры национальной безопасности Московского государственного лингвистического университета Сергей Михайлович Иншаков считает, что количество продуктивных криминологических исследований, число социально значимых научных достижений (не говоря уже о научных открытиях) стремится к нулю.
При этом преступники-коррупционеры создают так называемый «ложный след» (на их деньги недобросовестные учёные сочиняют «теории», отвлекающие внимание от подлинных преступников), чтобы изучали не преступления коррупционеров, а другие феномены.

Коррупционер полковник МВД Захарченко, у которого при обысках было найдено 8 млрд рублей, оказывается, защитил кандидатскую диссертацию и готовился защитить докторскую!..

«Можно с уверенностью говорить о том, что у нас в стране нет ни одной “незапятнанной” госструктуры — будь то правительство, министерства, аппарат губернаторов или мэрия, — считает известный криминолог доктор юридических наук, генерал-майор МВД В.С.Овчинский. — Особое место в этом “хит-параде” занимают силовые структуры. Даже в лихие 90-е не было такого масштабного вовлечения в ОПГ сотрудников правоохранительных органов. В качестве иллюстрации можно привести совершенно фантастическое дело подмосковных прокуроров, “крышевавших” игорный бизнес. Я, как бывший начальник Интерпола, утверждаю, что в мировой практике аналогов не существует». («МК» 28 июня 2011 года «Тандем государства и мафии»)

Полковник Черкалин, ставший символом коррупции в ФСБ, получал некоторые взятки от посредников, в числе которых был полковник ФСБ Михаил Горбатов, на улице или в кафе у здания ФСБ на Лубянской площади, и всего таким образом получил $750 тысяч.

Президент России Владимир Путин в ходе 13-й ежегодной пресс-конференции отметил, что в работе правоохранительных органов пока нет существенных изменений к лучшему, в том числе — из-за коррупции. После привлечения к уголовной ответственности целого антикоррупционного отдела, новые сотрудники через полгода были замечены в таких же нарушениях.

Генеральный прокурор России Юрий Чайка накануне Международного дня борьбы с коррупцией в 2018 году признал, что за последние три с половиной года за совершение коррупционных преступлений осуждено более 45 тыс. человек. Среди них 4,5 тыс. сотрудников правоохранительных органов, более 400 депутатов представительных органов регионального и муниципального уровня, а также почти 3 тыс. должностных лиц органов государственной власти и местного самоуправления.

Почему же коррупция в России неискоренима?
Этому было посвящено одно из заседаний Санкт-Петербургского международного криминологического клуба.

Доктор юридических наук, профессор Дмитрий Анатольевич ШЕСТАКОВ в тезисах указал: «Преступность как свойство воспроизводить зло включает в себя
1) преступления как предусмотренные, так и не предусмотренные законом во всём их многообразии,
2) преступное множество (массу) преступлений, характеристиками (виды и уровни преступности), которые не сводятся к свойствам единичных преступлений,
3) причинный комплекс. Усмотрение в самом «теле» преступности среди прочего также причин её воспроизводства – не оговорка, это одно из ключевых положений».

Доктор юридических наук, профессор Ханлар Джафарович АЛИКПЕРОВ, к сожалению, не смог приехать, но в своих тезисах указал:
«На мой взгляд, преступление как негативный и порицаемый обществом индивидуальный поведенческий акт:
1) возникло гораздо раньше, чем это было зафиксировано в позитивном праве, порождённом человеком в рамках созданного им государства;
2) «социальная среда, вне рамок которой невозможно совершить преступление, вместе с тем не является определяющей причиной преступного поведения», в противном случае все лица, воспитанные в неблагоприятных (с позиции криминологии) семьях (среде), совершали бы преступление;
3) человек с момента рождения внутренне запрограммирован как законами добра и зла (что хорошо, а что дурно), так и склонностью совершать преступление.
<…>
наряду с преступлениями, порождёнными обществом (законодателем), существуют и естественные преступления (к примеру, убийство из корыстных побуждений, кража с целью обогащения, изнасилование и т.д.), которые известны с момента сотворения человека (вспомним, к примеру, умышленное убийство Авеля из корыстных побуждений своим братом Каином).
<…>
Наконец, эти преступления не могли быть сконструированы государством по той простой причине, что отдельные его виды возникли намного раньше, чем само государство с его нормативными скрижалями.
<…>
Поэтому хотим мы того или нет, но должны признать, что не все виды преступления сконструированы государством, властью, режимом, так как наряду с преступлениями, порождёнными цивилизацией (сrime publicum), есть и естественные преступления (сrime naturale), которые являются имманентным свойством человека».

Что же такое ПРЕСТУПЛЕНИЕ?

«Преступлением признаётся виновно совершённое общественно опасное деяние, запрещённое настоящим Кодексом под угрозой наказания». Статья 14 Уголовного Кодекса РФ.

Профессор Д.А.Шестаков полагает, что существует два основных подхода к преступлению: материальный (преступление — зло, реально причиняющее вред) и формальный или, как говорят, конвенциональный (преступление — то, что названо таковым в законе).

Конвенциональный подход ещё называют «кримком» – «криминологическим конструктивизмом». Хотя, на мой взгляд, конструктивизмом занимается законодатель, выдумывая новые преступления, а криминологи лишь анализируют последствия этих конструктов.
По моему мнению, оба подхода, не противоречат, но взаимно дополняют друг друга.

«Законодательное конструирование должно и впредь осмысляться криминологией закона для того, чтобы 1) оценивать обоснованность (или необоснованность) уголовных запретов, 2) выстраивать и уточнять статистическую картину зарегистрированных преступлений», – отмечает Д.А.Шестаков. – «…для нас важно движение преступностиведческой мысли от фикции порождения преступления законом к реальности преступного законодательства»,

По-своему прав доктор юридических наук, профессор Я.И.Гилинский, который утверждает, что нет вида поведения, являющегося по своей природе преступным. «Преступление и преступность – понятия релятивные (относительные) «как договорятся» законодатели». «То, что в одной стране – преступление, в другой – не признаётся таковым. То, что преступным было вчера, непреступно сегодня, и наоборот».

С другой стороны, прав и профессор Д.А.Шестаков, который утверждает, что преступными могут считаться значительно больше явлений, чем определяет по своему усмотрению законодатель. Д.А.Шестаков считает, что преступность существует и на микроуровне, как свойство человека.

Д.А.Шестаков прислал мне свою книгу «Теория преступности и основы отраслевой криминологии», где на странице 288 читаем: «В криминологии же под преступлением следует понимать деяние, представляющее для человека и общества значительное зло, безотносительно к признанию такого деяния в качестве преступления законом».

У нас отсутствует последовательная научно обоснованная уголовная политика. Законы то хаотично принимаются, то хаотично отменяются, постоянно уточняются, усугубляются. В отечественной криминологической науке практически отсутствуют методы статистического анализа, работа с первичными данными, анализ текстов судебных актов. Нет научного обоснования и отслеживания законодательной деятельности. Не уголовная политика государства следует за криминологией, а наоборот: политика определяет закон, а не закон политику.
Недавно выпускнику ленинградского юрфака, а ныне премьер-министру России Дмитрию Медведеву была присуждена степень Почётного доктора политических наук Гаванского университета.

В конечном итоге, с метафизической точки зрения, все эти криминологические теории и концепции, как признают сами криминологи, всего лишь игра ума; в действительности реальность намного сложнее наших представлений, которые могут постоянно меняться.

Недавно я купил исторический журнал, на обложке которого размещена фотография Гитлера и подпись «Преступление номер один» – к 80-летию начала Второй мировой войны.
Если бы не было Нюренбергского трибунала, означает ли это, что деяния фашистов не были бы преступлением против человечества?
Хотя само понятие «преступление против человечества» появилось в Уставе Международного военного трибунала лишь 8 августа 1945 года.

Профессор Кунц признал, что отсутствие квалификации деяния как преступного ещё не означает отсутствие самого факта преступного явления. Преступление может быть не зарегистрировано или не раскрыто, но это не означает, что оно отсутствует как событие.

Даже если не найден труп и не найден убийца, а уголовное дело не возбуждено или прекращено, это не значит, что отсутствует сам факт преступления.
Формально, преступление начинается не с заявления потерпевшего, а с возбуждения уголовного дела, где следователь решает, есть в совершённом деянии наличие состава преступления или отсутствует. Причём, один следователь может решить, что преступление есть, а другой – что нет.
В конечном итоге, было преступление или нет, решает суд. Но всегда ли наш суд объективен и справедлив?

Когда я учился на юридическом факультете, нам вначале говорили, что спекуляция это преступление. Но когда стали развиваться кооперативы, спекуляцию исключили из перечня уголовных преступлений, и стали назвать «предпринимательство».

Если исключить из Уголовного кодекса отдельные статьи (виды преступлений) это ещё не означает избавиться от ряда общественно опасных деяний. Например, клевета (статья 128.1 УК РФ) перестала считаться преступлением, но в 2012 году вновь стала рассматриваться как преступление.

Так что же такое преступление: некая условность или нечто в природе человека?

Платон, Плутарх, Аристотель и др. высказывали различные мысли, что преступность имеет свои причины вне злой воли человека.
По мнению Б.Спинозы «В естественном состоянии нельзя представить себе преступления; оно возможно только в состоянии гражданском, где по общему согласию определяется, что хорошо и что дурно, где каждый должен повиноваться государству».

Знаменитый Чезаре Ломброзо утверждал, что «преступниками рождаются». А основоположник социологического направления А.Кетле полагал, что «преступниками не рождаются, ими становятся… Общество заключает в себе зародыш всех имеющихся совершиться преступлений, потому что в нём заключаются условия, способствующие их развитию; оно… подготовляет преступление, а преступник есть только орудие».

Французский социолог Эмиль Дюркгейм утверждал: «Преступность – нормальное явление потому, что общество без преступности совершенно невозможно».

Раньше считалось, что корни преступности следует искать в социальных условиях жизни. Другая точка зрения предполагает, что корни преступности заключены в генетике человека. Современная наука установила, что проявления преступного поведения связаны не только с неблагополучным состоянием общества, но и со вспышками на солнце.

Одни криминологи считают, что победа над преступностью может быть достигнута лишь победой над порождающими её социальными условиями.
Другие убеждены, что победить преступность невозможно, как невозможно избавиться от собственной тени.
Некоторые сравнивают правоохранительную систему с плотиной, которая лишь сдерживает преступность, но не способна её победить.
Всегда убивали и будут убивать, и даже страх смертной казни не останавливает.

Основоположники идеи естественного права английские учёные Джордж Бьюкенен (1505-1582) и Роджер Хукер (1554-1600) писали, что первобытное состояние человека было полно «зависти, борьбы, ссор и насилия, которые не закончились бы, если бы люди не пришли к общему согласию подчиняться одному человеку». Побуждение к жизни в обществе и подчинению законам этого общества происходило из естественной потребности выживания.

Если существуют так называемые «естественные права» человека, то существуют и «естественные преступления». Например, убийства из ревности существовали и будут существовать всегда, также как изнасилования и кражи.

Недавно в центре Петербурга на Казанской улице изнасиловали американскую студентку. Над 21-летней девушкой надругались двое мужчин азиатской наружности. Преступление было совершено рядом с Казанским собором. Насильники поджидали жертву в парке. В половине пятого утра 5 октября они заметили молодую девушку и набросились на неё. Скорую вызвал случайный прохожий. Пострадавшую девушку забрали в Мариинскую больницу, её состояние оценили как удовлетворительное и вскоре отпустили.

Город пестрит объявлениями «отдыха», «любви» с почасовой оплатой. Что с этим делать, никто не знает. В Петербурге трудятся молодые здоровые мужчины – гастарбайтеры из азиатских стран. И что они по религиозным и культурным причинам не могут позволить себе дома, они позволяют себе здесь.

Проблему преступности среди мигрантов обсуждали на заседании Санкт-Петербургского международного криминологического клуба 25 мая 2018 года. Доклад сделал Х.Кури (Германия).

Если закрыть в городе все общественные туалеты, то стоит ли удивляться росту правонарушений по «малой нужде»?..
Если естественное право человека приходит в противоречие с формальным законом, то бунт неизбежен! Иногда принимаемые законы противоречат не только «естественному праву», но и здравому смыслу. Потому и складывается ситуация, когда, при всём желании, закон выполнить невозможно.

Некоторые законодатели, похоже, забывают, что в основе любого закона должны лежать нормы естественного права, а не экономическая необходимость или политическая целесообразность. Законы должны устанавливаться не по прихоти властей, а отражать закономерности человеческого общества и человеческой природы. Законы нужно открывать, а не выдумывать!

Известный теоретик права Чезаре Беккариа в 1764 году в трактате «О преступлениях и наказаниях» писал: «Нельзя надеяться на существенное улучшение морали, если политика не опирается на вечные чувства, присущие человеческой природе. Любой закон, идущий в разрез с этими чувствами, неизбежно столкнётся с противодействием, которое в конце концов окажется сильнее».

Одни считают, что право должно лишь законодательно закреплять уже сложившийся порядок вещей («асфальтировать протоптанные людьми дорожки»).
Другие считают, что право является инструментом политики, и оно должно прокладывать эти самые «дорожки» и направлять по ним людей, создавая новый социальный порядок.

Очевидно, что законы природы имеют приоритет над законами общества. Нельзя навязывать противоестественные законы и требовать их соблюдения. Право власти это ещё не закон. Председатель Конституционного Суда Валерий Зорькин признаёт несостоятельность трактовки права, в которой право отождествляется с законом, что приводит к волюнтаризму.

Д.А.Шестаков в книге «Теория преступности и основы отраслевой криминологии» на стр. 288 пишет: «Не надо забывать: закон — это отнюдь не всегда право. … При таком подходе криминология, занятая осмыслением преступности, оказалась бы поставленной в зависимость от усмотрения власти, от того, что ей было бы удобно считать вредным и опасным».

Сегодня особенно очевидно, что все мы зависим от того, как договорятся законодатели. А они могут объявить преступлением всё, что подрывает существующую власть. История знает множество примеров, когда, стоит только захватить власть, и тут же бывшие правители объявляются преступниками. То есть власть (как инструмент насилия) определяет, что преступно.
Никакая власть не допустит принятия законов, которые для неё нежелательны.
Чья власть – того и право!
Или чьё право – того и власть?

Криминологи избегают вопросов, на которые не хотят или не могут ответить.
Доминирует ли политика над законом?
Присуще ли человеку нарушение общепринятых норм?
Влияет ли генетическая наследственность на склонность к нарушению норм?
Влияет ли расовая и культурная принадлежность на поведение?
Преступление есть условность Закона или имманентно присуще человеку?
Способствует ли страх наказания предотвращению преступления?
Влияет ли наказание на исправление преступника?
Всегда ли суд справедлив?

Убийство 9-летней девочки в Саратове 35-летним рецидивистом чуть не привело к самосуду. Возмущённые граждане требовали выдать им убийцу. Подозреваемый сознался в совершённом убийстве. Некоторые законодатели вновь требуют возвращения смертной казни в России.

Глава Совета по правам человека при президенте России (СПЧ) Михаил Федотов заявил, что смертную казнь нельзя применять даже при идеальной судебной системе. По его словам, доказательств того, что эта мера снизит уровень преступности, нет. «Но самое главное заключается в том, что никогда не исключается судебная ошибка», — уточнил М.Федотов.

15.02.2019 в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе профессор Ханлар Джафарович Аликперов (Баку, Республика Азербайджан) предложил компьютерную систему «Электронные весы правосудия».

На поведение человека влияют и социальное окружение, и конкретная ситуация, и нормы общества, и генетическая предрасположенность. Лично я убеждён, что «контрольный пакет» в определении реакции человека на ситуацию находится в его характере и в генах.

Международная группа криминологов провела исследование, в котором обнаружила различия между концентрацией серого вещества у людей, которые были осуждены за тяжкие насильственные преступления, и тех, кто совершил преступления средней и небольшой тяжести.
Нейробиологи провели сканирование мозга преступников. Изначально осужденных разделили на несколько групп. В первую группу попали убийцы, во вторую — люди, совершившие насилие, которое не привело к смерти (бытовые ссоры, нападения и разбои), а в третью — совершившие ненасильственные преступления. Всего было проанализировано 808 преступников.
Специалисты обнаружили, что мозг преступников, совершивших убийства, имел значительные отличия от мозга невиновных людей. У них имелся дефицит серого вещества в областях мозга. Мозг двух остальных групп практически не отличался друг от друга, сообщается в журнале Brain Imaging and Behavior.

Так рождаются преступником или становятся?

На мой вопрос о генетической склонности к совершению преступлений профессор С.М.Иншаков дал категоричный ответ: склонность к преступлению заложена в генах конкретного человека изначально.

Профессор Д.А.Шестаков в книге «Теория преступности и основы отраслевой криминологии» на стр.13 пишет: «…преступность — внутренняя предрасположенность индивида к совершению преступлений, сформировавшееся у него свойство поступать в определённых ситуациях преступно».

Многочисленные психологические эксперименты доказывают, что при определённых условиях каждый человек может стать злодеем и преступником. Однако не все становятся преступниками, несмотря на неблагоприятные обстоятельства.

Так среда виновата или порочная природа человека?

На мой взгляд, гены в большей степени определяют поведение человека, нежели социальные условия. Клептоманы и педофилы – это больные люди, которых надо лечить, поскольку наказание и лишение свободы не исправит их и не избавит от пагубного пристрастия.

Массовый человек сохраняет уверенность, что он сам принимает решение. Однако желание сделать движение рукой фиксируется в моём мозгу до того, как я осознаю, что принял это решение самостоятельно. Мозг обработал информацию и дал сигнал к осознанию и выполнению мною уже готового решения.

Основой всякой частной теории должна быть философская теория. А таковой сейчас нет. Поэтому не решён в криминологии и вопрос детерминизма как взаимосвязи причины и следствия: можно ли привлекать к ответственности человека, если все его действия закономерны?

В философии под причиной понимают то, что с неизбежностью закономерно порождает определённое следствие в данных условиях. Однако в уголовном праве почему-то считается, что в одних и тех же обстоятельствах, то есть под воздействием одних и тех же причин, люди могут поступать, как соблюдая закон, так и закон нарушая, то есть у одной причины может быть два разных следствия.
Если мы признаём наличие причины у преступления, значит, считаем противоправный поступок закономерным следствием поведения и влияния обстоятельств, и всё поведение неслучайным, то есть детерминированным. А значит, человек не может нести ответственности за свои поступки, если все его действия детерминированы, то есть жёстко опосредованы обстоятельствами и в какой-то мере предопределены, то есть у него не было свободы выбора.
Преступление, как и любой поступок, не может быть случайным, не иметь причины, ибо случайно то, что не закономерно. Всякое действие закономерно, а значит, имеет причину, объясняющую это действие. Всё имеет причину, а значит — всё закономерно, а значит, жёстко опосредовано каждое движение, каждое движение необходимо, а значит, неслучайно, ибо то, что случайно, то не закономерно.
Если преступление явилось закономерным итогом предыдущей жизни подсудимого или развития его жизненной ситуации, или стечения обстоятельств, своего рода следствием, значит, человек не мог поступить иначе; а если мог поступить иначе и мог не нарушать закон, то его преступление не закономерно, то есть случайно. Но если преступление имеет причину, а причину имеет любой поступок, то преступление не случайно, а значит, закономерно!
Если признавать свободу воли, то есть возможность поступать незакономерно, это приводит к повсеместной случайности, к следствию без причины, к хаосу, к отрицанию закономерности мира.
А если признавать всеобщую взаимосвязанность и обусловленность явлений, то это приводит к логическому исключению свободы воли и даёт основания задуматься о предопределении.
Либо свобода воли, либо предопределение! Либо свобода, либо судьба!
Человека можно привлечь к ответственности только когда он имел возможность не нарушать закон, то есть он обладал свободой выбора. Но в этом случае он поступал бы несообразно обстоятельствам, толкающим его на преступление, и его поступок не имел бы причины, что невозможно, ибо каждый поступок имеет причину. А если нет причины, то поведение человека объяснить невозможно, и как же тогда можно его судить?!»
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

В школе нас учили, что закон – это выраженная в праве воля господствующего класса. Происходящее сейчас в России наилучшее тому подтверждение. При имущественном неравенстве закон для одних (имущих) работает совсем иначе, чем закон для других (неимущих).
На юрфаке я изучал «Римское право». Инициатор кодификации всех законов император Юстиниан установил, что «закон – это воля императора».

«В основе закона лежит произвол», – утверждал французский социолог Пьер Бурдье. Произвол группы лиц, которые с помощью манипулирования общественным мнением навязывают свои интересы.

Как-то у меня состоялся разговор с одним депутатом Государственной Думы.
— Законы должны устанавливаться не по прихоти властей, а отражать закономерности человеческого общества и человеческой природы.
— Наши законы — всего лишь правила поведения. Они устанавливаются на основе представлений о необходимом и целесообразном, исходя из перспектив развития общества.
— А если эти перспективы ложные? Вдруг не туда идём? Чего хочет человек? И что есть человек? Какие нужны законы: законы братства, любви, взаимовыручки или закон силы, главенство своего брюха?
— Закон — это воля большинства!
— А если я оказался в меньшинстве? И что есть благо для человека? Что, вообще, есть благо? Разве мы знаем? А если не знаем, то как можем устанавливать то, в необходимости чего сомневаемся?
— Благо — это спокойствие и порядок, а законы служат поддержанию стабильности и порядка».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

12.10.2018 в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе состоялась международная беседа «Криминология – уголовное право – право безопасности: схватка или единение?»

Появление уголовного закона, призванного «защитить» общество от нарушителей, вызвано не фактом наличия нарушителей, а следствием неестественной системы отношений между людьми, устанавливаемой государством.
Именно насаждаемые официальные законы есть то зло, которое считает неестественным закономерные проявления неблагополучия!
Именно несоответствие официальных законов естественным законам поведения людей есть основная причина преступности!
Не поведение людей причина появления уголовного закона, а именно наличие противоестественного «закона» причина негативного поведения людей.
Когда цель добиться успеха любой ценой, заповеди «не убий», «не укради» никого не смущают.

Профессор Андо Лепс подарил мне свою новую книгу «Современная диалектическая криминология», из которой я почерпнул много нового.
Преступность изучают не только в рамках криминологии, но в более широком мировоззренческом аспекте. Ведь преступность – это не совокупность совершаемых преступлений (не криминальная статистика), не произвол законодателя в Уголовном кодексе, не семантическая условность научных определений, а системное социальное явление, развивающееся по своим собственным законам, испытывающее влияние общества и влияющее на общество в целом.

Преступники быстро и эффективно осваивают новые технологии, совершая социально опасные деяния в Интернете (киберпреступления). А правоохранители и законодатели лишь с опозданием реагируют на это, вводя в Уголовный кодекс новые виды преступлений. Об этом говорили криминологи на XXXII международной Балтийской криминологической конференции 21-22 июня 2019 года в Санкт-Петербурге.

Формально, преступление – это то, что указано в Уголовном законе. С другой стороны, не все социально опасные деяния перечислены в Уголовном законе. А иногда преступные деяния, указанные в УК, перестают быть социально опасными.

Преступность существует независимо от появления или устранения отдельных преступлений. Преступность – это не простая совокупность отдельных преступлений, это системное общественное явление, существующее по своим законам, порой, независимо от общества, это подсистема целостного общественного организма, связанная с другими подсистемами (экономикой, моралью, политикой, законотворческой деятельностью и др).

Формально, нет закона – нет преступления (как понятия), поскольку преступление описано в Уголовном законе. Но реально – отсутствие закона не означает отсутствие деяния, которое все считают преступным.

А может ли быть закон преступным? Формально, нет. Содержательно – ДА, может! Например, если он нарушает положения Конституции. Статья 55 часть 2 гласит: «В Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина».

Так называемая «пенсионная реформа» фактически является «ПРЕСТУПНЫМ ЗАКОНОМ»!
Я три года служил срочную службу шифровальщиком в Полярном на подводной лодке и плавбазе Северного флота. Дослужился до звания главного корабельного старшины, не комиссовался по болезни, хотя предлагали, отслужил полностью. А когда достиг пенсионного возраста, в Пенсионном фонде мне ответили, что пенсия мне не положена и потому, что три года моей службы с 10.11.1977 по 08.10.1980 на Северном флоте не подлежат включению в страховой стаж на основании ч.9 ст.13 Закона № 400-ФЗ.

В СССР срок моей службы в трудовой стаж включался, а теперь при новой власти не включается.
Выходит, правы были те, кто уклонялся от службы в армии. Только они могли принять такой закон!

То, что среди честных законодателей могут появиться преступники, – такое случается во всех странах мира. Даже Государственная Дума рассматривает вопрос о лишении депутатской неприкосновенности в отношении таких лиц. Недавно в Совете Федерации одного сенатора арестовали прямо в ходе заседания.

В передаче «ЧТО ДЕЛАТЬ?» на тему «Закон или свобода?» заведующий кафедрой социальной философии МГУ Карен Момджян заявил, что есть законы разумные и есть законы неразумные. С философской точки зрения закон это не ограничение свободы, а ограничение произвола. Произвол – это низшая форма свободы. Высшая форма – это разумная свобода. Низшая свобода – это способность человека ставить перед собой цели и пытаться их осуществить безотносительно к объективным условиям такого осуществления. Это свобода нерезультативная: Вы можете делать, но не можете сделать. Внутренняя свобода – это способность не делать то, что человек не считает нужным делать.

«Существуют законы писаные и неписаные: у кого деньги, у того и власть. А кодексы — это так… для ботвы. Таких миллионеров сажают только чтобы попугать, чтобы, значит, делились. Они государству нужны. Это мы ничего не значим, а эти откупятся. Нет у тебя денег, ну и будешь сидеть. Никто даже не заметит и не побеспокоится. А этого, наверное, в привилегированную камеру, с телевизором и холодильником. Бьюсь об заклад, его на третий день выпустят. Это же одна банда! Одни захватили власть государственную и стали авторитетными политиками, ну а другие — авторитеты криминальные. Они просто поделили сферы влияния. Те, что у власти, сотрудничают с криминалом, это всем известно. Одна мафия!»
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература.

Зав.сектором гуманитарной экспертизы и биоэтики Института философии РАН Павел Тищенко считает: «Сама власть является основной формой насилия. Именно насилие власти создало новые формы несправедливости, в том числе экономического распределения богатств страны. Сама власть нарушает законы гораздо чаще, чем обычные люди».

P.S. Данная научная статья не содержит оскорблений в адрес государственной власти и призывов к насильственному изменению конституционного строя Российской Федерации.

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё, что я хочу сказать людям, заключено в трёх главных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость

А по Вашему мнению, кто больше интересуется правом: ЗАКОНОДАТЕЛИ или ПРЕСТУПНИКИ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Современные технологии породили новые виды преступлений (например, киберпреступность). Часто правонарушители используют технологии эффективнее, чем правоохранители. Что же делать?
21-22 июня 2019 года в Санкт-Петербурге на базе Российского государственного педагогического университета им. А.И.Герцена состоялась XXXII международная Балтийская криминологическая конференция «Социальный контроль над преступностью: что делать?» На конференцию меня пригласил её организатор и мой учитель доктор юридических наук, профессор Яков Ильич Гилинский. Помню, как в 1989 году мы участвовали в Балтийской криминологической конференции в Комарово (под Ленинградом).
Я поинтересовался у гостей и докладчиков: смогут ли современные технологии тотального наблюдения, отслеживания и контроля свести преступность к минимуму?

XXI век требует пересмотра прежних взглядов на преступность и причины её порождающие. Искусственный интеллект в лице программ и роботов, и всевозможные дроны могут стать новыми инструментами для совершения преступлений. Использование компьютеров, искусственного интеллекта и сети Интернет делают преступность глобальной. Наступает эра технологического и цифрового терроризма.
Недавно Совет Безопасности РФ предупредил о наступлении эры цифрового терроризма. Заместитель секретаря Совета безопасности РФ Юрий Коков заявил, что по масштабам последствий цифровой терроризм уже в ближайшее время может быть сопоставим с оружием массового уничтожения.

На конференции выступал известный криминолог доктор юридических наук, генерал-майор МВД Владмир Семёнович Овчинский. Он эксперт в области современных цифровых технологий криминального мира, автор многочисленных книг по данной проблеме: «Технологии будущего против криминала», «Криминология цифрового мира» и др.

Недавно Владимир Семёнович прислал мне свою книгу: Ларина Е.С., Овчинский В.С. «Искусственный интеллект. Большие данные. Преступность». («Коллекция Изборского клуба») – М.: Книжный мир, 2018. – 416 с.

В ней он пишет: «Эксперты считают, что организованная преступность в течение следующего десятилетия подвергнется значительным изменениям, по существу, мафия превратится в своеобразную Crime Inc – глобальную криминальную многопрофильную корпорацию, использующую все новейшие достижения науки и техники, включая ИИ, дроны, социальный инжиниринг.
<...>
Не придётся ли ради победы над организованной преступностью отправить на свалку истории права человека и неприкосновенность личной жизни? Каким станет новый мир, где законопослушный гражданин окажется «голым» и перед государством, и перед преступником?»

«Между тем, динамика такова, что из года в год доля компьютерных преступлений, а точнее преступлений, осуществленных в киберпространстве, в общем объёме преступности неуклонно растёт. Если в 2000 г. на долю компьютерной преступности приходилось не более 5% от общей криминальной добычи и ущерба, в 2007 – 12%, в 2010 – 25%, то в настоящее время, по оценкам Центра изучения компьютерной преступности Северо-восточного университета в Чикаго – не менее 45%, а по данным ФБР – около 30%. Это – экспоненциальный рост. При этом доля открываемых уголовных дел по компьютерным преступлениям в США в пять-шесть раз ниже, чем по традиционным видам преступности».

«В 2016 г. произошло первое целенаправленное убийство с использованием робота. В палате интенсивной терапии госпиталя ордена иезуитов в Сан-Мигеле больной умер от подачи в капельницу смертоносного состава вместо предписанного лекарства. Полицейские не смогли бы обнаружить данное преступление, если бы не случайность. Программист, которого банда подрядила, чтобы взломать программу, управляющую автоматической раздачей лекарств, поделился информацией в одном из закрытых чатов. В нём присутствовал осведомитель городской полиции. Благодаря ему программист был задержан, а позднее вырисовалась вся картина». (с 65-66)

«ФБР всерьез готовится к появлению подпольного синдиката, специализирующегося на заказных высокотехнологичных убийствах, замаскированных под технические инциденты различного рода. Принимая во внимание объём рынка заказных убийств в США, составляющий около 2 млрд. долларов в год, мы ожидаем появление такого сетевого синдиката, а скорее всего не одного, а нескольких, во времен-ном интервале одного-двух лет». (с.66)

«Разработка и распространение вредоносного ПО по-прежнему является краеугольным камнем для большинства киберпреступлений. Информационная защита от вредоносных программ, таких как банковские трояны, по-прежнему, представляет собой серьёзную проблему. Этот тип вредоносного ПО обычно крадёт пользовательские данные, такие как номера кредитных карт и учётные данные для входа с заражённых компьютеров с целью последующего использования их преступниками при мошенничестве». (с.220)

«Вредоносные программы, предназначенные для поражения интеллектуальных устройств, позволяют не только получать данные, но и осуществлять физическое воздействие на людей и элементы Интернета вещей. Учитывая лёгкость проникновения в различные инфраструктурные сети и сети Интернета вещей, следует ожидать, что преступность в этой сфере станет в ближайшие годы повседневным явлением». (.с.221)

«Современные преступники не только являются технологически продвинутыми, но и используют наиболее современные бизнес-модели. По сути, мы имеем дело с CrimeInc – глобальной полнофункциональной и многопрофильной корпорацией, которая работает по нескольким моделям, включая модель «преступление как сервис». (с 358)

«Известно, что крупные ОПГ создали свои системы раннего предупреждения и используют программное обеспечение, не уступающее ведущим мировым корпорациям. Преступники научились эффективно использовать высокие технологии для отмывания денег, сокрытия следов своей деятельности. В мире, где всё взломано, интернет вещей открывает поистине невообразимые возможности для ОПГ. Чипы и датчики, подключенные к интернету, могут стать лучшим источником получения персональных данных. В мире, где в ближайшие годы все физические объекты будут иметь собственный IP адрес, невозможно обеспечить надёжное шифрование коммуникаций». (с.359)

«В 2016 г. в Германии были зафиксированы два первых случая, когда преступники совершили убийства, перехватив управление автомобилями. Беспилотники широко используются картелями и террористическими группами. Зачарованные преступным хайтеком правоохранители не готовы отражать риски, связанные с гуманитарными технологиями. Манипулирование поведением, социальный инжиниринг, ментальный взлом уже взяты на вооружение преступниками». (с.360)

Американский специалист по глобальной безопасности и футуролог Марк Гудмен был полицейским в Лос-Анджелесе, работал с Интерполом, ФБР, спецслужбами США и полицией в более чем 70 странах. В своей книге «Преступления будущего» (Future Crimes) Марк подробно описывает некоторые виды преступлений.
Простейшие примеры: перехват сигнала ключа автомобиля, похищение пароля. В 2005 году появился новый тип киберпреступлений — вредоносное ПО, которое мошенники используют для вымогательства. Примитивный вариант — вирус, блокирующий компьютер. Он предлагает обменять крупную сумму денег на сообщение с кодом для разблокировки.
Буквенно-цифровой пароль может быть считан простой энцефалограммой. Опыт показал, что с помощью ЭЭГ и демонстрации подопытному цифровой панели банкомата с 30-процентной точностью можно определить PIN-код карты, которую использует этот человек.

Мне запомнился фантастический рассказ, который я прочитал ещё ребёнком в журнале «Вокруг света» в 1972 году. Полицейские выпустили на свободу опасного преступника, приговорённого к пожизненному заключению. Ему предоставили возможность достичь желаемого результата через преступное поведение. Он украл платёжную банковскую карту, сфотографировал отпечатки пальцев владельца, нанёс их на резиновые перчатки и стал пользоваться этой картой. Таким образом полицейским стали известны «слабые места» системы. То есть, ещё пятьдесят лет назад всё уже было!..

Всё, что подключено к интернету, можно взломать. Доступ к смартфону даёт возможность фактически изнутри увидеть жизнь его владельца. Дактилоскопическую блокировку можно обойти, приложив палец спящего человека к его смартфону.
Взломщики могут отслеживать местоположение и банковские счета владельцев устройств, дистанционно активировать микрофон и камеру смартфона.

Всемирную паутину можно условно представить как три уровня, имеющие разные права доступа:
верхний уровень – SURFACE Web (доступный всем интернет)
средний уровень – DEEP Web (скрытая часть )
нижний уровень – DARK Web (тёмная часть)

Только около 4% интернета доступно через поисковые системы, оставшиеся 96% содержимого в Интернете доступны только с помощью специальных инструментов и программного обеспечения.
Surface web — более светлая сторона.
Darknet — более тёмная сторона Всемирной паутины, где скрываются онлайн-преступники, военные секреты, хакерские профили, черные рынки, такие как Silk Road, наркотики, наемные убийцы и т. д.

Darknet и Dark Web связаны друг с другом: darknet — это сеть, построенная через технологии сети Интернет, тогда как термин dark web ссылается на веб-сайты в darknet.
Darknet — это страницы на серверах, к которым не может получить доступ поисковая система (или, фактически говоря, пользователь) без соответствующей учётной записи. Крупномасштабная незаконная деятельность происходит в Darknet.

Сегодня на смену денежной цивилизации приходит цифровая цивилизация, где не нужны доллары и евро, а нужно будет контролировать каждый свой шаг, мысли и поступки. За «хорошие» тебя будут поощрять увеличением социального рейтинга, а за плохие рейтинг понижать.
Одни называют это осуществлением оруэлловской антиутопии «1984″, другие «цифровым рабством».
В Китае эта система уже работает.

С 2014 года в Китае внедряется «система социального доверия» (или «система социального кредита»). Это правительственная программа оценки поведения граждан по ряду параметров. Она позволяет поощрять за социально одобряемые поступки и наказывать за нарушение закона или других правил.
За внушительное количество баллов на личном счёте граждан поощряют: их берут на престижную и высокооплачиваемую работу, детей принимают в лучшие школы, такси приезжает быстрее.
Если вы ничем не интересуетесь, ведёте пассивный образ жизни, то социальный рейтинг у вас снижается и многое вам уже не позволяется.

Имеющие низкий социальный рейтинг проштрафившиеся китайцы не могут устроиться на работу в госучреждения или получить соцобеспечение, им гарантирован особо тщательный досмотр на таможне, они не получат руководящие госдолжности, их не пустят в люксовые гостиницы с ресторанами.

На конец апреля 2018 года более 15 миллионов китайцев, то есть каждый сотый житель страны, подверглись административным взысканиям из-за “низкого уровня социального рейтинга”. Но рейтинг можно восстановить примерным поведением. Например, информированием властей о замеченных нарушениях у других граждан.

Сейчас в Китае уже установлено 200 миллионов камер слежения; предполагается довести до 650 миллионов! Это на 1,5 миллиарда населения.
Видеокамеры будут не только распознавать личность, но и по выражению лица анализировать эмоции граждан, выявлять потенциальных нарушителей и устанавливать за ними непрерывную слежку. Для вычисления преступника и его задержания требуется от 5 до 7 минут.
Как показала практика: рост социального контроля приводит к снижению тяжких преступлений.

По мнению экспертов, Китай уже обогнал в области искусственного интеллекта США. Китай победит США благодаря своей общественной системе, в которой нет демократии, свободного рынка и никаких ограничений для системы контроля.

По мнению экспертов, практика Китая с его системой социального доверия это первый шаг к обществу, где главной валютой будут не деньги, а число заработанных примерным поведением баллов. Власти страны убеждают, что это соответствует идеям построения общества на взаимном доверии и требованиям социалистической рыночной экономики.

Профессор Валентин Катасонов отмечает, что исторические особенности Китая вырастили из граждан страны людей-муравьёв — своеобразных биороботов, которых устраивает модель общества, где необходимо вписываться в рамки рейтинга и неукоснительно следовать правилам. Западные люди к такой модели жизни пока не вполне готовы, за редким исключением.

Человек быстро привыкает к цифровым новшествам. В жизнь каждого очень быстро вошли банковские карты, мобильные телефоны, интернет. Умные видеокамеры заменили вахтёров на входе, кассиров в банках и даже кинокритиков, анализирующих реакцию зрителей. Люди незаметно становятся пленниками «цифрового рабства».

Идея «цифрового рабства» имеет свои достоинства, но есть и ряд недостатков. Самый большой недостаток — возможность манипуляции людьми через рейтинг. Отсекая “неблагоприятных” граждан от социальных благ и возможностей, власти могут полностью обезопасить себя. Останутся лишь удобные для государства послушные «цифровые рабы», не нарушающие никаких правил.

Никакая самая совершенная система безопасности не обезопасит полностью от совершения преступления. Случайности не исключаются при любой системе. А в условиях повышенных рисков случайность может быть роковой.

Весь Лондон покрыли системой видеонаблюдения. Однако, как показала практика, для опытных преступников и шпионов это не помеха, они успешно скрываются от всех видеокамер. Эффективность выявления преступников с помощью камер весьма невелика. Опубликованная статистика по Лондону показала, что количество выявленных таким методом преступников гораздо меньше числа самих камер.

Системы слежения и распознавания лишают нормального человека спокойной жизни. Скрыться от слежки невозможно. Информация накапливается, хранится, и невозможно предсказать, как она будет использована. Приходится соглашаться с тем, что ради безопасности нарушаются права человека.

Однако людей старого поколения ещё беспокоят угрозы вмешательства в их личную жизнь с помощью цифровых технологий и полная потеря приватности.
Использование технологий распознавания лиц поставит под угрозу гражданские права и свободы. Эта технология будет угрожать возможности жить свободно от постоянного мониторинга со стороны государства. Люди не хотят, чтобы кто-то знал, какие книжки они читают, какие фильмы смотрят, от каких болезней страдают и так далее. У каждого свои «скелеты в шкафу». К тому же есть вероятность, что эта информация попадёт в чужие руки.

Недавно власти города Сан-Франциско (США) запретили дальнейшее использование биометрической технологии распознавания лиц полицией и другими госорганами. Мотивом стали усилившиеся опасения за возможные злоупотребления такой информацией, а также распространённое в обществе общее нежелание допускать тотальное вторжение государства в частную жизнь людей.

«Интернет и приватность – понятия несовместимые, – пишет В.С.Овчинский. – Причём, если раньше человек, лишившись приватности в духовном пространстве, хотя бы теоретически мог сохранять её в физическом, то с переходом общества в цифровую реальность интернета всего, приватности не осталось нигде».

«Чисто программно, аппаратно и технически уже к началу 20-х гг. XXI века, по крайней мере, в наиболее развитых технологических странах, включая Северную Америку, Великобританию и ЕС, может быть реализована концепция непрерывного наблюдения и отслеживание цифровых личностей всех персон, которые представляют потенциальную или реальную угрозу для общества или являются носителями характеристик, могущих сделать их таковыми», – пишет В.С.Овчинский в книге «Искусственный интеллект. Большие данные. Преступность». (с.392)

В книге «Криминология цифрового мира» В.С.Овчинский отдельный параграф посвятил искусственному интеллекту и его последствиям.
На стр. 187 читаем: «Лидером внедрения искусственного интеллекта в процесс борьбы с преступностью является ФБР США. Основные работы в этом направлении ведутся в Информационном центре ФБР (NCIC). Это метабаза, включающая на начало 2017 г. 21 базу данных, содержащих досье на 12 млн активных индивидуальных преступников и членов преступных организаций. В среднем NCIC отвечает на 14 млн запросов в день».

«Благодаря расширенному использованию информационных технологий в борьбе с преступностью и с чрезвычайными обстоятельствами, стало возможным ускорить расследование преступлений в 10-30 раз».

«В канадском Ванкувере полиция внедрила систему анализа данных, основанную на разработках IBM и географической информационной системе компании ESRI. Система не только выявляла тенденции, но и предсказывала вероятное время и место совершения преступлений. С 2007 до 2011 г. количество преступлений, связанных с собственностью, сократилось на 24%, а насильственная преступность — на 9%».

«Программа Harm Assessment Risk Tool (Hart) «изучала» данные полиции Дарема об арестах за пять лет. Алгоритм мог предсказать, что задержанный не представляет опасности в 98% случаев. А находящихся в группе «высокого риска» компьютер правильно выявлял в 88% случаев».

«В Нью-Йорке в 2007 г. было принято решение о создании централизованного операционного центра общественной безопасности. Было интегрировано более 100 разрозненных источников данных. Создание единого хранилища позволило снизить преступность в городе на 27%».

ПО МОЕМУ МНЕНИЮ, надежды, что искусственный интеллект поможет искоренить преступность, мягко говоря, преувеличены. Ложь, хитрость, коварство, доминирование, ревность, как показал опыт тысячелетий, неискоренимы в природе человека.

Повсеместное расширение видеонаблюдения с распознаванием образов дисциплинирует некоторых граждан. Чипирование позволяет не только отслеживать, но и контролировать поведение. Однако всегда были и будут люди, которые нарушают общепринятые нормы (законы). Они будут делать пластическую операцию, вшивать себе ложные чипы, используя технологические достижения в преступных целях.

Системы видеоконтроля тормозят, но не отменяют возможность совершения преступления. Системы раннего предупреждения, распознавания и контроля смогут снизить преступность, но вряд ли сведут её к нулю. Всегда были и будут люди, которых не останавливает от совершения преступления грядущее наказание. Например, убийство по мотивам ревности или мести, совершённое в состоянии аффекта. Террористы-смертники совершают теракт сознательно, их не страшит ни наказание, ни смерть.

С одной стороны, гаджеты расширяют пространство свободы, но с другой стороны, делает человека подконтрольным. Развитие средств контроля за преступностью в современных условиях граничит с нарушением прав человека.
Но если права человека важнее всего, то тогда придётся примириться с неизбежной преступностью. Либо преступность, либо тотальный социальный контроль.

Возможно, что через десять лет мы будем жить в государстве, которое о нас знает ВСЁ, автоматически анализирует нашу личность и делает свои выводы.
Хотя возможно, все поймут, что приватность — это сверхценность, и нынешнее увлечение тотальным контролем просто исчезнет.

Сегодня криминологи пришли к выводу, что не существует какой-либо одной общей причины, которая бы объясняла происхождение преступности во всём её разнообразии. Всегда действует не одна, а комплекс причин в конкретных условиях. Но в основе причин преступности всегда лежат объективные социальные противоречия.

Преступность следует изучать не только в рамках криминологии, но в более широком междисциплинарном и культурологическом аспекте. Ведь преступность – это не совокупность совершаемых преступлений (не криминальная статистика), не произвол законодателя в Уголовном кодексе, не семантическая условность научных определений, а системное социальное явление, развивающееся по своим собственным законам, испытывающее влияние общества и влияющее на общество в целом.

Профессор Я.И. Гилинский считает, что нет вида поведения, являющегося по своей природе преступным, нет и не может быть единой причины преступности. В своей последней книге «Девиантология» Я.И.Гилинский пишет:
«Преступление и преступность – понятия релятивные (относительные) «как договорятся» законодатели». «То, что в одной стране – преступление, в другой – не признаётся таковым. То, что преступным было вчера, непреступно сегодня, и наоборот».

Да, понятие «преступление» это «социальный конструкт», как полагает Я.И.Гилинский. Законодатель «конструирует» тот или иной вид деяния, называя его преступлением.
Однако если законодатель не назовёт определённые виды деяний преступными, это не означает, что они перестанут быть социально опасными. Всегда будут деяния, которые, независимо от того, считаются ли они преступными, будут нарушать нормы человеческого общежития. Например, кража.

Считать, что состояние дел с преступностью зависит только от социального конструирования законодателя, было бы преувеличением. Если завтра думцы решат отменить уголовный закон, значит ли это, что исчезнет преступность?!

Одни криминологи утверждают, что статистика преступности снизилась. Другие утверждают, что преступность переместилась в киберпространство и стала более латентной (скрытой).
Самый простой способ «борьбы» с преступностью, это декриминализация. Клевету то называют преступлением, то исключают из УК. При советском режиме за мужеложество была уголовная статья. Тогда и предпринимательскую деятельность называли спекуляцией и считали преступлением.

Выходит, если нет в Уголовной кодексе такого состава преступлений, то и преступления нет?

В России, как известно, убийством считается только умышленное причинение смерти другому человеку (статья 105 УК РФ), а нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшего (ст.111 ч.4), убийством не считается. Поэтому у нас убийств значительно «меньше», чем в других странах. Весь вопрос, как считать и как называть. Поэтому нельзя признавать статистические показатели объективной характеристикой состояния дел. При описании сложных систем всегда возникает «неполнота информации».

Да, преступление — «социальный конструкт». Но это лишь одна сторона медали.
Вторая сторона — природа самого человека, насколько она свободна и насколько детерминирована социальными условиями. Человек не робот, у него остаётся свобода воли несмотря на все системы сдерживания и контроля.

Так «среда виновата или подлая натура человеческая?» – вопрошал Достоевский.

Да, конечно, среда виновата, общество провоцирует человека на совершение противоправных деяний. Но не лишает его при этом свободы выбора. Иначе, можно было бы говорить о полной детерминированности преступности и тем самым снимать с человека ответственность за его деяния.

Если во всём виновато общество, то человек вроде бы и не должен нести ответственности, если его преступное поведение детерминировано плохими социальными условиями.

Если преступление явилось закономерным итогом предыдущей жизни подсудимого или развития его жизненной ситуации, или стечения обстоятельств, своего рода следствием, значит, человек не мог поступить иначе; а если мог поступить иначе и мог не нарушать закон, то его преступление не закономерно, то есть случайно. Но если преступление имеет причину, а причину имеет любой поступок, то преступление не случайно, а значит, закономерно!

Если мы признаем, что всякое действие имеет причину, и таким образом всё взаимосвязано и подчинено всеобщей закономерности, то отрицается случай, который, при внимательном рассмотрении оказывается необъяснённым проявлением всё той же закономерности. Таким образом, всякий поступок не случаен, а закономерен, и обусловлен совокупностью внутренних и внешних обстоятельств, то есть детерминирован, и человек не мог поступить иначе. Тогда как же можно судить его, если он не мог поступить иначе, даже совершив преступление?!

Если всё в жизни закономерно, и всякое действие имеет причину, то нет места случайности. Ибо если всё взаимосвязано, закономерно, то нельзя говорить об ответственности человека, поскольку всё обусловлено обстоятельствами и нет места свободе воли, выбор практически предрешён, то есть нет выбора, ведь человек всегда выбирает необходимое!

Если мы признаём наличие причины у преступления, значит, считаем противоправный поступок закономерным следствием поведения и влияния обстоятельств, и всё поведение неслучайным, то есть детерминированным. А значит, человек не может нести ответственности за свои поступки, если все его действия детерминированы, то есть жёстко опосредованы обстоятельствами и в какой-то мере предопределены, то есть у него не было свободы выбора.

Сегодня учёные установили, что решение поднять руку возникает лишь после того, как в мозгу произошли процессы, обусловившие это решение. А откуда в мозгу возникает такое решение, не совсем ясно, но о полной свободе воли в данном случае говорить не приходится.

Некоторые криминологи считают, что существование преступности является неотъемлемой частью любого общества. Французский социолог Эмиль Дюркгейм утверждал: «Преступность – нормальное явление потому, что общество без преступности совершенно невозможно».

Как человек без тени, так и общество без преступности невозможно. Если продолжить эту аналогию (вспомним сказку Андерсена «Тень»), то человек без тени ещё худшее зло.

Раньше считалось, что корни преступности следует искать в социальных условиях жизни. Другая точка зрения предполагает, что корни преступности заключены в генетике человека. Существует даже генетическая теория преступного поведения, согласно которой в качестве одной из причин преступности могут быть хромосомные нарушения у человека, которые ведут к психопатизации и, как следствие, криминализуют личность.

В связи с расшифровкой генома человека возникла возможность определить генетическую предрасположенность к различным заболеваниям, интеллектуальные способности и даже склонность к определённому поведению (в т.ч. и преступному).

Советские генетики, по идеологическим соображениям, не могли признать доминирующего влияния генетической предрасположенности к совершению преступления. Хотя в одних и тех же условиях, один человек совершит преступление, а другой откажется из-за своего характера и генетической предрасположенности. Например, из-за чрезмерной сексуальной возбудимости один совершит изнасилование, а другой воздержится (или не сможет по физиологическим причинам).

Преступником рождаются или становятся? – вопрос до сих пор открытый.

Если Чезаре Ломброзо утверждал что «преступниками рождаются», то основоположник социологического направления А.Кетле полагал, что «преступниками не рождаются, ими становятся».

Многочисленные психологические эксперименты доказывают, что при определённых условиях каждый человек может стать злодеем и преступником. Но не каждый становится преступником.

Что сильнее влияет на поведение человека: его генетика или социальная среда?

На мой взгляд, гены в большей степени определяют поведение человека, нежели социальные условия. Клептоманы и педофилы – это больные люди, которых надо лечить, поскольку лишение свободы не избавит их от пагубного пристрастия.

Предопределён человек своим генотипом к преступному поведению или только предрасположен?

Недавно учёные обнаружили ген агрессивности и выяснили, что если его блокировать, угасает и творческая активность человека. Значит, дело не в природе человеческой, а в том, как она осуществляется.
Никакой закон не останавливает людей от проявлений своей сущности. Всегда убивали и будут убивать из ревности, и страх смертной казни не останавливает.

Одни криминологи считают, что корни преступности нужно искать в природе человека, вернее, вообще в природе. Сущность человека, да и всего живого, в борьбе за выживание. Поэтому насилие будет всегда.

Разумеется, зло как нанесение ущерба другому человеку (кража, убийство) существовали всегда. Но они стали называться преступлениями после появления закона, в котором эти деяния были описаны. Если деяние не описано в Уголовном Кодексе, то оно не является преступлением.

На первых курсах юридического факультета нас учили, что спекуляция это преступление, а на последнем курсе уже отменили спекуляцию как уголовное преступление, поскольку стали развиваться кооперативы и бизнес.
Общество изменилось, изменились и его законы.
Но изменились ли люди? – Нет! Потому что законы природы изменить невозможно.

Преступность существует по своим собственным законам, которые, как мы предполагаем, нам известны, хотя на самом деле мы до конца не знаем этих законов.
Если представить себе, что вдруг будут ликвидированы воровство, грабежи, разбои, убийства, человечество придумает новые деяния, которые будут называть преступными.

Преступность в какой-то степени помогает обществу развиваться. Без преступности мы не будем консолидированы. Преступность функциональна, она сигнализирует о проблемах в обществе; причины преступности заключены в обществе.

Одни криминологи считают, что победа над преступностью может быть достигнута лишь победой над порождающими её социальными условиями.
Другие убеждены, что победить преступность невозможно, как невозможно избавиться от собственной тени.

Победить преступность невозможно, потому что человек слаб и всегда будет подвержен порокам, присущим ему. Пока есть хотя бы два человека на Земле, между ними будут противоречия. Каин убил Авеля из-за ревности к Богу.

Казалось бы, убийство – очевидное зло. Но ведь за убийство могут и награждать, если это убийство врага на поле брани. Выходит, всё зависит от ситуации и оценки деяния. Если ты убил соседа, то это преступление. Но если ты защищался от соседа, который хотел убить тебя, то это не преступление, а необходимая оборона. А если ты убил соседа в момент подготовки и совершения им террористического акта, то ты герой!

Поскольку это депутаты определяют, какое деяние является преступлением, а какое нет, поскольку это они вносят поправки в Уголовный Кодекс, утверждают экономическую политику государства, дают «добро» власти на санкции, выходит, власти в первую очередь и отвечают за преступность в нашей стране.

В России, к сожалению, не закон определяет политику, а политика определяет закон. Преступность и уголовный закон это такая придумка властителей для лучшего управления государством, которая имеет своей целью устранение недовольных и усмирение непокорных.

Основная проблема в том, что власть держащие не прислушиваются к мнению учёных-правоведов, предпочитая поступать как им диктует политическая. Законодатели плодят законы, не задумываясь о последствиях. В результате происходит расширение санкций за ненадлежащее поведение. Но если слишком сильно затянуть гайки и сузить пространство свободы, у людей не возникнет желание творить и создавать новое.

Учёные-криминологи искренне хотят помочь обществу и государству справиться с преступностью. Но к их научным рекомендациям, как правило, политики не прислушиваются, а часто поступают наоборот.

Именно несоответствие официальных законов естественным законам поведения людей есть причина преступности!
Именно насаждаемые официальные законы есть то зло, которое считает неестественным закономерные проявления неблагополучия.
Несовершенство официальных законов вызвано не столько несовершенством законодателей, сколько той системой отношений между людьми, которую хотят «узаконить» с помощью нормативных актов и принуждения.
Появление уголовного закона, призванного «защитить» общество от нарушителей, вызвано не фактом наличия нарушителей, а следствием неестественной системы отношений между людьми, устанавливаемой государством.
Не поведение людей причина появления уголовного закона, а именно наличие противоестественного «закона» причина негативного поведения людей».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

P.S. Надеюсь, что наши властители ознакомятся с этой публикацией и прислушаются к мнению специалистов-криминологов.

Gorazd Meško, PhD, Professor, University of Maribor (Slovenia) – Bounded rationality in crime control policy making – Russian and Slovenian perspectives.

Разогреева Анна Михайловна, Южный федеральный университет, к.ю.н., доцент (Россия) – Пределы контроля: дроны и психофарма. Что дальше?

Грошева Ирина Александровна, заведующая кафедрой гуманитарных и естественно-научных дисциплин Филиала «МИГУП» в Тюменской области,к.с.н., доцент(Россия) сделала доклад «Социальный контроль в постмодернистской перспективе»

Wing Lo, PhD, Professor, Head of the Department of Criminal Law, Hong Kong University(Hong Kong) – Organized crime. SilkRoad.

Зигмунт Ольга Александровна, доцент факультета образовательных и общественных наук Университета Фехта, Ph.D. (Германия) – Социальный контроль и преступность несовершеннолетних

Демидова Елена Евгеньевна, научный сотрудник МГУ имени М.В. Ломоносова (Россия) – Цифровизация и преступность: страноведческий аспект

Номоконов Виталий Анатольевич, профессор кафедры уголовного права и криминологии Дальневосточного федерального университета, д.ю.н., профессор (Россия) – Новая криминология против преступности

Комлев Юрий Юрьевич, профессор кафедры уголовного права и уголовного процесса ТИСБИ, д.соц.н., профессор (Россия) – Пост-постмодернистская (гибридная) интеграция криминологических знаний как теоретический фрейм для расширенной методологической триангуляции в эмпирических исследованиях преступности

Martina Peskova, Mgr.,Scientific Researcher, Institute of Criminology and Social Prevention in Czech Republic(Czech Republic) – Perceived Procedural Justice in Victim-Police Interactions and Victims Recovery from Victimization: Findings from The National Victimization Survey

Честнов Илья Львович, профессор Санкт-Петербургского юридического института Университета Генеральной прокуратуры РФ,д.ю.н., профессор – Постклассическая теория правонарушаемости

Случевская Юлия Александровна, доцент кафедры уголовного права, криминологии и уголовно-исполнительного права Калининградского филиала Санкт-Петербургского университета МВД России, к.ю.н. (Россия) – Экологическая криминология: проблемы методологии и тенденции развития

Mahesh K. Nalla, Ph.D., Professor, School of Criminal Justice, Michigan State University (USA); Anna Gurinskaya, Ph.D., Associate Professor,Herzen University, St. Petersburg State University (Russia) –Community Safety and Fear of Crime in St. Petersburg, Russia: the Effect of Neighborhood Characteristics, Confidence in Police, and RiskAvoidance

Лопашенко Наталья Александровна,профессор Саратовской государственной юридической академии (СГЮА), д.ю.н., профессор(Россия) – Административное и уголовное наказание в России: дифференциация и парадоксы политики

Иногамова-Хегай Людмила Валентиновна, профессор кафедры уголовного права МГЮА им. О. Е. Кутафина, д.ю.н., профессор (Россия) – Формализованное назначение наказания и реализация его целей

Лепешкина Оксана Ивановна, доцент кафедры правоведения Северо-Западного института управленияРоссийской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, к.ю.н., доцент (Россия) – Смертная казнь в современной России: перспектива отмены

Лясковска Катаржина, профессор кафедры уголовного права и криминологии Университета в Белостоке, д.ю.н. (Польша) – Социальные девиации криминогенного характера в Польше. Как противодействовать и ограничивать?

Witold Klaus, Konrad Buczkowski, Skirmantas Bikelis, Paulina Wiktorska.

Харабет Константин Васильевич, к.ю.н.,профессор МНЭПУ(Россия) – Принцип дополнительности в криминологических исследованиях наркопроблематики

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в трёх основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость.

А по Вашему мнению, снизят ли ПРЕСТУПНОСТЬ СОВРЕМЕННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Будущее уже наступило. Реалии XXI века требуют пересмотра прежних взглядов на преступность и причины её порождающие. Новые времена требуют новых понятий, терминов, теорий. Современные технологии породили новые виды преступлений (например, киберпреступность). Часто преступники используют технологии эффективнее, чем органы государственного контроля. Использование компьютеров, искусственного интеллекта и сети Интернет делают преступность глобальной.
Вольно или невольно, государства стимулируют преступность своими непродуманными решениями. Скандалы вокруг хакерских атак, отравлений и вмешательства в выборы не прибавляют уважения к закону. «Почему одним можно, а другим нет?» — спрашивают обыватели.
14 сентября 2018 года в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе состоялась беседа «Преступность сфер науки и образования». С докладом на тему «Проблема качества криминологических исследований (истоки и симптомы болезни)» выступил доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Виталий Ефимович Квашис (Москва).

В.Е.Квашис — эксперт Совета Европы, Комитета ООН по предупреждению преступности и уголовному правосудию; член Американского криминологического общества, Академии уголовной юстиции, Всемирного виктимологического общества.
В своих тезисах В.Е.Квашис указал:
«Значение криминологической науки в современной жизни объективно возрастает, что обусловлено, главным образом, растущей криминализацией общественных отношений и процессов, происходящих практически во всех сферах общественной жизни. Она неизбежно ведёт к стагнации в экономике, деградации культуры, образования и науки, росту общего абсурда происходящего.
Ценность гуманитарного знания в России оказалась вытесненной на периферию общественного спроса. Причины этого явления связаны не столько с усилиями управленцев-технократов, сколько с общей деградацией и деградацией культуры».

Доктор юридических наук В.Н.ФАДЕЕВ (Москва) в своих тезисах указал:
«В последние десятилетия свёрнуты многие криминологические исследования, снижается их качество.
Наблюдается глубокая коррумпированность сферы присуждения научных степеней и званий.
Криминологию «отодвинули» от поиска и выявления субъектов, ответственных за развитие преступности.
Развитие видов преступлений свидетельствует о том, что системы эффективной профилактики преступных деяний в обществе пока просто нет, как нет и подходов к её созданию».

Доктор юридических наук, профессор С.Ф. МИЛЮКОВ (Санкт-Петербург) в своих тезисах указал, что «в современной России возрастает криминализация всех сфер общественной жизни, в том числе деградирующих образования и науки.
Массивное давление происходит и на науку, в том числе юридическую. Её роль стремятся низвести до роли служанки законодателя и высших звеньев правоохранительной системы (прежде всего судов).
Хорошо известен расцвет плагиата при массовом изготовлении кандидатских и докторских диссертаций. Большинство таких поделок изготавливается компьютерным способом и не влечёт приращения научного знания».

Журналист Андрей Ростовцев в газете «Новые Известия» опубликовал 2 сентября статью «Страной управляют прохиндеи с фальшивыми диссертациями».
«В России появились тысячи фальшивых учёных-экспертов, что самым неблагоприятным образом сказывается на экономике, образовании, медицине и на уровне жизни. … С начала 2000-х массовая эпидемия покупки дипломов кандидатов и докторов наук приобрела в стране катастрофический масштаб. Учителя, медработники, ракетостроители… Но хуже всех дела обстоят у правоведов. … Так, в прокуроры, судьи, адвокаты, эксперты хлынула волна желающих лёгкой наживы. Хуже того, по закону Архимеда эта социальная субстанция стремится любой ценой занять ключевые руководящие посты…»

Честные учёные признают, что бюджетное финансирование и прямая ангажированность плохо сказывается на объективности в науке. Только свободный независимый исследователь может сказать жестокую правду.

29 сентября 2017 года в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе состоялась беседа на тему «Преступность сфер науки и образования». С докладом выступил доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ, профессор кафедры национальной безопасности Московского государственного лингвистического университета Сергей Михайлович Иншаков.
Сергей Михайлович рассказал, что коррупционеры создают так называемый «ложный след» (на их деньги недобросовестные учёные сочиняют «теории», отвлекающие внимание от подлинных преступников), чтобы изучали не преступления коррупционеров, а другие феномены.

Известный криминолог доктор юридических наук, генерал-майор МВД В.С.Овчинский в интервью газете «Московский комсомолец» сказал: «Сейчас… происходит некое «огосударствление мафии», мафиозные структуры фактически стали замещать реальное руководство».

В книге «Криминология цифрового мира» В.С.Овчинский отдельный параграф посвятил искусственному интеллекту и его последствиям.
На стр. 187 читаем: «Лидером внедрения искусственного интеллекта в процесс борьбы с преступностью является ФБР США. Основные работы в этом направлении ведутся в Информационном центре ФБР (NCIC). Это метабаза, включающая на начало 2017 г. 21 базу данных, содержащих досье на 12 млн активных индивидуальных преступников и членов преступных организаций. В среднем NCIC отвечает на 14 млн запросов в день».

«Благодаря расширенному использованию информационных технологий в борьбе с преступностью и с чрезвычайными обстоятельствами, стало возможным ускорить расследование преступлений в 10-30 раз. …

В канадском Ванкувере полиция внедрила систему анализа данных, основанную на разработках IBM и географической информационной системе компании ESRI. Система не только выявляла тенденции, но и предсказывала вероятное время и место совершения преступлений. С 2007 до 2011 г. количество преступлений, связанных с собственностью, сократилось на 24%, а насильственная преступность — на 9%. …

Программа Harm Assessment Risk Tool (Hart) «изучала» данные полиции Дарема об арестах за пять лет. Алгоритм мог предсказать, что задержанный не представляет опасности в 98% случаев. А находящихся в группе «высокого риска» компьютер правильно выявлял в 88% случаев.

В Нью-Йорке в 2007 г. было принято решение о создании централизованного операционного центра общественной безопасности. Было интегрировано более 100 разрозненных источников данных. Создание единого хранилища позволило снизить преступность в городе на 27%».

Недавно Владимир Семёнович прислал мне свою новую книгу: Ларина Е.С., Овчинский В.С. Искусственный интеллект. Большие данные. Преступность. («Коллекция Изборского клуба») – М.: Книжный мир, 2018. – 416 с.
Профессор Овчинский В.С. пишет: «вместе с нашим миром изменяется и такая его неотъемлемая часть, как организованная преступность. Эксперты считают, что организованная преступность в течение следующего десятилетия подвергнется значительным изменениям, по существу, мафия превратится в своеобразную Crime Inc – глобальную криминальную многопрофильную корпорацию, использующую все новейшие достижения науки и техники, включая ИИ, дроны, социальный инжиниринг…
Сможет ли противостоять этой корпорации «Зло» Интерпол и национальные полиции? Не придётся ли ради победы над организованной преступностью отправить на свалку истории права человека и неприкосновенность личной жизни? Каким станет новый мир, где законопослушный гражданин окажется «голым» и перед государством, и перед преступником?»

ПО МОЕМУ МНЕНИЮ, надежды, что искусственный интеллект поможет искоренить преступность, мягко говоря, не обоснованы. Ложь, хитрость, коварство, доминирование, ревность, как показал опыт тысячелетий, неискоренимы в природе человека.

Да, повсеместное расширение видеонаблюдения с распознаванием образов дисциплинирует некоторых граждан. Чипирование позволяет не только отслеживать, но и контролировать поведение. Однако всегда были и будут люди, которые нарушают общепринятые нормы (законы). Они будут изменять свой облик, вшивать себе ложные чипы, используя технологические достижения в преступных целях.

Если посмотреть сериал «Чёрное зеркало», то можно представить, с какими проблемами столкнутся (и уже сталкиваются) законопослушный человек и правоохранители.
Технологии, которые сейчас стали доступны для общего пользования, были созданы давным-давно, и использовались государствами в целях шпионажа. Достаточно посмотреть фильмы об агенте 007 тридцатилетней давности.

Американский специалист по глобальной безопасности и футуролог Марк Гудмен был полицейским в Лос-Анджелесе, работал с Интерполом, ФБР, спецслужбами США и полицией в более чем 70 странах. В своей книге «Преступления будущего» (Future Crimes) Марк подробно описывает некоторые виды преступлений.
Простейшие примеры: перехват сигнала ключа автомобиля, похищение пароля. В 2005 году появился новый тип киберпреступлений — вредоносное ПО, которое мошенники используют для вымогательства. Примитивный вариант — вирус, блокирующий компьютер. Он предлагает обменять крупную сумму денег на сообщение с кодом для разблокировки.

По мнению Марка, всё, что подключено к интернету, можно взломать. Доступ к смартфону даёт возможность фактически изнутри увидеть жизнь его владельца. Дактилоскопическую блокировку можно обойти, приложив палец спящего человека к его смартфону.
Взломщики могут отслеживать местоположение и банковские счета владельцев устройств, дистанционно активировать микрофон и камеру смартфона.
Буквенно-цифровой пароль может быть считан простой энцефалограммой. Опыт показал, что с помощью ЭЭГ и демонстрации подопытному цифровой панели банкомата с 30-процентной точностью можно определить PIN-код карты, которую использует этот человек.
Искусственный интеллект в лице программ и роботов, и всевозможные дроны могут стать новыми инструментами для совершения преступлений.

Мы живём уже в XXI веке – в обществе МЕТАмодерна. Преступность следует изучать не только в рамках криминологии, но в более широком мировозренческом аспекте. Ведь преступность – это не совокупность совершаемых преступлений (не криминальная статистика), не произвол законодателя в Уголовном кодексе, не семантическая условность научных определений, а системное социальное явление, развивающееся по своим собственным законам, испытывающее влияние общества и влияющее на общество в целом.

Сейчас актуальны уже не междисциплинарные исследования, а ТРАНСДИСЦИПЛИНАРНЫЕ – когда проблема рассматривается не только различными научными дисциплинами, но и через призму искусства.
Полагаю, что в качестве гипотезы для криминологического исследования можно рассмотреть и религиозный аспект. Возможно, верующие люди, соблюдающие заповеди Божии, менее склонны к совершению преступлений, чем люди неверующие.
В качестве гипотезы можно рассмотреть и такую: наличие у человека смысла жизни является антикриминогенным фактором.

На мой взгляд, нельзя не учитывать такой криминогенный фактор, как полное отсутствие морали в нашем обществе, отрыв закона от нравственности, а политики и от закона, и от морали.
При всей эфемерности этого понятия, мораль была и остаётся фактором, сдерживающим рост преступности. Если закон аморален, если законодатель творит произвол, если политика аморальна, то чего ждать от рядового обывателя?

Лживость и публичное лицемерие, бесконечные скандалы среди политиков при полном отсутствии моральных авторитетов, не делают наше общество законопослушным. Дело Улюкаева, ничейный кокаин, неучтённые миллионы, офшоры для отмывания денег, «туристы-отравители», хакерские взломы…

Русский народ умный: он, может, не всё знает, но всё понимает!
«Закон что дышло, куда повернёшь, туда и вышло», – гласит русская народная поговорка.

Основная проблема в том, что власть держащие почти не прислушиваются к мнению учёных-правоведов, предпочитая поступать как им диктует политическая целесообразность. Законодатели плодят законы, не задумываясь об их необходимости и последствиях.

Очевидно, что происходит расширение санкций за ненадлежащее поведение. Но если слишком сильно затянуть гайки и сузить пространство свободы, у людей не возникнет желание творить и создавать новое.

Властная пирамида строится по принципу «начальник всегда прав» (хотя в действительности не всегда прав начальник). Если следовать этому принципу, то никакое не одобренное начальством творчество невозможно. А творчество это почти всегда девиация, отклонение от принятого, иногда и нарушение привычного.

Властители и работодатели мечтают об идеальном работнике Джоне, который бы знал, как выполнить любое приказание начальника и выполнял без промедления. Идеальный работник должен совмещать в себе креативность, исполнительность и системный подход. Но креативность (творчество) и системный подход не всегда совмещаются, а чаще не совпадают. Творчество внесистемно, оно разрушает привычные рамки и стереотипы.

Недавно, благодаря усилиям учёных, криминологию вернули в обязательную программу обучения студентов вузов. Наконец-то!
Криминологию ещё называют социологией преступности, поскольку она находится на стыке уголовного права и социологии. Доктор юридических наук, профессор Д.А.Шестаков предлагает термин — «преступностиведение».

Когда я работал учителем в школе, а потом преподавал в колледже и в институте, то учебная дисциплина называлась «правоведение». Конечно, можно говорить и о «преступностиведении». Дело не в словах, а в обоснованности понятий. Однако не стоит отказываться от устоявшихся общепринятых терминов (юриспруденция, криминология).

Всякое новое признаётся не сразу. Например, наука «девиантология» (её отец в России доктор юридических наук, профессор Я.И.Гилинский) достаточно долго пробивала себе дорогу к общественному признанию.

В современную интернет-эпоху вопросы заимствований и цитирования отходят на второй план. Уже трудно понять, кто первый высказал интересную мысль. Лично меня прежде всего интересует, ЧТО именно сказано, а не КТО это сказал.
Но у нас в России принято уделять вниманию тому, КТО именно сказал. Считается, что если слова принадлежат большому начальнику, то сказанное им нужно воспринимать как мудрость, даже если по сути это полный бред.

В школе нас учили, что закон – это выраженная в праве воля господствующего класса. Происходящее сейчас в России наилучшее тому подтверждение. При имущественном неравенстве закон для одних (имущих) работает совсем иначе, чем закон для других (неимущих).

Некоторые люди считают себя выше закона и морали. Об этом писал ещё в трактате «Государь» Николо Макиавелли, а также наш поэт Михаил Юрьевич Лермонтов.

Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!
Таитесь вы под сению закона,
Пред вами суд и правда — всё молчи!..
Но есть и божий суд, наперсники разврата!
Есть грозный суд: он ждёт;
Он не доступен звону злата,
И мысли и дела он знает наперёд.
Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:
Оно вам не поможет вновь,
И вы не смоете всей вашей чёрной кровью
Поэта праведную кровь!

Мы (криминологи) не враги, не «предатели» и не оппозиционеры, – мы истинные патриоты России.
Много зная и понимая, учёные-криминологи искренне хотят помочь обществу и государству справиться с преступностью. Но к их научным рекомендациям, как правило, политики не прислушиваются.

Неужели власть не хочет знать всей правды о нашем преступном обществе?

«Любил ли когда-нибудь хоть один деспот науку? – заметил в своё время Карл Вебер. – Разве может вор любить ночные фонари?»

Недавно первый заместитель руководителя администрации президента Сергей Кириенко пообещал, что государство будет поддерживать гуманитарные исследования.
По словам Сергея Кириенко, из грантового фонда могли бы финансироваться исследования по самому широкому спектру проблем. Среди них – влияние технологической революции на сферу политики и политических решений, цифровизация политики (влияние Интернета и цифровых технологий на формирование политических и электоральных мотиваций), переход политики в виртуальное пространство, молодёжная политика, детская политика (политика по отношению к детям) и т.д.

Хочется надеяться, что поддержат и криминологические исследования.
Раньше мы проводили исследования абсолютно бескорыстно ради поиска научной истины, а не ради научных степеней. Сейчас ценности изменились, все хотят заработать. Хотя и сегодня находятся настоящие учёные, для которых научная истина важнее степеней и наград.

Криминологи особенно остро чувствуют тенденции современного общества и без стеснения говорят о недостатках социальной системы. Но их не слышат или не хотят слышать!

Почему до сих пор нет криминологической экспертизы принимаемых на государственном уровне законов и решений?

Доктор юридических наук, профессор Д.А.Шестаков считает:
«В России, как и за её пределами, сильные мира сего остерегаются развития криминологии, т.к. оно закономерно приводит к углублению осмысления преступности от обыденного к более глубинным её уровням. …
Очевидные успехи политического, экономического, информационного преступностиведения и, конечно, криминологии закона, которой высвечено явление преступного законодательства, – всё это правящим воробогачам не нужно, для них всё это «совсем, совсем не то». Науки о преступности они боятся».

Д.А.Шестаков говорит о глобально-олигархической преступности. В книге «Теория преступности и основы отраслевой криминологии» на стр. 288 он пишет: «При таком подходе криминология, занятая осмыслением преступности, оказалась бы поставленной в зависимость от усмотрения власти, от того, что ей было бы удобно считать вредным и опасным. Не надо забывать: закон — это отнюдь не всегда право».

«Существуют законы писаные и неписаные: у кого деньги, у того и власть. А кодексы — это так… для ботвы. Таких миллионеров сажают только чтобы попугать, чтобы, значит, делились. Они государству нужны. Это мы ничего не значим, а эти откупятся. Нет у тебя денег, ну и будешь сидеть. Никто даже не заметит и не побеспокоится. А этого, наверное, в привилегированную камеру, с телевизором и холодильником. Бьюсь об заклад, его на третий день выпустят. Это же одна банда! Одни захватили власть государственную и стали авторитетными политиками, ну а другие — авторитеты криминальные. Они просто поделили сферы влияния. Те, что у власти, сотрудничают с криминалом, это всем известно. Одна мафия!
…
Один украл из Гохрана драгоценностей на сто восемьдесят три миллиона, получил три года и вышел по амнистии. Украсть много это не воровство, а бизнес! Львиная доля воровства осуществляется по закону. За украденный миллиард чиновнику дали восемь лет условно, а ты будешь сидеть на полную катушку. Мне так и сказали: либо дашь показания и выходишь под подписку о невыезде, либо будешь сидеть. Вся жизнь игра, воруй, такая фишка. Ну а попался, то молчи – не то каюк. Своё ты отсидишь, семь лет не вышка. Иначе схавают, и рта не оботрут».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература.

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё, что я хочу сказать людям, заключено в трёх главных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость

А какой лично Вам видится НАУКА О ПРЕСТУПНОСТИ БУДУЩЕГО?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Кому-то современная мировая политика напоминает «игру престолов», кому-то «цирк», кому-то – «сумасшедший дом». Понять, что происходит, не могут даже опытные политологи. Кажется, политики запутались в клубке бесконечной лжи, постправды и fake news. Политика оторвалась не только от морали и закона, но и от науки и от общественного мнения. Многим она напоминает ничем не оправданный волюнтаризм. Главным правилом стало нарушение всех правил. Последствием этой «игры без правил» стала война с терроризмом, миграция народов и рост преступности.
Миллионы простых людей стали беженцами по вине безнравственных политиков. Убегая от войны и горя в 2015-2016 годах, сотни тысяч человек, прежде всего из Сирии, устремились в Европу через Турцию и Грецию. На греческих островах Самос, Лесбос, Хиос всё ещё находятся около 10 000 беженцев. С января по май 2017 года туда прибыли ещё более 6 000 человек.
Как же остановить волну беженцев, которая неминуемо приводит к увеличению преступности?
Этот вопрос обсуждали 25 мая 2018 года в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе. С докладом «Беженцы в Германии. Исследование ситуации и вытекающих из неё последствий» выступил Х.КУРИ – доктор психологии, профессор университета им. Альбрехта Людвига (Фрайбург, ФРГ).

Профессор Х.КУРИ считает, что проблема беженцев в Германии и других индустриальных западных странах, начиная приблизительно с 2015 года, выросла до центральной политической и практической. Если в 2014 году в Германии было подано 202 834 ходатайства о предоставлении убежища, в 2015 году это число более чем удвоилось и составило 476 649. Основной страной, «поставляющей» беженцев, является Сирия.

С возрастанием числа беженцев растёт и число проблем, а также критика политики, поддерживающей приток беженцев. Критика расширяется, прежде всего, на фоне сообщений о совершаемых ими преступлениях.

Большая часть беженцев представлена молодыми мужчинами, которые, как известно, являются наиболее активными, в том числе в преступном плане. Совершению ими преступлений способствуют неблагополучные условия для жизни в приютах, отсутствие работы, плохая интеграция в европейское пространство, неопределённый статус пребывания, угроза быть отосланными назад.

По результатам опроса 825 беженцев во Фрайбурге, Мюнхене и Берлине криминологи установили, что приблизительно треть опрошенных не имеет профессионального образования. 72% опрошенных беженцев чувствуют себя в Германии хорошо принятыми, это, прежде всего, женщины. 37% планируют после окончания войны на Родине возвратиться домой».

О ситуации с беженцами в Германии рассказала и газета «Коммерсант» 28 мая 2018 года.
Германия больна беженцами: как ужиться с ними в одной стране, не знают ни политики, ни граждане, ни правозащитники. В начале мая спецназ полиции в масках и с оружием брал штурмом лагерь беженцев в Эльвангене на границе Баварии и земли Баден-Вюртемберг.
Выяснилось, что в Бремене тысячи решений о предоставлении статуса беженца были приняты незаконно (есть подозрение, что за взятки). Теперь МВД вынуждено объявить серию проверок в 13 филиалах Федерального управления по делам миграции и беженцев (BAMF) по стране.

В канун Нового 2016 года в Германии (Кёльне, Берлине, Гамбурге, Дюссельдорфе, Штутгарте и в других городах) было совершено массовое нападение мигрантов на местных жителей. Так в Кёльне в толпу празднующих горожан влилась группа из 1000 мужчин, главным образом выходцев из Северной Африки (а также Сирии и Ирака), которые устроили нападения на женщин. В числе первых и самых значительных инцидентов — сексуальные домогательства, изнасилования и ограбления. В полицию города поступило до 12 января свыше 650 заявлений. 10 января мигранты из Сирии и Пакистана подверглись в Кёльне вооружённым атакам.

Политика открытых границ стала приглашением в Германию для всех нуждающихся мира, а что делать с ними, никто не знает.
«Меркель оказалась не готова к наплыву беженцев, ничего народу не объяснила, а только заявила «Мы справимся»… и фактически переложила всё на нас».

Партия «Альтернатива для Германии» (АдГ) уже потребовала пересмотра миграционной политики и обжаловала в Конституционном суде решение канцлера открыть для беженцев границу в 2015-м без консультаций с Бундестагом.

На приём и обустройство тех, кто просит убежища, начиная с 2015 года ушло 42 млрд евро. А в ближайшие четыре года понадобится ещё 80 млрд.
Восторги СМИ, вызванные готовностью немцев помогать беженцам, активная моральная и материальная поддержка, оказанная иммигрантам, вызвали зависть и раздражение среди «своих» нуждающихся.

По статистике около 15 процентов населения ФРГ живут «под угрозой бедности». Это те, чей доход составляет около 1000 евро в месяц, то есть менее 60 процентов от дохода среднего гражданина. Около 16 млн жителей ФРГ получают социальные пособия, идущие в основном на еду.

Четверть века назад у кого-то в Германии появилась идея: организовать систему сбора и раздачи бедным съедобных, но обречённых на выброс продуктов. Немецкие магазины и общепит ежегодно выбрасывают свыше 20 млн тонн продуктов, вполне доброкачественных, но не соответствующих каким-то нормам. Овощи, фрукты, макароны, конфеты, консервы, полуфабрикаты, хлеб — всё, что магазин считает уже непродаваемым, он добровольно и бесплатно передаёт в пункты Tafel, («стол») куда по заранее согласованному графику подтягиваются нуждающиеся.

Сейчас в Tafel зарегистрированы 1,5 млн человек. Tafel подчёркивает, что работает не для спасения голодающих, а чтобы малоимущие могли экономить, а на свалку отправлялось поменьше продуктов.
Помимо 1,5 млн «своих» (немецких) бедных общегерманский «Стол» (Tafel) кормит еще и 280 тысяч беженцев.
«Это может ранить самолюбие, но всё равно это лучше, чем шарить по мусорным контейнерам у супермаркетов» — так однажды объяснил логику этой схемы лидер студенческого совета во Фрайбурге (на юго-западе ФРГ).

В Эссене (ФРГ) «чужие» составляют 75 процентов населения города. Там сложилась чрезвычайная ситуация. Пенсионер и бывший шахтёр Йорг Сартор отказался обслуживать новых клиентов Tafel из числа иностранцев. Он объяснил это просто: пенсионеров, матерей-одиночек, безработных, то есть тех, для кого и была придумана система Tafel, вытесняют молодые и бесцеремонные африканцы и арабы, называющие себя беженцами.
«Они всегда лезут без очереди, расталкивают стариков, требуют каких-то определённых продуктов и злятся, когда их нет. Многие, видимо, искренне верят, что им всё это «положено». А хватательный рефлекс, похоже, заложен в генах».
«Мы видели, они приезжают на «мерседесах», ставят их за углом, а потом загружают»,— возмущается одна из старушек в очереди.

По поручению Министерства по делам семьи, пожилых людей, женщин и молодежи ФРГ криминологи провели исследование среди мигрантов. Авторы исследования детально изучили ситуацию в Нижней Саксонии, где в период с 2014-го по 2016 год число зарегистрированных насильственных преступлений выросло на 10,4%.
Криминологи считают, что это на 90% связано с притоком беженцев, что неудивительно, поскольку большинство мигрантов — мужчины в возрасте от 14 до 30 лет, а именно эти люди в целом чаще нарушают закон.
В 90% случаев, связанных с преступлениями против жизни, когда подозреваемыми были просители убежища, жертвами или потерпевшими становились другие мигранты.
Установлено, что среди мигрантов сирийцы, афганцы и иракцы реже других совершают преступления, чаще это делают выходцы из североафриканских стран, например Марокко, Алжира и Туниса.

Председатель Санкт-Петербургского международного криминологического клуба доктор юридических наук, профессор Д.А.ШЕСТАКОВ (Санкт-Петербург, Россия) считает:
Социальную группу переселенцев, по-видимому, использует для сохранения своего мирового господства ГОВ (глобальная олигархическая власть), в частности, через поддержку террористической и экстремистской деятельности. Нельзя отрывать преступностиведческий вопрос о переселенцах от общего учения о преступности: от её многоуровнего строения (воронка преступности).

В России влиятельный слой воробогачей («олигархов») поддерживает приток переселенцев как дешёвую рабочую силу. Вопрос о переселенцах – составная часть проблемы чужан, отражающей взаимоотношения двух разновидностей жителей страны, одни из которых относятся к ней, как к отечеству, другие – как к чужбине. Требуется восстановить показатель национальности в статистическом учёте лиц, совершивших преступление, а также потерпевших. Разработать методику определения критического числа переселенцев и законодательно запретить превышение этого числа.

Необходимы пророссийская здоровая оппозиция, выдвижение сильных приемников нынешнего руководства страной. Возможно, понадобятся как фронтальные, так и некие точечные противопреступные меры в отношении ГОВ и отдельных её представителей. России надлежит поддерживать своих граждан, невольно оказавшихся (как в Прибалтике) жителями другой страны, способствовать получению образования их детьми на родном языке.

Доктор юридических наук С.Н.ИНШАКОВ (Москва, Россия) в тезисах изложил свою мысль следующим образом.
«Практически во всех общинах отношение к пришельцам имеет негативную коннотацию (в интервале от настороженности и тревоги до неприязни и открытой агрессии). Причём, чем больше число пришельцев, тем негативнее реакция аборигенов.
Не все народы могут позитивно взаимодействовать. Существует межнациональная некомплементарность, препятствующая этому. Межнациональная некомплементарность может быть односторонней или обоюдной. При наличии такой некомплементарности миграционные процессы в более или менее отдалённой перспективе чреваты серьёзными негативными последствиями. Миграционные процессы в таком контексте можно рассматривать как фактор, отрицающий национальную безопасность.

Не все народы могут ассимилироваться. Народы могут позитивно взаимодействовать, феномен некомплементарности не просматривается. Но культура народа, представители которого в качестве мигрантов прибывают в определённую страну, настолько развита и самобытна, что мигранты не могут и не хотят от неё отказаться, не могут интегрировать её в культуру страны пребывания. Представители этих народов живут замкнуто (диаспорами, анклавами, национальными кварталами).

На одни и те же явления мигранты и коренные народы смотрят разными глазами, по-разному оценивают социальную ситуацию в стране. А это ставит под угрозу социальную гармонию, в отдельных случаях выступает фактором, отрицающим общественную и государственную безопасность».

Доктор юридических наук, профессор П.Н.МИЛЮКОВ выдвинул три версии происходящих событий, связанных с миграцией населения и ростом преступности в Германии. Теория «управляемого хаоса» и роста национализма кажется ему наиболее вероятной.

Кандидат юридических наук, доцент В.С.ХАРЛАМОВ рассказал о том, что преступления среди мигрантов, проживающих в России, обладают определённой спецификой. Если в российских семьях наибольшее число убийств совершаются между супругами и сожителями, то основная часть преступлений в семьях мигрантов совершается в отношении братьев и сожителей. Женщины жертвами насилия в семьях мигрантов становятся в 30% случаев, а мужчины в 70%. В российских семьях наоборот: в 70% случаев жертвами внутрисемейного насилия становятся женщины, а в 30% мужчины. Максимальное число этих преступлений совершается в Центральном федеральном округе, а минимальное – в Северо-Кавказском федеральном округе. Наибольшее число преступлений совершается среди семей выходцев из Узбекистана, Таджикистана и Молдовы. Мотивация преступлений внутрисемейного насилия такова: корысть 75%, стремление освободиться от семейных забот 15%, борьба за внутрисемейное лидерство 7%, ревность 3%.

Кандидат юридических наук А.П.ДАНИЛОВ считает, что истинными причинами являются мировое укрепление глобальной олигархической власти (теория Д.А.Шестакова). Завершается процесс псевдогосударства, где нужны лишь те, кто будет обслуживать мировых олигархов. Для этого и устраиваются переселения народов. Необходимо определить меру мигрантов среди населения страны. Нужно запретить деятельность транснациональных корпораций, из рук кучки олигархов собственность должна быть передана государствам, в рамках которых корпорации получают наибольшую прибыль.

Аспирантка Е.С.КЕТЕНЧИЕВА рассказала о преступности, связанной с наркотиками, в среде эмигрантов. Из условных десяти зарегистрированных преступлений 4 связаны с наркотиками, 3 – с подделкой документов, 2 – с кражами, грабежа и разбоями, 1 (другие).

Доктор юридических наук, профессор В.Н.ФАДЕЕВ (Москва, Россия) в своих тезисах указал, что по оценкам ООН, количество мигрантов быстро растёт: в 2017 году их число достигло 258 миллионов против 173 миллионов в 2000 году и 153 миллионов в 1990 году. По данным ФМС России в нашей стране находится около 11 миллионов иностранных граждан, причём только за 10 месяцев 2017 года им было выдано более миллиона разрешений на работу. Эти цифры, учитывая и нелегальных мигрантов, количество которых сама ФМС оценивает в 3,7 миллиона человек, можно смело увеличить вдвое.

Доктор юридических наук, профессор С.У.ДИКАЕВ считает, что прежде всего надо определиться с терминами «беженцы», «переселенцы», «мигранты». Отсутствует элементарный механизм адаптации этих людей.

Доктор юридических наук, профессор С.Я.ЛЕБЕДЕВ (Москва, Россия) полагает: массовая миграция населения экономически обоснована и экономически предопределена. До тех пор, пока будет экономически выгодна миграция, её нельзя будет нивелировать. Остаётся только решать криминологически эту проблему, обеспечивая безопасность от тех угроз, которые объективно существуют и предопределены. Саму угрозу ликвидировать невозможно. Но можно и нужно защищаться от этих объективно существующих угроз.

А ЧТО ЖЕ ДЕЛАЕТ ПРАВИТЕЛЬСТВО?

16 мая 2018 года в Санкт-Петербурге проходил VIII Петербургский международный юридический форум. Выпускник юрфака ЛГУ, председатель правительства РФ Дмитрий Анатольевич Медведев в своём докладе обозначил основные задачи юридической науки.

«Первое и очень важное – это защита прав граждан. Это абсолютный приоритет для любой правовой системы.
Вторая важная задача для юристов – сохранение доверия общества к праву. Это невозможно без обеспечения справедливого, объективного рассмотрения спорных ситуаций.
Доверие к праву сохраняется только в том случае, если его уважают и соблюдают все участники правовых отношений – как на национальном, так и на наднациональном, международном уровне. Здесь мы видим серьёзные проблемы.
…
Без всякой правовой процедуры бизнес попадает в различные чёрные списки, а это влечёт существенные убытки для добросовестных компаний, для тысячи инвесторов по всему миру. Причина, кстати сказать, совершенно очевидна, вполне прозаична, я уже об этом неоднократно говорил, – это никакая даже не политика, это в значительной степени желание устранить конкурентов, которое прикрывается массированной информационной атакой.
…
Понятно, что ни о каком доверии к праву в этом случае говорить уже не приходится.
…
Сегодня нужно договориться о правилах fair play, которые должны соблюдаться всеми игроками в этой сфере, чтобы и профессиональные юристы, и частные лица, и целые государства могли верить в справедливость и предсказуемость международной системы разрешения споров».

Fair play (англ. «честная игра») — это свод этических и моральных законов, основанных на внутреннем убеждении индивидуума о благородстве и справедливости в спорте.

О том же говорил и президент России Владимир Путин, выступая 25 мая 2018 года на пленарном заседании XXII Петербургского международного экономического форума.
«Система многостороннего сотрудничества, которая выстраивалась десятилетиями, вместо естественной, необходимой эволюции ломается, причём грубо. Правилом становится нарушение правил».

Как же вернуть политику в правовое русло? На этот вопрос мне ответили учёные-криминологи, участники конференции в Санкт-Петербурге.

ПО МОЕМУ МНЕНИЮ, то, что «правилом становится нарушение правил» есть следствие беспринципной, аморальной политики «кто сильнее – тот и прав». Отсутствие общепринятых обязательных этических норм привело к тому, что международное право растоптано. На смену принципу «презумпции невиновности» пришёл принцип «хайли лайкли» («весьма вероятно»).

О какой честности и справедливости в праве можно говорить, если всё решает политика, основанная на эгоистических интересах. И даже не политика – а инстинктивная борьба за существование.

Бессовестные политики сначала бомбят людей, а потом уцелевшим предоставляют гуманитарную помощь.

Помнится, Европа пригласила беженцев из Сирии в качестве превентивной меры перед началом войны с ИГИЛ (является запрещенной в России террористической организацией). Но если действительно война в Сирии возникла в результате конфликта интересов Катара за газовый рынок в Европе, то можно определённо сказать, что политика порождает войны, войны – беженцев, а беженцы – преступность.

Эдвард Сноуден признаётся: «Если вы вступаете в противостояние с находящимися у власти людьми, последствия будут всегда. Это риск, на который стоит пойти. Когда я пошёл вперёд, это изменило законодательство».

«Право силы — вот реальное право. Развязавшие войну так называемые цивилизованные нации наплевали на ими же установленные законы, а про божественные даже не вспоминают; они убивают, потому что им это выгодно. Выгодно!

Борьба за власть — это игра без правил. Опять изнасилуют народ! Победит не разум, а грубая сила. В политике всё определяет сила. Не обязательно военная, но обязательно сила.

Политика, в принципе, всегда на грани уголовного кодекса. Можно не обманывать, но при этом и не говорить правды. Умолчание не обман. Всей правды сказать нельзя. Обман — нормальное состояние. Без обмана невозможно прийти в большую политику. Цель оправдывает средства! Если не будешь обманывать, не будешь избран. Чтобы прийти к власти, дают любые обещания, которые действуют ровно на период нахождения у власти.

Обычные люди склонны верить. И если бы они вдруг увидели масштаб обмана, на котором держатся политики, то большинство, если бы не сошли с ума, то окончательно разочаровались бы в жизни; произошла бы дезорганизация всего общественного организма, всплеск самоубийств. Народ не должен знать всей правды. Обман иногда нужен, хотя это и зло. Политический обман необходим для поддержания иллюзии стабильности. Хотя, безусловно, если он вскроется, это может привести к очень тяжёлым последствиям.

В политике относительна и ложь, и истина. Правда — то, что соответствует моим интересам. Политик должен быть прагматиком, делать то, что нам выгодно. Правда и ложь вне морали. Неудачный политик не обманщик — он просто не сумел! Тот, кто действует, тот и обманывает. Обманывать эффективнее, чем говорить правду. Обман — неизбежный элемент политики, это норма. Дипломатия вся построена на обмане».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Беженцы возникают и в результате межнациональных конфликтов. Часто такие конфликты создают сепаратисты, стремящиеся к отделению части территории государства и к признанию его независимости.
31.05.2018 кандидат исторических наук Даниил Александрович Коцюбинский выступил в агентстве Росбалт на тему «Сепаратизм в современном мире: есть ли у них будущее?»

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в трёх основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость.

А по Вашему мнению, СВЯЗАНЫ ЛИ ПОЛИТИКА, БЕЖЕНЦЫ И ПРЕСТУПНОСТЬ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература