3 июня 2026 года я был на презентации новой книги Дмитрия Травина «Кто победил СССР: «хиппи» или «яппи»? Поколение семидесятников между свободой и потреблением». Книга очень интересная, важная и полезная. Перед началом презентации я провёл интервью с Дмитрием Яковлевичем. Мы с ним одного возраста, жили всю жизнь в одном городе и занимаемся социологией. Правда он – исторический социолог, а я с 1981 года социолог-практик. Как и многие, я ощущал себя в СССР «потусторонним» и был аутсайдером.

https://youtu.be/PRXeRETqNAQ

Травин выделяет поколения «революционное», «сталинское поколение», «шестидесятники». Я и он из поколения 70-х. Травин утверждает, что СССР был похоронен нашим поколением, но не в плане распада; СССР при определённых условиях мог не распасться, и мы бы могли ещё жить в СССР.

Травин считает, что взаимоотношение поколений в СССР определялось тремя большими К: коммунизм, коллективизм и конформизм. Это было во всех поколениях советских людей. Но для «семидесятников» коммунизм и коллективизм сошли на нет. А вот конформизм оставался. Выросло прагматичное конформистское поколение. Советская система по большому счёту была не нужна «семидесятникам». Система разрушалась людьми, которых она воспитала.

Травин утверждает, что был крах коммунистической идеологии; и хотя она ещё повсеместно присутствовала, но уже выдохлась. К 1980 году Программа КПСС обещала, что будет построена материально-техническая база коммунизма. Кто-то верил ещё, но большинство в это не очень верило. Экономическая система себя исчерпала. Травин говорит о слабости империи СССР, о её неустойчивости, об отсутствии былого идейного стержня.

Да, старики, как и всегда, ворчали, да, молодые требовали перемен. Но мало кто хотел разрушения своей исторической родины. Напомню, что на референдуме 1991 года 78% высказались за сохранение СССР. Никто даже не мог себе представить альтернативы вроде СНГ.

ПО МОЕМУ МНЕНИЮ
СССР по своему социально-политическому устройству, по своим целям и задачам был в чём-то «потусторонним» всему остальному цивилизованному миру.
Наряду с официально провозглашаемой идеологией, жизнь в СССР имела теневые стороны. Примерами как бы «потусторонней» жизни в СССР были:
1\ Неформальные (в основном молодёжные) объединения: панки, рокеры, скинхеды, фанаты, эскаписты и др.
2\ Так называемый «андеграунд» (непризнанные неофициальные писатели и поэты)
3\ политические диссиденты
4\ непризнанные художники
5\ организованная преступность с международными связями, жившая по своим законам.

Я всегда был нонконформистом и никогда прагматиком. Я всегда был как бы «потусторонним»: исследовал советскую действительность как учёный, смотрел на неё непредвзято, «со стороны», как «пришелец». Долго не мог поступить в Ленинградский госуниверситет на философский факультет (социологического тогда ещё не было), поступил только с пятого раза на юридический. Учился на вечернем отделении и одновременно работал в НИИКСИ.

Десять лет с 1981 года по 1991 год я работал В НИИ комплексных социальных исследований Ленинградского университета и занимался изучением отклоняющегося поведения молодёжи и в частности неформальных движений. Опубликовал 40 научных работ и около ста в средствах массовой информации, в том числе в иностранных. Я не могу утверждать, что молодое поколение было поколением сознательных разрушителей СССР. Конечно, не хиппи, не панки и не яппи победили СССР. На мой взгляд, наиболее сильно ситуацию раскачали рокеры и в частности, Ленинградский рок-клуб.

Мою статью «Кто уходит в неформалы» опубликовал на первой полосе самый популярный в то время еженедельник «Аргументы и факты» (№13 за 1990 год). Она была переведена в Японии. Результаты моих исследований были опубликованы в статье журнала «Социологические исследования» (№1 за 1991 год); в книге «Трудные судьбы подростков. Кто виноват?».

О наших исследований в мае 1988 году нам удалось рассказать в популярной передаче «Взгляд» с Владиславом Листьевым «Какая молодёжь пошла». В 1988 году мою формулировку «поклонение Западу» одобряли, в начале 2000-х осуждали, теперь снова одобряют. Политика меняется, но учёный должен оставаться верным истине.

https://youtu.be/Vpra_hQ2sxg

Впервые с термином «пофигизм» я познакомился в начале 80-х годов. Пофигистами называли себя молодые люди, которым всё было до «лампочки», они не хотели включаться в лживую общественную жизнь и откликаться на призывы лицемерного позднесоветского государства. Пофигизм и эскапизм были формами «потусторонней жизни» в СССР.

В нашем НИИ некоторое время работал Борис Греб[…]. После одного концертного выступления, его дело рассматривали на комсомольском бюро и попросили уйти из института.
Творчество рок-музыкантов было формой социального протеста. Всем нам хорошо известны имена: Виктор Цой, Костантин Кинчев и др. Наверное, за своё непримиримое творчество был убит Игорь Тальков.

Однажды к нам в лабораторию проблем молодёжи пришёл парень и предложил мне прочитать его рассказ, основанный на личных впечатлениях. Откровенный рассказ о молодёжной тусовке неформалов меня впечатлил. Его, конечно, нигде не напечатали, и могли напечатать только в журналах так называемого «самоиздата».

Ленинградские группы «андеграунда» в условиях советской тоталитарной диктатуры были очагами свободы. Чтобы решиться на творчество, которое могло быть расценено как преступление, нужен был героизм.

Показательна судьба поэта Иосифа Бродского. С февраля по март 1964 года прошли два судебных процесса. В итоге инакомыслящего поэта признали преступником и приговорили к пяти годам принудительного труда в отдалённой местности. А в декабре 1987 года Иосиф Александрович Бродский становится лауреатом Нобелевской премии по литературе «за всеохватное авторство, исполненное ясности мысли и поэтической глубины».

Типичный «потусторонний» в СССР был и Сергей Довлатов. Его не печатали, ругали, травили, подвергли остракизму. Он был аутсайдером. Толстые журналы отвергали творчество Довлатова по идеологическим причинам, поскольку его рассказы не вписывались в жёсткие рамки соцреализма.

Советская власть боялась инакомыслия в любых формах. 1 декабря 1962 года 1-й секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущёв посетил выставку художников-авангардистов в Манеже под названием «Новая реальность». На выставке экспонировались и авангардистские скульптуры, в том числе произведения Эрнста Неизвестного, впоследствии вынужденного эмигрировать из СССР. Всем запомнились ругательные высказывания Хрущёва по поводу произведений авангардистов: «Вызывает ли это какое-нибудь чувство? Хочется плюнуть! Вот эти чувства – вызывает». «Это педерастия в искусстве! Так почему, я говорю, педерастам – 10 лет, а этим – орден должен быть?»

Началом освобождения искусства от идеологии стала так называемая «бульдозерная выставка» в Москве. Поскольку художникам-авангардистам запрещали официально выставляться, 15 сентября 1974 года они организовали неофициальную выставку своих картин на открытом воздухе на опушке Битцевского лесопарка в Беляево.
Акция была жестоко подавлена властями с привлечением большого количества милиции, а также с участием поливочных машин и бульдозеров, отчего и получила название «бульдозерная выставка». Картины ломали, художников увозили в участок, где заявляли: «Стрелять вас надо! Только патронов жалко…»

Я ходил на выставки непризнанных художников во Дворце молодёжи и других местах. Часто посещал неформальные выставки авангардистского искусства, дружил со многими художниками-нонконформистами. Помню общественный резонанс по поводу выставки в ДК им. И.И.Газа; а также выставку художников в ДК «Невский» в 1975 году. Это был глоток свободы!

Ещё в 10 классе вместе с учителем истории я начал посещать лекции в центральном лектории на Литейном проспекте, 42. Посещал собрания учёных в Доме учёных. Запомнился случай с семинаром Совета молодых учёных Ленгосуниверситета. Когда там начали выступать учёные с весьма «новаторскими» докладами, семинар запретили, а учёных трудоустроили в другие подразделения университета. К нам в НИИКСИ перевели с философского факультета к.ф.н. Зобнева Р.В.

В условиях дефицита спекуляция была нормой жизни. Купить что-то приличное можно было только с переплатой. Это нашло отражение во многих фильмах: «Берегись автомобиля», «Ирония судьба» и др. Запомнился монолог М.Жванецкого в исполнении Аркадия Райкина «Вкус специфический…»

«Теневики», с которыми безуспешно боролся ОБХСС, процветали. На них, кажется, просто закрывали глаза, ведь они создавали реальные продаваемые товары (например, шили джинсы). Один из таких «теневиков» показан в фильме «Асса». Они заказывали «бои без правил», жили на широкую ногу.
С преступностью, разумеется, боролись. Но по признанию самих криминологов, это борьба напоминала плотину, сдерживающую потоки бурных вод.

С детских лет вместе с отцом я ходил на демонстрацию. Когда после школы работал на заводе, и за то что несли портреты членов политбюро профсоюз выплатил премию 10-ку на двоих. В 1975 году мы ещё надеялись на обещанный коммунизм, но при этом пересказывали друг другу политические анекдоты.

Жили будто в «зазеркалье».
Естественно возникает вопрос: какая жизнь была настоящей, а какая «потусторонней»?

Если подбирать наиболее зрелищный образ советской действительности той поры, то в памяти всплывает фильм 1986 года «Кин-дза-дза» (режиссёр Георгий Данелия).

Коммунисты хотели воспитать «нового человека». Но не получилось: инстинкты оказались сильнее. Культура коммунизма жила в мечтах о светлом будущем, а в реальности люди стремились всеми правдами и неправдами достать импортные шмотки и смотреть на видике зарубежные запретные фильмы.
Ошибка коммунистов была в том, что они хотели переделать человека, изжить его низменные инстинкты, а капиталисты успешно приспособились к эгоистической инстинктивной натуре человека и потому процветали.

В СССР было и много хорошего, и много плохого; чего больше — не берусь судить. С детства люблю фильм «Два капитана» (1956 г.), и ныне смотрю с удовольствием.

Ведь это был правильный во всех отношениях фильм, прекрасная иллюстрация идеалов и духовно-нравственных ценностей: честность и мечта, любовь и верность, патриотизм и геройство. Многие, и я в том числе, равнялись на героев фильма, брали с них пример. Помню, как меня принимали в пионеры, я с гордостью носил красный галстук, как принимали в комсомол, а на службе в партию.

Многие «советские люди» испытывают ностальгию по временам своего детства и юности. Разрушение СССР для многих стало шоком, не только психологической травмой, но и вполне материальной, связанной с потерей гражданства, всего нажитого, переселением. Многие хотят вернуть СССР, где были достойные пенсии и уверенность в завтрашнем дне.

Было и много хорошего в СССР, чего нет сейчас. Например, граждане могли достаточно недорого путешествовать по стране и отдыхать в Крыму. Сейчас для нас это невозможно!

https://youtu.be/U0Xv7LvNxmE

Я пожил при разных властителях. Хрущёв обманул обещанным в 1985 году коммунизмом; Брежнев обманывал развитым социализмом; Горбачёв хотел обмануть, обещая каждой семье отдельную квартиру в 2000 году; Ельцин клялся лечь на рельсы… Всю жизнь нам обещали, врали и продолжают врать. Мы погрязли во лжи! Наше общество – общество взаимного недоверия. С каждым днём становится всё хуже и в будущее смотреть страшно. Кто же за это ответит?

Я считаю, что моему поколению 70-сятников повезло, что наше детство прошло в относительно спокойную эпоху Брежнева. Каждое лето я проводил в пионерлагере «Дружба» «Пролетарского завода», где работал мой отец. Путёвка стоила несколько рублей за смену.

https://youtu.be/w86K0Iy7JNQ

После школы в 1976-1977 году я работал на Октябрьском электровагоноремонтном заводе столяром, потом три года служил на Северном флоте, после демобилизации поступил на Подготовительное отделение философского факультета Ленгосуниверситета, работал дворником ради служебного жилья, учился на вечернем отделении Университета, работал инженером в НИИ за 110 рублей в месяц.

Да, жили в материальном плане трудно, был тотальный дефицит. Очереди, конечно, изводили – до сих пор терпеть их не могу. Но были очереди, в которых добровольно стоял ночами: например, за подпиской на трёхтомник Михаила Светлова провёл две ночи на Литейном перед магазином «Подписные издания».

Приглашение на покупку обуви

Я часто испытываю ностальгию, но вспоминать как стояли в очередях за продуктами и пытались отоварить талоны на водку и мыло, не хочется. Да, жилось нелегко. А главное — врали нам безудержно! Так что возвращаться на «путь к коммунизму» желания нет. Сейчас, конечно, нет дефицита, но есть миллионы нищих, чего не было в СССР.

С высоких трибун провозглашалось одно, подразумевалось другое, а обсуждали на кухнях третье.
Мы жили как в «зазеркалье»: не запрещено, но и не разрешено; не разрешено, но и не запрещено. Поэтому первым лозунгом перестройки стали слова: «что не запрещено, то разрешено».

Официально церковь в СССР была отделена от государства, провозглашалась свобода совести и вероисповедания. Однако религиозные действия не приветствовались, хотя и не запрещались. Многие (и в моей семьей) красили яйца на пасху, делали кулич, ходили на кладбище и в церковь. Интеллигенты (в том числе члены партии) крестились несмотря на запреты.

Когда смотрю хорошие советские фильмы, слушаю старые песни о главном, то кажется, что делали всё правильно. В чём же главная ошибка СССР?

СССР был невиданный по масштабам социальный эксперимент, но эксперимент нежизнеспособный. Дело в том, что справедливость и социальное равенство приходят в противоречие с экономической эффективностью. Там, где главное прибыль, справедливости нет места. Перевоспитать человека через изменение социальных условий оказалось невозможно.

https://youtu.be/_HQ5ZoPZ3vI

Коммунисты хотели выдать желаемое за действительное, мечту за реальность. СССР характеризовали как общество равенства и социальной справедливости. Это было общество равенства нищих. Можно сказать: социализм был хорошей идеей, плохо реализованной на практике. У рыночного устройства тоже много всяких проблем. По данным Росстата, за чертой бедности проживали 13,5 млн человек, или 9,3% населения. Предполагаю, что на самом деле гораздо больше.

Я родился в СССР и до сих пор считаю себя советским человеком. Но если раньше гордился своей страной, то теперь испытываю противоречивые чувства. При СССР у меня было чувство безопасности, уверенность в завтрашнем дне; я спал спокойно. А сейчас испытываю страх.

В 1975 году Союз казался единым и нерушимым, даже мысли не возникало, что он может исчезнуть с политической карты мира (она до сих пор висит у меня на стене).

Кто и зачем убил СССР? Ответ я изложил в одноимённой статье 25 декабря 2021 года.

Как юрист могу утверждать: развал СССР был абсолютно незаконным актом!
На референдуме 17 марта 1991 года 78% граждан высказались за сохранение обновлённого Союза. Но политики не прислушались к мнению народа. Они реализовывали личные корыстные интересы.
25 декабря 1991 года СССР как субъект международного права прекратил своё существование. Этому предшествовало подписание в Беловежской пуще 8 декабря 1991 года соглашения о создании СНГ. Беловежские соглашения не распускали СССР, а лишь констатировали его фактический к тому моменту распад.
Выход из СССР был развалом Союза, поскольку юридически ни одна из республик не выполнила при этом всех процедур, предписываемых законом «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из состава СССР».

Сегодня почти все признают: СССР сохранить было можно и нужно. Объективных оснований для полного распада СССР не было. Но властители свои личные интересы поставили выше интересов народа. Правящая элита предала коммунистическую идею, свой народ, обменяла власть на деньги, Крым на Кремль.

«Терминатор» СССР Борис Ельцин целенаправленно разрушал СССР, призывая республики брать столько суверенитета, сколько смогут. Ельцин решил развалить Советский Союз посредством … российского сепаратизма. Призыв «берите суверенитета сколько сможете переварить» привёл к «параду суверенитетов» и развалу страны.
12 июня 1990 года депутаты проголосовали за Декларацию о государственном суверенитете РСФСР.

Любопытно признание Сергея Степашина (народного депутата РСФСР в 1990-1993 годах, председателя правительства РФ в 1999 году). «Когда мы голосовали за неё (Декларацию о государственном суверенитете РСФСР) в июне 1990 года (а голосовали все – и коммунисты, и антикоммунисты) многие из нас не понимали, что первый шаг к тому, чтобы единая страна перестала существовать, совершился именно тогда. Я имею право так говорить, потому что в числе многих сам голосовал за суверенитет России. Пожалуй, не надо было так делать – сейчас я это понимаю. Давайте говорить откровенно: это был чистый популизм. Но ведь мы шли под лозунгом «За Россию!». Нам казалось, что таким образом мы её можем спасти. И мы не осознавали, что сами даём сигнал другим республикам на выход из состава Союза. <...>
Речь идёт о потере страны как территории и, самое главное, о людях – о 25 млн русских, которые в одночасье оказались изгоями. <...>
Борис Ельцин мне сам рассказывал, что инициатива заключения Беловежских соглашений шла от президента Украины Леонида Кравчука. Именно он сыграл тогда решающую роль. Сами соглашения, поставившие точку в судьбе СССР, писались на коленке.» (конец цитаты)

Однако известно, что Гайдар совместно с Бурбулисом сочинили «меморандум» (полное содержание которого до сих пор не известно) и в сентябре 1991 года привезли Ельцину в Бочаров Ручей. Бурбулис проталкивал идею конфедерации. Именно он предложил формулировку о прекращении СССР как геополитической реальности – позднее назвав распад СССР «большой бедой и трагедией».

Ельцин считал, что Россия должна выступить тараном для разрушения «советской империи». Позволяя Кравчуку инициировать выход из Союза, Ельцин сам как бы умывал руки: мол, это не я, а Украина, куда же мы без неё. При этом Ельцин ультимативно потребовал от Горбачёва признать независимость Эстонии, Латвии и Литвы, сделав, таким образом, первый ощутимый шаг к развалу страны.

24 августа 1991 года Россия признала независимость Латвии, Литвы и Эстонии.
24 августа 1991 года Верховный Совет Украинской СССР принял Акт провозглашения независимости Украины. Этот Акт был столь же незаконный, как и провозглашение независимости в Прибалтике. Поскольку на общесоюзном референдуме, состоявшемся в марте 1991 года, более 70% жителей УССР высказались «ЗА» сохранение СССР.

Когда в Беловежской Пуще Борис Ельцин пошёл на роспуск СССР, он успокаивал себя тем, что Украина и Белоруссия никуда не денутся. Ельцину тогда казалось, что России удалось избежать «югославского сценария».

Ельцин стремился к неограниченной власти. Он сумел создать персоналистский режим, при котором отнять власть у первого лица было практически невозможно. Если бы не непреодолимые проблемы со здоровьем, он бы, возможно, правил до самой смерти и никто не смог бы ему в этом помешать. Ельцин не хотел ни с кем делиться властью, он желал полного самовластия, что и доказал устроенный им расстрел Верховного Совета России в октябре 1993 года.

Первый официальный визит Бориса Ельцина в США в 1989 году Горбачёв расценил как заговор с целью перехвата у него власти. Сразу после подписания договора об СНГ, первый кому позвонил Ельцин, был президент США Джордж Буш, видимо, заранее пообещавший признать независимую Россию.

В последние годы существования СССР 80% бюджетных расходов шло на оборону. Спиртного пили больше чем при царе примерно в 3 раза. В госбюджете от водки были каждые 6 рублей. Возможно, антиалкогольная кампания Горбачёва была и нужна, но в результате государство не получило 20 млрд.рублей. На сберкнижках у людей скопились миллиарды рублей, отоварить которые было невозможно. Нужно было любым способом избавиться от этого груза на экономику, что и было сделано с помощью «шоковой терапии» гайдаровских реформ.

Егор Гайдар в своей книге «Гибель империи» пытается доказать, что к моменту, когда он пришёл во власть (осень 1991 года) СССР уже был обречён, все фатальные развилки были пройдены ещё Брежневым и Горбачёвым. «Страна, имеющая экономику примерно в четыре раза меньшую, чем США, поддерживает с последними, да ещё и с их союзниками, военный паритет и при этом финансирует содержание группировки из 40 дивизий … на китайской границе».

Когда Гайдар пришёл к власти, он получил страну без валюты, без запасов продовольствия, без банковского кредита, без границ, без собственного платёжного средства. Крупные города находились на грани голода. Я хорошо помню в продуктовых магазинах только пачки овсяных хлопьев и банки морской капусты.

Когда демократы захватили власть в конце 1991 года, на счету Внешэкономбанка оказалось всего 700 миллионов долларов. Пассивы бывшего Союза оценивались в 93,7 млрд. долларов, активы — в 110,1 млрд. долларов.
Гайдар и Ельцин подсчитали, что Россия сможет выжить благодаря нефтяной трубе, только если откажется от подкармливания своих союзников. Денег у новых правителей не было, и они обесценили денежные вклады населения. Потеря 10% населения страны в результате шоковых реформ считалась допустимой.

Можно выделить следующие причины распада Советского союза:
1\ Тоталитарный характер советского строя, гасивший индивидуальную инициативу; отсутствие плюрализма и реальных демократических гражданских свобод.
2\ Диспропорции плановой экономики СССР и дефицит товаров массового спроса.
3\ Межэтнические конфликты и продажность местных элит.
4\ Афганская война, техногенные и другие катастрофы.
5\ «Холодная война» и заговор США по снижению мировых цен на нефть с целью ослабить СССР.
6\ Личная конкурентная борьба Горбачёва и Ельцина за власть.

Развал СССР был западным проектом «холодной войны». Президент США Рейган поставил своей целью победить «империю зла» – СССР. Он договорился с Саудовской Аравией о снижении цен на нефть, чтобы подорвать экономику СССР, которая почти полностью зависела от продажи нефти.
13 сентября 1985 года министр нефти Саудовской Аравии Ямани сказал, что Саудовская Аравия прекращает политику сдерживания добычи нефти и начинает восстанавливать свою долю на рынке нефти. На протяжении следующих 6 месяцев добыча нефти Саудовской Аравией увеличилась в 3,5 раза. После чего цены снизились в 6,1 раза.

В США с целью постоянного отслеживания развития событий в Советском Союзе был создан так называемый «Центр изучения хода перестройки». В его состав вошли представители ЦРУ, РУМО (военная разведка), Управления разведки и исследований госдепартамента. Президент США Джордж Буш на съезде республиканской партии в августе 1992 года заявил, что крушение Советского Союза произошло благодаря «дальновидности и решительному руководству президентов от обеих партий».

КГБ знал о планах Запада по контролируемому развалу СССР, докладывал Горбачёву, но тот ничего не предпринимал. Он уже получил свою Нобелевскую премию мира.
Очевидно, что председатель КГБ Андропов ошибся с выбором Горбачёва в свои преемники. Провести экономические реформы Горбачёву не удалось. В октябре 2009 года в интервью Радио «Свобода» Михаил Сергеевич признал свою ответственность за развал СССР: «Это вопрос решённый. Развалил…»

Несостоятельность Горбачёва была очевидна. Речь шла о необходимости отстранения Горбачёва от власти. К этому стремились как верхушка КПСС, так и оппозиционеры во главе с Ельциным.
Горбачёв «добровольно» отрёкся от власти не потому, что народ отказался от СССР, а потому что от Горбачёва отказался Запад: «Мавр сделал своё дело, мавр может уходить…»

29 июля 1991 года в Ново-Огарёво состоялась встреча Горбачёва, Ельцина и Назарбаева, на которой они договорились начать подписание нового союзного Договора 20 августа 1991 года. Но те, кто возглавил ГКЧП, предложили свой план спасения страны. Горбачёв решил уехать в Форос, где просто выжидал, чтобы присоединиться к победителю. Он всё знал, поскольку ГКЧП был образован самим Горбачёвым 28 марта 1991 года.

Заговорщики в Беловежской пуще думали не о сохранении страны, а о том, как избавиться от Горбачёва и получить неограниченную власть. Товарный и продуктовый дефицит был создан намеренно, чтобы вызвать недовольство людей. Поезда с мясом и маслом стояли на путях у столицы, но в Москву их не пускали, чтобы вызвать недовольство властью Горбачёва.

В ноябре 1991 года Ельцин понял, что сменить Горбачёва во главе Союза ему не удастся. Но после того как 1 декабря Украина проголосовала за независимость, появился предлог устранить Горбачёва, сославшись на то, что без Украины обновлённый Союз невозможен.

Распад СССР это во многом результат конфликта Ельцина и Горбачёва. Если бы не маниакальное стремление Ельцина свалить Горбачёва, отомстить ему за унижение, то ещё можно было бы на что-то надеяться.
Если бы Горбачёв был избран всенародно, а не депутатами съезда, его труднее было бы лишить легитимности. Но он побоялся, что народ его не изберёт. В конце концов, Горбачёв мог бы передать власть Ельцину, и СССР сохранился. Но, видимо, гордость не позволяла. В итоге, борьба двух самолюбий привела к развалу страны.
«Президент России и его окружение принесли Союз в жертву неудержимому желанию воцариться в Кремле», — утверждает Горбачёв.

«Я понимал, что меня будут обвинять в том, что я свожу счёты с Горбачёвым. Что сепаратное соглашение – лишь средство устранения его от власти. Я знал, что теперь эти обвинения будут звучать на протяжении всей моей жизни», — признаётся Борис Ельцин в книге «Записки президента». — «Я психологически не мог занять место Горбачёва. Так же, как и он – моё».

«Лишь после расстрела Белого дома осенью 93-го года все увидели, что представляет собой Ельцин, который не способен вести реформы, а вот растоптать впервые в истории свободно избранный парламент – это пожалуйста! Для него ничего не значит человеческая жизнь, если для этого надо свести счёты со своими оппонентами. Мне кажется уместно закончить рассказ о Беловежье именно Ельциным – на нём главная ответственность за утрату единой великой державы», — констатирует Горбачёв.

Распад Советского Союза привёл к конфликтам между Россией, Украиной, а также между другими странами на постсоветском пространстве. Но воссоздание Советского Союза невозможно.
О распаде Советского Союза сожалеют больше половины бывших граждан единой страны. Разрушение СССР для многих стало шоком, не только психологической травмой, но и вполне физической (материальной), связанной с потерей гражданства, всего нажитого, с переселением.

Когда говорят, что народ ошибся, то ошибаются именно те, кто так считает. Люди не настолько глупы в своей массе, и они совсем не быдло. Чтобы понять, что думает «глубинный народ», нужно больше ездить по России, а не ориентироваться только на столицы. Как социолог, я много общаюсь с людьми и каждый раз убеждаюсь в чудовищной нелепости социологического портрета среднестатистического гражданина. То, что скрывается за словом “народ” и на что так любят ссылаться политики, часто грубая фальсификация, не имеющая ничего общего с реальной действительностью. Те цифры, по которым предлагается судить, о чём народ думает, ничего не говорят о том, почему люди думают так, а не иначе.

Это была война за власть, где народ служил разменной монетой. Жадные «молодые волки», уже не верившие ни в какие сказки про коммунизм, стали разрушать систему, чтобы пробраться к «кормушке». Именно для этого понадобилось развалить СССР. Идеология коммунизма оказалась всего лишь жупелом «холодной войны». «Целились в коммунизм, а попали в народ», — говорил известный социолог Александр Зиновьев.

«Мы обманываем всех наших граждан каждый день и каждый час. Степень обмана зависит от того, как общество реагирует на этот обман. Люди сами дают мандат политикам на обман, и политик говорит то, что от него ждут. Таким образом, политик вступает в сговор с теми, кто его избирает. Люди верят, потому что хотят иметь стабильность. Они сами ради самосохранения обманывают власть. Такова жизнь: власть обманывает народ, народ обманывает власть. Поэтому применять моральные характеристики к власти нелепо. Отношения самообмана взаимны. Народ утешается самообманом, и политик вынужден этому подыгрывать, то есть лгать. Власть «обваливается» не тогда, когда общество не знает, где ложь, а где правда, а когда народ не видит между ними различий».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Русский народ умный: он, может, не всё знает, но всё понимает. Приглашаю посмотреть исповедь пенсионера перед смертью.

https://youtu.be/TPEuD9Ln8xw

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

© роман-хроника «ПОТУСТОРОННИЙ» – Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Занятие философией отчасти потусторонний взгляд на окружающий мир. Самые выдающиеся философы были в чём-то люди «не от мира сего». Яркий пример – Фридрих Ницше. Философия вообще, в хорошем смысле, это «потусторонняя» деятельность. В этом я убедился 18 апреля 2026 года на конференции «Феноменология и диалектика 3.0», которая проходила в Европейском университете в Петербурге. Шесть часов я слушал доклады, задавал вопросы при обсуждении, а в перерывах провёл интервью с участниками.

https://youtu.be/idZTtsZ7WWo

«Потусторонняя философия» — это не ирония и не про мистику, а про позицию наблюдателя — взгляд глазами аутсайдера, абсолютно независимого в своих оценках.
Потусторонняя философия – это область философских исследований, связанная с понятием трансценденции. Трансценденция подразумевает выход за пределы чувственного опыта, эмпирических границ или привычных границ бытия.

В определениях трансцендентности часто подчёркивается идея связи с чем-то, что находится за пределами личности или материального мира. Согласно религиозным теориям трансцендентности божественное находится за пределами материального мира. Согласно теории имманентности духовный мир пронизывает мир материальный.

Метафилософский вопрос заключается в том, что такое трансцендентальная рефлексия и как она возможна. Один из ответов — выход за пределы предшествующей формы или состояния самого себя (самопревосхождение). Особенно продвинутой формой самопревосхождения считается мистический опыт, при котором человек отказывается от ощущения себя как отдельной личности.

Потусторонняя философия это не о потустороннем мире, это взгляд на мир как бы извне, взгляд «пришельца» на этот мир как на потусторонний, некоторая отрешённость, отстранённость от мира. Речь не столько об объекте исследования, сколько о субъекте — особом мировосприятии исследователя.

Философ должен быть потусторонним или посюсторонним этому миру?

Профессиональные философы, как правило, историки философии. А подлинный философ – изгой как Фридрих Ницше. Философ не тот, кто имеет диплом об окончании философского факультета, а свободно мыслящий человек, способный ОДИН УДЕРЖИВАТЬ ВСЁ!
«Так говорил Заратустра» – хороший пример «потусторонней философии».

Для чего нужна философия? Чтобы изменить или чтобы измениться?

«Жизнь – это бесконечное совершенствование, — говаривал Георг Фридрих Гегель. — Считать себя совершенным – значит убить себя».

Сегодня многие с недоверием относятся к философии. Слово «философ» часто звучит как насмешка.
«Польза философии не доказана, а вред от неё возможен», — заявили российские власти ещё в XIX веке.
Философы скорее излишнее, чем необходимое. Сократа почитали мудрейшим из греков, но большинство афинян проголосовали за лишение его жизни. Сократу приписывают слова, что настоящий философ только и занят всю жизнь подготовкой к смерти. Чтобы отстоять свои принципы и представление об истине, Сократ исполнил приговор и добровольно принял яд.

А Вы готовы ради истины пожертвовать собственной жизнью?

Философов с давних времён почитают мудрецами, способными объяснить всё, ну или почти всё, но без гарантий истинности. При этом далеко не все философы живут в соответствии с провозглашаемыми принципами. В этом выражается «потусторонность» их философии.

Всякая авторская философия есть в какой-то степени объяснение и оправдание своей собственной жизни. Каждый философ предлагает свои иллюзии, называя их философскими системами. Для многих занятия философией просто интеллектуальное развлечение. Каждый старается придумать свой «–изм», считая это чуть ли не высшим достижением. Часто за обилием научных терминов и красивыми словесными оборотами не скрывается никакого смысла.

Всякая наука начинается с систематизации и построена на доказательности. Но сколько мы знаем различных философов, учение которых не отличалось систематичностью?
Первое систематизированное учение мы находим у Аристотеля. Поэтому он и считается родоначальником философии как науки. При этом Аристотель называл философию «Бесполезное и прекрасное». «Нет науки бесполезней философии, но нет прекрасней её». «Люди, философствуя, ищут знание ради самого знания, а не ради какой-то практической пользы».

Философия – одна из условностей, спекулирующая на природном любопытстве человека. Это величайший самообман. Философы любят говорить сложно о простом и просто о сложном. Хитроумные ответы, которые дают философы, годны лишь для успокоения беспокойного разума, проверить их и применить на практике невозможно.

Философия понимается как движение вперёд. Окончательной истины (догмы) никогда не будет, иначе процесс бесконечного познания остановится и умрёт.
Но может ли умереть философия?

Есть мнение, что настоящая философия не умирает, а то, что умирает, это не философия. Как наука, обладающая своими догматами и систематизированной доказательной базой, разумеется, может умереть. Мы это видели на примере марксистко-ленинской философии. А вот как бесконечный процесс познания, разумеется, философия умереть не может никогда.

Часто приходится слышать, будто философы оторваны от реальной жизни, живут в своём идеальном мире, философия плохо связана с практической жизнью, это скорее напоминает поэзию; свои утверждения философы не считают нужным доказывать.

18\04\2026 Алексей Крюков сделал доклад на конференции «Феноменология и диалектика 3.0» в Европейском университете в Петербурге.

https://youtu.be/sDF-7C8oCVI

Доктор философских наук, профессор В.В. Варава в книге «Седьмой день Сизифа» пишет:
«С незапамятных времён философия представляется делом чрезвычайно трудным, заумным, требующим каких-то особых знаний, специфического склада ума, и при этом, не имеющим никакой практической значимости. Всё это основание для того, чтобы вычеркнуть философию из круга важных человеческих занятий, снабдив её приверженцев убийственными уничижительными эпитетами «чудак», «сумасшедший», одним словом, «философ».

Я спросил доктора философских наук Константина Семёновича Пигрова, как он относится к тому, что философия – это «сизифов труд». К.С. Пигров ответил: «Да, это великое и бессмысленное занятие. Но без неё жить невозможно.»

«На протяжении века философия лежит на смертном одре и не может умереть, ибо задача её не исполнена. Поэтому конец вынужденно мучительно затягивается. Она или похоронила себя, предавшись пустой игре в мысли, или пребывает в агонии, во время которой её посещают откровения и она высказывает то, что забывала сказать на протяжении всей жизни. Перед лицом смерти ей хочется быть честной и открыть свою последнюю тайну. Она признаёт: все великие темы были сплошь уловками и полуправдой. Прекрасные, но тщетные взлёты мысли: Бог, Универсум, Теория, Практика, Субъект, Объект, Тело, Дух, Смысл, Ничто — всего этого не существует. Всё лишь словечки для юнцов, профанов, клерикалов да социологов», — считает немецкий философ Петер Слотердайк.

Буквальное значение слова «философия» = от греч. phileo – люблю + sophia – мудрость, – любовь к мудрости. У древних греков это слово означало «стремление к пониманию», «стремление к знанию», «жажду знания». Без любви нет философии. Любовь – это философия во всей полноте смысла этого термина.

Философия – это любовь к мудрости или наука о мудрости?

Специалисты по античной философии полагают, что само слово придумал Пифагор, а термин «философия» в качестве названия особой сферы знания впервые употребил Платон. Платон считал чистое философское созерцание идей – высшей формой познания, способом восхождения к высшим идеям.

Пифагор исповедовал философию для посвящённых, сделав свою школу закрытой для любопытствующих, на манер тайного ордена.
Платон, напротив, сделал свою школу открытой для всех желающих и способных к философии. И потому Академия просуществовала почти 700 лет.
Я сторонник экзотерического знания – открытого для всех, хотя и не для всех понятного.

Кандидат философских наук Никита Сюндюков убеждён, что в диалоге Платона «Парменид» есть все ответы на самые главные философские вопросы.

14-16 декабря 2022 года в Москве на «Алёшинских чтениях» под общим названием «Философия — как способ жить» доктор философских наук, профессор Виктор Игоревич Молчанов поставил вопрос ребром: что же это такое – философия? Начиная с пифагорейцев и Гераклита философия это производство общих (социальных) идей. Философы производят общие идеи для общества, а для этого выбирают особую деятельность, которую трудно назвать профессией, но выражается она в единичном уме. Философские учения могут порождать идеи, ведущие к противоестественным формам существования. Философское дело предстаёт почти как сверхъестественное.

Сейчас философию определяют как науку о наиболее общих законах бытия; учение о бытии человека в мире и его взаимодействии с ним. Философия – знание о целом как повод обратиться на себя, к пониманию своей личности и своей свободы.

«Задача философии оказывается в том, чтобы в каждом конкретном случае находить инстанцию, способную измерить истинностное значение противоположных мнений – либо выбирая некоторые мнения, более мудрые чем другие, либо признавая за каждым из мнений свою долю истины. В этом всегда и заключался смысл так называемой диалектики, превратившей философию в одну нескончаемую дискуссию. Это очевидно уже у Платона: мерой истинности каждого из соперничающих мнений считаются универсалии созерцания, позволяющие возвысить эти мнения до знания; правда, сохраняющиеся у Платона противоречия (в так называемых апоретических диалогах) вынудили уже Аристотеля переориентировать диалектическое исследование проблем на универсалии коммуникации (топики). У Канта проблема опять-таки состоит в отборе или сортировке противоположных мнений, но уже благодаря универсалиям рефлексии, и только Гегелю пришла мысль воспользоваться соперничающими мнениями для извлечения из них сверхнаучных пропозиций, способных к самодвижению, самосозерцанию, саморефлексии, самокоммуникации в себе самих и в абсолюте позиция, где мнения становятся моментами концепта». ( Жиль Делез, Феликс Гваттари «Что такое философия?»)

18\04\2026 Алексей Лагурев сделал доклад на конференции «Феноменология и диалектика 3.0» в Европейском университете в Петербурге

https://youtu.be/RjRk95NAtgw

Вряд ли философией можно считать лишь деятельность рацио (ума). Философия это любовь к мудрости, а не любовь к знанию. Многознание, как известно, мудрости не научает. Занятие философией захватывает всю личность, а не только разум. Это личный опыт разумного освоения фундаментальных проблем бытия, опыт ошибок цельного разума личности в его движении.

Философствование есть некая медитация, вовсе не имеющая цель, чтобы её восприняли и поняли посторонние. Цель философа прежде всего постичь эту истину собой, запечатлеть её, расшифровать и самому измениться. При этом додуматься самому до философской формулы жизни гораздо важнее, чем вычитать её в чьей-то книге.

Если верно, что «философы читают послание Бога в подлиннике», то, как мне кажется, они занимаются осмыслением некой интуиции, рефлексией первоначального откровения, когда разум постигает то, что знает душа. На мой взгляд, философия это расшифровка первоначального удивления, той самой первоначальной интуиции, которая приходит в качестве неосознанного образа, как ИДЕЯ у Платона.

Для меня философствование – это состояние, переживание, мышление, вечный поиск ответа на вечные вопросы, который бесконечен. Постижение границ человеческой жизни, границ человеческого познания и границ человеческой свободы – вот что делает философа философом.

Философия, на мой взгляд, существует в индивидуальных интерпретациях. Когда объявляется, что «учение всесильно, потому что оно верно», это означает смерть данного учения. Лишь та философская теория хороша, в которой мы испытываем каждодневную потребность, что создаёт и поддерживает «поле мысли».

Декан философского факультета МГУ им. Ломоносова Алексей Павлович Козырев полагает: «Философия, безусловно, имеет дело с общим — с картиной мира. Она пытается рассматривать мир как целое, подниматься над узкими границами отдельных наук, частных наук, которые в большинстве своём выделились из философии. Поэтому философия — знание и научное, и художественное».

Доктор философских наук Роман Викторович Светлов убеждён: «Сейчас философия в реальности не является «царицей наук» и критерием истины».
Доктор философских наук Фёдор Гиренок полагает, что философия сегодня это сознательное сумасшествие; философ – это юродивый; философ работает со смыслами, он воин в войне смыслов.

Философствование всё больше напоминает «игру в бисер». Философы ныне заняты перекодировкой смыслов: старые понятия наполняются новыми определениями, слова остаются те же, а содержание становится подчас противоположным прежнему.

Должна ли философия быть ясной и понятной широкой публике?
Я спросил об этом главного редактора журнала «Вопросы философии» Бориса Исаевича Пружинина. Он ответил, что Сократ говорил понятно, но за его внешне простыми высказываниями скрывалась глубина. Философское общение это во многом личное общение. Не всегда простому человеку будут понятны некоторые коннотации и смыслы, скрывающиеся за внешне ясными и понятными формулировками.

У греков был очень хороший термин – ПАРРЕСИЯ, означающий говорить истину, непосредственно, без риторических приёмов и при этом неизбежно подвергая себя риску.

Я считаю, что подлинный философ исповедует истину, которая доступна и понятна для всех. Большинство философов ничего предложить не могут, кроме набивших оскомину банальностей. Нет в их идеях простоты и одновременно глубины. Нынешние философы не хотят мир изменить, нет у них таких Идей. А ведь мир, согласно Платону, изменяют именно Идеи (с большой буквы).

Известный философ А.Ф. Лосев полагал: «Платоновская идея (эйдос) – это не абстракция, а живая, конкретная сущность, обладающая собственной энергией и смыслом. Миф у Платона – не выдумка, а способ выразить сверхрациональное содержание, недоступное строгой логике. Платоновское государство – не политическая программа, а символическая модель иерархии ценностей: от телесного к духовному, от мнения к истине. Число у Платона – не арифметическая единица, а принцип организации космоса».

Выражаясь современным языком, ЭЙДОС, возможно, это цифровой код, присущей каждой вещи?

05\12\2024 к.ф.н. Андрей Паткуль представил коллективную монографию «Феноменологическое понятие мира». Перед начало я взял интервью.

https://youtu.be/5GEVXvRG4-0

Ещё в школьные годы я заинтересовался философскими проблемами. Во время службы на флоте изучал философскую литературу. Учился на подготовительном отделении философского факультета Ленгосуниверситета, 5 раз поступал на философский факультет, в результате закончил юридический. С 1981 по 1991 годы работал в НИИ комплексных социальных исследований Ленгосуниверситета. Среди университетских коллег я всегда был аутсайдером, а по отношению к научным институтам оставался потусторонним. Сейчас пишу и публикую роман-хронику «ПОТУСТОРОННИЙ».

Процесс записи собственных мыслей ведёт к тому, что человек начинает их уточнять. Попытки более точными словами на письме выразить внутренний диалог, воспроизводит диалектику, идеи меняют форму при каждой попытке их записать.

Главным является не чья-то философия истории, а история и философия своей собственной жизни. Когда я пользуюсь чужим знанием, это каждый раз эксперимент. Но чаще непосредственным руководством к действию служит собственный, пусть даже ограниченный опыт. Это лишний раз доказывает, что он важнее чужих правильных наставлений. Поэтому додуматься самому до извечной мудрости гораздо важнее, чем пытаться вычитать её в чьей-то книге.

Не претендуя на истину в последней инстанции, всегда оговариваюсь, что моё мнение это лишь ограниченное субъективное видение. Истина, возможно, имеет множество смыслов, и каждый понимает её по-своему, в меру особенности своего восприятия. Не желаю сваливаться исключительно в рацио философии, но и не хотел бы жить исключительно поэтической абстракцией, иногда весьма далёкой от реальности.

Некоторые философы уехали из страны и стали «потусторонними» русскому миру. Они кажутся обиженными, будто бы не сами уехали, а на «философском пароходе». Многие из них очень умные люди и честные учёные, однако находятся в зависимом положении и вынуждены приспосабливаться, выбирая между истиной и новым домом. Они говорят, что всегда были «русскими европейцами», и надев «белое пальто», упрекают оставшихся на родине в предательстве истины.
«Родина или Истина?» «Поуехавшим», по их словам, дороже Истина. Ну а оставшимся, очевидно, Родина.

«Родина или смерть!» – предлагает широко известный отечественный философ. «Идея важнее людей. Дух важнее плоти. Родина важнее смерти. Не должно быть ничего важнее Бога, Державы и Народа. Личность не ничто, она значит очень многое. Но только тогда, когда она полна светов. И чем меньше в нас я, тем больше в нас Бога».

25 октября 2017 года в Петербург по приглашению Европейского университета приехал известный философ Славой Жижек. Я задал ему вопрос: в чём смысл жизни? Философ сказал, что мой вопрос застал его врасплох, потому что он никогда об этом не задумывался.

https://youtu.be/merYES2n9l0

Как-то я участвовал в философской дискуссии «Зачем философ в скудное время», организованной Европейским университетом в Санкт-Петербурге и Открытым философским факультетом. В качестве «домашнего задания» было предложено прочитать эссе Мартина Хайдеггера «Для чего поэты?»
Хайдеггер полагал, что философия больше похожа на поэзию, нежели на строгую науку. Само название работы «Для чего поэты?» говорит о признании им первенства поэтического творчества над философским. Философ лишь рефлексирует над тем, что создано вдохновением поэта, находит и расшифровывает смыслы в интуитивном поэтическом образе.

В эссе «Для чего поэты» Мартин Хайдеггер пишет:
«Поэты — те из смертных, что, торжественно воспевая Винобога, чуют след ушедших богов, идут по их следу и так прокладывают остальным смертным путь к обращению».
«Сущности поэта, истинного поэта в такое время мира, свойственно то, что из всей скудости времени творческим вопросом для него становится прежде всего поэтическое творчество и призвание поэта».
«Поэзия есть учреждение бытия в слове», — пишет Хайдеггер. Он называет поэзию «чистым говором». Поэзия не говорит о том, что было, не описывает происходящее, своим словом она создаёт бытие.

Хайдеггер говорит о том, что поэты так же, как и философы, являются хранителями дома бытия, т. е. языка. Художник почти никогда не говорит в своих работах о себе в первом лице, через него говорит мысль.
Сколь глубоко поэзия спускается в бездну? Куда доходит поэт, если, разумеется, он идёт туда, куда в силах дойти? — риторически спрашивает Хайдеггер, анализируя творчество Рильке.
«Чем выше уровень сознания, тем более исключённым из мира оказывается сознающее существо». Потому-то человек противостоит миру.
Рильке по-своему, на поэтический лад, познал и пережил сложившуюся таким образом несокрытость сущего.

«Язык есть дом бытия, — утверждал Хайдеггер. — В жилище языка обитает человек. Мыслители и поэты – хранители этого жилища. Их стража – осуществление открытости бытия, настолько они дают ей слово в своей речи, тем сохраняя её в языке».
«Речь и молчание могут быть уподоблены сущему и бытию. Бытие и есть сущее и не есть. Так же молчание: и вызывает к наличию речь, и снимает её во всеобъемлющей торжественности истины».

Есть мнение, будто философия существует только в традиционной форме философских трактатов. Но так ли это?
Вряд ли какой-либо философ сможет так убедительно изобразить Ад, как это сделал Данте в «Божественной комедии».
В отличие от литературы, в философском языке невозможна поэзия, которая часто является наиболее адекватным средством выражения глубины предмета до апофатических вершин. Литература призвана говорить просто о сложном, а философия сложно о простом.

Поэзия может быть философской. Но может ли быть философия в стихах? Ведь поэзия это не всегда рифма, а философия не обязательно трактат.
Разве тексты Кьеркегора это философия в её классическом понимании?

Первоначальные «философские» тексты существовали в форме поэтических гимнов, также как и религиозные откровения. Древнейшие памятники философской мысли часто имели литературно-художественную форму, в том числе поэтическую. Учение Плотина носило характер разрозненных бесед, которые уже после смерти философа его ученик Порфирий систематизировал в виде «Эннеад».

Что более доходчиво воспринимается: произведение искусства или философский трактат?
Хороший пример — «Так говорил Заратустра» Фридрих Ницше.
В произведении Ницше есть люди – потусторонники, которые устремляют свою мечту «по ту сторону человека», то есть в сферу трансцендентного, идеального или сверхъестественного.
«Спойте мне теперь сами ту песню, имя которой – «Ещё раз», а смысл – «во веки веков», – спойте же все вместе, о высшие люди, песнь Заратустры!

Я вижу у костра себя сидящим на безымянном острове один.
Средь моря слёз в тиши благотворящей под звёздным небом я не нелюдим.
Камыш поёт мне песнь грустнее грусти. Изломанное дерево болит.
Огонь костра — мой собеседник тихий — наедине со мною говорит,
что всё пройдет, вот и костёр сгорит…

Ночь отступает.
Утро новой жизни.
С лучами солнца мир родится вновь.
Чтоб воплощением стать Бога новой мысли
И подарить всем радость и любовь.

Огонь костра уж догорает.
Он дал мне Истину и Жизнь.
Огонь во мне теперь пылает.
Мы суть одно:
Мы Бога мысль!

Ничто не исчезает во Вселенной,
Всё отражается, чтобы вернуться вновь,
Закономерно всё, и путь мой в жизни бренной,
И то, чью унаследовал я кровь.
Мир — это Я, планеты — клетки крови,
Галактики — часть тела моего,
И сердце бьётся — кто-то жаждет боли,
Я счастлив — я постигнул Смысл Всего!
Я стал частицей смысла мирозданья —
И жизнь моя теперь имеет смысл.
Я удержать не в силах восклицанья:
Я Бога часть, Я — Бог, Его я мысль!
(из моего романа-быль «Странник» (мистерия) на сайте Новая Русская Литература

24 апреля 2026 года я участвовал в работе Круглого стола «Искусство знания / знание искусства: как современные художники взаимодействуют с философией?»
Перед началом я провёл небольшой опрос. Художники и философы люди в чём-то необыкновенные, потусторонние, и можно ли сказать, что философия в чём-то «потусторонняя деятельность»?

https://youtu.be/ODKLu2iSSyw

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А как Вы понимаете ПОТУСТОРОННЮЮ ФИЛОСОФИЮ?

© роман-хроника «ПОТУСТОРОННИЙ» – Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Многие характеризуют нынешнее состояние мира как «война всех против всех».
«Война всех против всех», пожалуй, самое известное выражение английского философа Томаса Гоббса (1588-1679). Насколько оно сегодня применимо для объяснения происходящего в мире? Мир без законов и правил – это война всех против всех?
13 марта 2026 года в Европейском университете в Петербурге состоялась презентация книги доктора социологических наук и руководителя Центра фундаментальной социологии НИУ ВШЭ Александра Филиппова «Восстание Левиафана. Очерки о Томасе Гоббсе, политической философии и социальной теории».
Перед началом презентации я провёл интервью с автором. Неужели государство-левиафан возвращается и уже вышло из-под контроля? Действительно ли «естественное состояние» людей, о котором писал Томас Гоббс, это «война всех против всех»?

https://youtu.be/3WhrpZGfUFk

Александр Фридрихович Филиппов уже четверть века публикует статьи о Гоббсе. Книга «Восстание Левиафана» — это не просто усиление государственных институтов и укрепление границ, но и возвращение одного из тех старых демонов в мире аномии, о котором говорили, каждый по-своему, классики социологии Макс Вебер и Эмиль Дюркгейм.

«В конце времён, говорит предание, Бог станет пировать с праведниками, угощая их мясом Левиафана. Есть и другая версия этого рассказа: якобы однажды эта история будет разыграна в насмешку, а пиршество состоится задолго до конца времён. Левиафан, приготовленный на съедение, воскреснет и, насытившись праведниками, возвратится в пучины вод. Это рассказ об отчаянии, его не стоит принимать всерьёз», — пишет в качестве эпиграфа А.Ф. Филиппов.

Мир изменился, и современному человеку придётся жить бок о бок с механическим чудовищем, природу которого ему ещё только предстоит понять.
Я социолог, по образованию юрист. Поэтому постараюсь, не нарушая Закон и не вторгаясь в политику, строго академически разобраться в понятии «война всех против всех».

«Левиафан, или Материя, форма и власть государства» (1651 г.) Томаса Гоббса — один из самых известных политических трактатов, в своё время был запрещён в Англии. В России во второй половине XIX века на книгу был наложен арест, весь тираж изъят и уничтожен.

Левиафан — имя библейского чудовища, изображённого как сила природы, принижающая человека. Название «Левиафан» стало нарицательным для обозначения государства — всемогущего и безжалостного.
Интерпретации знаменитой книги, впервые вышедшей в свет в 1651 году, продолжают множиться, а феномен «возвращения государства», о котором заговорили с концом глобализации, делает политическую философию Гоббса ещё более актуальной.

Гоббс жил в Англии в период революций и был очевидцем того, как рушится привычный порядок, «основанный на правилах», и общество погружается в безумство, брат идёт на брата. На основе личного опыта философ пришёл к выводу: без общей, абсолютной власти жизнь человека — «одинока, бедна, беспросветна, тупа и кратковременна».

Что же такое «война всех против всех»?

«Война всех против всех» — понятие социальной философии Томаса Гоббса, описывающее естественное состояние общества до заключения «общественного договора» и образования государства.
До возникновения государства люди в их «естественном состоянии» все были равны, и каждый руководствовался своими потребностями и интересами. Человек по природе эгоистичен, наделён сильными страстями, желает власти, богатства и наслаждений. Он стремится получить как можно больше благ и избежать страданий. Когда каждый имеет право на всё, даже на жизнь другого человека, это ведёт к постоянным конфликтам. Так возникает война всех против всех.

Девизом своего пессимистичного взгляда на природу человека Томас Гоббс сделал латинскую пословицу: «Homo homini lupus» — «человек человеку волк».

Согласно представлению Томаса Гоббса о «естественном состоянии» человека, когда наступит коллапс государства с улиц исчезнет полиция, судьи разбегутся, экономика будет в руинах, финансовая система развалится; сосед может запросто прикончить соседа, и чтобы выжить, лучше напасть первым. В таком мире нет места справедливости, законности и морали — выживает сильнейший и сильнейший всегда прав.

Чем же тогда человек отличается от животного?

Корень проблемы в природном неравенстве людей. Ничтожный слабак способен сразить силача из-за угла или вступив в сговор с себе подобными. Равенство способностей порождает равенство притязаний. Если мы оба хотим один плод или кусок земли, мы становимся врагами. Отсюда рождается логика: «убью первым, пока не убили меня».

Страх подсказывает правила, ведущие к самосохранению. Стремление к выживанию — первейший естественный закон. Гоббс считал «естественный закон» основой нравственности.
ПЕРВЫЙ (главный) самый фундаментальный естественный закон предписывает всякому человеку стремиться к миру и следовать ему.
ВТОРОЙ естественный закон предусматривает: человек должен отказаться от права на вещи в той мере, в какой это необходимо в интересах мира и самозащиты; нужно довольствоваться той степенью свободы по отношению к другим, которую допускаешь по отношению к себе.
ТРЕТИЙ естественный закон: люди должны выполнять заключённые ими соглашения.
Остальные естественные законы (общим числом 19) могут быть, по словам Гоббса, резюмированы в одном правиле: «не делай другому того, чего ты не хочешь, чтобы делали тебе».

Из своих «естественных законов» Гоббс выводит ряд прав и правил совместной жизни. Но его «естественные законы» — лишь рекомендации, что нужно делать для сохранения гражданского мира. Они даны для подданных: забыть о своих правах перед государством, не препятствовать ему и не вступать в споры с ним.

Томас Гоббс — один из основателей «договорной» теории происхождения государства. Он считал, что люди договариваются отказаться от части своих естественных прав и по негласно заключаемому общественному договору наделяют ими того, кто обязуется сохранить свободное пользование оставшимися правами.
У Гоббса государство возникает для обеспечения внутреннего всеобщего мира, не для защиты от какой-то конкретной части, а от всех прочих, не вступивших в договор.
Отдельные граждане добровольно ограничивают свои права и свободу в пользу государства, задача которого — обеспечение мира и безопасности.

Так рождается ЛЕВИАФАН — «смертный бог», могущественное государство, чьё тело сплетено из тысяч граждан. В нём воля одного (государства) является обязательной для всех. Государству передаётся задача регулирования отношений между всеми людьми. Его власть абсолютна и необратима. Он стоит над любым договором, потому что только так он может быть гарантом мира.

Левиафан не несёт ни перед кем ответственности и отчётности. Породив его, подданные больше не могут ничего с ним поделать. Полнейшее подчинение или естественная война – такие два варианта даёт Гоббс, причём никакого компромисса.

Гоббс не утверждает, что все государства возникли путём договора. Для достижения верховной власти есть, по его мнению, два пути: физическая сила (завоевание, подчинение) и добровольное соглашение. Первый вид государства называется основанным на приобретении, а второй — основанным на установлении, или политическим государством.

Идеальной формой правления Гоббс считал монархию. Он был убеждён, что церковь должна подчиняться государству, а религия необходима как орудие государственной власти для обуздания народа.

Права у Гоббса исключительно утилитарны. Делегация прав невозможна. Государство это суверен, он полновластен и не может быть ограничен по определению. Граждане абсолютно бесправны перед ним, так как они передали все свои права и свободы суверену, согласились считать волю суверена своей.

Ещё в древнем Риме задавались вопросом, что хуже: тирания или гражданская война?
Гоббс убеждает: любой раскол власти — прямая дорога назад, к гражданской войне, к «войне всех против всех». При этом, беспрестанное желание всё большей и большей власти, это желание, прекращающееся лишь со смертью.

Говорят: свобода покупается порядком. Однако не слишком ли высокую цену мы платим за безопасность, отдавая всю свою свободу государству-Левиафану?
Продав свободу за безопасность, мы останемся и без свободы, и без безопасности.
Война всех против всех существует как при отсутствии государства, так и при его наличии. Просто при наличии государства аппарат насилия в этой войне монополизирован Левиафаном.

Нужно ли вообще государство или можно без него обойтись? Что такое ГОСУДАРСТВО?

В 1908 году Франц Оппенгеймер сформулировал социологическое понятие государства. «Государство целиком и полностью на стадии генезиса и, в сущности, почти целиком на первых стадиях своего существования есть социальный институт, силой насаждаемый группой победителей на побеждённую группы с единственной целью: поддержания господства победителей над побеждёнными и защиты от внутреннего восстания и нападений извне».

Философ Джон Локк считал, что «во имя безопасности и сохранения порядка люди вынуждены создавать государство».
«При отсутствии справедливости, что такое государства, как не большие разбойничьи шайки, так как и сами разбойничьи шайки есть не что иное, как государства в миниатюре». (Августин Аврелий 354-430 гг.).
«Государство существует не для того, чтобы превратить земную жизнь в рай, а для того, чтобы помешать ей окончательно превратиться в ад». (Николай Бердяев)
По Гегелю (1770-1831), «люди не могут не объединиться в государство, как только они сами увидят высшую разумность государственного порядка».

Государство держится на «трёх китах»: 1\ монополия на применение насилия, 2\ сбор налогов, 3\ юстиция в пределах определённой территории.
Либеральная теория «минимального государства» предполагает, что, во-первых, государство есть нейтральный арбитр, своего рода площадка для решения возникающих в гражданском обществе споров и конфликтов. Во-вторых, государство должно быть дешёвым.

Идея правового государства, верховенства закона, гражданского общества родилась из страха перед войной «всех против всех». Однако надежды на «правовое государство» не оправдались. Исследователи констатируют «крах легистской утопии» (утопии сильной власти). Под легистской утопией понимается «представление о том, что сильный правитель наведёт порядок и устранит всякую несправедливость».

Теория отмирания государства оказалась утопией. На деле мы видим усиление государства во всех его формах. Настоящее государство-Левиафан сегодня это закрытые наднациональные структуры мирового согласования и управления, которые диктуют свою волю правительствам, парламентам, отдельным лицам.

Если устранить верховенство закона, то мир погрузится в хаос «войны всех против всех». Никто никого не слушает, у каждого своя правда. Господствует не сила права, а право силы!

Чем руководствуются политики, откровенно игнорируя международное право?
Политики никогда не договорятся, пока не будет общей цели или общей угрозы; они никогда не признают своих ошибок и никогда не скажут всей правды о развязанной войне.

Социологическую дисциплину, которая занимается исследованием войны, называют ПОЛЕМОЛОГИЯ.
Некоторые считают войну иррациональным, инстинктивным, нелогичным и бесчеловечным, даже мифологическим явлением, будто война господствует над человеком. Но это не всегда так. Согласно археологическим находкам, первая война зафиксирована у Джебель Сахаба на реке Нил, к северу от Судана, в 12 тыс. лет до н.э.— из-за нехватки продовольствия.
Интенсивность вооружённых конфликтов возрастает с тех пор, как 6 тыс. лет назад группы охотников в Европе уже вели оседлый образ жизни, со всё более многочисленными популяциями.

Учёные Швейцарского статистического центра подсчитали, что за 5000 лет человеческой истории, только 292 года ,в общем подсчёте, на Земле не было войн. Всё остальное время люди уничтожали друг друга. С 3600 года до н.э. по настоящее время свыше 15 тысяч войн унесло около 3,5 млрд. человеческих жизней. Только за 80 лет ХХ века в мире произошло 154 войны, стоившие человечеству свыше 100 млн. жизней. После 1945 года было всего 26 мирных дней.

«Война (Полемос) – отец всех, царь всех: одних она объявляет богами, других – людьми, одних творит рабами, других свободными», – писал греческий философ Гераклит (544 – 483 гг до н.э.).
Гераклит называл войну основным принципом, управляющим космосом: «Должно знать, что война общепринята, что вражда – обычный порядок вещей, и что всё возникает через вражду и заимообразно».
Гомер в поэме «Илиада» использовал термин «polemos», что означает «приступать, преследовать».
Вооружённое столкновение между греческими полисами называли распрей (stasis), а войну с варварами признавали полноценной войной polemоs.

Древнегреческий историк, основатель исторической науки, автор «Истории Пелопонесской войны» Фукидид (ок 460 – ок 400 до н.э.) утверждал, что государства взаимодействуют согласно принципу силы: «… право имеет решающее значение только при равенстве сил на обеих сторонах; если этого нет, то сильный делает то, что может, а слабый уступает».

Когда-то мы надеялись, что войны прекратятся с исчезновением капитализма, потом думали, что вместе с коммунизмом исчезнут причины для войн. Однако причина войн не в «-измах», а в природе людей. Порочна не столько цивилизация, сколько само создание – человек. Достаточно вспомнить, почему Каин убил Авеля (из ревности к Богу). Убийства на почве ревности были и будут всегда!

Парадокс, но если в мирное время убийство человека является тягчайшим преступлением, то убийство противника во время боевых действий не считается преступлением и за него могут даже награждать.

Швейцарский юрист Эмер де Ваттель (1714-1767) полагал, что война это правовое состояние, а государственная армия представляет собой юридическое лицо, обладающее правом на её ведение. То есть оно всегда действует в правовом поле, а потому действия армии не являются преступлением, если не нарушает право войны .

Понятие «право войны» определяется как историческое право государства на ведение военных действий. Отдельно от права войны существуют правила и обычаи войны (международное гуманитарное право), которые касаются субъектов, уже вовлечённых в войну. Они определяют правила защиты прав гражданских лиц в условиях военного времени, «пропорциональность» использования военной силы.

С момента выхода в 1625 году трактата «О праве войны и мира» люди пытались ограничить право войны соглашениями о ненападении, объявляли войну вне закона, преступлением против мира.
С развитием международных отношений государства пришли к сознанию, что во время войны необходимо установить некоторые обязательные для воюющих сторон ограничения их произвола в их же общих интересах. Первоначально стало общепризнанным запрещение убийства раненых и пленных.
К середине ХХ века основные нормы ведения войны были закреплены в Гаагских конвенциях (законы и обычаи войны, права и обязанности государств); в Женевских конвенциях (права раненых, военнопленных, гражданских лиц); в резолюциях и конвенциях ООН.

Устав ООН определил войну «преступлением против мира», объявил агрессию международным преступлением, которое подлежит суду. Агрессивная война была запрещена Уставом ООН в «Определении агрессии» от 14 декабря 1974 года.
Устав ООН обязывает страны искать разрешение споров мирным путём и требует разрешения ООН прежде, чем одна страна сможет начать любое использование силы против другой, если только это обязательство не нарушает права на самооборону против вооружённого нападения.

Для осмысления феномена войны выделяют политико-философские теории «политический реализм» и «теория справедливой войны» (а также пацифизм и милитаризм).
«Политический реализм» – это когда государства руководствуются не моралью, а интересами; когда невозможно установить гармонию национальных интересов.
«Теория справедливой войны». Задача теории выяснить, в каком случае война морально оправдана. Речь идёт о признании справедливым или морально необходимым обращение к военной силе в обстоятельствах, когда иные методы разрешения конфликта уже неэффективны.

Самое известное определение «Война — это продолжение политики иными средствами» дал немецкий военный историк и философ Карл Филипп Готтлиб фон Клаузевиц (1780-1831). Он считал войну крайне опасным предприятием и сравнивал с игрой в карты, в которой карты тасуют случай и время. В войне высока степень неопределённости и случайности, полностью контролировать войну невозможно.

Государства могут законно вступать в войну, если не нарушают определённых правил (объявляют войну публично, отказываются от чрезмерного насилия); их действия нельзя считать преступными, несмотря на то, что они могут и не соответствовать требованиям морали.
Николо Макиавелли в трактате «Государь» пишет: «Ибо та война справедлива, которая необходима, и то оружие священно, на которое единственная надежда».

В 1977 году вышла книга Майкла Уолцера «Справедливые и несправедливые войны: нравственный аргумент с историческими иллюстрациями». Как пишет Уолцер, война иногда необходимо, но обоснованной эта необходимость становится только в том случае, если удастся доказать именно моральную значимость обращения к военной силе.

Что же можно назвать справедливыми войнами?

По мнению Майкла Уолцера:
1\ Оборонительная война, поскольку она вызвана агрессией и фактически не оставляет выбора жертве агрессии; конфликт не может быть решён иным способом, кроме как обращением к военной силе.
2\ Помощь государству, которое находится под несправедливым ударом агрессора.
3\ Упреждающий удар.
4\ Помощь народу, восставшему против своего правительства, которое ответственно за массовые нарушения прав собственного населения.
5\ Контринтервенция.
6\ Гуманитарная интервенция.

Политический теоретик Ханс Моргентау (1904-1980) полагал, что именно в природе человека следует искать корни всех социальных и политических процессов. Пороки человеческой природы не позволяют людям строить отношения исключительно на принципах морали. Желание доминировать оказывается основой всех конфликтов. Воля к власти – ключевой принцип человеческих отношений, в том числе и международной политики.

Немецкий юрист и политический теоретик Карл Шмитт (1888-1985), автор «теории политического», утверждал, что война выходит из подчинения политики и не воспринимается как средство установления мира, она начинает разрушать политику и государство. Само государство как институт оказалось перед угрозой быть уничтоженным вместе с населением и экономикой. Последствия этого катастрофичны: конфликт не может быть решён политически, он превращается в эсхатологическую борьбу с противником, в котором начинают видеть воплощение мирового зла.

Политический философ Кеннет Уолтц (1924-2013) говорил: «… война происходит потому, что её ничто не может предотвратить. Между государствами, как и между людьми, не существует автоматического согласования интересов. В отсутствие высшей власти сохраняется постоянная возможность того, что конфликт будет разрешён силой».

Сейчас в мире ведутся военные действия, происходят военные конфликты и военные операции. Но их редко называют «войной» в строгом значении этого слова. А без этого юридического определения невозможно констатировать положение, имеющее чёткий международно-правовой статус.

Сейчас военный конфликт предпочитают не называть войной. Во-первых, потому что это вызовет безусловную реакцию мирового сообщества и нарушение норм международного права.
Во-вторых, это требует изменения норм внутренней жизни общества, объявление военного положения, наступление условий «форс-мажор».
В-третьих, слово «война» имеет отрицательную окраску и воспринимается общественностью крайне негативно.

В чём же отличие военных конфликтов от войн?

Войной следует признать крупномасштабный вооружённый конфликт, в котором задействованы значительные военные силы. Это главное отличие от небольших военных операций. Ныне в войнах могут участвовать не только государства, но и негосударственные субъекты (террористические организации, повстанческие движения, преступные группы, частные военные компании).

Потери в войнах европейских стран (убитые и умершие от ран и болезней) составили: в XVII веке — 3,3 миллиона человек, в XVIII веке — 5,4 млн, в XIX и начале XX веков (до Первой мировой войны) — 5,7 млн, в Первой мировой войне — свыше 9 млн, во Второй мировой войне (включая погибших в нацистских концлагерях) — свыше 50 миллионов человек.

Пройдя через две мировые войны, человечество поставило себя на грань того состояния, которое Иммануил Кант (1724-1804) называл вечным миром на «гигантском кладбище» народов. Кант считал войну признаком варварства и безусловно осуждал её.

Питер Брейгель старший «Триумф смерти»

Почему возникает «война всех против всех»?

Есть гипотеза, что слишком спокойное и благополучное существование негативно влияет на численность популяции. Людям нужны трудности, чтобы они боролись и тем самым развивались. Поскольку слишком комфортная жизнь действует губительно на человечество. На языке физики это называется ЭНТРОПИЯ – увеличение беспорядка, состояние неустойчивости системы, приводящее к неуправляемому распаду на всех уровнях.

Современный мир захвачен турбулентностью. Кажется, что мы летим в самолёте без экипажа неизвестно куда. Международное право растоптано. Господствует не сила права, а право силы. Старый порядок разрушен – новый не создан. Мир в ситуации аномии. Жить по-старому невозможно, а как жить по-новому не знает никто. Люди устали от неопределённости свободы.

Если раньше был чёткий двух полярный мир, то сегодня многополярный. Но как жить, когда у мира много полюсов? Каждый тянет одеяло на себя. Никто не хочет договариваться. У каждого своя правда, свой взгляд на мир, своя система доказательств. Понятие нравственности и совести полностью девальвировано. Проблемы предпочитают решать силой.

В результате мы видим насилие и ложь, насилие под прикрытием лжи, и ложь под прикрытием насилия. Кто сильнее, тот и прав. Повсюду борьба за существование, нет ни добра, ни зла, есть конфликт интересов. Нет ни хороших, ни плохих, есть лишь друзья и враги врагов. Обман стал нормой жизни. Нет ни справедливости, ни морали — есть лишь борьба за выживание и война за доминирование.

В чём же причины «войны всех против всех»?

Некоторые психологи утверждают, что человеку по природе вещей свойственна агрессия. Человек превращает своё недовольство жизнью или собой в ненависть к другим. Если война является неотъемлемой частью человеческой натуры, как предполагается многими психологическими теориями, то полностью изжить её никогда не удастся.

Ни один животный мир на Земле не ведёт такой внутривидовой войны на уничтожение, как это делает Homo sapiens. Только человек убивает ради развлечения или удовольствия. Львы не воюют с львами, гиены с гиенами. Даже в борьбе за самку самец-победитель не убивает побеждённого, волк не убивает волка.
Современные биологи считают убийства в ходе войн адаптивным инстинктом человека как биологического вида, характерным также для ближайшего к человеку виду — шимпанзе.

Зигмунд Фрейд считал агрессивность одним из основных инстинктов, определяющих психологические «пружины», направленность и смысл человеческого существования. Фрейд даже отказался участвовать в движении борцов за мир, так как считал войны неизбежным следствием периодических вспышек человеческой агрессивности.

Человеческие войны — это аналог поведения животных, которые сражаются за территорию или конкурируют за еду или партнёра. Животные агрессивны по своей природе, а в человеческой среде подобная агрессивность выливается в войны. Однако, с развитием технологии человеческая агрессивность достигла такого предела, что начала угрожать выживанию всего вида.

Психолог Эрих Фромм на примере истории Европы XV—XX веков указывает, что число и интенсивность войн являются не постоянными величинами, а значительно возрастают по мере успехов технической цивилизации и процессов усиления правительственной власти.

Подобные теории были раскритикованы учёными, такими как Джон Г. Кеннеди, которые считали, что организованные, продолжительные войны людей существенно отличаются от драк за территорию у животных — и не только в части технологии. Война всё-таки является человеческим изобретением, имеющим свои исторические и социальные корни.

Томас Мальтус (1766—1834) писал, что население всегда увеличивается до тех пор, пока его рост не ограничивается войной, болезнью или голодом. Согласно мальтузианским теориям причины войн кроются в росте населения и нехватке ресурсов. Так, папа Урбан II в 1095 году, накануне Первого крестового похода, писал: «Земля, которую вы унаследовали, со всех сторон окружена морем и горами, и она слишком мала для вас; она едва даёт пропитание людям. Вот почему вы убиваете и мучаете друг друга, ведёте войны, вот почему столь многие из вас гибнут в гражданских раздорах. Уймите свою ненависть, пусть вражда закончится. Вступите на дорогу к Гробу Господню; отвоюйте эту землю у нечестивой расы и заберите её себе».

Существенно отличается от мальтузианских теорий «Теория преобладания молодёжи». Её сторонники считают, что сочетание большого количества молодых мужчин с нехваткой постоянной мирной работы ведёт к большому риску войны.
В случае, когда на одну женщину приходится 2,1 ребёнка, сын занимает место отца, а дочь — матери. Это приводит к замещению предыдущего поколения, тогда как более низкий коэффициент ведёт к вымиранию населения.
В случае, когда в семье рождается 4-8 детей, отец должен обеспечить своим сыновьям не одну, а две-четыре социальные позиции (работы), чтобы они имели хоть какие-то перспективы в жизни. Учитывая, что количество уважаемых должностей в обществе не может увеличиваться с той же скоростью, как количество еды, учебников и вакцин, множество «обозлённых молодых мужчин» оказываются в ситуации, когда их юношеский гнев выливается в насилие.
По большому счёту, люди, которые идут убивать других людей, — это мужчины в возрасте от 16 до 30 лет.

Основная причина возникновения войн — стремление политических сил использовать вооружённую борьбу для достижения внешне- и внутриполитических целей. Только небольшое количество войн в истории было действительно результатом волеизъявления народа. Гораздо чаще народ насильно втягивается в войну своими правителями.

Существует «Теория отвлекающей войны» — когда военный конфликт используется правительством государства для улучшения своего внутриполитического положения, инициации эффекта сплочения вокруг лидера воюющей страны, а также для сообщения населению затратного, а значит достоверного сигнала о компетентности действующего правительства.

Рационалистические теории предполагают, что если бы обе конфликтующие стороны знали заранее, чем кончится война, то было бы лучше для них принять результаты войны без сражений и без напрасных жертв.

Есть теория, согласно которой войну можно рассматривать как рост экономической конкуренции между странами. Войны начинаются как попытка овладеть рынками и природными ресурсами.
Теория перехода власти объясняет крупнейшие войны вызовом действующему гегемону со стороны великой державы, которая не подчиняется его контролю.

Политики убеждают в необходимости защиты национальных интересов. Для этого они придумывают разные красивые оправдания: «война во имя мира», «мягкая сила», «умная сила». На самом деле, действуют по принципу: «сила есть, ума не надо». Слабого никто не слушает. На право и мораль плюют, если всего можно добиться силой. Опыт показывает, что все вопросы можно решить за столом переговоров. Но если война возникает, значит кому-то нужна война.

Существует теория, объясняющая агрессивную внешнюю политику или даже вовлечение в военные действия стремлением «отвлечь» внимание граждан страны от внутренней политической повестки в неблагоприятной для политических лидеров ситуации или улучшить своё политическое положение за счёт эффекта сплочения.

Все хотят мира, но на своих условиях. Все борются за мир, но с позиции силы, проводя в жизнь известное изречение римлян «хочешь мира, готовься к войне». Нужна новая парадигма в противовес древнеримской «мир с позиции силы».

Многие не понимают причин рациональных причин, толкающий мир в огненный коллапс. А между тем они давно описаны в Апокалипсисе. Древние утверждали, что мир лежит во зле. И ныне считается, будто правит им Сатана. Всё происходит по какому-то давно прописанному сценарию и наш мир летит в пропасть самоуничтожения.

Возможно, войны это биологическая саморегуляция планеты?

Иногда кажется, что война это какой-то заговор по уничтожению излишков населения. Сейчас на планете почти 9 миллиардов человек, а к концу века станет 12 миллиардов. На фоне развития роботов, да ещё с искусственным интеллектом, олигархам нужно лишь 500 миллионов человек. Земля не может прокормить 12 миллиардов, обеспечив всем высокий жизненный стандарт. Поэтому возникает борьба за «место под солнцем». «Золотой миллиард» ни за что не уступит своего преимущественного положения и будет воевать до конца.

Люди – это животные с небольшим налётом цивилизованности («политическое животное», как говорил Платон). Ни одно животное не потерпит на своей территории чужака, отбирающего средства к существованию, и будет бороться с ним не на жизнь, а на смерть.

Жизнь – борьба! Каждый хочет выжить за счёт другого. Одни эксплуатируют других. А всё остальное лишь служит прикрытием этой борьбы за наилучшее существование.

Война всегда была борьбой за прибавочный продукт, за вытеснение (уничтожение) экономического конкурента. Люди всегда воевали за выживание. В мире идёт инстинктивная борьба за лучшее место под солнцем. Нигде честной конкуренции уже давно нет. За всей ложью и ухищрениями скрывается чисто животная борьба за существование.

В человеческом сообществе действуют те же законы джунглей, что и среди диких зверей. Доказывать невиновность бесполезно – «у сильного всегда бессильный виноват»!

В чём же тогда прогресс человеческой цивилизации, если, как и пять тысяч лет назад, «кто сильнее, тот и прав»?

Люди живут инстинктами, инстинкты сильнее культуры. И насилие люди-животные понимают гораздо лучше, чем доводы разума. Цивилизационный слой культуры очень тонок, и человек в экстремальных условиях быстро превращается в животное, желающее выжить несмотря ни на что, даже убивая себе подобных.

Да, хищник не ругательное слово.
Есть в хищниках высокая корысть.
Есть в хищниках здоровая основа,
Желанье и обязанность загрызть.

Мы хищники – большие демократы.
Нам думать о различиях смешно.
Мы нищему равно как принцу рады –
Здоровому желудку всё равно.

В наш славный век лишь ярче их натура,
Когтям так близко всё, что видит глаз.
Пусть даже против хищников культура,
Зато цивилизация за нас.

«Сойдутся как завтра на убийство друг друга, перебьют, перекалечат десятки тысяч людей, – размышлял князь Андрей перед Бородинской битвой в романе Льва Толстого «Война и мир». – А потом будут служить благодарственные молебны за то, что побито много людей, и число которых ещё прибавляют, и провозглашают победу, полагая, что чем больше побито людей, тем больше заслуга тому, кто убил больше народа, дают большую награду. Как Бог оттуда смотрит и слушает?!!!

Божественные законы людьми не соблюдаются. Разве это возможно, соблюдать заповеди?! Нет любви, нет. Её выдумали поэты. Люди живут инстинктами. Человек — животное! Все хотят сделать человека лучше, а он не может, не может! В реальности правят другие законы. Право силы — вот реальное право. А добро, справедливость, любовь — это всё… Оглянись вокруг! Развязавшие войну так называемые цивилизованные нации наплевали на ими же установленные законы, а про божественные даже не вспоминают; они убивают, потому что им это выгодно. Выгодно!

Что может удержать человечество от самоуничтожения? Только любовь. Она — необходимость. Внутренняя необходимость! А возможно и внешняя. Мы сконструированы для любви. Любовь – жизненная потребность. Без любви человечество обречено на самоуничтожение. Мир существует не благодаря господству, а благодаря ЛЮБВИ! Поэтому ЛЮБОВЬ ТВОРИТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ!»
(из моего романа-быль «Странник» (мистерия) на сайте Новая Русская Литература

Сегодня ЛЕВИАФАН уже не метафора мифологического чудовища, а вполне себе Искусственный Интеллект, который подчиняет и регламентирует жизнь людей, планирует войны и даже боевые действия.
Недавно мне прислали подборку сюжетов Тик-Тока под общим названием «Сталин вернулся». ИИ создал сюжеты, в которых современный Иосиф Виссарионович громит чиновников, назначает им «среднюю по стране зарплату», требует снижения цен для бедных.
Я воспринял это как призыв к скорому возвращению «сталинских времён». Основанием для этого будет не только изменение внешней ситуации, но и внутренней. Этот «новый нэп» потребует и новой («сталинской») идеологии, которая, уверен, уже пишется.
О том, что «бандитский капитализм» не приживётся в России, я говорил ещё в начале 90-х годов прошлого века. Но тогда никто не слушал – все были заняты «прихватизацией».
История повторяется. Маятник от либерализма качнулся в другую сторону.
Даже в рамках своей ограниченной жизни легко заметить, что ничего не меняется. Революции и войны тоже ничего по существу не меняют, а лишь создают часто ненужное для всех беспокойство. Законы существования невозможно изменить никакими благими пожеланиями. Одни правители сменяют других, пытаются что-то преобразовать, как они уверяют, “к лучшему”, но всё рано или поздно возвращается на круги своя».
(из моего романа-исследования «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

13\03\2026 в Европейском университете в Петербурге проходила первая конференция молодых учёных «Философия, история идей и социальные науки: междисциплинарная перспектива». Я впервые узнал, что существует такая наука – ПОЛИТИЧЕСКАЯ ТЕОЛОГИЯ. Что она собой представляет я узнал из выступления молодых обществоведов.

https://youtu.be/LkS0vZEDk9w

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость.
4\ Всё есть любовь.

А как Вы понимаете выражение ВОЙНА ВСЕХ ПРОТИВ ВСЕХ?

© роман-хроника «ПОТУСТОРОННИЙ» – Николай Кофырин – Новая Русская Литература

20 ноября 2025 года я уже в 15-й раз участвовал в работе традиционной конференции «Дни философии в Санкт-Петербурге». Она проходит в Институте философии Санкт-Петербургского госуниверситета с 2009 года. В этом году конференция была посвящена Победе советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. Это была Победа и над русофобией. Однако гидра русофобии вновь подняла голову. Я спросил у участников конференции: что может сделать русская философия, чтобы преодолеть русофобию?

https://vk.com/video1243120_456244200

Русофобия имеет давнюю историю.
РУСОФОБИЯ (нем.Russophobie, фр. russophobie, от рус. и др. греч.φόβος — страх). — неприязненное, предвзятое, враждебное отношение к гражданам России, к русскому языку и культуре, выражающееся в том числе в агрессивных настроениях и действиях со стороны отдельных представителей и политических сил, а также дискриминационные действия со стороны властей недружественных России государств.

Термин «Russophobie» употреблялся с 30-х годов XIX века в немецких изданиях.
Считается, что впервые термин «русофобия» среди русских писателей был применён русским поэтом Фёдором Тютчевым в письме 20 сентября 1867 года. Однако употребление слова «русофобия» встречается ещё в 1844 году у П.А. Вяземского в тексте по поводу книги Астольфа де Кюстина «Россия в 1839 году».

Книга эта имела большой резонанс в Европе, а в России была запрещена императором Николаем I. Она рисовала чрезвычайно мрачный образ России, как отсталого государства, чьи жители неспокойны и тупы; где жизнь настолько отвратительна, что матери оплакивают своих детей при рождении, как при смерти; а правит ей глупый деспот, достойный своего жалкого народа. Объяснял плачевное положение дел де Кюстин отсталостью Православной церкви и последствиями монгольского нашествия.

Отдельные документальные примеры русофобии можно отметить с начала XVI века. Эта пропаганда возникла на почве соперничества за земли Руси, а также на почве конфессиональной борьбы католичества с православием. Король Сигизмунд I, старавшийся предотвратить какие-либо политические альянсы Русского государства в Европе, убеждал западных монархов, что «московиты» — не христиане, а жестокие варвары, относящиеся к Азии и сговорившиеся с турками и татарами разрушить христианский мир.

Существует точка зрения, что русофобия как единая система взглядов начала формироваться уже к XVI—XVII векам. В конце XVIII — первой половине XIX века происходит формирование русофобии как системы, обслуживающей враждебную политику той или иной державы по отношению к России. Возникнув первоначально во Франции, после падения в 1815 году наполеоновской империи, русофобия перекочевала в Англию, где в 1820-1840-е годы была сформирована наиболее полно. В период Крымской войны 1853-1856 годов русофобия в Англии достигла своего апогея и в той или иной степени охватила многие другие европейские государства.

Историк А.И. Фурсов характеризует системную русофобию как «психоисторическое оружие», цель которого доказать, в том числе и самим русским, что их развитие не в полной мере соответствует западному типу, трактуемому как «норма», и таким образом поставить русских в проигрышное состояние психологической защиты.

По отношению к русским раздавались призывы в нацистской Германии: «Русский должен умереть, чтобы жили мы».

Следует различать ситуационную неприязнь к русским и русофобию как идеологию. Русофобия может обращаться к низам и может обращаться к элитам.
Причинами русофобии чаще всего называют агрессивную политику Российской империи и результат экономической конкуренции.
Особо выделается русофобия политических эмигрантов, которые со злобой и часто с клеветой нападают на Россию, пытаясь оправдать свой отъезд.

Надо признать, что в русофобии повинны и российские интеллектуалы, которые слишком занимались самобичеванием и критикой недостатков России.
П.Я. Чаадаев писал: «В крови у нас есть что-то такое, что отвергает всякий настоящий прогресс. <…> Мы составляем пробел в порядке разумного существования».
При этом Чаадаев выражал надежду, что Россия в будущем каким-то волшебным образом ответит на «важнейшие вопросы, которые занимают человечество».

В России известна концепция «внутренней русофобии», которою в середине XIX века сформулировали Ф.Ф. Вигель и Ф.И. Тютчев. В 1847 году Вигель именует «русофобами» «внутренних» критиков русской действительности. Этот подход получает продолжение в 1867 году у Тютчева.
Ближайшей мишенью Тютчева стал И.С. Тургенев в качестве знаковой фигуры западнического либерализма. Тютчев при активном участии Ф.М. Достоевского представил образ русского «весьма достойного» человека, который ненавидит родину «по инстинкту»; при ближайшем изучении этот образ оказывается фантомом, который создали в полемических целях.

Показательно письмо Павла Анненкова от 25 августа 1876 года Ивану Тургеневу.
«Нельзя быть либеральным человеком в Европе, не будучи врагом России. Либерализм и благорасположение к славянам – понятия несовместимые. Покуда так будет – Россия, хоть распинайся за цивилизацию и всеобщий мир, – она ничего другого не получит в ответ, кроме merde».

«Задача философии оказывается в том, чтобы в каждом конкретном случае находить инстанцию, способную измерить истинностное значение противоположных мнений – либо выбирая некоторые мнения, более мудрые чем другие, либо признавая за каждым из мнений свою долю истины. В этом всегда и заключался смысл так называемой диалектики, превратившей философию в одну нескончаемую дискуссию». (Жиль Делез, Феликс Гваттари «Что такое философия?»)

9 ноября 2025 года на 50-й конференции «Достоевский и мировая культура» Людмила Ивановна Сараскина сделала доклад, посвящённый давней нелюбви Европы к России.
«Европа нас постоянно не любит, – писал Достоевский. – терпеть нас уже не может. Мы никогда в Европе не возбуждали симпатии, и она, если можно было, всегда с охотой на нас ополчалась. Она не могла не признать только одного – нашу силу, и эта физическая материальная сила всегда возбуждала в ней негодование.

https://vk.com/video1243120_456244201

150 лет назад Фёдор Михайлович Достоевский в «Дневнике писателя» январь 1877 года писал о причинах нелюбви Европы к России «Мы в Европе лишь Стрюцкие».
«…все на нас в Европе смотрят с насмешкой, а на лучших и бесспорно умных русских в Европе смотрят с высокомерным снисхождением. Не спасала их от этого высокомерного снисхождения даже и самая эмиграция из России, то есть уже политическая эмиграция и полнейшее от России отречение. Не хотели европейцы нас почесть за своих ни за что, ни за какие жертвы и ни в каком случае: Grattez, дескать, le russe et vous verrez le tartare («поскреби русского и обнаружишь татарина»), и так и доселе. Мы у них в пословицу вошли. И чем больше мы им в угоду презирали нашу национальность, тем более они презирали нас самих. Мы виляли пред ними, мы подобострастно исповедовали им наши «европейские» взгляды и убеждения, а они свысока нас не слушали и обыкновенно прибавляли с учтивой усмешкой, как бы желая поскорее отвязаться, что мы это всё у них «не так поняли». Они именно удивлялись тому, как это мы, будучи такими татарами (les tartares), никак не можем стать русскими; мы же никогда не могли растолковать им, что мы хотим быть не русскими, а общечеловеками. Правда, в последнее время они что-то даже поняли. Они поняли, что мы чего-то хотим, чего-то им страшного и опасного; поняли, что нас много, восемьдесят миллионов, что мы знаем и понимаем все европейские идеи, а что они наших русских идей не знают, а если и узнают, то не поймут; что мы говорим на всех языках, а что они говорят лишь на одних своих, — ну и многое еще они стали смекать и подозревать. Кончилось тем, что они прямо обозвали нас врагами и будущими сокрушителями европейской цивилизации. Вот как они поняли нашу страстную цель стать общечеловеками!

А между тем нам от Европы никак нельзя отказаться. Европа нам второе отечество, — я первый страстно исповедую это и всегда исповедовал. Европа нам почти так же всем дорога, как Россия…; в ней всё Афетово племя, а наша идея — объединение всех наций этого племени, и даже дальше, гараздо дальше, до Сима и Хама. Как же быть?

Стать русскими во-первых и прежде всего. Если общечеловечность есть идея национальная русская, то прежде всего надо каждому стать русским, то есть самим собой, и тогда с первого шагу всё изменится. Стать русским значит перестать презирать народ свой. И как только европеец увидит, что мы начали уважать народ наш и национальность нашу, так тотчас же начнет и он нас самих уважать. И действительно: чем сильнее и самостоятельнее! развились бы мы в национальном духе нашем, тем сильнее и ближе отозвались бы европейской душе и, породнившись с нею, стали бы тотчас ей понятнее. Тогда не отвертывались бы от нас высокомерно, а выслушивали бы нас. Мы и на вид тогда станем совсем другие. Став самими собой, мы получим наконец облик человеческий, а не обезьяний. Мы получим вид свободного существа, а не раба, не лакея, не Потугина; нас сочтут тогда за людей, а не за международную обшмыгу, не за стрюцких европеизма, либерализма и социализма. Мы и говорить буде с ними умнее теперешнего, потому что в народе нашем и в духе его отыщем новые слова, которые уж непременно станут европейцам понятнее. Да и сами мы поймем тогда, что многое из того, что мы презирали в народе нашем, есть не тьма, а именно свет, не глупость, а именно ум, а поняв это, мы непременно произнесем в Европе такое слово, которого там еще не слыхали. Мы убедимся тогда, что настоящее социальное слово несет в себе не кто иной, как народ наш, что в идее его, в духе его заключается живая потребность всеединения человеческого, всеединения уже с полным уважением к национальным личностям и к сохранению их, к сохранению полной свободы людей и с указанием, в чем именно эта свобода и заключается, — единение любви, гарантированное уже делом, живым примером, потребностью на деле истинного братства, а не гильотиной, не миллионами отрубленных голов…
А впрочем, неужели и впрямь я хотел кого убедить. Это была шутка. Но — слаб человек: авось прочтет кто-нибудь из подростков, из юного поколения…»
(конец цитаты «Дневник писателя» январь 1877 год.)

В очередную годовщину рождения Ф.М. Достоевского 11 ноября 2025 года в Некрополе мастеров искусств Александро-Невской лавры в Петербурге у могилы писателя я спросил у пришедших, почему же, как и 150 лет назад, во времена Достоевского, Европа нас не любит.

https://vk.com/video1243120_456244191

В 1990 годы многие из нас надеялись, что вот наконец-то Россия станет частью Европы, войдёт в семью цивилизованных народов и наступит мир и всеобщая благодать. Но трезвомыслящие люди знали, что это было в некотором смысле «опьянение» после развала СССР. Да, мы искренне надеялись на вечный мир, но «холодная война» не прекращалась ни на минуту.

Можно только удивляться наивности тех, кто полагал, что Россию когда-нибудь включат в состав единой Европы. Не втискивается Россия в Европу, слишком она большая и самобытная.
Европе не нужна Россия, а нужны только природные ископаемые и склад для отходов. Запад только расширил свои геополитические границы, оставив небольшие дырочки для трубы, отходов и туристов. Таким образом Запад косвенно признал, что Россия никогда не будет частью объединённой Европы (впрочем, как и Турция).
Европе не нужна Россия, а нужны только природные ископаемые и склад для отходов.

Надо заимствовать всё лучшее у Запада и развивать собственную самобытность. Или как говорил историк Ключевский: мы должны всё взять у Европы, а потом повернуться к ней задом.

Россия возникла как империя и могла существовать только как империя. Этот процесс разворачивался за счёт экспансии и включения новых народов.
После монгольского ига на Руси была создана великая держава, построенная по монгольскому образцу и рассчитанная на экспансию. Как и у монголов, она состояла из ставки и многочисленных податных территорий. Управление было деспотическим. Но это была жизненная необходимость. Потому как иначе управлять такой огромной разнородной территорией было невозможно.

Сильное государство в России всегда было вынужденной необходимостью. При такой разбросанности населения по территории как в России, без централизованного руководства не обойтись. Иначе государство либо само развалится, либо разорвут на куски.
За 537 лет, от Куликовской битвы до первой мировой войны, Россия воевала 334 года. Из них одну войну против девяти держав, две войны против пяти держав, двадцать пять войн против трёх держав и тридцать семь войн против двух держав одновременно.

Россия всегда была страной самовластья. Иначе с таким государством было не справиться. Малейшее ослабление государства российского вело к распаду и разделу страны.
Россия не сможет существовать, если каждый будет жить по одиночке. Вся наша долгая и трудная история привела к осознанию простой идеи – СПАСТИСЬ МОЖНО ТОЛЬКО ВМЕСТЕ!

О Европе и судьбе России 21 октября 2011 года сделал доклад в Русской христианской гуманитарной академии доктор философских наук Германа Филиппович Сунягин.

https://vk.com/video1243120_456244182

В 1945 году русский философ Г.П.Федотов в статье «Россия и свобода» писал:
«Весь процесс исторического развития на Руси стал обратным западноевропейскому: это было развитие от свободы к рабству. Рабство диктовалось не капризом властителей, а новым национальным заданием: созданием Империи на скудном экономическом базисе. Только крайним и всеобщим напряжением, железной дисциплиной, страшными жертвами могло существовать это нищее, варварское, бесконечно разрастающееся государство».

Философ Иван Ильи писал: «Россия – арена столкновения Западной и Восточной суперцивилизаций, что и составляет глубинную основу её несимфоничности, раскольности».
«Мы знаем, что западные народы не разумеют и не терпят русского своеобразия. Они испытывают единое русское государство как плотину для их торгового, языкового и завоевательного распространения. Они собираются разделить всеединый российский «веник» на прутики, переломать эти прутики поодиночке и разжечь ими меркнущий огонь своей цивилизации. Им надо расчленить Россию, чтобы провести её через западное уравнение и развязание и тем погубить её: план ненависти и властолюбия».

«Мы, русские, не хотим согласиться с приоритетом материального над духовным, хотя и не в состоянии абсолютно освободиться от бытовых проблем. Выживание по типу “пойду на всё, но никогда не буду голодать!” чуждо нашей культуре, проповедующей ценность самопожертвования.

Прагматизм никогда не был и никогда не будет чертой русской души. Вот ведь весь мир живёт умом, только у нас от ума одно горе, — а всё потому, что русский сердцем живёт! Нажива не отличительная особенность нашего национального характера.

Выживать за счёт спекуляции — вряд ли это может быть идеалом русского человека, который, напротив, готов сознательно пойти на материальные лишения, дабы ощутить духовную свободу.

Русские — это вечное недовольство собой. Мы, подобно детям, готовы слушать всех, кто встал в позу учителя, и потому представители высокоразвитых стран думают, что они взрослее.
По сравнению с другими нациями мы словно застряли в детском возрасте. Понять нас трудно, как трудно взрослому вернуться в детство.

Лидирующие сейчас в технологическом отношении нации кичатся своими успехами, но угроза глобальных катастроф заставляет задуматься: что останется от цивилизации, которая ничего не представляет, кроме технических усовершенствований.

Отличительная черта русской души — бескорыстность; ни для какого другого народа совесть не является такой мучительной проблемой, как для нашего, потому что совесть заставляет жертвовать выгодой. Русскому человеку не нужно богатство, мы даже свободны от желания достатка, потому что русский всегда более озабочен проблемами духовного голода, поиском Смысла, нежели накопительством, — в этом пренебрежении материальным заключено духовное средоточие.

Только русский может летать над пропастью, оказавшись в полном безденежье, и при этом жертвуя всем ради захватившей его идеи. С точки зрения западного обывателя это безумие, но только такое состояние позволяет создавать гениальные творения. Русским всё ничего! О чем ни спросишь — всё “ничего”. В одном ответе и “да” и “нет”.

Таинство русской души иноземцы склонны объяснять сумасшествием, только потому, что не в состоянии понять и объяснить странные поступки ненормальных русских. А объяснить не могут, потому что не могут принять. Поэтому и Достоевского называют сумасшедшим, и Ивана Грозного. Мы же, не ища никакой выгоды для себя, мечемся из стороны в сторону в поисках Бога, Веры, Любви.

Русским, возможно, более чем кому-либо, нужна свобода, они ищут равенства, а не равноправия, свободы духа, а не свободы желаний, свободы без удобства, свободы от удобств и от выгоды.

Именно жажда сострадать, причем без всякого расчёта, — вот отличительная особенность русской души. Сострадать с выгодой невозможно; это единственное, что невозможно делать с выгодой для себя.

Наша неустроенность — это плата за нежелание духа раствориться в материальном комфорте, это перманентное состояние высвобождения ото всего, что может сковать духовную жизнь. Даже повышение материального достатка мы не можем покупать ценой уступок нравственности.

Другие народы уже давно нашли свою веру и сумели приспособить её к житейской выгоде. Мы же невинны как дети, и потому надеемся на то, что нас кто-то спасёт. Наверно, никакой другой народ так не ожидает Мессию, как наш. Мы, русские, подобны язычникам, которые ещё не нашли свою веру, и потому готовы с радостью принять Христа.

У каждого народа свой путь и своя судьба. Россия была и будет страной свободного духа. Это место – где познается Судьба. Поэтому в Россию можно только верить.

И не ищите в России того, что есть на Западе. Россия никогда не будет страной комфорта — ни материального, ни духовного. Она была, есть и будет страной Духа, местом его непрекращающегося поединка за сердца людей; и потому путь её отличен от других стран. У нас своя история и своя культура, а значит, и свой путь».
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература 1998 год.

В Европе опять говорят о подготовке войны с Россией.
Как побороть гидру русофобии, которая опять подняла голову?
Мой дед погиб, защищая Сталинград. В 2022 году я побывал в городе-герое на Волге, посетил Мамаев курган, музей Сталинградской битвы, музей Память, много разговаривал с людьми. Приглашаю посмотреть мой фильм.

https://vk.com/video1243120_456244078

А по вашему мнению, КАК ПРЕОДОЛЕТЬ РУСОФОБИЮ?

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

© роман-хроника «ПОТУСТОРОННИЙ» – Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Все мы живём словно на тонком льду. Человечество на пороге сингулярности. Бушующая постмодернистская «метель» лишает ориентации. Вспоминается Пушкин: «Сбились мы. Что делать нам! В поле бес нас водит, видно, да кружит по сторонам».
12 октября 2025 года в Петербурге в книжном магазине НЛО «Новое литературное обозрение» прошло обсуждение книги Дмитрия Травина «Пути России от Ельцина до Батыя». В этой книге раскрыта подробная картина прошлого нашей страны, поскольку автор полагает, что прошлое влияет на современность не меньше, чем желания вождей или широких масс. Перед началом я провёл интервью с автором и участниками.

https://vk.com/video1243120_456244183

С Дмитрием Травиным мы знакомы 15 лет. Я социолог-практик с 1981 года, когда начал работать в НИИ комплексных социальных исследований Ленгосуниверситета. Дмитрий Травин с недавнего времени занимается исторической социологией.

Что такое историческая социология?

Американский социолог Ричард Лахман в книге «Что такое историческая социология?» дал широкую панораму того, чем занимаются авторы, которых Лахман зачислил в категорию исторических социологов. В то же время он не смог определить, что собственно такое «историческая социология». На последних страницах книги делается вывод о том, что это некий способ заниматься социологией, при котором изменения в обществе становятся главным фокусом изучения.

Давний оппонент Травина Андрей Заостровцев считает, что лучше было бы назвать то, чем занимается Дмитрий Яковлевич, институциональной историей. По мнению Заостровцева, именно культура является той средой, в которой реализуется то, что было названо зависимостью от траектории предшествующего развития (исторического пути) или, кратко, «эффектом колеи».

«Травин не принимает такой методологический подход, который иногда именуют концепцией «Русской матрицы», – полагает А. Заостровцев. – «Травин нередко говорит об альтернативах, с которыми сталкивалась Россия на своём историческом пути. Возразить против этого трудно. Вот только альтернатива альтернативе – рознь. Одно дело разные исторические тропы в колее, а другое – выход за её пределы. …В Смутное время элита с опорой на массовое движение выбрало деспотизм, отказавшись даже от элементарной собственной субъектности».

В критические моменты истории выбор дальнейшего пути страны более определяется прагматическими интересами правителей или историей и культурой нации?
«Культура — это набор ценностей и убеждений, которые люди имеют по поводу того, как работает мир …, а также нормы поведения, вытекающие из этих ценностей» (Дж. Роланд).
«Подлинная история человечества суть история идей», – утверждал Людвиг фон Мизес.

Иногда возникает ощущение, что чем больше узнаёшь, тем меньше понимаешь. Марксисты любят упирать на единые законы, а институционалисты часто ссылаются на случайности. Травину ближе второй подход. Он пишет: «Обычно Россия движется по тому пути, которого наши сограждане хотят».
«Я часто думаю, что было бы со мной, если бы я выбрал другую дорогу». — По-моему, было бы то же самое. Дело не в дороге, которую мы выбираем; а то, что внутри нас, заставляет нас выбирать дорогу». (О′ Генри «Дороги, которые мы выбираем»)

Историк Даниил Коцюбинский высказал предположение, что историческая социология является лженаукой. Хотя историческая социология давно и успешно развивается в тех странах, в которых не существует запретов на исследования: в основном в США и в Европе.

«Итак, почему историческая социология – очередная прогрессистская лженаука? – вопрошает Д.А. Коцюбинский – А вот почему. ИС (историческая социология – НК) исходит из того, что в истории развиваются не цивилизации (большие и целостные культуры), но «общества», притом развиваются по «единым законам». В то время как на самом деле в истории развиваются культуры/цивилизации, и каждая из них – по сугубо своей особой фатально-трагикомической траектории. У всех народов и у всех цивилизаций – амбиции. Но вот модели своей первосортности у них – разные. Разобраться в этих моделях – значит понять смысл той или иной цивилизационной траектории. И не только объяснить её прошлое и настоящее, но и до известной степени предсказать будущее».

«ИС (историческая социология – НК), – пишет Коцюбинский, – это попытка рассмотреть исторический процесс как бесконечное число социологических срезов разной толщины. Эволюция в рамках такого подхода выглядит как непрерывная цепь случайностей, в рамках которых те или иные исторические акторы «как бы с нуля», не имея за собой никакого уже накопленного и ментально намертво усвоенного культурного инструментария (зачастую являвшегося не самым эффективным), адаптировались к тем или иным историческим вызовам».

Считается, что кто контролирует прошлое — не растеряется в настоящем и не заблудится в будущем. Хотя в результате изучения истории может возникнуть ощущение, что чем больше узнаёшь, тем меньше понимаешь.

Некоторые коллеги социологи покинули родину, но оказавшись по ту сторону продолжают социологические исследования о России. Многие из них очень умные люди и честные учёные, однако находятся в зависимом положении, вынуждены приспосабливаться и корректировать свои взгляды, выбирая между истиной и новым домом.

Истина или Родина? Кому-то такая дилемма кажется оправданной. «Поуехавшим», по их словам, дороже Истина, ну а оставшимся, очевидно, Родина. И кому в таком случае можно доверять больше в оценках Отечества: «поуехавшим» или оставшимся? Кто более объективен в своих оценках России?

Одни полагают, что «поуехавшие» за границей более свободны в своих оценках России. Другие полагают, что оставшиеся на родине более честны и принципиальны, им «дым отечества» помогает. Третьи уверены, что только стереоскопическое восприятие может быть объективным.

«Поуехавшие» не порвали связи с родиной, даже если бы хотели: здесь остались их родные, друзья и коллеги, наконец, собственность. Они кажутся обиженными, будто бы не сами уехали, а на «философском пароходе». Некоторые сбежали, бросив всё своё имущество, а теперь мечтают вернуться. Другие, надев «белое пальто», злобствуют, упрекая оставшихся на родине во всех смертных грехах. Для них в России, из которой они сбежали, теперь всё плохо. Но выглядит это как самооправдание. А когда награждали национальными премиями, то всё было «хорошо»?

Сбежавшие считают себя в чём-то морально выше оставшихся на родине. Оказавшись по ту сторону, они говорят, что всегда были «русскими европейцами», хотя на самом деле они всё те же, изменился только их взгляд на родину – он стал потусторонним. Им может казаться, что они честны и объективны, но на самом деле ангажированы.

Более объективен социолог, работающий по гранту и выполняющий исследования на заказ, или независимый исследователь?

Важным доказательством честности является личная жизнь. Если психолог (социолог) как «сапожник без сапог», то грош цена его знаниям и рекомендациям. Они рассказывают, как хорошо им живётся за границей, как скучают по родине и мечтают вернуться. Но при этом жалуются, что «стало абсолютно не с кем стал разговаривать».

Социологические исследования о России вне России это «потусторонняя социология» — как если проводить исследования об Израиле, находясь в России. Хотя зависит не от местоположения исследователя, а от его взгляда.

«Потусторонняя социология» — это не ирония и не про мистику, а про позицию наблюдателя — взгляд глазами аутсайдера, абсолютно независимого в своих оценках. Это скорее методология, чем конкретный приём.

«Потусторонняя социология» — моё нововведение, основанное на 40-летнем опыте прикладных социологических исследований и порядка сорока научных публикаций. Многие независимые исследователи по сути занимаются «потусторонней социологией». 10 лет с 1981 по 1991 годы я работал в НИИ комплексных социальных исследований Ленгосуниверситета. Уволившись, продолжал заниматься наукой как независимый исследователь, даже написал социологический роман-исследование «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак». Для своих университетских коллег я всегда был аутсайдером, а по отношению к научным институтам оставался потусторонним. Сейчас пишу и публикую роман-хронику «ПОТУСТОРОННИЙ».

Социолог, профессор Европейского университета в Петербурге Михаил Соколов считает, что несмотря на то, что последние 70 лет российская социология является одной из крупнейших в мире, на протяжении большей части этого периода она оставалась практически незаметной в международном академическом пространстве. Чаще всего глобальная невидимость оказывается непреднамеренным следствием концентрации на интеллектуальном импорте теорий и локализованных репликациях эмпирических исследований, проведённых в странах с большими по размеру и старшими по возрасту обществоведческими сообществами.

Историческая социология это отчасти «потусторонняя социология», если судить о позиции исследователя по отношению к источникам.
Дмитрий Травин выбрал ретроспективный взгляд на российскую историю. Отступая шаг за шагом в прошлое, Травин делает остановки в тех узловых точках, которые наиболее сильно повлияли на судьбу страны: «Любое наше погружение в историю показывает, что основания нынешнего нашего мира косвенным образом зависят от событий, происходивших в чрезвычайно давние времена».

Задача, которую поставил перед собой Дмитрий Травин в книге «Пути России от Ельцина до Батыя», — проследить, как на каждом этапе развития России «веяния, идущие из прошлого» сталкивались или наоборот сочетались с «веяниями, порождёнными новой эпохой». «В этом своём исследовании я буду по мере сил прослеживать, как прошлое России влияло на происходившие в разные эпохи перемены, а чтобы подчеркнуть отсутствие предопределённости, продемонстрирую альтернативные варианты развития на каждом этапе исторического пути страны».

Насколько оправдан такой подход?

Подход Дмитрия Травина как исторического социолога можно назвать социологической герменевтикой. Герменевтическая установка ориентирована на то, что социолог должен вести диалог с текстами. Цель этого диалога с «текстуальными партнёрами» по коммуникации – нахождение средств излечения современного общества. Но получить ответы на вопросы жизни должно не от текстов, а от их интерпретаций.
Применяя методы герменевтики при изучении исторических документов необходимо учитывать ряд факторов, поскольку сочинитель создаёт текст документа, находясь в определённой культурной среде, большое значение имеют его социальный статус, образование, принадлежность к тому или иному роду (клану, сословию, группе), а также его отношение к тому, кто в то время находился у власти.
Ещё философ Дильтей призывал реконструировать исторические события и внешние явления путём самонаблюдения, понимания событий методом их личностного «сопереживания», «вживания» в них как во фрагмент духовного целого, как части всемирного единения природы и Духа.

Все мы хотим изучить прошлое, чтобы открыть закономерности развития, понять настоящее и предвидеть будущее. В конечном итоге, всё сводится к вопросу: предопределена история или нет? в чём её смысл?
В западноевропейской философии утвердилось представление о том, что происходящие изменения в обществе не прогнозируемы, так как они складываются из совокупности множества людских разнонаправленных волевых усилий. Это не означает невозможность обнаружить определённые закономерности, но они будут не универсальны, а только контекстуальны.

Мы чаще говорим о наличии памяти о прошлом как ретроспективной памяти. Но нужно говорить о памяти не только о прошедшем, но и о памяти о намерениях. Это новый тип коллективной культурной памяти — ПРОСПЕКТИВНАЯ память. Это такая система припоминания, которая отталкиваясь от того, что люди знают о своём настоящем и своём прошлом, готовы предположить в качестве необходимых действий для построения такого будущего, которое будет согласовываться с нашими представлениями сейчас что такое нормальная жизнь и того, из чего она произрастает. Для авторов, работающих с ПРОСПЕКТИВНОЙ памятью, очень важно настраивать концептуальную схему.

Согласно концепции нобелевского лауреата по экономике Дарона Аджемоглу: всё зависит от социальных институтов. У одних стран они исторически сложились хорошие, у других – плохие. Отсюда и разные результаты развития.
А по мнению Александра Аузана, всё сводится к зависимости от исторического пути, которую Александр обозначает как «колею».

Дмитрий Травин считает, что детерминистские концепции, приписывающие России историческую «колею», по которой она якобы следует, обречённая на вечное отставание от стран Западной Европы, давно и безнадёжно устарели. В новой книге он показывает, что на каждой исторической развилке у российской власти были разные альтернативы и её выбор далеко не всегда приводил к негативным последствиям.

В 90-е россиянам очень хотелось стать частью «общего мира». Но у Запада, похоже, были другие цели. «Холодная война» никогда не прекращалась. Смею предположить, что разговоры о закате Европы это традиционный русский ресентимент: ну не можем мы стать лучше Европы, а потому создаём образ врага и мечтаем об окончательном закате Западной цивилизации. Мы любим западные товары, и одновременно презираем их.
Ну не любит нас Запад, считает «холопами». А мы всё стремимся к взаимной любви и признанию равными партнёрами.

Даниил Коцюбинский считает, что в истории развиваются культуры/цивилизации. Каждая культура/цивилизация определяется «формулой амбиций». Русская цивилизация это культура ресентимента. Даниил Александрович считает русский ресентимент чуть ли не главным драйвером исторического развития России.
Среди ярких выразителей ресентимента в русской литературе — герой «Записок из подполья» Достоевского, Раскольников и Смердяков, а также Шариков из «Собачьего сердца» Михаила Булгакова.

Даниил Коцюбинский считает, что Россия это не Европа. По его мнению, Европа – это правовая цивилизация, основанная на презумпции того, что у каждого человека есть право, которое власть не может отнять. Это «своё право» касается прежде всего неприкосновенности личности, её собственности и статуса.
Русская цивилизация основывается на прямо противоположном – на торжестве силы над слабостью. Да, право есть, но оно действует лишь тогда, когда это выгодно сильному. В результате истории монгольского нашествия возникла традиция власти править не по праву наследования, а по праву назначения. Сформировалось представление, что настоящая власть – которая может попрать любое право, которая сама себя держит, является причиной себя, а не результатом холопских выборов.
Российская власть – это самодержавная власть. Поэтому, либо мы сохраняем Россию на самодержавном фундаменте, либо Россия самодемонтируется.

«Россия – европейская страна, – возражает Травин, – и в нашей истории можно найти много параллелей с историей западных стран». «Россия двигалась в колее, но совершала в нужный момент нужный поворот и никогда не принимала фатального решения полностью отдаться фундаментализму, отказаться от поиска пути, более соответствующего велению времени».

Заостровцев берёт на себя смелость утверждать: похоже, что колея всё-таки не совсем европейская. «Россия неразрывно соединена с каким-то основанием, которое меняясь в соответствии с требованиями времени, тем не менее, постоянно воспроизводит самоё себя (свою глубинную суть) в различных формах в «долгом времени». И именно оно делает Россию не-Европой – альтернативой правовому порядку (если угодно, европейской цивилизации)».

Можно ли рассуждать в тесных рамках дилеммы: Справедливость или милосердие? Правда или безопасность? Свобода или стабильность? Родина или истина?
Это примерно то же, что выбирать между Правдой и Красотой.
Для кого-то красота источник всего блага в мире, как высшая степень, выше Бога, даже выше любви.

Писатель Александр Мелихов считает, что движущей силой является красота. «Жизнь полна несчастий и унижений. Убивает не просто несчастье, а некрасивое несчастье — несчастье в сочетании с унижением. Если человеку его же несчастье изобразить значительным, как делает литература, то он наполовину спасён. Функция литературы и искусства это защита нас от скуки, грязи и унижения».

Александр Мелихов, Дмитрий Травин, Даниил Коцюбинский, Андрей Заостровцев, Андрей Столяров (и я в том числе) – мы агенты производства смыслов.
Культуролог Оксана Мороз считает, что агенты производства смыслов это люди, которые диктуют некоторые представления о том, что будет происходить дальше, как простраивать коллективную и индивидуальную жизнь, чтобы она согласовывалась с нашим прошлым, чтобы она находилась с нашим прошлым в каком-то диалоге, и при этом наше будущее было таким, как мы хотим.

Часто приходится слышать: Россия – это судьба!
В социологии понятие «судьба» используется не как предопределённая сила, а как совокупность обстоятельств и факторов, влияющих на человека и общество и часто не зависящих от его воли, таких как социальная структура, условия, в которых человек рождается и живёт, а также культурные нормы и ценности.
Социология рассматривает судьбу как продукт социального взаимодействия и системных процессов, а не как некий мистический рок, хотя и учитывает общепринятое представление о судьбе как о чём-то неотвратимом.

В отличие от философского или религиозного понимания судьбы, в социологии исследуется неразрывная связь между личной свободой выбора и внешними социальными ограничениями, которые формируют жизненные пути индивидов.
Социология обращает внимание на то, как комбинация внешних факторов и случайных стечений обстоятельств формирует «судьбу» человека в рамках определённых социальных систем.
Социология также анализирует представления людей о судьбе, их верования, мифологические образы и культурные нарративы, связанные с судьбой и роком.
В итоге, социология рассматривает судьбу как социальный конструкт и результат действия многих факторов, формирующихся в ходе социального и исторического развития, а не как абсолютную предопределённость.

В 1913 году вышло эссе социолога Георга Зиммеля «Проблема судьбы». Он считает: «Трагедия позволяет нам чувствовать, что случайное именно в своей глубочайшей основе есть необходимое».

«Старая загадка: как же устроен мир, если он постигается случайной структурой нашего духа, — была решена кантовским пониманием познания. Постигаемый мир является продуктом познающего духа, ибо в нём мы познаём лишь то, что вложено самим духом. Точно так же с помощью понятия судьбы становится понятным то, что казалось промыслом “провидения”, так как судьба человека и его индивидуальная сущность удивительным образом соответствуют друг другу. Подобно тому как мир определяет содержание нашего познания — но лишь потому, что познание ранее определило, каким может быть для нас мир, — так и судьба определяет жизнь индивида, но лишь потому, что этот последний избирал эти события по некоторому сродству, равно как и тот смысл, в котором они могут сделаться его “судьбой”»

О судьбе России писали многие русские мыслители: Чаадаев, Гоголь, Данилевский, Иван Ильин, Достоевский и другие. Пожалуй, самая известная работа – «Судьба России» Николая Бердяева. В книге «Судьба России» Бердяев признавал: «…для нас самих Россия остаётся неразгаданной тайной. Россия – противоречива, антиномична. Душа России не покрывается никакими доктринами… И поистине можно сказать, что Россия непостижима для ума и неизмерима никакими аршинами доктрин и учений».

«Россия – сфинкс», – писал Александр Блок.
Ему вторил Тютчев:
«Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать –
В Россию можно только верить»

Это « …только верить» написано в 1864 году. А в 1873 году, уже на склоне жизни, Тютчев это «только верить» понимал в значении, что больше ничего не остаётся, как верить. «Судьба России уподобляется кораблю, севшему на мель, который никакими усилиями экипажа не может быть сдвинут с места, и лишь только одна приливающая волна народной жизни в состоянии поднять его и пустить в ход».

Что же такое судьба: поэтическая метафора или что-то иное?

Я понимаю судьбу как некий сценарий миссии, который должно осуществить в процессе жизни на этой земле. Если судьба это путеводная нить, то «сообщество судьбы» это пучок этих нитей, которые скрепляет в единое общность жизненных интересов. Россия – это «сообщество судьбы» (по Зиммелю).

Тридцать лет назад мы проводили всесоюзные опросы, и я даже выступал с результатами в программе «Взгляд» с Владиславом Листьевым «Какая молодёжь пошла» (1988 год).

https://vk.com/video1243120_456243953

Я разочаровался в массовых опросах, убедившись в чудовищной нелепости социологического портрета среднестатистического гражданина. То, что скрывалось за словом “народ” и на что так любили ссылаться политики и журналисты, было грубой фальсификацией, не имеющей ничего общего с реальной действительностью. Те цифры, по которым предлагалось судить, о чем народ думает, ничего не говорили о том, почему люди думают так, а не иначе. Мало кто задумывался над тем, что скрывается за тем или иным ответом. А может быть, так было и нужно? Зачем знать о бедах каждого, если можно судить о ситуации в целом. Но всякий раз, интервьюируя кого-либо, он убеждался, что за каждым ответом скрывается истина, такая же живая и конкретная, как и сам человек. Хотя, возможно, не только для постороннего, но и для самого человека, это была тайна».
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

Сейчас я изучаю общественное мнение методом опросов в виде неформализованного интервью с применением современных медиа. Мне кажется, то КАК человек отвечает на вопрос иногда важнее и достовернее, чем ЧТО он говорит.
Вот некоторые примеры «потусторонней социологии»:

05\02\2025 мнения о продолжении истории России на лекции Д.Я. Травина «Загадки петровской модернизации»

https://youtu.be/4TIv85GOo44

https://vk.com/video1243120_456244028

16\10\2024 я провёл опрос участников презентации новой книги Д.Я. Травина «Как мы жили в СССР» и самого автора

https://youtu.be/cFbeYjV9A1Y

https://vk.com/video1243120_456243944

05\02\2025 Д.Я. Травин ответил на вопросы Николая Кофырина о России

https://youtu.be/WpwPYa4oQh8

https://vk.com/video1243120_456244024

КУЛЬТУРА В СССР И РОССИИ
04\12\2024 мнения о культуре в СССР и России участников дискуссии по книге Д.Я. Травина «Как мы жили в СССР»

https://youtu.be/4M7uKrjR4zs

https://vk.com/video1243120_456243986

04\12\2024 Д.Я. Травин и В.И. Шубинский дали интервью Николаю Кофырину

https://youtu.be/cc7JeiWTSek

https://vkvideo.ru/video1243120_456243979

ПОЧЕМУ РОССИЯ ОТСТАЛА
19\11\2021 мнение автора и читателей новой книги «Почему Россия отстала?»

https://youtu.be/3W-5FO6puzU

https://www.youtube.com/watch?v=3W-5FO6puzU

P.S. Смотрите обсуждение книги Д.Я. Травина «Пути России от Ельцина до Батыя» в День народного единства в моём посте «ПОТУСТОРОННИЙ ПУТЬ РОССИИ».

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А как Вы понимаете ПОТУСТОРОННЮЮ СОЦИОЛОГИЮ?

© роман-хроника «ПОТУСТОРОННИЙ» – Николай Кофырин – Новая Русская Литература

https://vk.com/video1243120_456244108

06\06\2025 Я.И. Гилинский выступил с докладом на Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы предупреждения преступности несовершеннолетних и молодёжи» (к 75-летию С.Ф. Милюкова), которая проходила в РГПУ им. Герцена.

https://vk.com/video1243120_456244112

ПРЕСТУПНОСТЬ МОЛОДЁЖИ В РОССИИ
06\06\2025 я участвовал во Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы предупреждения преступности несовершеннолетних и молодёжи» (к 75-летию С.Ф. Милюкова), которая проходила в РГПУ им. Герцена.

https://vk.com/video1243120_456244111

Поздравляю моего учителя Якова Ильича Гилинского с 91-м днём рождения!

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Посмотрел новый фильм «Крушение мира». Внезапно возникший вирус убивает только богачей. Чтобы спасти свои жизни, они избавляются от богатства, закрывают бизнес и бегут куда глаза глядят от восставших бедняков, круша тем экономику и порядок. Либо жить, либо иметь! «Откажись от лишних вещей, чтобы сохранить идеалы». «Богатство человека измеряется числом вещей, от которых ему легко отказаться». «Нет прямой зависимости между доходом и счастьем». И кто с этим согласится?
Вся проблема в неравенстве!?
14 марта 2025 года состоялась презентация книги «Разговоры о равенстве и неравенстве». Как понимали равенство раньше, как понимают его в Новейшей истории, как понимаем его теперь. В презентации приняли участие составитель книги Никита Елисеев, экономист Кирилл Борисов, переводчик Валерий Дымшиц, социолог Мария Мацкевич.

https://vkvideo.ru/video1243120_456244038

Книга посвящена одной из самых актуальных и потому самых спорных общественных категорий ― равенству, а также обратной его стороне ― неравенству. Как понимали равенство раньше, как понимают его в Новейшей истории, как понимаем его мы — вот круг вопросов, на которые автор-составитель Никита Елисеев ― писатель, публицист, критик, переводчик ― пытается получить ответы.
В первой части книги проанализированы философские труды, затрагивающие проблему равенства/неравенства. Во вторую часть вошли разговоры с учёными и исследователями из сферы антропологии, социологии, экономики, истории, теологии, представляющие своё понимание равенства и неравенства.
Среди них — профессор, доктор исторических наук Борис Колоницкий, профессор Школы вычислительных социальных наук Кирилл Борисов, научный сотрудник межфакультетского центра «Петербургская иудаика» Валерий Дымшиц, главный редактор журнала «Звезда» Яков Аркадьевич Гордин, социолог Мария Георгиевна Мацкевич и другие.

В книге Никита Елисеев упоминает исследование Сары Броснан, наблюдавшей за обезьянами в лабораторных условиях. В ситуации искусственной социальности обезьяна чутко реагирует на проявленную к ней несправедливость, ведёт себя «по-человечески». В условиях же дикой природы, если в обезьяньей стае возникает конфликт между слабыми и сильными, то вожак стаи становится на сторону слабых и разрешает конфликт в их пользу, тем самым поддерживая природное равенство в подвластной ему стае. Стайные, стадные обезьяны более склонны к уравнительно-справедливым отношениям, чем обезьяны живущие семейными парами.
Никита Елисеев делает вывод: «Стихийное природное равенство царит в стае, но поддерживается оно неравенством, столь же природным и стихийным — властью вожака. Неравенство (или готовность мириться с ним, с несправедливостью), свойственно не стае, но семье, той ячейке предсоциума, от которой естественен и закономерен переход к собственности».

Этологи (изучающие социальное поведение животных) давно пришли к выводу, что чувство справедливости есть и у высших животных, т. е. оно скорее природно, чем социально.

Социальное равенство — это общественное устройство, при котором все члены общества обладают одинаковым статусом в определённой области. Правовой аспект социального равенства заключается в равноправии (равенстве перед законом), тогда как экономический подход рассматривает процесс распределения благ: право на работу, распределение ресурсов, равенство возможностей.

Конкретный смысл понятия «социальное равенство» менялся с развитием общества.
В античности проблема выбора между равенством и сословными привилегиями разрешалась Платоном и другими философами формулой «Каждому своё», означающей равенство внутри сословий и неравенство между сословиями. В своём труде «Государство» Платон пишет, что люди не могут быть равны по своей природе, однако каждый должен занять своё место в одном из сословий сообразно своим способностям. Сословий было три: высшее — философы, стоящие во главе государства, сословие стражей — воины, заботящиеся о внутренней и внешней безопасности государства и сословие кормильцев — ремесленники, крестьяне и прочие люди, обеспечивающие государство необходимой продукцией.

Самым крупным мыслителем, заложившим теоретический камень в фундамент неравенства людей, был, скорее всего, Аристотель (384 – 322 гг. до н. э.). Он полагал, что одни люди созданы для того, чтобы управлять, а другие, чтобы быть рабами. Философ рассуждал: почему неравенство несправедливо? Он думал, что справедливость включает не равенство, а правильную пропорцию, которая лишь иногда является равенством. «Никто не согласился бы владеть всеми благами мира, если ему не с кем поделиться ими. Человек — общественное животное и по природе создан к сожитию с другими».
Аристотель хвалит общество, где средний класс сильнее всех. Там же, где у одних много, у других — ничего, можно прийти к двум крайностям — плутократическому режиму («олигархии») в интересах только богатых, или к пролетарскому режиму («демократии») — в интересах городской бедноты. Любая крайность может увенчаться тиранией. Законодатель должен стремиться не к равенству, а к выравниванию собственности. Важно не у кого собственность, а как её используют.

В Средневековье концепция равенства нашла применение в религиозной норме «перед Богом все равны». Она определяла отношение между человеком и Богом, но не общественные отношения индивидуумов или групп. Видным деятелем эпохи стал Фома Аквинский, обосновавший в своей работе «Сумма против язычников» утверждение, что «путь к спасению открыт для каждого».

В эпоху Возрождения и в эпоху Просвещения философия задаётся вопросом о природном равенстве людей. Социальное положение объяснялось уже не принадлежностью к тому или иному сословию, а личными качествами и заслугами индивида.

В XVII–XVIII веках сословная система на Западе стала неприемлемой и на смену ей пришла теория общественного договора, создателями которой считают Джона Локка, Томаса Гоббса и Жан-Жака Руссо.
Общественный договор — соглашение между всеми членами общества, определяющее правила и принципы государственного управления. Люди признаются равными перед государственными законами, и им гарантируется возможность изменения своего социального положения. Основой справедливого общества считается равенство, частная собственность и свобода.

Осуждая социальное неравенство феодального общества, французский философ-просветитель Вольтер опирался на идею о том, что люди от природы равны. Но равенство, согласно его учению, не распространяется на собственность: «…невозможно, чтобы люди, живя в обществе, не были разделены на два класса: богатых, которые повелевают, и бедных, которые им служат». Под свободой Вольтер подразумевал личную свободу (рабство противно природе), свободу слова и печати, свободу совести и свободу труда. Те, кто не обладает собственностью, «будут свободны продавать свой труд тому, кто лучше заплатит. Эта свобода заменит им собственность».

Жан-Жак Руссо в труде «Рассуждение о происхождении и начале неравенства между людьми» (1755 год) пишет: „Первый, кто огородил клочок земли, осмелился сказать: «эта земля принадлежит мне», и нашёл людей, которые были настолько простодушны, чтобы поверить этому, был истинным основателем гражданского общества. Сколько преступлений, сколько войн, сколько бедствий и ужасов отвратил бы от человеческого рода тот, кто, вырвав столбы или, засыпав рвы, служившие границами, воскликнул бы, обращаясь к людям: «Берегитесь слушать этого обманщика! Вы погибли, если забудете, что плод принадлежит всем, а земля — никому!»“

С развитием общества неравенство возрастает, причём настолько стремительно, что не может не привести к катастрофе. «Постепенно поднимает свою отвратительную голову деспотизм; пожирая всё, что видит он хорошего и здорового во всех частях Государства, в конце концов, он начнёт попирать ногами и законы» , – пишет Руссо. – «Это — последний предел неравенства и крайняя точка, которая замыкает круг и смыкается с нашей отправной точкою. Здесь отдельные лица вновь становятся равными, ибо они суть ничто…»

Виной тому, по мнению Руссо, свобода воли и способность к совершенствованию — «эта отличительная и почти неограниченная способность человека есть источник всех его несчастий, что именно она выводит его с течением времени из того первоначального состояния, в котором он проводит свои дни спокойно и невинно; что именно она, способствуя с веками расцвету его знаний и заблуждений, пороков и добродетелей, превращая его со временем в тирана себя самого и природы».
Именно эта способность привела к появлению собственности, власти и государства.

Способствовало ли возникновение неравенства прогрессу человеческого общества?
Руссо отвечает: Да, без неравенства, без собственности прогресс был бы невозможен. Но раз человечество пошло по пути неравенства и власти, то с него уже не свернуть. Единственное, что можно сделать, это смягчить неравенство и не доводить тягу к власти до деспотизма.

В XIX веке идея расширения равенства была выдвинута философами-утопистами, начиная с Сен-Симона и Токвиля. Социалистические учения выдвинули социальное равенство в качестве цели и идеала. Принцип равноправия при этом дополняется требованием фактического правового и морального равенства, равенства интеллектуальных благ и знания (борьба за всеобщее бесплатное обучение, за свободные школы, за доступную науку, литературу). Такое равенство должно быть осуществлено путём передачи средств производства в собственность всего общества.

Карл Маркс и Фридрих Энгельс доказывают в своих работах, что справедливое равенство людей перед законом невозможно без справедливого распределения «общественного продукта». Идея построения бесклассового общества свободных и «равных граждан», в котором не будет эксплуатации человека человеком, частная собственность будет уничтожена, потребность в государстве как органе насилия одного класса над другим отомрёт, а развитие общества из центра будет сознательно управляемым.

Развитие мысли о создании общества равных людей приводило к появлению идей об обществе неравных. Так, на рубеже XVIII–XIX веков английский философ Томас Мальтус в своём труде «Опыт о законе народонаселения» обосновал ненужность равного распределения общественных благ тем, что природные ресурсы ограничены, а, следовательно, популяция людей (в основном малоимущих) должна быть тоже ограничена.
«Если низшие классы будут, погрязая в невежестве и пороках, размножаться так же быстро, то просвещённые классы, несмотря на всю их христианскую любовь к ближнему, ничего поделать не смогут». И далее: «Какое право на жизнь имеет человек, родители которого не имеют капитала, необходимого для обеспечения его существования? Такой человек может рассчитывать только на милость».

В XIX веке идеи Мальтуса получают развитие в виде социал-дарвинизма — теории, главным идеологом которой считают Герберта Спенсера, утверждавшего: «Универсальный Закон природы: существо, недостаточно энергичное, чтобы бороться за своё существование, должно погибнуть».

Томас Гоббс утверждал буквально следующее: «пока люди живут без общей власти, держащей всех их в страхе, они находятся в том состоянии, которое называется войной, а именно в состоянии войны всех против всех».

Макс Вебер считал необходимым признание того факта, что «закон господства» является объективным технологическим законом, и что общество в силу этого оказывается для неимущего рабочего класса, по собственным словам М.Вебера, «домом рабства».

Фридрих Ницше утверждал: «Слабость хочет равенства. Жажда власти составляет признак прогрессивного хода развития; уступчивость – регрессивного. Господствует тот, кто стремится вперед!». «Все хотят одного и того же, все они равны: кто не согласен, идёт добровольно в психиатрическую больницу».

Философ Николай Бердяев в работе «Философия неравенства» (1918 г.) пишет: «Неравенство есть основа всякого космического строя и лада, есть оправдание самого существования человеческой личности и источник всякого творческого движения в мире. <...> Всякое творческое движение есть возникновение неравенства, возвышение, выделение качеств из бескачественной массы. <...> От неравенства родился и человек. <...> Требование абсолютного равенства есть требование возврата к исходному хаотическому и тёмному состоянию, нивелированному и недифференцированному, это есть требование небытия».

«Свобода есть право на неравенство. Равенство (если оно понимается шире, чем сугубо формально-юридическое равноправие) и свобода — вещи несовместимые. По природе своей люди не равны, достичь равенства можно лишь насилием, причём это всегда будет выравнивание «по нижнему уровню».
Уровнять бедного с богатым можно, лишь отняв у богатого его богатство.
Уровнять слабого с сильным можно, лишь отняв у сильного его силу.
Уровнять глупого с умным можно, лишь превратив ум из достоинства в недостаток.
Общество всеобщего равенства — это общество бедных, слабых и глупых основанное на насилии».

Позже Николай Бердяев признавал: «Я также и сейчас думаю, что равенство есть метафизическая идея и что социальная правда должна быть основана на достоинстве каждой личности, а не на равенстве».

Социолог Питирим Сорокин (1889-1968) написал работу «Проблема социального равенства и социализм», в которой, в частности утверждал, что «абсолютное равенство утопично, неосуществимо, ретроградно и социально вредно», но, тем не менее, полагал, что «историческое колесо вертится именно в пользу равенства».

Равенство — фундаментальная общечеловеческая идея. Развитие общества идет именно через борьбу за равенство. Лев Николаевич Толстой утверждал: «Признание равенства всех людей возможно, и человечество приближается к этому признанию».

В романе В. Дудинцева «Белые одежды» автор устами одного из героев (учёных-биологов) заявляет: «В природе равенства нет. Равенство придумано человеком, это одно из величайших заблуждений, породивших уйму страданий. Если было бы равенство — не было бы на земле развития».

Действительно: неравенство изначально от природы, а тяга к равенству уже от социума.
Как неравенство загоняет в гибельный тупик, так и равенство губит цивилизацию, где выход лишь в установлении ещё более жёсткой иерархии. Жёсткая иерархия способствует стабильности, но губительна для развития.

2,5 тысячи лет назад Платон в трактатах «Законы» и «Государство» говорил о принципах построения идеального общества. Эти идеи использовали большевики, пытаясь построить справедливое общество. Однако в процессе строительства «справедливого общества» было загублено более 10 миллионов человеческих жизней!

Ещё в 1764 году теоретик права Чезаре Беккариа писал: «Нельзя надеяться на существенное улучшение морали, если политика не опирается на вечные чувства, присущие человеческой природе. Любой закон, идущий в разрез с этими чувствами, неизбежно столкнётся с противодействием, которое в конце концов окажется сильнее».

Нравственное равенство — закон нормального здорового общества. Общепринятые нормы морали обязательны для всех граждан. Нравятся эти нормы или не нравятся кому-то — это другой вопрос, но им следовать обязан каждый человек.

Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения и пр. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.
Но без экономического равенства все выше перечисленные виды равенства превращаются в фикцию.

Знаменитой стала фраза из антиутопии Оруэлла «Скотный двор»: «Все равны, но некоторые равнее».
Кого спасать: утопающего Эйнштейна или ребёнка?
Правильно ли направить вагонетку на дряхлого старика, чтобы спасти пятерых молодых?

Люди равны, но не тождественны друг другу. Тождества не бывает ни в природе, ни в обществе.
Никто не добивается антропологического равенства, чтобы все были одинаковые.
Равенство — не столько материальная, сколько духовная, ценностная категория.
Неравенство людей есть результат неравных условий их жизни и воспитания.

Шарль Монтескье признавал: «Принцип демократии разлагается не только тогда, когда утрачивается дух равенства, но также и тогда, когда дух равенства доводится до крайности и каждый хочет быть равным тем, кого он избрал в свои правители».

Человек, не имеющий возможности проявлять инициативу и организовывать политическую жизнь вокруг себя, перестаёт проявлять инициативу, становится апатичным и озлобленным. Сама по себе мысль о том, что кто-то сильнее тебя, умнее, прозорливее превращает человека из активного деятеля в пассивного наблюдателя. Тем самым политическое неравенство сковывает общественные силы.

Однако неравенство также играло и позитивную роль в истории человечества. Люди рождаются разными: кто-то быстрее бегает, кто-то лучше борется, а кому-то легко даются решения сложных математических задач и т.д. Разнообразие среди людей позволяет эффективнее использовать разделение труда, позволяя реализовать человеку себя в том, где у него есть способности.

Выделяют: физиологическое неравенство (различие людей в физических и умственных способностях); политическое неравенство (различие привилегий и обязанностей у представителей общества); социальное неравенство (различие положения людей в социальной иерархии и неравные возможности удовлетворения своих потребностей).

Природа подаёт пример свободы и равенства. Общество оторвало людей от уравнивающей всех Природы в праве на условия жизни. Неравенство культивируется и поддерживается искусственно. И заинтересованы в этом прежде всего наиболее богатые слои общества. Они заинтересованы в неравенстве и экономически (чтобы сохранить и приумножить свои богатства), и политически (чтобы не допустить неимущих к власти и те не отобрали их богатство).

Апогеем теории неравенства людей стала идеология «крови и почвы», принятая германскими нацистами. В ней утверждалось превосходство и право господства одних людей (арийцев) над другими. Такой подход привёл к огромным жертвам, насилию и деградации нации.

Дилемма равенства и неравенства должна разрешаться в пользу равенства. Разумной альтернативы равенству нет, в противном случае нас ждут бесконечные войны и даже, возможно, гибель всего человечества.

Циники-прагматики считают неравенство людей естественным условием их совместной жизни, оправдывают его, защищают и даже освящают.
Мечтатели-романтики считают неравенство людей безусловным злом и выдвигают, поддерживают, освящают лозунг равенства.
В действительности ни то, ни другое в абсолютном варианте не существует и нереализуемо. В человеческом обществе одинаково представлены элементы того и другого типа межчеловеческих отношений: равенство и неравенство, дружба и вражда, любовь и ненависть.

В книге «Разговоры о равенстве и неравенстве» Иван Курилла высказывается следующим образом:
«В естественной конкуренции возникает неравенство, и с этим ничего не поделаешь. Если люди свободны, то они создают неравенство. Общество создаёт неравенство. Для того, чтобы или уравнять всех, или смягчить неравенство, нужно принуждение, и свобода теряется. С другой стороны, равенство создаёт более или менее равные условия для начала той же естественной конкуренции. Если ты родился в гетто и у тебя мать-одиночка, то твоя свобода ограничена просто местом твоего рождения. Значит, равенство необходимо для осуществления свободы и свобод.
<...>
У некоторых индейских племён существовал да и поныне существует обычай: потлач. Это раздача богатства. Ты разбогател в результате чего-то (удачной охоты, жизни удачной), собираешь всех соплеменников на пир и во время этого пира чуть не всё своё богатство раздаёшь. Социальный механизм, который возобновляет, восстанавливает равенство.
<...>
У древних кочевников нечто подобное происходило во время похорон. Человек разбогател, и всё, что он скопил, вместе с ним хоронят в кургане. Его дети опять начинают с нуля. Он не может передать это кому-то. Всё его богатство ушло вместе с ним в мир иной. Такой вот механизм, страхующий от создания (скажу по-марксистски) классового общества и государства. Поэтому такие общества и продержались до прихода колонизаторов в такой вот ситуации.
<...>
О чём говорит этот пример? О том, что равенство возможно поддерживать, но в результате общество не развивается. Таким и сохраняется в течение тысячелетий — до прихода колонизаторов.
Может, это и хорошо для людей таких обществ, может, у них есть равенство в счастье, но… развитие цивилизации там идёт очень медленно или вообще не идёт. Равенство оказывается препятствием.
<...>
Если мы говорим, что неравенство — стимул для работы, и работы продуктивной, то несправедливое-то неравенство этот стимул как раз и убивает. … То есть неравенство, несправедливое, отбивает желание самому трудиться, самому пытаться что-то сделать».
(конец цитаты)

Вопрос не столько в неравенстве, сколько в ощущении неравенства.
В XIV веке проповедник социального равенства английский священник Джон Болл говорил: «Когда Адам пахал, а Ева пряла, кто тогда был дворянином?»

Т.е. вопрос не просто в неравенстве, а в несправедливом неравенстве!

Но что такое СПРАВЕДЛИВОСТЬ?

Справедливость — понятие о должном, связанное с исторически меняющимися представлениями о неотъемлемых правах человека.
Философ Анаксимандр трактовал понятие справедливости как правило «не переступать установленных от века границ».
Гераклит утверждал, что «бог» является воплощением космической справедливости.

В диалоге Платона «Государство» некто Фрасимах говорит: «Справедливость – это то, что пригодно сильнейшему». «Устанавливает же законы всякая власть в свою пользу: демократическая – демократические, тираническая – тиранические; так же и в остальных случаях. Установив законы, объявляют их справедливыми для подвластных. Во всех государствах справедливостью считается одно и то же, а именно то, что пригодно существующей власти».

Согласно Сократу, справедливость — следование мудрости, истинному знанию, порядку вещей, законам.
Справедливость Платона является венцом четырех добродетелей идеального государства: справедливость — мудрость — мужество — благоразумие.
Аристотель утверждал: «Понятие о справедливости связано с представлением о государстве…». Справедливость — удивительная добродетель, общее благо, приобретённое свойство души, в силу которого люди становятся способными к справедливым действиям, согласованным с законом и правом государства.
Эпикур говорил: «справедливость — некоторый договор о том, чтобы не вредить друг другу и не терпеть вреда».

Справедливость для ведического понимания — праведный закон человеческого бытия, созвучный прекрасному порядку в природном мире.
Конфуций считал, что справедливость диктуется традицией, воплощается в ритуале и этике, и является проявлением воли «неба».
Мо Ди полагал: справедливо то, что полезно людям.

Ф. Бэкон утверждал, что справедливость есть то, что объединяет людей и создаёт основания для права.
Томас Гоббс в «Левиафане» пишет так: «Справедливость, т.е. соблюдение соглашений, есть правило разума, запрещающего нам делать что-либо, что пагубно для нашей жизни, из чего следует, что справедливость есть естественный закон».
Б. Спиноза утверждал, что «справедливость и несправедливость могут быть представлены только в государстве».
И. Кант пишет, что «сознание справедливости действия, которое я хочу предпринять, — это безусловный долг».
Г.В.Ф. Гегель утверждал, что конституция и есть «существующая справедливость, как действительность свободы в развитии её разумных определений».

Марксизм утверждает, что справедливость — это укутанное в идеологическую оболочку выражение существующих экономических отношений, её содержание и состояние зависят от существующего способа производства, следовательно, всё, не соответствующее данному способу производства, несправедливо.

Справедливость — это благо для сильнейшего или благо слабейшего?
Или Справедливость — это отдача должного, когда каждому причитается по его статусу?
Так как честно делить — поровну или по статусу?

Говорят: «в бане все равны». А в очереди за хлебом должны ли быть все равны, или кто-то имеет право на привилегии?

Почему за общим столом (например, в санатории) последнему остаётся самый худший кусок пирога или самое маленькое (или подпорченное) яблоко?

Великая французская революция провозгласила лозунг – Свобода, равенство, братство.
Но всеобщее равенство, если и возможно, то только как равенство в бедности.
Формально рабство якобы отменено, а на самом деле присутствует в нашей жизни в полной мере. Только на место личной зависимости встала зависимость экономическая или социальная. Происходит раскол общества на две неравные части: «включённое» меньшинство и «исключённое» большинство. С точки зрения З. Баумана, исключённые фактически оказываются «человеческими отходами», не нужными современному обществу. Это – длительное время безработные, мигранты, беженцы и т.п.

Учёные обеспокоены разрастающимся неравенством в мире. По данным швейцарского банка Credit Suisse, в 2015 году впервые в истории человечества 1% его стал владеть 50% всех богатств. В 2016 году 1% населения владеет уже 52% всех богатств.

Лауреат Нобелевской премии по экономике И. Стиглиц полагает: «Экономическая и политическая система, которые не удовлетворяют большинство граждан, не могут быть устойчивыми в долгосрочной перспективе».

Социологи и экономисты используют для оценки экономического неравенства коэффициент Джини — статистический показатель степени расслоения общества данной страны или региона по какому-либо изучаемому признаку. В 2007 году разрыв между 10% самых богатых и 10% самых бедных («коэффициент Джини») был в 15,2 раза!

Когда показатель экономического неравенства (индекс Джини) 0,2-0,3 (Дания, Норвегия, Швеция и др.) – это «нормальное» неравенство, при котором обеспечивается достаточно благоприятное развитие общества. А когда Индекс Джини 0,4-0,5 и выше (Россия, США, Венесуэла, Бразилия, Гватемала, Намибия, Сальвадор, Боливия, Гаити и Зимбабве) – жди беды…

В России стремительно нарастает социальное неравенство. По данным Института социологии РАН в 2011 году 59% населения России – бедняки, а так называемый «средний класс» всего 6-8%.
Расслоение населения по доходам сейчас выше, чем в начале нулевых. Уровень расслоения населения по доходам (коэффициент Джини) недопустимо высокий. По коэффициенту Джини Россия занимает 54-е место в мире.

В России 1% населения владеет 74,5% благосостояния страны. Если в 2000 году разница между доходами 10% самых богатых и 10% самых бедных граждан составляла в России 13,9 раза, то в 2015-м уже 15,6 раза.

Неравенство в доходах достигло катастрофических масштабов!
Издание Forbes составило пятый ежегодный рейтинг самых высокооплачиваемых руководителей российских компаний. Первую строчку списка занял председатель правления «Газпрома» Алексей Миллер — его доходы достигли $17,7 млн. Второе место занял президент «Роснефти» Игорь Сечин, заработавший $13 млн. На третьем — глава Сбербанка Герман Греф $11 млн.

Цены в магазине для всех равные, а вот доходы далеко не равные! С апреля обещают очередное повышение цен на продукты питания. Пенсии проиндексировали на 9,5% по результатам инфляции прошлого года, а как жить в нынешнем, когда цены уже несказанно выросли?

Продавцы ориентируются на состоятельных граждан. А что делать нищим пенсионерам?

https://vk.com/video1243120_456244006

Как показал проведённый финансовым маркетплейсом «Банки.ру» опрос, 82% людей с доходом от 200 тыс. рублей считают минимально достаточным уровнем пенсии от 45 тыс. рублей, а комфортным — от 100 тыс. рублей (72%). Участники с наименьшим доходом чаще соглашаются на меньшую пенсию: среди них 28% с доходом до 30 тыс. руб. считают минимально достаточным уровнем пенсии 26−35 тыс. рублей, а комфортным — 61−100 тыс. рублей (38%).

Пенсия за март 2025 года

Для некоторых депутатов стало «пиаром» требовать от правительства 13-й пенсии, зная, что правительство народу откажет. Повышение пенсии до 35 тысяч, как и 13-ю пенсию, до сих пор обещают. Бесплатных продуктов для пенсионеров с истекающим сроком годности так и не появилось. Продуктовых талонов малоимущим как не было, так и нет.

По данным Росстата, в 2023 году уровень бедности в России обновил исторический минимум — за чертой бедности проживали 13,5 млн человек, или 9,3% населения. Предполагаю, что на самом деле гораздо больше.

Чтобы избежать революции, нужно не создавать сильного имущественного расслоения и вопиющей социальной несправедливости.
Но возможно ли общество, в котором бы и волки (олигархи) были сыты и овцы целы?

24\02\2025 А.П. Заостровцев в Центре исследований модернизации ЕУ СПб сделал доклад о государстве благосостояния, его возможном крахе и катастрофических последствиях.

https://vk.com/video1243120_456244029

Богатые, естественно, выступают за неравенство, а бедные за равенство.
Психологи утверждают, что богатые должны быть не более чем в 7 раз богаче бедных, – иначе люди начинают думать, что мир устроен несправедливо.

Бедный: работает и работает
Богач: эксплуатирует бедных
Солдат: защищает обоих
Налогоплательщик: платит за всех троих
Банкир: грабит всех четверых
Адвокат: обманывает всех пятерых
Доктор: выставляет счета всем шестерым
Разбойник: запугивает всех семерых
Политик: живёт счастливо за счёт всех восьмерых.
(Марк Туллий Цицерон — римский политик и философ, убит 7 декабря 43 года до н.э.)

— Главное, чтобы люди были равные.
— Но как сделать равными неодинаковых, — вот в чем проблема!
— Бросьте, только дураки равенства хотят. Мы изначально все не равны: один умнее, другой глупее, одна красивая, другая нет, я мужик, а она баба. Да и перед чем равенство?
— Перед Богом.
— Русскому человеку нужно не равенство, а равноправие, не свобода, а отсутствие неволи.
— Отсутствие неволи еще не свобода, а равенство прав при различных возможностях — фикция, если, к примеру, один родился в богатой семье, а другой в рабстве. Разве голодному нужна свобода?
— Правильно. Не может быть свободы без частной собственности!
— Напротив, собственность это капкан для свободы.
— А на пользу ли вообще человеку свобода?
— Главное, это людей переделать! Так их перевоспитать, чтобы они не завидовали друг дружке, чтоб каждый работал по совести и брал не больше, чем ему нужно. Тогда всем всего хватит, и деньги не понадобятся.
— Натуру человеческую не переделать. Отсутствие взаимности в любви, ревность, зависть и ложь существовали и всегда будут существовать.
— Человек по природе своей собственник. Так и в Библии записано.
— Нет, Иисус говорил: отдай все и следуй за мной, и еще, что трудно богатому войти в царство небесное.
— Основа общества — семья, а основа семьи — наследство!
— Рано или поздно мир прекратит свое существование. Так стоит ли заботится о том, что ты оставляешь после себя, нужно ли стараться оставить наследство, которое неизвестно как будет использовано, возможно, растранжирено, ведь рано или поздно все исчезнет? Главное — с какой душой уходишь, с каким состоянием сердца умираешь.
— А если загробной жизни нет?
— Может быть, желание оставить после себя что-то и есть подсознательное предчувствие того, что ты вернешься в этот мир, даже в иной форме, понимание, что ничто бесследно не исчезает.
—В чем же тогда, по-твоему, заключается свобода?
— В праве каждого выбирать, как ему жить.
— Если ты не такой как все, тебе везде худо, потому как нормы поведения определяет большинство.
— Свобода от общества — это иллюзия, до тех пор пока мы живем в нем.
— Свобода зависит не от общества, а от самого человека.
— Верно! Проблема не в общественном устройстве, а в натуре человека — в нем борются жажда свободы и жажда денег, желания тела и требования духа, вера и страх, смерть и жизнь. Борьба идет даже не в мировом масштабе, а в масштабе всей Вселенной на уровне каждого человека. Воюют идеи за души людей! Но я уверен — в конечном итоге победит духовный, а не материальный стимул развития, то есть самоотдача, а не нажива. Главное — чтобы была справедливость и духовность!
— Согласен. Только надо еще добавить свободу, богатство и порядок.
— Глупость! Как вы не понимаете, что порядок покупается свободой, а духовность богатством. Что же такое справедливость, не знает никто!
— Справедливость это когда каждый имеет столько, сколько зарабатывает.
— А что делать с теми, кто не способен работать? Справедливость не есть равенство, как и не всякое равенство справедливо.
— Только когда каждый станет собственником, мы добьемся прогресса, потому что всякий прогресс возможен лишь на основе личной заинтересованности. Если человек не будет видеть своей выгоды, то никакое развитие невозможно.
— Весь вопрос только, в чем она. Обогащение может быть материальное и духовное.
— Надо чтобы было всем выгодно — и себе и другим. Должен быть стимул развития, тогда появится и инициатива.
— Инициатива может исходить или из жажды наживы, или из потребности в духовном саморазвитии.
— Но невозможно ведь жить без денег!
— Почему же? Весь вопрос, что тебе нужно и чем ты можешь пожертвовать. Давно известно — богатство губит дух, поэтому умные люди не тратят жизнь на накопление богатства, а мудрые избавляются от него. Есть только два пути — жить телом или жить духом; третьего не дано. Но человечество как раз и мучается в попытках соединить желания тела и требования духа, свободу и необходимость.
— Человек не может любить всех, не может от своего Я отказаться.
— Раз ты так говоришь, значит, ты не познал, что такое любовь.
— Не о том вы спорите. Россия — проклятая Богом страна. Никогда не будет в ней нормальной жизни. Была бы возможность, давно бы уехал. К черту такую родину, которая не может обеспечить нормальное существование для человека. Уж лучше бы нас завоевали.
— Неужели ради сытого рабства ты откажешься от независимости?
— Рыба ищет, где глубже, а человек, где лучше. Для меня где жить хорошо, там и родина.
— А что значит “жить хорошо”?
— Чтобы иметь мог все что захочу, чтоб я и мои дети жили в достатке; и не когда-нибудь, сейчас. Другой ведь жизни не будет. У меня такая позиция: мои жена и дети лучше всех. Жена меня никогда не бросала: ни в радости, ни в горе. И я хочу счастья для себя и своих детей, а на остальных мне наплевать.
— А для меня главное — быть независимым.
— Так и я тоже. Но с не с пустым же брюхом о свободе мечтать. Нужно, чтобы в доме всего было с избытком: и поесть всласть, и развлечься. Чтоб о деньгах не приходилось думать.
— Так не думай.
— Как же не думать, если куда ни ткнись, везде деньги требуют.
— Тратить надо меньше, а значит, и желать.
— Так если я желать ничего не буду, так это значит — мертвец я. А пока живу, то могу желания свои удовлетворять, и этим счастлив. Так что такой родины, как наша, мне не нужно.
— Дело не в том, хорошая или плохая у тебя Родина, важно то, что она ТВОЯ!
— Это евреи без конца баламутят Россию. Надо их всех выслать из страны, тогда, может, утихомирится. Русский народ давно бы справился со всеми трудностями, если бы ему не мешали чужие народы, слетевшиеся со всего мира, как мухи навозные. Если бы не евреи, то и революции у нас не было, и прочих смут вплоть до сегодняшнего дня. Ведь куда ни посмотришь — кругом евреи. Они и есть самые настоящие враги русскому народу. Никто не хочет, чтобы мы вновь стали сильны, и потому всячески нам вредят.
— Прόклятая страна. И почему я родился в этой забытой богом стране, а не где-нибудь в небольшом благополучном государстве?
— Каждый рождается там, где должен. К тому же, дело не в стране, а в состоянии души! Где ты счастлив — там твоя родина!
— Вот я бы и хотел, чтобы у меня была такая родина, где бы я мог жить спокойно и счастливо.
— Все зависит только от тебя самого. Везде, всем и каждому дана возможность любить. И никуда не деться от себя. Где бы ты ни жил, везде для тебя, как и для всех, будет существовать одна проблема: как любить, когда не любят тебя, и как отвечать на чужую любовь, когда не любишь сам. В конце концов, дело не в том, где ты родился, а как ты прожил свою жизнь.
— Но прожить бы я смог иначе, если бы родился в нормальной цивилизованной стране, где соблюдаются законы и существует элементарный порядок. А у нас нет ни порядка, ни законности.
— В России всегда жили не столько по писаному закону, сколько по нравственному чувству. И вообще, Россия — это одно большое чувство. Она — как мировая душа».
(из моего романа-исследования «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» 1993-1998 годы ― текст на сайте Новая Русская Литература

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А Вы за РАВЕНСТВО ИЛИ НЕРАВЕНСТВО?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Бушуют когнитивные войны. Защитники Отечества не только военные, но и социологи, историки, философы, которые отстаивают представление о России и её роли в мировой истории. Бывшие соотечественники пишут из-за границы будто Россия это «антимир», «страна дураков», русская культура завершена и конец истории близок. Я лично не могу с этим согласиться, поскольку живу в России, дураком себя не считаю, и как бы ни было трудно, не собираюсь никуда уезжать. «Где хорошо, там и родина», – говорят «поуехавшие». А я вот Россию люблю!
Россия — загадка! 5 февраля Дмитрий Травин прочёл лекцию о русской истории «Загадки петровской модернизации». Перед началом я провёл интервью с докладчиком, а потом небольшой опрос пришедших послушать. Вот уже 15 лет я записываю лекции Травина и провожу опросы. Он исторический социолог, я социолог-практик с 1981 года. Поэтому наше сотрудничество можно считать пролонгированным исследованием.

https://vk.com/video1243120_456244028

В 1992 году вышла знаменитая книга американского философа и политолога Фрэнсиса Фукуямы «Конец истории и последний человек». В представлении Фукуямы конец истории не означает конец событийной истории, но означает конец века идеологических противостояний, глобальных революций и войн, а вместе с ними — конец искусства и философии.
«Этот триумф Запада, триумф западной идеи, — утверждал Фукуяма, — проявляется прежде всего в полном истощении некогда жизнеспособных альтернатив западному либерализму. … Наблюдаемое ныне — это, возможно, не просто окончание холодной войны или завершение какого-то периода всемирной истории, но конец истории как таковой; иначе говоря, это финальная точка идеологической эволюции человечества и универсализация либеральной демократии Запада как окончательной формы правительства в человеческом обществе».

Как показала история, Фукуяма поторопился…

– Господин Фукуяма, вы много говорили о конце истории. Конец истории близок?
– Для начала необходимо понимать смысл концепции конца истории. Что я имел в виду под историей? Это общая эволюция человеческой цивилизации. Есть ли прогресс по мере перехода от одной формы общества к другой. Вопрос конца истории не в прекращении существования, а в том, какова наша цель, куда мы движемся. И я до сих пор верю, что мы идём в направлении либеральной демократии.
– Я хорошо помню, как развалился Советский Союз, – в один день. И никто из западных советологов, в частности американских, даже подумать об этом не мог. Вы понимали, что Советский Союз распадётся, тем более так быстро?
– Я, конечно, не ожидал, что всё произойдёт так быстро и внезапно. Но я чувствовал, что коммунизм умер. Помню, в 1988 году Горбачёв выступил с заявлением, что коммунизм – это соревнование. И я подумал: «Если он так говорит, коммунизм не останется в живых».
– Россия может так, в один день, распасться?
– Кажущиеся могущественными государства на самом деле очень хрупкие. У России есть много слабых мест, перелом может случиться, если появится ослабление в центре. Регионы России будут двигаться в разных направлениях и сталкиваться с серьёзными внешними вызовами. Китай и Россия – не настоящие друзья. Китайцы всё-таки претендуют на часть российской территории. И всё это может случиться в какой-то момент в будущем. В случае дискредитации центра российской власти. И этот процесс уже, похоже, пошёл».
(из интервью Фрэнсиса Фукуямы 20 сентября 2023 года)

Недавно вышла новая книга нашего бывшего соотечественника, ныне живущего в США, профессора Михаила Эпштейна «Перед концом истории? Грани русского антимира». Нью-Йорк: Freedom Letters, 2025. (Серия «Февраль/Лютий). Эта книга – страстно написанное обвинительное заключение, соединённое с приговором России, её населению и всей «русской цивилизации». В первой половине книги автор выступает как политолог и социолог, задавая вопрос: что заставляет Россию упрямо прокладывать пути к концу истории? И сам же отвечает: Поздно, лишь в XVIII веке, явившись на европейскую сцену и не найдя на ней своего особого конструктивного призвания, она торопится первой опустить занавес, угрожая погрузить мир во тьму.
Эпштейн прослеживает пути трансформации «русского мира» в антимир, раскрывает его основные, придуманные автором грани: антибытие, антивремя, антисоциум, антимораль, антиязык…
Профессор утверждает: «Необходимо понять, как из того «добра и света», в котором нас воспитывала «самая гуманная в мире» литература, могло произойти преступление по имени Россия — величайшая катастрофа и угроза существованию человечества».

Другой бывший соотечественник (ныне иноагент) написал книгу «Демон поверженный», в которой утверждает: «Русская культура завершена. Русская цивилизация пришла к своему концу».
Любопытно, что когда он жил в России и получал литературные премии, то придерживался диаметрально противоположной позиции. Сейчас, находясь по другую сторону, он злорадствует: «Из России начисто ушло, уехало или попросту вымерло то, за что Господь её терпел». «Так что, если человечество окажется перед выбором — потреблять ли и дальше русскую культуру или избежать всемирной катастрофы, оно как-нибудь соскочит с иглы, то есть с романа, балета и икры». «В 1991 году этот кадавр начал разлагаться, теряя окраины, органы, память. Сегодня мы имеем дело уже с зомби». «Но трупный яд не может бесконечно отравлять человечество — рано или поздно покойника придётся закопать».

Любопытно наблюдать превращение, которое происходит с человеком, когда он перебирается на «враждебную сторону». Он начинает утверждать прямо противоположное тому, что писал на родине, когда получал за это немалые бонусы. Кто-то называет это приспособлением, кто-то «перерождение убеждений», а кто-то «интеллектуальной проституцией»…

Многие «поуехавшие» утверждают, что «сбежали из ада» в «землю обетованную». Но когда там началась война, они побежали и оттуда. Понятно стремление «поуехавших» очернить всё то, откуда они вырвались «как из ада», тем самым оправдав себя. Но это самообман. Они выдают желаемое за действительное. Россия не кончилась, как им бы хотелось, история продолжается. Наверное «поуехавшие» надеялись вернуться победителями в белом пальто и на белом коне… Но когда поняли, что их надежды не оправдались, протрезвели и задумались. Одного известного «поуехавшего» социолога «забавляет склонность людей отождествлять эмиграцию со Страшным судом, который всё расставляет по своим местам и каждому воздаёт по заслугам».

Откуда у «поуехавших» право судить оставшихся на родине?
Надеются ли они вернуться в Отчизну или уже не надеются?

Некоторые умные люди, которых я знаю, уже вернулись на родину. Хлеб эмиграции, как известно, горек. Вспоминается судьба Александра Вертинского…

Насколько счастливы «поуехавшие» за границей без родины?

Господа все нынче в Париже, а в России, по их мнению, остались только «холопы».
Во многих авторитетах я, признаться, разочаровался, увидев, как они ругают нас —оставшихся на родине. Не думаю, что за границей они приобрели больше, чем потеряли дома. А главное — утратили уважение тех, кто остался.
Оскорбить оставшихся «холопов» не значит самим остаться чистенькими. Ведь их никто не высылал под угрозой расстрела (как это было с «философским пароходом» в 1922 году), они уехали по своей воле. Уважаемый в прошлом большой поэт бросил свою семью, троих детей, ради того, чтобы уехать за границу с женой на тридцать лет моложе, и теперь пишет, что вместе с его отъездом культура в России завершилась.
Но ситуация меняется быстрее, чем «бывшие» пишут в заказных книгах.
За границей делают выводы о конце руслита потому, что не знакомы с Новой Русской Литературой.

Если бы я написал книгу о конце истории «Закат коллективной Европы», назвав её «антимиром», европейцы вряд ли со мной согласились, как и я не соглашаюсь с концом истории России.
Я не слепой и вижу многие недостатки своей страны, как какие видел и в других странах, где мне удалось побывать. Но я стараюсь видеть хорошее. Иначе вешаться что ли?

Стоял я недавно в длинной очереди и слышал, как одна пожилая женщина с нескрываемым недовольством говорила, что, мол, все умные уехали, работать некому, что порядочным людям не нужно находиться в России, нормальный человек должен оттуда уехать.
Но куда уехать? Хорошо там, где нас нет…
Я ответил, что не все умные уехали, и процитировал Пушкина: «Я далеко не восторгаюсь всем, что вижу вокруг себя; как литератора — меня раздражают, как человек с предрассудками — я оскорблён, — но клянусь честью, что ни за что на свете я не хотел бы переменить отечество или иметь другую историю, кроме истории наших предков, какой нам Бог её дал».

Что лучше: бояться, что тебя покарают за твои высказывания, или знать, что всем на твои свободные высказывания наплевать?

Говорят: не надо вставать в «позицию жертвы».
Жизнь несправедлива! Но если нет в жизни справедливости, нужно ли отказываться от жизни?
Если невозможно добиться справедливого мира, нужно ли отказываться от мира?

При СССР мы идеализировали Запад — теперь прозрели. Ещё Достоевский доказал миру, что не социальное устройство и даже не религия главное, а сам человек: «Идеал гражданского устройства в обществе человеческом» есть «единственно только продукт нравственного самосовершенствования единиц… – было так спокон века и пребудет во веки веков».

Вспоминается эпизод встречи в июне 1867 года в Баден-Бадене Достоевского с Тургеневым. Разговор продлился всего час. Тургенев, как и прежде, говорил, что «есть одна общая всем дорога и неминуемая — это цивилизация и что все попытки русизма и самостоятельности — свинство и глупость», а также добавил, что «пишет большую статью на всех русофилов и славянофилов». Раздражённый Достоевский ответил на слова Тургенева:
«Я бы посоветовал ему, для удобства, выписать из Парижа телескоп.
— Для чего? — спросил он.
— Отсюда далёко, — ответил Достоевский. — Вы наведите на Россию телескоп и рассматривайте нас, а то, право, разглядеть трудно».

«Без высшей идеи не может существовать ни человек, ни нация. А высшая идея на земле лишь одна, и именно — идея о бессмертии души человеческой…»? – утверждал Достоевский.
09\02\2025 пришедшие почтить память Ф.М. Достоевского поделились своим мнением о Высшей идее.

https://vk.com/video1243120_456244026

В письме П.А. Вяземскому 27 мая 1826 года по пути из Пскова в Петербург Пушкин пишет:
«Я, конечно, презираю отечество моё с головы до ног — но мне досадно, если иностранец разделяет со мною это чувство. Ты, который не на привязи, как можешь ты оставаться в России? если царь даст мне слободу, то я месяца не останусь. Мы живём в печальном веке, но когда воображаю Лондон, чугунные дороги, паровые корабли, английские журналы или парижские театры и <бордели> — то моё глухое Михайловское наводит на меня тоску и бешенство. В 4-ой песне «Онегина» я изобразил свою жизнь; когда-нибудь прочтёшь его и спросишь с милою улыбкою: где ж мой поэт? в нём дарование приметно — услышишь, милая, в ответ: он удрал в Париж и никогда в проклятую Русь не воротится — ай да умница».

Спустя десять лет 19 октября 1836 года Пушкин пишет П.Я. Чаадаеву:
«Что же касается нашей исторической ничтожности, то я решительно не могу с вами согласиться. Войны Олега и Святослава и даже удельные усобицы — разве это не та жизнь, полная кипучего брожения и пылкой и бесцельной деятельности, которой отличается юность всех народов? Татарское нашествие — печальное и великое зрелище. Пробуждение России, развитие её могущества, её движение к единству (к русскому единству, разумеется), оба Ивана, величественная драма, начавшаяся в Угличе и закончившаяся в Ипатьевском монастыре, — как, неужели всё это не история, а лишь бледный и полузабытый сон? А Пётр Великий, который один есть целая история! А Екатерина II, которая поставила Россию на пороге Европы? А Александр, который привёл вас в Париж? и (положа руку на сердце) разве не находите вы чего-то значительного в теперешнем положении России, чего-то такого, что поразит будущего историка? Думаете ли вы, что он поставит нас вне Европы? Хотя лично я сердечно привязан к государю, я далеко не восторгаюсь всем, что вижу вокруг себя; как литератора — меня раздражают, как человека с предрассудками — я оскорблён, — но клянусь честью, что ни за что на свете я не хотел бы переменить отечество или иметь другую историю, кроме истории наших предков, такой, какой нам бог её дал».

Русский «колокол» Александр Герцен (1812–1870) из Лондона писал: «Кто из нас не хотел вырваться навсегда из этой тюрьмы, занимающей четвертую часть земного шара, из этой чудовищной империи, в которой всякий полицейский надзиратель – царь, а царь – коронованный полицейский надзиратель… Говоря о России, постоянно воображают, будто говорят о таком же государстве, что и другие; на самом деле это совсем не так. Россия – это целый особый мир покорный воле, произволению, фантазии одного человека, – именуется ли он Петром или Иваном, не в том дело: во всех случаях одинаков это – олицетворение произвола. В противоположность всем законам человеческого общежития Россия шествует только в направлении своего собственного порабощения и в направлении порабощения других народов».

«России собственно – нет, она – только кажется. Это – ужасный фантом, ужасный кошмар, который давит душу всех просвещённых людей… Никакой “русской цивилизации”, никакой “русской культуры”, – утверждал Василий Розанов в 1914 году.

Показательна эволюция известного пассажира «философского парохода» Ивана Ильина: через что он прошёл и к чему в итоге пришёл. 20 декабря 2024 года на семинаре «Русская мысль» обсуждали доклад «Русская идея в философии Ивана Александровича Ильина. К 70-летию кончины мыслителя». С докладом выступил церковный историк и публицист Николай Кузьмич Симаков.

Философское завещание Ильина таково: «Научиться видеть вещи созерцающим сердцем в Божьем луче».
«Русская идея – это прежде всего всё видеть в божьем луче созерцающим и поющим сердцем, и тем служить божьему делу на земле».
«Есть только одно истинное счастье на земле это пение человеческого сердца».
Иван Ильи утверждал, что надо жить так, как будто лично от тебя зависит спасение России.

В книге «Наши задачи» Иван Ильин пишет. «Русская идея есть идея сердца, идея созерцающего сердца, сердца, созерцающего свободно и предметно, и передающее своё видение воли для действия».
«Русская идея утверждает, что главное в жизни есть любовь, что именно любовью строится совместная жизнь на земле. Ибо из любви родится вера и вся культура духа».
«Быть русским значит созерцать Россию в божьем луче и любовью принимать её как одну из главных заветных святынь своей личной жизни».

Иван Ильин писал: «Мы знаем, что западные народы не разумеют и не терпят русского своеобразия. Они испытывают единое русское государство как плотину для их торгового, языкового и завоевательного распространения. Они собираются разделить всеединый российский «веник» на прутики, переломать эти прутики поодиночке и разжечь ими меркнущий огонь своей цивилизации. Им надо расчленить Россию, чтобы провести её через западное уравнение и развязание и тем погубить её: план ненависти и властолюбия».

«Вся ткань русской природы иная, чем ткань природы западной», – писал Николай Бердяев в работе «Философия неравенства». В книге «Судьба России» Бердяев признавал: «…для нас самих Россия остаётся неразгаданной тайной. Россия – противоречива, антиномична. Душа России не покрывается никакими доктринами… И поистине можно сказать, что Россия непостижима для ума и неизмерима никакими аршинами доктрин и учений».

«Есть две Руси. Первая – Киевская имеет свои корни в мировой, а по крайней мере в европейской культуре. Идеи добра, чести, свободы, справедливости понимала эта Русь так, как понимал их весь западный мир. А есть ещё другая Русь – Московская. Это – Русь Тайги, монгольская, дикая, звериная. Эта Русь сделала своим национальным идеалом кровавую деспотию и дикую жестокость. Эта московская Русь издревле была, есть и будет полнейшим отрицанием всего европейского и яростным врагом Европы» – утверждал Алексей Толстой во время работы над романом «Петр Первый», 1940 г.

В 1945 году русский философ Г.П. Федотов в статье «Россия и свобода» писал:
«Весь процесс исторического развития на Руси стал обратным западноевропейскому: это было развитие от свободы к рабству. Рабство диктовалось не капризом властителей, а новым национальным заданием: созданием Империи на скудном экономическом базисе. Только крайним и всеобщим напряжением, железной дисциплиной, страшными жертвами могло существовать это нищее, варварское, бесконечно разрастающееся государство».

Сейчас я изучаю книгу «Русь и Рим» новая хронология русско-ордынская империя Г.В. Носовский, А.Т. Фоменко. Они утверждают:
1\ «Татаро-монгольское иго» было просто периодом военного управления в Русском государстве. Никакие чужеземцы Русь не завоевали.
2\ Верховным правителем на Руси является полководец-хан (он же царь), а в городах сидели гражданские наместники – князья, которые обязаны были собирать дань в пользу русского войска = Орды, на его содержание.
3\ Таким образом, Древнерусское государство представляется единой Империей, которая имела постоянное войско, состоящее из профессиональных военных (Орда), и гражданскую часть, не располагавшую своим регулярным войском, поскольку вооружённые силы уже входили в состав Орды».

Можно спорить с этими утверждениями, но очевидно, что возможны самые разные интерпретации и хронологии русской истории. Сергей Шелин написал книгу про наш особый путь. Ужасно и трагически особый. Особый путь России существует в двух вариантах – фанфарно-официальном («мы самые великие и духовные, а запад плохой и вредный») и скорбном, трагическом («наши беды роковые и непреодолимые, западничество минутное, демократия недостижима»). Сергей Шелин твёрдой рукой утверждает в книге второй вариант особого пути.

Политолог Сергей Кургинян «В разговоре с мудрецом» пророчествует о будущем России в технократическом мире. «Не будет места в том мире, который строит республиканская Америка для России, никакого места. … У нас сейчас будут стараться, как мне кажется, украсть историческое время. … Небольшая пауза станет прологом к фантастическому крещендо неприятностей. … Русские окажутся перед выбором: либо взвалить на себя крест мировой миссии и очередного прокладывания исторической дороги человечества, либо оказаться раздавленными теми процессами, которые будут запускаться совсем ужасными демократами и только чуть менее ужасными республиканцами».

Говорят, что «хорошая жизнь существует благодаря хорошим начальникам, а плохая — благодаря плохим». Возможно. Помню как мы старались, стремились к демократии, но нас слили в один день 25 декабря 1991 года. Сейчас нам говорят, что спасти нас может ни капитализм, ни либерализм, а только Русская идея.
На конференции «Дни философии в Петербурге» 17 ноября 2022 года я собрал мнения участников конференции о Русской идее

Когда я услышал, что Запад хочет поделить Россию на разные образования, чтобы помыкать ими и поставить их под свой контроль, я вначале не поверил. Поскольку это НЕВОЗМОЖНО! Ведь Россия — государство с тысячелетней историей, пережившее феодальную раздробленность, смуту, пять революций. Историк И.Я. Фроянов подсчитал, что за 537 лет от Куликовской битвы до Первой мировой войны Россия воевала 334 года. Из них одну войну против девяти держав, две войны против пяти держав, двадцать пять войн против трёх держав и тридцать семь войн против двух держав одновременно.

Возможно, главная забота России это защита своих границ. Россия напоминает Змея, который строго охраняет свои богатства, не всегда полноценно их используя.
Дмитрий Травин пишет: «Проблема русских земель была не в инородцах, а в неспособности государства пресечь набеги и поборы…Когда личность и собственность человека остаются без защиты, этим пользуются обычно бандиты разных этносов».
5 февраля 2025 года Дмитрий Яковлевич Травин прочёл лекцию «Загадки петровской модернизации».

https://vk.com/video1243120_456244025

В 2025 году издательство «Новое литературное обозрение» выпустит книгу Дмитрия Травина под интригующим названием «Пути России от Ельцина до Батыя. История наоборот». Автор, задавшись тривиальным вопросом о том, как наша страна оказалась там, где оказалась, попробует найти ответ, шаг за шагом отступая в прошлое, чтобы на каждом этапе исследовать представления современников о себе, окружающем мире и стоящих перед ними исторических вызовах. «Любое наше погружение в историю показывает, что основания нынешнего нашего мира косвенным образом зависят от событий, происходивших в чрезвычайно давние времена», – пишет Д.Я. Травин.

Многие гадают, будет ли новая книга исторического социолога Травина регрессным иском к прошлому (как в юриспруденции), или регрессионным анализом (как в статистике), или же социологической герменевтикой (как в философии).
Герменевтическая установка ориентирована на то, что социолог должен вести диалог с текстами. Цель этого диалога с «текстуальными партнёрами» по коммуникации – нахождение средств излечения современного общества. Но получить ответы на вопросы жизни должно не от текстов, а от их интерпретаций.

Применяя методы герменевтики при изучении исторических документов необходимо учитывать ряд факторов, поскольку сочинитель создаёт текст документа, находясь в определённой культурной среде, большое значение имеют его социальный статус, образование, принадлежность к тому или иному роду (клану, сословию, группе), а также его отношение к тому, кто в то время находился у власти.
Ещё философ Дильтей призывал реконструировать исторические события и внешние явления путём самонаблюдения, понимания событий методом их личностного «сопереживания», «вживания» в них как во фрагмент духовного целого, как части всемирного единения природы и Духа.

Наверно, сам господь бог не знает, что творится в России.
Да, у нас не скучно. Со всего мира люди едут к нам, чтобы почувствовать дыхание истории. Россия — страна невозможного. Это место борьбы духа и плоти. Бог уберегает Россию от сытого самодовольства, заставляя страдать и тем самым искать истинный путь. Наша неустроенность — это плата за нежелание духа раствориться в материальном комфорте, это перманентное состояние высвобождения ото всего, что может сковать духовную жизнь. Даже повышение материального достатка мы не можем покупать ценой уступок нравственности. Лидирующие сейчас в технологическом отношении нации кичатся своими успехами, но угроза глобальных катастроф заставляет задуматься: что останется от цивилизации, которая ничего не представляет, кроме технических усовершенствований. Прогресс нации определяется её духовными устремлениями! Стремление же ко всё большему комфорту — самый короткий путь к войне. Россия всегда была сильна духом. Она пример того, как наперекор всем логическим доводам Дух Жив! В этом её главная особенность и отличие от других стран. У нас всё не как у людей. А потому, что Россия – рулетка! Здесь нет обычных законов, здесь всё случай, здесь всё игра. У каждого народа свой путь и своя судьба. Россия была и будет страной свободного духа. Это место – где познаётся Судьба. Поэтому в Россию можно только верить».
(из моего романа-исследования «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак на сайте Новая Русская Литература

P.S. Поздравляю с Днём защитника Отечества!
Сам я служил три года на флоте и до сих пор считаю себя защитником Отечества.
Защитники Отечества против фальсификаторов истории. 15\02\2025 в Старой Руссе – городе воинской славы – почтили память предков, отдавших свою жизнь за свободу и независимость нашей родины.

https://vkvideo.ru/video1243120_456244027

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А по Вашему мнению, РОССИЯ ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

16 октября 2024 года я был на презентации новой книги экономиста Дмитрия Травина «Как мы жили в СССР». Дмитрия Яковлевича я старше всего на два года, мы жили в одном городе в одно время. В отличие от Дмитрия Травина, я не исторический социолог, а социолог-практик. В 1981 году начал работать в НИИ комплексных социальных исследований Ленинградского университета. У меня больше 40 научных публикаций и около ста в средствах массовой информации.
Перед начало презентации я провёл опрос участников и небольшое интервью с Дмитрием Яковлевичем о том, как мы жили в СССР.

https://vk.com/video1243120_456243944

Приглашаю посмотреть выступление Дмитрия Травина на презентации его книги «Как мы жили в СССР»

https://vk.com/video1243120_456243945

Я ещё не успел купить книгу «Как мы жили в СССР» — моя пенсия в 10 тысяч рублей приходит лишь 21 числа. Поэтому позволю себе прокомментировать некоторые положения о жизни в СССР, которые Дмитрий Яковлевич сформулировал в книге «Очерки новейшей истории России».
Полагаю, что герой книги Денис Иванович персонаж выдуманный, хотя и вполне реалистический. Травин описывает инженера (видимо, по технике безопасности), который «бил баклуши» в то время, как люди работали не покладая рук, чтобы заработать свой хлеб насущный. Денис Иванович весьма благополучный «средний» советский гражданин; большинство жили гораздо хуже. Для более адекватного восприятия следовало бы указывать время и место.

«Дефицит жилья оказался столь силён, что получить новую квартиру в обозримой перспективе Денис даже не надеялся».
– Да, очередь на жильё была, но можно было купить и кооперативное жильё, что многие и делали.

«Завтрак, как всегда, оказался сытный, но не отличающийся разнообразием».
– Каша, бутерброд, яйцо и кофе. Как и сейчас.

«Возможностью бездельничать на предприятии пользовались постоянно. Кто-то из друзей Дениса любил регулярно брать больничный под малейшим предлогом. Кто-то приходил на работу поддатый и тоскливо слонялся по помещению без всякой пользы для производства. … Как бы он ни волынил, как бы часто ни прерывался на перекуры, никто не мог его ни уволить, ни наказать рублём».
– Не знаю, на каком предприятии работал Денис, но у нас на Октябрьском электровагоноремонтном заводе если кто «волынил», то ничего и не зарабатывал.

«Минут сорок он вынужден был проводить в огромной очереди, начинавшейся ещё перед дверями заводской столовой. Кормили там сытно, дёшево, но невкусно. Выбор блюд был небольшим. Да и к тому времени, когда очередь подходила к окну раздачи еды, самое вкусное уже заканчивалось».
– На заводах всегда кормили хорошо, лучше чем в общепите, и дешевле. Мне казалось, что вкусно. Но ведь это не ресторан. Комплексный обед в нашей заводской столовой стоил 50 копеек. Сейчас обед в среднем стоит 500 рублей! .

«Раз в неделю к ним приходил лектор из общества «Знание», занимающегося коммунистической политической пропагандой, и тогда они на целый час абсолютно официально прерывали работу, чтобы «обогатиться знаниями»».
– У нас на заводе лектора слушали во время обеденного перерыва. Когда я сам стал лектором общества «Знание», то читал лекции рабочим тоже во время их обеденного перерыва.

«Осенью Дениса часто вообще снимали с рабочего места и отправляли перебирать гнилой картофель на овощебазу, где добровольно вообще никто не хотел вкалывать. Кстати, в зарплате наш герой не терял даже при переборке картофеля, хотя, казалось бы, для своего предприятия он в тот момент вообще ничего не делал».
– Когда я работал в НИИ инженером, нас посылали и на прополку, и на уборку овощей, и на овощебазу, даже на уборку улиц. Смена видов деятельности казалась отдыхом.

««Отбарабанив» на рабочем месте ещё четыре часа, наш герой совсем собрался уж было домой, да парторг напомнил ему об очередном партсобрании».
– В нашем НИИКСИ ЛГУ партсобрания проводились в рабочее время.

«Никакой убеждённости в верности коммунистическому пути не было ни у самого Дениса, ни у его детей, но демонстрация преданности властям стала для старых и малых своеобразным ритуалом. А кроме того, все понимали, что, отказываясь от такой демонстрации, можно осложнить себе жизнь».
– Можно было и не ходить на демонстрации. Но нам профсоюз платил по 10 рублей за то, что мы несли портреты вождей.

«Считалось, что коммунист не имеет права соблазняться такими проявлениями буржуазной культуры, как модные импортные вещи».
– Громыко покупал шляпы для членов Политбюро в Нью-Йорке. Импортные вещи можно было купить в «Берёзке» и в магазине на наб. Макарова, имея т.н. «боны». Однажды мать купила 10 бон за 100 рулей, пошла в магазин, но цены там были слишком высокие.

«Денис взял свежий номер «Правды», которую он обязан был выписывать как член коммунистической партии».
– Я как член КПСС подписывался на «Советскую Россию». Остряки шутили: «Правды» нет, «Россию» продали, есть «Труд» за 3 копейки.

«Однако, как только наш герой захотел почитать писателей «неофициальных» – Пастернака, Цветаеву, Булгакова – так сразу возникли сложности. Возникли они и при попытке найти доступ к лучшим зарубежным детективам, к книгам мастеров западной фантастики».
– Детективы меня не интересовали, зато читал 25-томник зарубежной фантастики. В то время как одни стояли ночами в очереди за товарами, я стоял ночами в очереди за подписными изданиями возле магазина «Подписные издания» на Литейном.

«Приличной публике подобало сидеть дома или же ходить в театр, кино, филармонию».
– Да, ходили весьма часто, потому что билеты в кино, входные в филармонию были почти даром. А сейчас билет в театр сопоставим с размером моей пенсии.

«Однако во время прогулки некуда было зайти выпить кофе, поболтать с друзьями. Кофеен практически не существовало вообще».
– А «Сайгон»? Да почти в каждой булочной был отдел, где можно было выпить бочковой кофе (со сгущёнкой за 10 копеек) или чёрный кофе из импортного (венгерского) аппарата. Мать давала мне двадцать копеек и я покупал две пышки (по 5 копеек) и стакан бочкового кофе с молоком. Я и сейчас часто захожу в пышечную на Садовой, чтобы как в детстве… Вот только платить приходится в 500 раз (!) больше: за две пышки и кофе – 100 рублей!

«Вообще же программа была довольно скудной. Смотреть можно было всего лишь три канала – два московских и один местный – да и то не целый день».
– Сейчас сто каналов, а смотреть нечего!

«В этот вечер показывали очередную серию фильма про разведчика Штирлица, и практически весь город замер перед экранами. Посмотреть кино на видео было невозможно по причине полного отсутствия такового».
– Премьера сериала состоялась в августе 1973 года. Видео тогда не существовало. А город действительно «вымирал» во время демонстрации сериала.

«На природу выезжали с бутербродами, с термосом. Порой с бутылочкой водки, но её, опустевшую, стремились увезти обратно, чтобы сдать в приёмный пункт за деньги».
– Бутылки принимали по 20 копеек, так что за 5 бутылок можно было получить целый рубль. А на рубль я мог питаться один день. Сейчас стеклянную посуду не принимают и потому загрязняют природу.

«Жена не купила чай в магазине, а приобрела вместе с продуктовым набором, распространяемым у неё на работе. Трудилась она на оборонном предприятии, где людей старались снабжать дефицитом, минуя обычные магазины».
– Так называемые «продуктовые наборы» с индийским чаем, шпротами и т.п деликатесами можно было купить и в обычном магазине. Я покупал на Красной улице и на площади Труда. До сих пор предпочитаю покупать растворимый индийский кофе в плоской жестяной банке.

«Туалетная бумага в СССР относилась к числу самых остродефицитных товаров. И уж во всяком случае в общественных уборных её не было никогда. Всё необходимое требовалось приносить с собой».
– Кто-то использовал серпантин, а кто-то наждачную бумагу (шутили).

«Вместо прогулки решили сходить в кино, благо неподалеку от дома демонстрировали новый французский фильм».
– В кино ходили не только на французские фильмы, а чаще на советские. Были и фестивали зарубежного кино.

«Зарубежное кино было отдушиной и в то же время душевной болью для Дениса. Сидя в кино, Денис Иванович непроизвольно сравнивал унылый советский быт с ярким зарубежным».
– Запомнились фильмы «Искатели приключений» и «Генералы песчаных карьеров», где зарубежная действительность была отталкивающей. Когда с завистью смотрели на «загнивающий Запад» и мечтали о процветающем капитализме, никто не думал, что станет нищим как сейчас.

«Из зарубежных фильмов бдительные цензоры просто вырезали любые сцены с намёком на секс и с демонстрацией обнаженного тела.»
– Зато сейчас такая похабщина, что смотреть не хочется.

«Он просто хотел ярких красок в жизни. Но в этот вечер наш герой вдруг понял, что яркие краски несовместимы со всем тем, что окружает его с детства».
– Я лично такое не могу сказать. Недавно слушал советские шляйгеры 60-х годов, и оказалось, что всё помню и даже подпеваю.

«В СССР ни за какие деньги человек не мог просто так взять и отправиться в Европу».
– И в социалистические страны ездили, и в капиталистические. Если, конечно, комиссия разрешала. Я в 1986 году без всякой комиссии поехал на «поезде дружбы» в ГДР.

«В ожидании заграницы он неплохо поездил по СССР. Путёвки были недороги. Даже отдых на Байкале почти уложился в его не столь уж значительные отпускные. А ведь дотуда сколько на самолете надо лететь! Сравнительно дешёвый транспорт позволял советским гражданам спокойно путешествовать по стране».
– Я каждый год путешествовал по СССР, отдыхал в Крыму. А сейчас на Байкал долететь ну очень дорого.

«Однако если вдруг на прилавке появлялся томик Анны Ахматовой или интригующего английского детектива, за ним мгновенно выстраивалась километровая очередь, причём последним никогда не хватало».
– Однажды мне посчастливилось купить томик Ахматовой: как выбросили на прилавок, так сразу образовалась очередь. А сейчас книги выбрасывают на помойку.

Приглашаю посмотреть вопросы и ответы Дмитрия Травина на презентации его книги «Как мы жили в СССР»

https://vk.com/video1243120_456243946

Дмитрий Яковлевич пишет всё правдиво, но чего-то не договаривает, возникает ощущение, что всё было очень плохо. А вообще книга Д.Я. Травина нужная, в особенности для молодёжи. Хотя, возможно, молодые, прочитав книгу, нас пожалеют и с сочувствием скажут: «В каком аду СССР вы жили?!»
Да, мы жили беднее, но честнее и добрее.

После школы в 1976-1977 году я работал на Октябрьском электровагоноремонтном заводе столяром, потом три года служил на Северном флоте, после демобилизации поступил на Подготовительное отделение философского факультета Ленгосуниверситета, работал дворником ради служебного жилья, учился на вечернем отделении Университета, работал инженером в НИИ за 110 рублей в месяц.

Очереди, конечно, изводили – до сих пор терпеть их не могу. Но были очереди, в которых добровольно стоял ночами: например, за подпиской на трёхтомник Михаила Светлова провёл две ночи на Литейном перед магазином «Подписные издания».

Да, жили в материальном плане трудно, был тотальный дефицит. Но меня больше волнует, как мы живём сейчас. Кажется, идём навстречу прошлому. Ощущение, что ходим по кругу, вновь возвращаемся к старым идеям на новом витке развития.

Возможно ли построить СССР 2.0 с элементами капитализма?

Говорят, нельзя войти в одну реку дважды. Но мы видим стремление вернуть некоторые элементы советского прошлого. Например, профессию писателя. Опять хотят вернуть налог на бездетность, изучают советский опыт. Рекламу чайлфри уже запретили, хотят запретить аборты и квадроберов. Но как показал опыт СССР, политика запретов не эффективна.

Председатель Госдумы Вячеслав Володин связал распад СССР с выходом фильма «Интердевочка» Петра Тодоровского. По словам политика, «разрушение Советского Союза» началось в конце 1980-х, когда на экраны вышла картина о валютной проститутке Тани и её «коллегах». «Вы поглядите, с чего началось разрушение Советского Союза? Ещё во времена ЦК КПСС, в 89 году, вышел фильм „Интердевочка“. Все рукоплескали. Очереди в кинотеатр, секретари ЦК ходили смотрели. Итог? Страны не стало», — сказал Володин.
Другой деятель во всём обвинил Битлов.
В общем, все вокруг виноваты, но только не мы сами.

В 80-е года я работал в НИИ инженером и получал 110 рублей. А моя учительница получала пенсию 132 рубля. Сейчас у меня пенсия 10 тысяч. Так какая пенсия лучше: советская пенсия 132 рубля или российская 15 тысяч?

В студенческие годы я мог жить на 1 рубль в день (питаться). А сейчас на 1 тысячу.
Раньше пирожное стоило 22 копейки – сейчас 165 рублей.

Интересно, сколько сегодня стоит советский рубль начала 80-х годов?

Много написано о дефиците продуктов и промтоваров, и совсем мало о дефиците смысла. Сейчас нет дефицита товаров и продуктов, но есть дефицит смысла существования. Наелись, и возник вопрос – а зачем мы жрём? Ведь живём не для того, чтобы жрать, а наоборот.

Приглашение на покупку обуви

Какой порядок более справедлив: равенство при тотальном дефиците или неравенство при изобилии?

Когда я смотрю хорошие советские фильмы, слушаю старые песни о главном, то кажется, что делали всё правильно. В чём же главная ошибка СССР?

СССР был невиданный по масштабам социальный эксперимент, но эксперимент нежизнеспособный. Дело в том, что справедливость и социальное равенство приходят в противоречие с экономической эффективностью. Там, где главное прибыль, справедливости нет места. Перевоспитать человека через изменение социальных условий оказалось невозможно.

В СССР как социолог я изучал неформальные молодёжные объединения. Сейчас появились квадроберы. На мой взгляд, это свидетельствует о бездуховности общества и отсутствии нравственного идеала у молодёжи.
Квадроберов предлагают запретить. Мой опыт подсказывает, что запрещать бесполезно. Нужно предложить молодёжи симпатичный нравственный идеал, которому будут уподобляться.

«Какая молодёжь пошла» Социологи Н.Кофырин и В.Афанасьев в передаче «Взгляд» 1988 год).

Я родился в СССР и до сих пор считаю себя советским человеком. Но если раньше гордился своей страной, то теперь испытываю чувство ущербности и неловкости, а главное — отсутствует убеждённость в нашей правоте.

Помню, в СССР у меня было чувство безопасности, спал спокойно. А сейчас у меня этого чувства нет, боюсь не проснуться. При СССР была уверенность в завтрашнем дне – сейчас таковой нет.

Я часто испытываю ностальгию, но вспоминать как стояли в очередях за продуктами и пытались отоварить талоны на водку и мыло, не хочется. Да, жилось нелегко. А главное — врали нам безудержно! Так что возвращаться на «путь к коммунизму» желания нет. Сейчас, конечно, нет дефицита, но есть миллионы нищих, чего не было в СССР.

СССР характеризовали как общество равенства и социальной справедливости. Это было общество равенства нищих. А сейчас нет ни равенства, ни социальной справедливости. Была мифическая, но всё-таки цель – построить коммунизм. Сейчас никакой цели нет. Опять говорят, что нужно вырабатывать критическое мышление, давать целостное представление о мире и своём месте в нём.
У меня ощущение, что мы всё время ходим по кругу и наступаем на грабли.

Можно сказать: социализм был хорошей идеей, плохо реализованной на практике. У рыночного устройства тоже много всяких проблем. По данным Росстата, в 2023 году уровень бедности в России обновил исторический минимум — за чертой бедности проживали 13,5 млн человек, или 9,3% населения.
Предполагаю, что на самом деле гораздо больше.

Да, после тотального дефицита конца 1980-х, после реформы Гайдара, гиперинфляции и обнуления вкладов, продукты появились в магазинах. Но не потому ли, что люди лишились своих сбережений и не могли купить товары?
Никто не хочет вспоминать, что реформы Гайдара обошлись в 10 миллионов преждевременных смертей: 10 миллионов жизней были брошены в пасть «капиталистического молоха».
Кто требовал рыночных реформ, хотели обналичить и легализовать свои накопленные богатства, чтобы потом вывезти из страны. Страну просто обокрали, вывезли ценности за рубеж и обосновались там.

Экономисты, естественно, склонны измерять благополучие жизни в рублях. Однако всё больше умных людей осознаёт, что не материальный комфорт является смыслом жизни, не богатством измеряется счастье человека. Уже не безудержное потребительство является желаемым идеалом. Наелись. А что дальше? Да, конечно, нужно удовлетворять витальные потребности. Но ведь не для пуза живёт человек!

Я не защищаю СССР, но как и многие мои ровесники, защищаю свою жизнь и молодость в СССР!
Революции и войны ничего по существу не меняют, а лишь создают часто ненужное для всех беспокойство. Законы существования невозможно изменить никакими благими пожеланиями. Одни правители сменяют других, пытаются что-то преобразовать, как они уверяют, “к лучшему”, но всё рано или поздно возвращается на круги своя».
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

16\09\2022 в Йошкар-Оле мужик о жизни в СССР и России

Моё детство в пионерлагере «Дружба» Пролетарского завода 70-е годы

https://vk.com/video1243120_456243921

Как мы отдыхали в СССР

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А по вашему мнению, КАК МЫ ЖИЛИ В СССР?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Вот уже 15 лет я участвую в заседаниях Санкт-Петербургского международного криминологического клуба. 7 июня 2024 года там обсуждался доклад президента Клуба доктора юридических наук, профессора Дмитрия Анатольевича Шестакова. 27 марта Д.А. Шестаков опубликовал статью «К философии преступности (о становлении свободного преступностиведения)».
Дмитрий Анатольевич – заслуженный деятель науки Российской Федерации, основатель Невско-Волжской криминологической школы – ввёл в научный оборот понятия «кратер преступности», «глобально-олигархическая власть», «преступный закон» и др. Ему принадлежит постановка вопроса о парадоксе преступного законодательства.
Я знаком с Дмитрием Анатольевичем почти сорок лет – он был руководителем моего дипломного проекта на кафедре уголовного права юридического факультета Ленинградского государственного университета. Поэтому я попросил ответить на ряд моих вопросов.

https://vk.com/video1243120_456243934

Процитирую основные положения из статьи и доклада Д.А. Шестакова.
Д.А. Шестаков считает, что «науку о преступности следует приблизить – и это понемногу уже делается – к миропониманию в целом. Видение преступности должно быть увязано с общими закономерностями бытия».

«Причины преступности вплетены в само существо мироустройства, в его сердцевину. И вместе с тем преступность далеко не полностью может быть осмыслена рационально. Её понимание предполагает выход за пределы обыкновенных, «обывательских» представлений».

Д.А. Шестаков видит главную угрозу миру в глобальной олигархической власти (ГОВ), которая ныне олицетворяет всеобъемлющее мировое зло. «Глобальная олигархическая власть – это не парламенты и даже не «военно-промышленный комплекс», но самая сущность (quinta essentia) корыстного мирового зла».

Шестаков пишет: «Вглядывание в глубь преступности, на дно её кратера позволяет осмыслить корень преступного зла в целом. Там в глубине мы видим паразитирующую всемирного масштаба «олигархию», которая олицетворяет гибельную бездуховность саморазрушающегося человечества».

«Философия преступности в конечном счёте сводится к двум вопросам: о происхождении зла и пределах наказания за него».
«В преступностиведении, – пишет Шестаков, – под злом мы понимаем деятельность людей, которая причиняет вред природе, выделившемуся из неё человеку, народу, человечеству. Особо подчеркну вред человеку, человеку как таковому (per se), не всегда и не во всём хорошему, даже преступнику».

Доктор юридических наук, профессор Д.А. Шестаков считает, что представление о зле становится «одной из важнейших составляющих человеческого сознания».
«Зло – это общее свойство всей природы».
«Объективное зло появляется вместе с возникновением жизни».
«Зло, которое необходимо шаг за шагом ограничивать, следует трактовать не только преступление, но и жестокие крайности противодействия ему».

Шестаков пишет: «Зло и, в частности, крайние («преступные») его проявления есть непременная (необходимая?) составляющая воспроизводящегося миропорядка».
«В само мироустройство заложены зло и страдания в виде так называемой «борьбы за существование», или, иными словами, взаимного «поедания»».
Отношение зла к добру «подобно соотношению космических сил отталкивания и притяжения».

Криминолог Н.И. Кузнецова полагает, что критерием зла выступают оценка причинённого вреда, ущерба и страданий, как отдельных индивидуумов, так и их общностей. … Добро и зло представляют собой своего рода комплементарную пару, сам факт наличия которой ведёт к поступательному развитию.

Криминолог К.-Л. Кунц (Берн, Швейцария) полагает, что преступности как объекта не существует. Общество и наука выливают её в формы, в которых по существу одно и то же приобретает специфические различные облики.

Криминолог Х. Кури (Фрайбург, ФРГ) убеждён, что преступность, т.е. поведение, совершаемое членами общества против установленных и разрешённых в государстве правил, всегда пытались пресечь с помощью санкций.

Криминолог М.П. Клеймёнов считает заблуждением, будто в мироустройство заложено зло, будто Бог сотворил не только добро, но и зло. «Это манихейское утверждение было опровергнуто ещё премудрым Соломоном. Источником зла является не Бог, а существо, наделённое разумом, которому дана свобода воли. Уклонение воли от света во тьму, отрицание добра и есть зло».

Философ Д.С. Райгуллин указывает, что в философии преступления на сегодняшний день сформировались три условных этапа: метафизический, натуралистический и иррационалистический.
В рамках метафизической философии преступления ключевым социальным фактором, стимулирующим преступную деятельность, выступает несоответствие законодательства высшим метафизическим принципам.
Натуралистический этап, сменивший метафизический, преступление обусловливает спецификой социального (государственного) устройства.
В рамках иррационалистического типа мышления социальные и антропологические аспекты философии преступления находятся в тесном взаимодействии и предполагают синтетический анализ, рассмотрение их во взаимосвязи.

Ханлар Джафарович Аликперов усматривает во многих видах индивидуального преступного поведения исторически обусловленную объективную закономерность, утвердившуюся на Земле задолго до возникновения государства и права.

Русский философ Владимир Сергеевич Соловьёв трактовал зло как общее свойство всей природы, связывая его с напряжённым самоутверждением. Он усматривал первоначальное происхождение зла в области вечного «доприродного» мира.
Ф.М. Достоевский устами князя Мышкина заключает: «Страдание есть главнейший и, может быть, единственный закон бытия всего человечества».

«В живом мире идёт нескончаемая борьба за существование, – пишет Д.А. Шестаков. – Так устроена вселенная. Но только появившийся на свет человек в его историческом развитии начинает расценивать недобрые проявления по отношению к нему и его общественному слою как нечто единое, деятельно враждебное, вредоносное, т.е. как зло.»

«Представление о зле становится одной из значимых составляющих человеческого сознания. По всей видимости, представление о зле возникло прежде представления о добре, которое воспринимается в качестве противоположности злу. Соотношение зла и добра подобно соотношению космических сил отталкивания и притяжения».
(Конец цитаты. С полным текстом статьи можно ознакомиться на сайте Санкт-Петербургского международного криминологического клуба).

Когда я начинал учиться на юридическом факультете Ленинградского государственного университета, спекуляция считалась преступлением. А когда был на 4-ом курсе, она вдруг перестала считаться преступлением, и стала называться бизнесом.
Что же такое ПРЕСТУПЛЕНИЕ – выдумка законодателей или реальная опасность?

Профессор Д.А. Шестаков полагает, что существует два основных подхода к преступлению: материальный (преступление — зло, реально причиняющее вред) и формальный или, как говорят, конвенциональный (преступление — то, что названо таковым в Уголовном законе). Эти подходы не противостоят, а взаимно дополняют друг друга. Профессор Д.А. Шестаков считает, что преступность существует и на микроуровне как свойство человека.

Криминологи всего мира до сих пор спорят о том, что оказывает решающее воздействие на преступное поведение человека: его природа или социальная среда, законы общества или законы природы?
«Среда виновата или подлая натура человеческая?» – вопрошал ещё Достоевский.

Платон, Плутарх, Аристотель и др. высказывали различные мысли, что преступность имеет свои причины вне злой воли человека. По мнению Б. Спинозы «В естественном состоянии нельзя представить себе преступления; оно возможно только в состоянии гражданском, где по общему согласию определяется, что хорошо и что дурно, где каждый должен повиноваться государству».

Что же такое Закон: установление законодателей или природная закономерность?

Закон имеет целью оградить общество от проявлений человеком своего подлинного Я, если оно вступает в противоречие с Я других людей. Однако никакой закон не останавливает людей от проявлений своей подлинной сущности. Всегда убивали и будут убивать, и даже страх смертной казни не останавливает.

Одни считают, что наш мир есть результат долгой эволюции, и надо жить по природным законам естественного отбора, где выживает сильнейший, а слабый погибает; где каждый за себя и выжить надо любой ценой.
Другие полагают, что мир был сотворён Богом и надо жить по божественным законам, любить ближних и помогать слабым.
Третьи убеждены, что человек живёт в социуме и должен открыть законы для социума.

Некоторые законодатели, похоже, забывают, что в основе любого закона должны лежать нормы естественного права, а не политическая целесообразность или экономическая необходимость.
Законы должны устанавливаться не по прихоти властей, а отражать закономерности человеческого общества и человеческой природы.

Известный теоретик права Чезаре Беккариа в 1764 году в трактате «О преступлениях и наказаниях» писал: «Нельзя надеяться на существенное улучшение морали, если политика не опирается на вечные чувства, присущие человеческой природе. Любой закон, идущий вразрез с этими чувствами, неизбежно столкнётся с противодействием, которое в конце концов окажется сильнее».

Основоположники идеи естественного права английские учёные Джордж Бьюкенен (1505-1582) и Роджер Хукер (1554-1600) писали, что первобытное состояние человека было полно «зависти, борьбы, ссор и насилия, которые не закончились бы, если бы люди не пришли к общему согласию подчиняться одному человеку». Побуждение к жизни в обществе и подчинению законам этого общества происходило из естественной потребности выживания.

Чтобы преодолеть «войну всех против всех» Томас Гоббс предложил передать часть прав и власти государству, которое в итоге стало «левиафаном».

Очевидно, что законы природы имеют приоритет над законами общества. Нельзя навязывать противоестественные законы и требовать их соблюдения.
Именно несоответствие официальных законов естественным законам поведения людей есть основная причина преступности.
Именно насаждаемые официальные законы есть то зло, которое считает неестественным закономерные проявления неблагополучия.
Не поведение людей причина появления уголовного закона, а именно наличие противоестественного «закона» причина негативного поведения людей.

Люди живут инстинктами. Человек — животное! У большинства голова лишь обслуживает желудок, и ничего более. Все хотят сделать человека лучше, а он не может, не может!

Божественные и моральные законы людьми не соблюдаются. В реальности правят другие законы. Кто сильнее, тот и прав. Побеждает не разум, а грубая сила. Законы устанавливает победитель. Право силы — вот реальное право.
«По праву сильнейшего!» – таков закон жизни. – «Кто сильнее, тот и прав».

В человеческом сообществе действуют те же законы джунглей, что и среди диких зверей; господствует право силы, а не сила права, выживает сильнейший, и сильнейший всегда прав. На мораль и право плюют, если всего можно добиться силой.

Каждый за себя, и всем друг на друга наплевать. Человек человеку не друг, товарищ и брат. За всей ложью и ухищрениями скрывается животная борьба за существование.

Один известный политик признал: «В мире идёт борьба не за рынок и не за права человека. За территорию! Как и тысячи лет назад племя идёт на племя: «У вас лучше вода — мы вас уничтожим и будем пить вашу воду».

Когда Моисей вернулся с горы со скрижалями Божиими, одна из заповедей которых «не убий», он приказал убить всех, кто поклонялся не его Богу, а золотому тельцу. «Убивайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего» (Исход 32:23). А было их три тысячи!

Божественные Заповеди не выполняются, потому что природа сильнее культуры. Все знают, что прелюбодейство кончается плохо, однако всё равно изменяют друг другу.

Если жить в обществе и быть свободным от общества хоть как-то можно, то быть свободным от законов природы невозможно никак!

Большинству людей нужен внешний контроль. Некоторым людям гораздо проще понять принуждение, нежели приглашение. Людей больше воспитывает страх, нежели любовь.

Общество изменилось, изменились и его законы. Но изменились ли люди? – Нет! Потому что законы природы изменить невозможно.

Что сильнее влияет на поведение человека: его генетика или социальная среда?
На мой взгляд, гены определяют поведение человека в большей степени, нежели социальные условия.

Преступником рождаются или становятся?
Вопрос до сих пор открытый. Человек от природы не добрый и не злой. Многочисленные психологические эксперименты доказывают, что при определённых условиях каждый человек может стать злодеем и преступником. Недавно учёные обнаружили ген агрессивности и выяснили, что если его блокировать, угасает и творческая активность человека.

Существует ли в природе среди животных преступность?
Если социальное животное нарушает законы поведения в стае, оно становится изгоем.

Причины преступности заключены в природе человека или в социальной природе общества?
Или, может, в самом мироустройстве?

С одной стороны, причины преступности в общественных противоречиях. С другой стороны, причины преступности в самом человеке и мироустройстве.

Если преступные проявления есть непременная составляющая воспроизводства миропорядка, то следует ли это называть злом, если это природная необходимость?

Можно ли назвать наркотики злом?
Ответ в том, как они используются: для лечения или для самоудовлетворения.
«Не знаю, что лучше – зло ли, приносящее пользу, или добро, приносящее вред», – говорил Микеланджело.

Некоторые считают, что источник зла находится в свободной воле человека. Но если у человека нет свободы воли, то не может быть и ответственности.

Многие люди часто называют преступлением то, что таковым строго юридически не является, называют это МОРАЛЬНЫМ преступлением. Однако такого термина и понятия не существует.

Когда Каин убил Авеля из-за ревности к Богу, не было ни Закона, ни государства, так было ли это убийство преступлением?

В СССР преступность называли «родовым пятном капитализма». Сейчас такого объяснения нет. Что же хуже в плане преступности: социализм или капитализм?

ДОБРО и ЗЛО понятия относительные или абсолютные?

Борьба за существование живых существ это зло или естественный закон? Можно ли считать злом, что львы убивают и съедают буйволов, гиены антилоп?

Можно ли назвать пример «абсолютного зла»?

Смертная казнь серийного убийцы, педофила это зло?

А может ли быть преступное добро, когда творят добро преступными методами (как Деточкин из фильма «Берегись автомобиля»)?

Есть ли что-то ценнее человеческой жизни?
Если самое ценное это человеческая жизнь, то ради сохранения своей жизни можно ли пойти на любое преступление?
В ситуации необходимой обороны или крайней необходимости причинение смерти другому человеку преступлением не является.

Можно ли сказать как метафору: ЖИЗНЬ – ЭТО ПРЕСТУПЛЕНИЕ?

И да, и нет… Практически каждый из нас совершал то или иное преступление (даже не зная того). Политики и законодатели преступники в особенности. При расплывчатости некоторых терминов (например, «экстремизм»), практически любой поступок может быть квалифицирован как преступление.
Вся деятельность личности по сути есть переступание через запреты, преграды и нормы – то есть «преступление» (если понимать его расширительно, а не только как норму Уголовного Закона).
А само человечество разве не преступно по своей сути – сплошные убийства на протяжении всей истории?
Вся деятельность человечества по отношению к живой природе преступна (загрязняется экология, уничтожается живой и растительный мир).

Слабый должен погибнуть — таков естественный отбор. Это закон жизни: либо приспособишься, либо умрёшь!
Чтобы выжить, есть два пути: либо убивать, либо примириться. Но всё равно побеждает сильнейший!
Короче: или жрать другого против своей совести, или быть съеденным самому.
Вся жизнь игра, воруй, такая фишка. Ну а попался, то молчи – не то каюк. Своё ты отсидишь, семь лет не вышка. Иначе схавают, и рта не оботрут, , — пропел «авторитет»».
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

P.S. Читайте продолжение в статье «ФИЛОСОФИЯ ЖИЗНИ ПРЕСТУПНОСТИВЕДА» и там смотрите ролик «Шестаков о философии жизни».

03\06\2022 Д.А. Шестаков дал интервью Николаю Кофырину

https://youtu.be/_aZozUFewD4

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь

А как Вы относитесь к ФИЛОСОФИИ ПРЕСТУПНОСТИВЕДЕНИЯ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература