По мнению Марата Гельмана, художники становятся главными фигурантами в новой экономике, которая грядёт. В стоимости мебели 30% занимает художественный дизайн и маркетинг.
Если доля сельского хозяйства в мировой экономике 4 процента, доля творческой индустрии (кино, изобразительное искусство, книгоиздание и т.п.) – 7 процентов!

За прошедшие 100 лет люди стали вдвое меньше работать. Вместо 12-часового рабочего дня 8 часов; трудиться начинают не с 14, а с 20 лет; не один выходной, а два.
В результате появилось большое количество свободного от работы времени, которое нужно как-то проводить. Обслуживание свободного времени это огромный, быстро растущий бизнес. Семья в Англии тратит на культурное потребление 17% семейного бюджета.

Рыночная стоимость всего созданного Пикассо на 20% больше, чем вся стоимость «Газпрома»!

Если в технической сфере мы безнадёжно отстаём, то в гуманитарной области нет понятия «отставание». Но чтобы осуществить прорыв в гуманитарной сфере, нужно создавать для этого условия. Если мы хотим иметь 100 выдающихся художников, общее число художников должно быть не менее 50 тысяч.

По данным Марата Гельмана 40% молодых людей в возрасте от 16 до 30 лет хотят уехать из родного города (кроме москвичей).
Из тысячи приглашённых нашлось только 70 человек, желающих стать предпринимателями в России. Ещё меньше так называемый «креативный класс».

Сейчас страны и мегаполисы борются за креативщиков, которые способствуют развитию среды обитания и обеспечивают технологическое преимущество.

Бизнес требует от художника «сделайте красиво». Но искусство не обязательно должно быть красиво.
Предприниматель сегодня должен быть подобен художнику.
Искусство это образ жизни, а не профессия.

Свобода для искусства подобна крови для организма!
Искусство это не лекарство, а боль!

История искусства это история человечества.

Когда у искусства были задачи, были и критерии его оценки. Сейчас постмодернизм разрушил все критерии. Художники сошли с пьедестала, они перестали быть медиаторами между небом и землёй. Сегодня художник тот, кто называет себя художником.

На мой взгляд, критерием искусства является способность вызывать отклик у других людей.
Искусством можно назвать любую деятельность, направленную на создание эстетически-выразительных форм, удовлетворяющую любовь человека к прекрасному.

Искусство – один из способов познания мира и себя в мире.
Для некоторых искусство это способ ощутить свою связь со Вселенной.
Искусство есть символический способ донесения высших истин.

Теоретик эстетики Джон Рёскин отмечал, что смысл искусства в создании художественными методами доступа к эзотерической истине, заключённой в природе.
Древние греки считали способность к искусству показателем божественного в природе человека.

В трактате «Политика» Аристотель писал: «Нужно, чтобы граждане имели возможность заниматься делами и воевать, а в ещё большей степени — хранить мир и пользоваться досугом, исполнять необходимые и полезные дела, в особенности же — прекрасные».

Аристотель признавал, что искусство не безразлично к морали, политике, к вопросу воспитания личности, поэтому при использовании искусства в качестве средства воспитания, необходимо соблюдать строгий контроль за художественной деятельностью.

Когда я был в Греции, то посетил в Афинах древний Акрополь. Расположенный в Акрополе храм Парфенон считается одним из семи чудес света. В «золотой век» Афин правитель Перикл выдвинул идею восстановления ансамбля Акрополя. Храм строился почти десять лет усилиями всех граждан. Строительство Парфенона стало объединяющим фактором для греков.

В древней Греции искусство служило одновременно целям и развлечения, и постижения. Древнейший греческий театр времён античности был построен в святилище Асклепия в Эпидавросе. В Эпидавросе разыгрывались древние трагедии, которые служили цели познания и духовного очищения (катарсиса).

Является ли искусство всего лишь развлечением для праздной толпы, или это средство постичь мир и сделать его лучше, очистить душу свою?

Владимир Соловьёв в работе «Общий смысл искусства» пишет:
«Искусство перестаёт быть пустою забавою и становится делом важным и назидательным, но отнюдь не в смысле дидактической проповеди, а лишь в смысле вдохновенного пророчества».

«По-моему, искусство существует только потому, что мир плохо устроен», – считал Андрей Тарковский. – «Мне пришла мысль, что содержательно искусство есть реакция человека, находящегося на низком уровне, в его стремлении к более высокому уровню. Именно этот драматический конфликт, где одновременно пролегает в сумерках для человеков избранный путь, и есть содержание искусства…»

Я считаю, что искусство — это протест против цивилизации!
Художник тем и нравится, что бросает вызов обществу своим творчеством, своим образом жизни. Ведь привлекает то, на что сам не способен. Писатель должен говорить то, в чём страшно признаться читателю. В конечном итоге, интересует даже не само произведение, а подвиг его создателя, личность самого творца!

«От нас требуют правды. Но нужна ли им правда на самом деле?» – говорит Тициан в фильме «Эль Греко». – «Послушайся моего совета: никогда не показывай им всё. Они никогда тебе этого не простят. Всякое искусство опасно, как все великие тайны Бога».

Ж-Ж Руссо на вопрос, как влияют науки и искусства на нравы людей, ответил: «ОТРИЦАТЕЛЬНО»!

«У человека должны быть ограниченные материальные потребности и безграничные – духовные. Только так можно достойно прожить каждому из нас и всему человечеству», – полагал Сальвадор Дали.

Искусство не имеет самостоятельной ценности. Оно связано с нравственной жизнью людей и подчинено задачам «усовершенствования в добродетели». Произведения искусства облагораживают человека тем, что через посредство катарсиса освобождают личность от отрицательных страстей.

Недавно я побывал в галерее «Скороход», созданной в бывших цехах известного производства обуви. Философ Александр Секацкий и антрополог Николай Грякалов рассуждали о проблемах современного искусства.

Для меня лично произведением искусства является то, что вызывает катарсис, очищает душу, заставляет задуматься о вечном, побуждает совершать добрые поступки и творить любовь – всё, что преображает человека.

Когда летом я посетил в Лондоне национальную галерею искусств, у меня возник вопрос: почему у них вход бесплатный, а у нас в Эрмитаже нет?

Недавно в музее нонконформистского искусства на Пушкинской,10 я участвовал в работе круглого стола «Мифы и теории в искусстве России 1970-2012 гг.» Модератор выставки известный петербургский искусствовед и куратор Олеся Туркина считает: «Современное искусство в России как Алиса в Зазеркалье вынуждено было бежать в два раза быстрее, чтобы двигаться вперёд…»

Я считаю, что истинное творчество — всегда восстание, истинный художник — всегда революционер!

Восстание графа Эссекса против королевы Елизаветы I началось после представления в театре «Глобус» пьесы Шекспира «Ричард II». Эссексу нужна была поддержка недовольной толпы. И пьеса «Ричард II» «разогрела» толпу недовольных. После подавления мятежа королева Елизавета говорила, что она и есть Ричард II, что это её казнили на площади.

Пьеса Бомарше «Женитьба Фигаро» тоже сыграла роль детонатора Великой Французской революции. Позволив смеяться над собой, аристократия вынесла себе приговор.

Известно сколько сделал «Буревестник» Максима Горького в приближении Октябрьской революции 1917 года. «Буря, скоро грянет буря»… пророчествовал Горький, и тем навлёк беду.

Учитывая опыт истории, Сталин всех любителей антисоветских анекдотов ссылал в лагеря на перевоспитание. Хрущёв пытался выслать Бориса Пастернака, Брежнев выслал Солженицына, многие художники сбежали от расправы за границу сами.

Перестройку во многом обеспечили рок-музыканты и фильм Сергей Соловьёва «Асса». После фильма «Асса» все стали требовать: «Мы ждём перемен»!

Сейчас, конечно, не то, что при Хрущёве, который матерно ругал современных художников на выставке в Манеже.
У нас в Питере много делается для развития классического и современного искусства: проводятся фестивали, выставки, открываются новые музеи. Недавно я побывал в галерее современного искусства «Эрарта» и задал вопрос о ценности искусства известному кинорежиссёру Александру Сокурову.

Зачем власти искусство?
Искусство способно менять представление о действительности, внедряя нужный миф. Оно может сформировать положительный имидж власти, внушая, что лучше нет и не может быть никакой другой власти.
Сталин это понимал и всячески старался приручить деятелей культуры. Для управления ими был создан Союз Писателей, который возглавил Максим Горький.
Сталин хотел, чтобы Горький написал о нём произведение, как написал очерк о Ленине. Потом Сталин ждал этого от Бориса Пастернака, потом от Михаила Булгакова. В результате получился «Мастер и Маргарита» и «Доктор Живаго».

Ленин говорил, что самым важным искусством является кино. Почему?
Да потому что кино позволяло внушить желаемое, выдать желаемое за действительное. Чего только стоит фильм «Октябрь» о штурме Зимнего Дворца в октябре 1917 года. Но на самом деле не было никакого штурма! Его инсценировали потом.

В фильме «Падение Берлина» Сталин прилетает в Берлин, чего тоже никогда не было.
Даже шедевр «Броненосец Потёмкин» не лишён этих недостатков. Не было никаких червей в мясе, был хорошо подготовленный мятеж. А расстрел на лестнице такая же выдумка гениального Эйзенштейна, как и памятная коляска с ребёнком.

Кино являлось идеологическим оружием и помогало продавать доверчивым людям ложь в красивой обёртке.

Я лично вырос на фильме «Чапаев». Мы верили всему происходящему на экране. Особенно нравилась «психическая атака» офицерского каппелевского полка, который с воодушевлением расстреливала Анка-пулемётчица. Но если судить по фильму «Адмирал», «психическая атака» вызвана не геройством офицеров генерала Каппеля, а отсутствием патронов.

Теперь уже не Петька, а генерал Каппель «светлый человек»; «белые» – белые и пушистые, ну а «красные» – кровавые бандиты.

«Опять власть меняется» – сетовал герой фильма «Свадьба в Малиновке». Но подлинное искусство не устаревает, даже если «опять власть меняется». Так не устарели слова крестьянина (в исполнении Бориса Чиркова) в бессмертном фильме «Чапаев»: «Красные придут – грабят, белые придут – грабят. Ну куда крестьянину податься?»

Наше поколение выросло на романе Николая Островского «Как закалялась сталь». Все настолько верили написанному, что никто даже не усомнился, а правда ли это. Мы до сих пор повторяем заученные на уроках слова: «Самое дорогое у человека — это жизнь. Она даётся ему один раз, и прожить её надо так, чтобы не было мучительно стыдно за бесцельно прожитые годы, чтобы не жёг позор за подленькое и мелочное прошлое…»

Для власти искусство всегда являлось частью идеологической машины. Создание фильма-эпопеи «Война и мир» было проектом, который курировал ЦК КПСС.
И сейчас министерство культуры даёт деньги только на те фильмы, которые соответствуют идеологическим интересам государства. 50 млн. рублей выделили на фильмы Никиты Михалкова «Утомлённые солнцем -2». Скоро появится фильм Фёдора Бондарчука «Сталинград»…

Политики разных уровней с помощью искусства манипулируют массами. Известно, что «драматург Шекспир» был изобретением английской тайной полиции, сделавшей из безграмотного ростовщика Шакспира из Стратфорда гениального поэта для всего мира.

Искусство в руках государства всегда служило цели оболванивания масс. Честные художники пытаются нести правду, но власть их не любит. Фильм Тарковского «Андрей Рублёв» долгие годы прятали от зрителей.

Кто платит, тот и заказывает… Так появляются фильмы с намеренным искажением исторической правды. Когда в фильме Александра Сокурова «Молох» Адольф Гитлер недоумённо спрашивает про Освенцим «А где это?», недоверие возникает не только к фильму, но и к режиссёру.

Властители любят выступать покровителями искусств, якобы их ценителями и знатоками. На самом же деле своим покровительством они выпрашивают у художников возможность остаться в истории и памяти потомков.

Кто кому больше необходим: художник власти или власть художнику?

Власть заигрывает с деятелями искусства, прикармливает угодливых и приручает непослушных. Создаются всевозможные общественные советы из деятелей культуры. Власть хочет сделать художников управляемыми с помощью различных преференций и премий. Непокорные же становятся аутсайдерами.

Властители всегда выступали заказчиками для художников, тем самым их подкупая и заставляя себе служить. Некоторые художники сами готовы служить власти и делают всё, что прикажут, лишь бы им платили. Такая, с позволения сказать, «проституция» губительно сказывается на таланте. Ибо самое худшее для художника это потеря свободы.
Некоторые умудряются и премии получать, и на оппозиционных митингах выступать.

Те властители, кто не может оставить память о своём «мудром» правлении, стараются увековечить себя в произведениях искусства и архитектуры. Например, Людвиг Баварский построил замечательные замки. Лужков выбрал Церетели и финансировал его мегапроекты. Конечно, это не худшее занятие для властителя.

Вчера в новом здании Мариинского театра я слушал оперу Дж.Верди «Травиата». Акустика великолепная! Я слушал на языке оригинала «Тривиату» трижды, но это исполнение было наилучшее!

Надо признать, новое здание не появилось бы без поддержки первых лиц государства. За что им, разумеется, спасибо. Но вот попытки подчинить Мариинскому театру другие музыкальные учреждения Петербурга кажутся опьянением властью.

В прошедшее воскресенье я был в Александро-Невской Лавре и зашёл на Никольское кладбище, где похоронен Анатолий Собчак. Когда-то я ходил на его лекции, сдавал ему экзамены.
Собчак был покровителем искусств. Надгробный памятник сделал Михаил Шемякин.

«Жизнь коротка, искусство вечно» – говорили древние.
Я долго сидел напротив могилы и думал, почему же погиб Анатолий Александрович?

Некоторые считают, что власть – это поход против инстинкта самосохранения. Черчилль сравнивал власть с наркотиком. Писатель Михаил Веллер утверждал, что власть определяется доминированием «альфа-самца». Некоторые полагают, что власть – это сказка про «голого короля».

Две с половиной тысячи лет назад китайский философ Лао-Цзы так писал об искусстве власти:

«Управление ненавязчивое и скрытое делает людей безыскусно простыми.
Управление явное и дотошное портит и калечит людей.

Когда в мире множатся запреты, тогда в народе становится больше сирых и убогих.
Когда в народе множатся орудия войны, тогда и сгущается мрак над дворами и царствами.
Когда среди людей появляется много хитроумных и многознающих, тогда и перестают случаться чудесные вещи.
Чем строже указы и методы, тем больше воров и разбойников.

Тот, кто сегодня оставляет любовь ради войны,
Кто отвергает умеренность ради пышного изобилия,
Кто отказывается быть повелителем ради того, чтобы быть самым главным, непременно погибнет!

Чтобы в народе не старались выслужиться друг перед другом,
Нужно не возвеличивать достойных.
Чтобы в народе не было воров, не нужно дорогие вещи ставить превыше всего.
Чтобы сделать чистыми сердца людей, нужно отвратить свой взор от того, что рождает желание».

Искусству власти посвятил свой трактат «Государь» Николо Макиавелли (1469-1527).

«Государь, особенно новый, не может исполнять всё то, за что людей почитают хорошими, так как ради сохранения государства он часто бывает вынужден идти против своего слова, против милосердия, доброты и благочестия… не удаляться от добра, но при надобности не чураться и зла».

Отношения с народом могут строиться либо на силе власти, либо на силе авторитета.
Сила авторитета заключается в признании народом принимаемых властями решений.
Единственный вариант успешной политики заключается в обретении согласия относительно средств достижения принятой всеми цели.
Власть это не насилие, власть – это СОГЛАСИЕ!

Идеи становятся силой, когда овладевают массами, не через насилие, а через согласие!

Нужно переходить от представления о власти как вертикального подчинения к пониманию власти как горизонтальной координации.

Самое простое – запрещать и не пущать! Но это самый неэффективный способ управления.
Стимулировать и создавать условия труднее, но этот путь наиболее эффективный.
Искусство власти и состоит в умении даже при неблагоприятных условиях создавать хорошую жизнь.

Интеллектуальная власть бывает порой куда более эффективной, чем грубое насилие. В современном мире способность человека подчинить себе других людей всё больше зависит от его интеллектуальных способностей.

Власть, апеллирующая к справедливости, честности, долгу и другим нравственным ценностям, более эффективна, особенно когда её носитель способен служить в этом отношении примером для других.

После публикации на «Эхо Москвы» моей статьи «Зачем власти искусство», я получил интересный комментарий по поводу разоблачения Шекспира:
«Уверен, без » богохульства и гомосексуализма», Вы вполне сможете рассчитывать на все виды поддержки со стороны Минкульта. Уверен, Ваша правда должна понравится нынешнему министру. Поднесите Ваш труд министру – дело говорю».

Я ответил: «Самое губительное для художника – стремление понравиться кому-либо, тем более властителю».

Я понимаю властителей, которые хотят, чтобы их хвалили, а не ругали. Властители всегда платили за то, чтобы художники прославляли их на века.
Но если для художника искусство это самопожертвование, то для власти всего лишь красивая обёртка, скрывающая её пороки.

Русская культура – это «бренд», наше «конкурентное преимущество», и не использовать его непростительно!

– А нужно ли нашим властителям современное искусство? – спросил я у Марата Гельмана.
– В принципе, конечно, они бы хотели, чтобы искусство было, чтобы оно людей как-то развлекало, чтобы оно показывало миру, что мы часть этого мира. Но при этом, чтобы оно не занималось какими-то острыми вопросами. То есть, они хотели бы это иметь в таком ограниченном варианте. Я пытаюсь им объяснить, что так не бывает. Художник не может существовать в ситуации, когда есть ограничение свободы. Для искусства свобода это как кровь для тела. Нет крови, или затруднена её циркуляция, организм умирает. Если бы социальная ткань могла бы по их велению меняться, то, я думаю, они бы предпочли, чтобы искусства не было…

– А искусство может изменить мир?
– Считается, что нет. Я всегда успокаиваю, говоря «это всего лишь искусство». С другой стороны, искусство это всегда не лекарство, а боль. Искусство фиксирует какие-то явления, может изменить нашу оптику по отношению к чему-то, но оно не является рецептом и не является лекарством. В то же время жизнь даёт примеры, когда искусство изменяло мир. Скорее, не изменить мир, но влиять. Но в целом, нет. Более того, это опасное заблуждение. Опасное для нас! Потому что, если вдруг путины и сечины решат, что мы можем изменить мир, то нам будет плохо. Лучше мы будем говорить «нет», а потом возьмём и изменим!»

Недавно я посмотрел фильм «Рассказы» режиссёра Михаила Сегала. Особенно мне понравился рассказ «Круговое движение» о коррупции в нашей стране. На мой взгляд как криминолога, в фильме достаточно верно показана коррупция как системная болезнь нашего общества. Власть призывает бороться с коррупцией, но сама больна этим недугом.

В фильме «Рассказы» наш президент, в исполнении Игоря Угольникова, говорит подчинённому губернатору:
«Дайте им всем там по шапке, кто не хочет жить по закону. А я уж в свою очередь постараюсь помочь с прессой, чтобы всё это правдиво отразить. Ну и я надеюсь, что вы поддержите государственную линию у себя в регионе. Область у вас неспокойная. Много таких людей, которые против стабильности. Вы уж там с ними построже, причём сами, самостоятельно, без помощи центра. Мы же внимательно смотрим за тем, как области голосуют. Если вы сейчас начнёте активную антикоррупционную кампанию, нетрудно будет указать на место тем, кто против стабильности…»

«О власти судят по результату. Власть требует быть гибким, и следовать необходимости, а не данному слову или представлениям о чести и морали. Успех оправдывает все средства!
Власть — тяжёлое бремя. Соблазнов, конечно, много, но и ответственности не меньше. Бюрократическая машина такая громоздкая: пока скажешь, пока выполнят, да ещё не так, как сказал… Иногда отчаяние охватывает, хоть плачь. Но я не могу позволить себе пасть духом и беру себя в руки. Я взвалил на себя этот крест, и должен нести его пока хватит сил. Я призван Богом, чтобы свершить свою миссию!
Много раз слышал, будто любыми путями буду держаться за власть. Это враньё! Дело в другом. Всё что я хотел, это чтобы мой народ был счастлив. Бессонные ночи, мучительные переживания, что надо сделать, чтобы людям хотя бы немного жилось легче и лучше, — нет у меня более важной задачи.
Я пожертвовал собой ради счастья людей! Власть — это жертвоприношение!
Только из любви к своему народу я делаю это, только ради любви!
ЛЮБОВЬ ТВОРИТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ»
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

А по Вашему мнению, В ЧЁМ ИСКУССТВО ВЛАСТИ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

«Искусство бесценно», – считают одни. «Всё имеет свою цену», – полагают другие.

Прошедшую «ночь музеев» 18 мая 2013 года я провёл в музее нонконформистского искусства на Пушкинской,10. Там я участвовал в работе круглого стола «Мифы и теории в искусстве России 1970-2012 гг.» Модератор выставки известный петербургский искусствовед и куратор Олеся Туркина считает: «Современное искусство в России как Алиса в Зазеркалье вынуждено было бежать в два раза быстрее, чтобы двигаться вперёд…»
Зачем же людям искусство?

В наиболее общем смысле искусством называют мастерство, продукт которого доставляет эстетическое удовольствие.
Критерием искусства является способность вызывать отклик у других людей.
Для творца это процесс выражения внутреннего и внешнего мира в художественном образе.

Сейчас искусством можно назвать любую деятельность, направленную на создание эстетически-выразительных форм, удовлетворяющую любовь человека к прекрасному.

Есть три подхода в понимании искусства:
1\ реалистический, согласно которому эстетические качества объекта присущи ему изначально и не зависят от оценки наблюдателя;
2\ эстетические свойства лишь отчасти зависимы от оценки наблюдателя;
3\ эстетические свойства зависят только от того, что видит в нём наблюдатель; причём разные люди могут видеть разные качества.

Когда я ходил по археологическому музею в древних Микенах (Греция), невольно вспоминались слова Писателя из фильма Андрея Тарковского «Сталкер». «Вот стоит в музее какой-то античный горшок. В своё время в него объедки кидали. А нынче он вызывает всеобщее восхищение лаконичностью рисунка и неповторимостью формы. И все охают, ахают. И вдруг выясняется, что никакой он не античный, а подсунул его археологам какой-нибудь шутник веселья ради. Аханье, как ни странно, стихает. Ценители!..»

Любой вид деятельности можно условно называть искусством, если исполнитель вкладывает свои чувства в новой оригинальной и значимой форме.
Искусство — это умение, которое способно вызвать восхищение.
Создание компьютерных игр недавно было признано в США искусством.
Даже настенные рисунки граффити считаются сегодня искусством.

Со времён античности искусство считалось практикой философии. В 19 веке искусство рассматривалось как продукт взаимодействия между красотой и истиной.
Теоретик эстетики Джон Рёскин отмечал, что смысл искусства в создании художественными методами доступа к эзотерической истине, заключённой в природе.

Искусство – один из способов познания мира и себя в мире. Оно создаёт широкий диапазон форм постижения, в том числе и возможность постигать невербальным образом.

Искусство представляет собой средство коммуникации. Оно позволяет передавать не только объективную информацию, но и эмоции, настроение, чувства.

Существует представление об искусстве как художественном инстинкте, в котором выражено стремление к гармонии и красоте.

Для некоторых искусство это способ ощутить свою связь со Вселенной.
Древние зачатки искусства и культуры первоначально имели определённое космологическое значение.

Искусство есть символический способ донесения высших истин.
Искусство возникло раньше науки, и долгое время вбирало её в себя.
Тысячи лет искусство было одной из движущих сил цивилизации.

Одна моя знакомая получила диплом искусствоведа, другая закончила Академию Художеств и стала скульптором. Помню, какие горячие споры мы вели в её мастерской о смысле искусства.
Откуда в человеке стремление к прекрасному?
Креативность присуща только человеку?
Смысл жизни даёт только творчество?
Искусство это то, что выходит за пределы полезного?

Когда я вывесил в своём рабочем кабинете этюды моей знакомой с изображением обнажённой натуры, коллеги посоветовали мне повесить над дверью «красный фонарь».

Человека от всех других живых существ отличает именно потребность в творчестве.
Древние греки считали это показателем божественного в природе человека.

Впервые к системному изучению искусства обратился Аристотель в труде «Поэтика» (335 год до н.э.). Искусство, по Аристотелю, есть «мимезис», т. е. подражание, воспроизведение.
Аристотель утверждал, что любое искусство основано на подражании (например, музыка основана на подражании ритму жизни). Подражание доставляет человеку удовольствие.

Источник эстетического удовольствия Аристотель усматривает не в мире идей (как Платон), а в реальном интересе людей к познанию. Искусство есть одна из форм познавательной деятельности людей.

Аристотель видел задачу искусства не в механическом воспроизведении действительности, а в её творческом отражении. Художественная правда, не сводится к простой правильности воспроизведения предметов и явлений. Однако всякое отступление от верности натуре должно быть художественно оправдано.

«Мудрость в искусстве, — заявлял Аристотель, — мы признаём за теми, которые наиболее точны в своём искусстве, например, Фидия мы признаём мудрым скульптором и Поликлита мудрым ваятелем, выражая этим то, что мудрость есть не что иное, как совершенство (добродетель) в искусстве».

Искусство не имеет самостоятельной ценности. Оно связано с нравственной жизнью людей и подчинено задачам «усовершенствования в добродетели». Произведения искусства облагораживают человека тем, что через посредство «катарсиса» (очищения) души освобождают личность от отрицательных страстей.

Нравственным идеалом Аристотель считал «созерцательную деятельность разума», не преследующего никаких практических целей.
Искусство он понимал как теоретическую деятельность и сравнивал её с божественной.
Процесс творчества по Аристотелю это интеллектуальный акт.
Искусство способствует формированию духовного облика человека.

Сущность искусства Аристотель определяет в трактате «Этика».
«Искусство, — говорит Аристотель — есть не что иное, как творческая способность, руководимая подлинным разумом».
Искусство не безразлично к морали, политике, к вопросу воспитания личности, поэтому при использовании искусства в качестве средства воспитания, необходимо соблюдать строгий контроль за художественной деятельностью.

Когда я был в Греции, то посетил в Афинах древний Акрополь. Он произвёл на меня самое сильное впечатление из всех, что я получил в поездке по Греции.

Расположенный в Акрополе храм Парфенон признанно считается одним из семи чудес света.
Это главный храм в древних Афинах, посвящённый покровительнице города и всей Аттики, богине Афине-Девственнице. Построен в 447-438 годах до нашей эры архитектором Калликратом по проекту Иктина. Парфенон расположен в самой высокой точке афинского Акрополя. На этом месте ещё при Солоне был возведён храм, который разрушили персы при завоевании Афин Ксерксом. В «золотой век» Афин правитель Перикл выдвинул идею восстановления ансамбля Акрополя. Храм строился почти десять лет.

Аристотель отмечал, что в поэзии главным является содержание, а не форма. «Из этого видно, — продолжает он свою мысль, — что поэту следует скорее быть творцом фабул, а не метров, поскольку поэт является таковым по подражанию, а подражает он посредством действия».
«Поэзия есть нечто более философское и серьёзное, чем история: поэзия выражает более общее, а история — частное».

В трактате «Политика» Аристотель писал: «Нужно, чтобы граждане имели возможность заниматься делами и воевать, а в ещё большей степени — хранить мир и пользоваться досугом, исполнять необходимые и полезные дела, в особенности же — прекрасные».
Большое значение Аристотель придавал музыке. Он говорил, что музыка имеет «очищающее» значение (катарсис) наряду с трагедией.

В древней Греции искусство служило одновременно и целям развлечения и постижения.
Древнейший греческий театр времён античности был построен в святилище Асклепия в Эпидавросе – одном из самых популярных мест врачевания в древней Греции. В античности Эпидаврос был местом исцеления, своеобразным курортом санаторного типа. Театр рассматривался как один из элементов методики оздоровления – своего рода психотерапия.

В детстве я учился в музыкальной школе при консерватории и почитал музыку сильнейшим из искусств, верил в её могущество и целительную силу. Я до сих пор удивляюсь, каким непостижимым образом звуки музыки воздействуют на меня, помогая понять чужие переживания и поразительно точно выражая состояние души.
Каким образом музыка вызывает во мне слёзы?
Что это за чувство, взрывающее нас изнутри и уничтожающее границы рассудочности? Оно затмевает здравый смысл, заставляя поступать немыслимым образом, делая нас одновременно безумными и счастливыми.
Отчего эти звуки так близки и созвучны моим переживаниям? Почему я плачу? Быть может, это игра скрипки создает в душе резонанс, сливаясь с шумом падающих слез? Наверно, у каждого чувства есть своя нота — частота соответствующей вибрации. Да, музыка — она живая!»
(из моего романа «Чужой странный непонятный необыкновенный чужак» на сайте Новая Русская Литература

Является ли искусство всего лишь развлечением для праздной толпы, или это средство постичь мир и сделать его лучше, очистить душу свою?

Владимир Соловьёв в работе «Общий смысл искусства» пишет:
«Искусство перестаёт быть пустою забавою и становится делом важным и назидательным, но отнюдь не в смысле дидактической проповеди, а лишь в смысле вдохновенного пророчества».
«Красота есть только воплощение в чувственных формах того самого идеального содержания, которое до такого воплощения называется добром и истиною».
«Красота нужна для исполнения добра в материальном мире, ибо только ею просветляется и укрощается недобрая тьма этого мира».

«Что такое, собственно говоря, искусство? – размышлял Андрей Тарковский. – Добро или зло? Оно – от Бога или от чёрта? От силы человека или от его слабости? Может быть, оно есть гарантия человеческой общности и картина социальной гармонии? Не состоит ли в этом его функция? Оно – нечто вроде объяснения в любви. Оно – как признание собственной зависимости от других людей. Оно – признание. Неосознанный акт, который, однако, отражает смысл жизни – любовь и жертву».

«Мне трудно говорить о том, смогу ли я что-нибудь изменить своим искусством. Чтобы найти способ изменить мир, я должен измениться сам. Я должен сам стать глубже и духовнее. И только после этого я, может быть, смогу принести пользу. А как мы можем рассчитывать на какие-то изменения, если мы сами не чувствуем себя достаточно духовно высокими?..»

«У меня нет никакого сомнения, в том, что искусство – это долг, то есть, если ты что-то создаёшь, ты чувствуешь, что должен это сделать. Но только время покажет, смог ли я стать медиумом между универсумом и людьми».

«Прежде, чем строить концепцию, в частности, взгляда на искусство, надо ответить на другой вопрос, гораздо более важный и общий: в чём смысл человеческого существования? Мне кажется, мы должны использовать наше пребывание на земле, чтобы духовно возвыситься».

«Мне пришла мысль, что содержательно искусство есть реакция человека, находящегося на низком уровне, в его стремлении к более высокому уровню. Именно этот драматический конфликт, где одновременно пролегает в сумерках для человеков избранный путь, и есть содержание искусства и художественная форма. А также и материал. Но если художник по-настоящему осознаёт это своё драматическое положение, то материал, из которого делается искусство, становится уже не важен И он пользуется любым вспомогательным средством».

«Кроме художественного произведения, – писал Андрей Тарковский, – человечество не выдумало ничего бескорыстного, и смысл человеческого существования, возможно, состоит именно в создании произведений искусства, в художественно акте, бесцельном и бескорыстном. Возможно, в нём как раз проявляется то, что мы созданы по подобию Бога».

Гений сюрреализма Сальвадор Дали признавал: «Сам я, когда пишу, не понимаю, какой смысл заключён в моей картине. Не подумайте, однако, что она лишена смысла! Просто он так глубок, так сложен, нарочит и прихотлив, что ускользает от обычного логического восприятия».

Когда Сальвадор Дали ответил согласием на предложение создать музей его имени, он поставил условие, что там не будут проводить экскурсий. Он не хотел, чтобы кто-то навязывал свои представления о его творениях. «Я сам не понимаю своих произведений…»

«Наше время – эпоха пигмеев, – говорил Дали. – Остаётся только удивляться тому, что гениев ещё не травят, как тараканов, и не побивают камнями».
«В наше время, когда повсеместно торжествует посредственность, всё значительное, всё настоящее должно плыть или в стороне, или против течения».

Говорят, в последние годы Дали продавал чистые полотна со своей подписью. Он презирал «ценителей живописи», называя их «идиотами».

В фильме Такеши Китано «Ахиллес и черепаха» художник и его агент весьма откровенно и цинично говорят о том, как продать меценату очередную мазню: «скажи ему, что это импрессионизм, он купит».

«Художник и покупатель это двое сумасшедших: один, не зная зачем, пишет картину, другой, не зная зачем, её покупает». (Борис Борщ)

В фильме «Ночь в музее» дети никак не реагируют на рассказ учительницы о картине, пока она не называет цену произведения – миллион долларов! Только тогда они смотрят на картину с восхищением.

Если искусство это то, что пользуется спросом, то можно ли назвать искусством то, что никто не хочет покупать?
В галерее современного искусства «Эрарта» я задал вопрос о ценности искусства известному кинорежиссёру Александру Сокурову.

При всей условности искусства, споры и конфликты по поводу художественных произведений не утихают. Недавно Пушкинский музей потребовал передать часть коллекции импрессионистов из Эрмитажа с целью воссоздать музей современного западного искусства в Москве.
Бывая в Эрмитаже, я по привычке всегда поднимаюсь на третий этаж, где выставлены импрессионисты. Не только питерцы, но и любители искусства со всего мира специально приезжают в Петербург, чтобы любоваться этой коллекцией.

А чтобы полюбоваться статуей Венеры Милосской (богини любви Афродиты) люди со всего мира приезжают в парижский Лувр.

Статуя богини любви Афродиты сделана из белого мрамора и относится к середине II века до нашей эры. Поскольку база с подписью автора утрачена, авторство приписывается Праксителю (350 год до н.э.).
Говорят, что Венера – «тайна при ярком свете».
Почему эту скульптуру назвали именем богини любви? Потому что красота вызывает любовь? Или потому что красота символ совершенства?
Но что есть красота?

Красота вещь необъяснимая — как морозный узор на стёклах. Что делает красивыми снежные торосы: мастерская ветра или наше воображение? И почему они кажутся нам прекрасными? Только потому, что соответствуют нашим представлениям о совершенном? Но откуда в нас эти представления о совершенном?

Может ли искусство свести с ума? Примеров тому множество. Композитор Чюрлёнис, художник Врубель, скульптор Камилла Клодель и множество других примеров, доказывающих, что гениальность и помешательство весьма близки.
Искусство – великая сила, оно может возвысить душу, но может её и разрушить, как это случилось с Камиллой Клодель: «дар, отпущенный ей природой, привёл её к несчастью».

Стоит ли искусство того, чтобы ради него жертвовать своей жизнью?
Для настоящего художника это не вопрос.
«Нужно служить, отдавать себя в жертву искусству», – считал Андрей Тарковский. – «По-моему, искусство существует только потому, что мир плохо устроен».

Настоящее искусство творится бескорыстно. И хотя подчас за деньги, но НЕ РАДИ ДЕНЕГ!

Флорентийский торговец шёлком Франческо дель Джокондо, заказавший портрет своей третьей жены Лизы у Леонардо да Винчи, отказался забирать готовую картину. Будто бы потому, что Мона Лиза оказалась беременна и у неё случился выкидыш. Зато Леонардо да Винчи считал «Джоконду» своим любимым творением, и никогда с ним не расставался.

Что только не видят в загадочной улыбке Моны Лизы: и автопортрет самого Леонардо, и зашифрованный лик Христа, и образ вечной женственности.
Кому же улыбается Джоконда?

Думаю, что феномен загадки улыбки Джоконды всего лишь проявление такого психологического явления как конформизм. Когда 9 человек из 10 говорят, что улыбка загадочна, оставшийся один, как правило, склонен соглашаться, что «чёрное это белое». В этом и заключается феномен конформизма.

Самый яркий пример – творчество Энди Уорхола. Сколько бы мне ни говорили, что его творчество гениально, я не вижу в нём ничего, кроме распиаренной рекламы.
Энди весьма успешно использовал и тиражировал образ Джоконды по принципу: одна баночка колы не искусство, а много баночек на картине уже шедевр.
Человек существо программируемое. Что ему внушишь, тому он и будет поклоняться.

Произведения искусства считаются отличным вложением средств, поскольку в условиях инфляции они не обесцениваются, а только дорожают.
Но какое произведение является искусством, до их пор вопрос дискуссионный. Достаточно вспомнить, как долго не хотели признать искусством живопись импрессионистов. И таких примеров множество. Для кого-то и куча дерьма в золотой рамке искусство.

Иногда художники пытаются создать нечто такое, что не может быть приобретено в качестве материальной ценности. Например, перфоманс. Это всего лишь представление, после которого ничего не остаётся кроме идеи, его нельзя ни купить, ни продать.

Когда первобытный человек создавал наскальные рисунки, он не задумывался, что это назовут искусством.
Возможна ли сегодня такая практика, которая в будущем будет признана искусством?

Недавно я побывал в галерее «Скороход», созданной в бывших цехах известного производства обуви. Философ Александр Секацкий и антрополог Николай Грякалов рассуждали о проблемах современного искусства.

Искусство занимается не изобретением форм, а поимкой сил.
Искусство это конструирование нового языка.
Искусство – это некий ритуал, то, чего не делать нельзя, без чего мир развалится.

Я считаю, что истинное творчество — всегда восстание, истинный художник — всегда революционер. Потому что искусство — это протест против цивилизации!
Художник тем и нравится, что бросает вызов обществу своим творчеством, своим образом жизни. Ведь привлекает то, на что сам не способен. Писатель должен говорить то, в чём страшно признаться читателю. В конечном итоге, интересует даже не само произведение, а личностный подвиг его создателя, личность самого творца!

«Каждый — художник на пути к освобождению социального организма».

Сальвадор Дали написал формулу, обеспечивающую достойную жизнь людей:
«У человека должны быть ограниченные материальные потребности и безграничные – духовные. Только так можно достойно прожить каждому из нас и всему человечеству».

Для меня лично произведением искусства является то, что вызывает катарсис, очищает душу, заставляет задуматься о вечном, побуждает совершать добрые поступки и творить любовь – всё, что преображает человека.

«Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолётное виденье,
Как гений чистой красоты…»

Слова «гений чистой красоты» принадлежат русскому поэту Василию Жуковскому, который в 1821 году в Дрезденской галерее любовался картиной Рафаэля Санти «Сикстинская Мадонна».
Я всегда мечтал воочию увидеть «Сикстинскую Мадонну» Рафаэля, и мечта моя сбылась.

Возможно, не всем эта картина нравится. Но, как говорят, за много веков она понравилась стольким великим людям, что теперь сама выбирает, кому нравится.

Картина «Сикстинская Мадонна» была написана Рафаэлем в 1512—1513 годах по заказу Папы Юлия II для алтаря церкви монастыря Святого Сикста в Пьяченце, где хранились мощи Святого Сикста и Святой Варвары. На картине Папа Сикст II, принявший мученическую смерть в 258 г. н.э. и причисленный к лику святых, просит Марию о заступничестве за всех, кто молится ей перед алтарём. Поза Святой Варвары, её лицо и потупленный взор выражают покорность и благоговение.
Рафаэль стремился преобразовать человеческое в божественное, а земное в вечное.

Красота. Что делает с нами красота! Это не просто мечта, ищущая воплощения в любви, а нечто большее. Это напоминает гипноз, когда мы становимся пленниками собственного воображения и готовы, как лунатики, следовать за красотой повсюду, бежать за ней, в надежде поймать милостивый взгляд, делающий нас счастливыми. Когда глаза любуются очаровательной наружностью, воображение дорисовывает остальное, заставляя восхищаться носителем чуда.

Запечатлённый Рафаэлем образ женщины с младенцем, навсегда вошёл в историю живописи как нечто нежное, девственное и чистое. Однако в реальной жизни женщина, изображённая в образе Мадонны, была далеко не ангелом. Более того, она считалась одной из самых развратных женщин своей эпохи.

«От нас требуют правды. Но нужна ли им правда на самом деле?» – говорит Тициан в фильме «Эль Греко». – «Послушайся моего совета: никогда не показывай им всё. Они никогда тебе этого не простят. Всякое искусство опасно, как все великие тайны Бога».

«Творчество для меня самого это тайна. Откровение всегда тайна. Когда пишу от сердца — получается всё, когда от головы — ничего! Я не придумываю, а лишь подчиняюсь вдохновению, пытаясь понять, что должно быть написано и как; стараюсь не столько объяснить, сколько выразить, и даже не столько выразить, сколько отразить, уловить замысел, который обнаруживается в логике преследующей меня мысли, помогаю ему выкристаллизоваться. Творения создаются сами, с моей лишь помощью».

«Процесс творчества это богоуподобление! Творчество — проявление божественной сущности человека, это жажда мира иного, это медитация, это молитва. И потому всякое творчество базируется не на размышлении, а на интуиции. Не может быть постижима Истина через интеллектуальное усилие, но лишь через мистическое откровение, через личный духовный опыт. Мысль — неуклюжая попытка выразить чувство, всё равно что облака запихнуть в рамку. Ответ вначале нужно почувствовать, а лишь потом пытаться понять!»

«Чувства, настроение художника не пустое, это игра вдохновения, лабиринты творческого процесса. Вдохновение иррационально. Без вдохновения нет творчества. Но оно требует веры!
Не может сколько-нибудь стоящий художник не верить в Бога, ну, или во Вдохновение, в Музу, — дело не в названии, а в чувстве, которое побуждает не спать ночами и творить, творить, творить… Ведь творит художник не потому, что надеется быть понятым, а от неустроенности, преодолевая страдание, а вовсе не от душевного комфорта. Для него творчество — самоспасение! Именно потому истинное творчество бескорыстно. Таково назначение художника — превращать страдания в произведения искусства. Главная же цель — чистота души, постижение Истины и обретение покоя.

Художник мир творит, он — демиург, он — бог,
Он слышит зов Небес, он ловит Музы слог.
Он тонкий инструмент божественных начал,
И требует Глагол, чтобы поэт молчал.
Художник — Музы раб, ревнует Дух его,
Кто служит — даёт всё, а прочим — ничего.
Не сотворит поэт того, что Бог ему не даст,
И должен помнить он про свой последний час.
Не выдумать того, что нет в Мире Идей,
И чтобы сотворить, любить нужно людей,
И верить в то, что Бог поэту говорит,
Ведь истинный поэт не от себя творит.
Художник видит то, что многим не дано,
В грядущее он зрит сквозь мутное стекло,
Пытаясь Божий Смысл в твореньи разгадать,
И миру возвестить о том, что должно стать.
Художник есть пророк, поэт — пророк вдвойне,
Он возвещает то, что хочется Судьбе.
Он жертвует собой, чтоб им Господь вершил,
Поэт живёт затем, чтоб Бог им мир творил.
Не смеет он просить, ведь он имеет дар,
Творит душою он, и тела нужд не раб.
Он просит тишины, чтоб слышать Бога глас,
И он творит мечты, что так нужны для нас.
Не нужен и комфорт — талант погубит он! —
Нужна лишь тишина, и только хлеб, да сон.
Удобства ведь не цель, а чтоб он мог творить,
Здесь деньги не важны, ведь Музы не купить,
Не вымолить стихов, не выпросить любви,
Ведь вдохновенье — Дар, упорный труд души.
Не ценится поэт, пока средь нас живёт,
Но станет знаменит, как только он умрёт.
Укором служит он для тех, кто спит душой.
Он странник на Земле, он странный, он чужой.
Поэт — слуга Небес, орудие Творца,
Бог в лицах всех творцов, и Он же без лица.
Невзгоды — хлеб души, и стимул нам расти,
И чтоб поэтом стать, ты их благодари.
Поэт — всегда борец, художник и герой.
И Бог им говорит. Он только Богу свой!»
(из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература

А по Вашему мнению, ЗАЧЕМ ЛЮДЯМ ИСКУССТВО?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература