ДОСТОЕВСКИЙ И КРИЗИС ГУМАНИЗМА

Достоевский и кризис_2

Сегодня в родном Петербурге День Достоевского. 27 мая 2021 года в Русской христианской гуманитарной академии я участвовал в конференции «ДОСТОЕВСКИЙ И КРИЗИС ГУМАНИЗМА».
О кризисе гуманизма говорят уже сто лет, начиная с первой мировой войны. Однако никакой реальной альтернативы гуманизму до сих пор не нашли, хотя предложения имеются. Одни провозглашают конец гуманизма, другие — новый гуманизм, третьи видят будущее за трансгуманизмом.
Я поинтересовался у участников конференции: есть ли реальная альтернатива гуманизму Достоевского?


В середине XIХ века идея гуманизма была весьма популярна. Выступая за гуманизм, Достоевский, как человек по образованию военный, тем не менее, оправдывал некоторые (справедливые) войны.
XXI век открыл «новую реальность» и «новую нормальность», а соответственно и «новый гуманизм» и «трансгуманизм».

Насколько актуален Достоевский в свете этих новых открытий?

Достоевский понимал, что человечество гибнет. Он предостерегал о возможности появления власти, которая под предлогом заботы о счастье людей лишит их свободы. Писатель пророчествовал о грядущем превращении человека в «штифтик» и неистово протестовал против того, что «в стаде должно быть равенство». Человек должен самостоятельно осмыслить себя и своё предназначение в мире.

Человеку важно не просто жить сыто, важно понимать, ради чего следует жить. «Жизнь задыхается без цели», – говорил Достоевский. – «Без высшей идеи не может существовать ни человек, ни нация. А высшая идея на земле лишь одна и именно – идея о бессмертии души человеческой, ибо все остальные “высшие” идеи жизни, которыми может быть жив человек, лишь из одной ее вытекают».

Однако «попытки Достоевского связать гуманистический общественный идеал с личностным совершенствованием противоречивы. Его этика зиждется не на познании законов действительности и не на ориентировании нравственного суждения на них, а на воле к утверждению абсолюта», — признаёт А .Н. Кошечко.

В. В. Медвидь в статье «Абсолютные ценности в религиозно-философской антропологии Ф. М. Достоевского» пишет:
«Абстрактный гуманизм возлагал ответственность за зло мира на внешние условия существования, делал человека, по выражению Достоевского, игрушкой обстоятельств. Писатель же возлагал ответственность на каждого человека как персонального носителя зла».

В «Дневнике писателя» Достоевский утверждал: «Ясно и понятно до очевидности, что зло таится в человечестве глубже, чем предполагают лекаря-социалисты, что в никаком устройстве общества не избегнете зла, что душа человеческая останется та же, что ненормальность и грех исходят от неё самой и что, наконец, законы духа человеческого столь ещё неизвестны, столь неведомы науке, столь неопределённы и столь таинственны, что нет ещё ни лекарей, ни даже судей окончательных…»

Гуманизм ставит в центр мироздания человека, и высшей ценностью считает человеческую жизнь. Но способен ли человек самостоятельно построить рай на Земле?
В рассказе «Сон смешного человека» Достоевский доказывает, что рай на земле невозможен, поскольку мешает человеческая греховность. «Совесть без Бога есть ужас, она может заблудиться до самого безнравственного…».

«Представьте себе, что нет Бога и бессмертия души… Скажите, для чего мне тогда жить хорошо, делать добро, если я умру на земле совсем? Без бессмертия-то ведь все дело в том, чтоб только достигнуть мой срок, а там хоть всё гори. А если так, то почему мне и не зарезать другого, не ограбить, не обворовать, или почему мне, если уж не резать, так прямо жить на счет других, в одну свою утробу? Ведь я умру, и все умрём, ничего не будет…
Вся жизнь человека, личная и общественная, стоит на вере в бессмертие души. Это наивысшая идея, без которой ни человек, ни народ не могут существовать».

«Достоевский понимал, что стремление достичь общечеловеческой гармонии «извне», с помощью ограниченных и не до конца продуманных теорий при отсутствии внимания к изначальному внутреннему несовершенству человека, приводит к практическому банкротству этих теорий», – пишет В. В. Медвидь.

«Отсутствие Бога нельзя заменить любовью к человечеству, потому что человек тотчас спросит: для чего мне любить человечество? – писал Достоевский.
Любовь к человечеству – даже совсем немыслима, непонятна и совсем невозможна без совместной веры в бессмертие души человеческой. Те же, которые отняв у человека веру в его бессмертие, хотят заменить эту веру, в смысле высшей цели жизни, «любовью к человечеству», те, говорю я, подымают руки на самих себя; ибо вместо любви к человечеству насаждают в сердце потерявшего веру лишь зародыш ненависти к человечеству.
Без веры в свою душу и её бессмертие бытие человека неестественно, немыслимо и невыносимо».

27.05.2021 И.И. Евлампиев сделал доклад на конференции «Достоевский и кризис гуманизма» в Русской христианской гуманитарной академии в Петербурге – «Гностический миф в творчестве Достоевского»

Недавно известный литературовед доктор филологических наук, профессор Иван Андреевич Есаулов известил о выходе новой книги «Анализ, интерпретации и понимание в изучении наследия Достоевского». В монографии представлен новый горизонт понимания важнейших произведений Достоевского.
27.05.2021 И.А.Есаулов сделал доклад (онлайн) на конференции «Достоевский и кризис гуманизма» в Русской христианской гуманитарной академии в Петербурге – «Опять о Бахтиниане и… возможно ли примирение иерархии (героев) и полифония (голосов)?

27.05.2021 А.А. Ермичёв сделал доклад на конференции «Достоевский и кризис гуманизма» в Русской христианской гуманитарной академии в Петербурге – «Достоевский в истории русской философии »

27.05.2021 С.М. Капилупи сделал доклад на конференции «Достоевский и кризис гуманизма» в Русской христианской гуманитарной академии в Петербурге – «Философия славы и философия трагедии: история философской зарубежной рецепции Достоевского как поиск нового гуманизма (1881-2021 гг)»

27.05.2021 Д.К.Богатырёв сделал доклад на конференции «Достоевский и кризис гуманизма» в Русской христианской гуманитарной академии в Петербурге – «От философии истории до богословия истории: Гегель и Достоевский»

Если Первая мировая война ознаменовала начало кризиса гуманизма, то после Второй мировой и атомного взрыва в Хиросиме заговорили о полномасштабном кризисе человечности. «Писать стихи после Освенцима – это варварство», – говорил немецкий философ еврейского происхождения Теодор Адорно.

Опыт Освенцима показал, что работавшие на «фабрике смерти» были культурными людьми и добропорядочными семьянинами. Днём они убивали людей, а вечером возвращались в семью, слушали Брамса, читали Гёте и Ницше, наслаждались общением с детьми.

Историк и философ Ханна Арендт придумала термин «банальность зла». Она пыталась объяснить, что зачастую зло рождается не от ненависти, не от ярости, не от восторга смерти. Оно рождается от скучной бездумной нормальности, из простого желания делать то, что приказывает хозяин.

Андрей Кончаловский автор фильма «РАЙ» (об ужасах немецкого концлагеря) говорил в 2008 году:
«После Аушвица бессмысленно думать о том, что поэзия или красота могут спасти мир. Человек не рождён для добра. Человек рождён как животное, и любой хороший человек может стать животным в течение часа, ну пяти часов, если его поместить в тюрьму. … Человек гораздо в большей степени животное, чем мы думаем, чем мы хотим думать. Животным свойственны эгоизм, самосохранение и репродукция. Это главное, что определяет и человека тоже, а не только этический код или вера в добро, особенно поиск истины».

10 мая 2018 года в помещении новой сцены Александринского театра состоялась дискуссия, основными спикерами которой были директор Эрмитажа Михаил Борисович Пиотровский и экс-министр культуры Михаил Ефимович Швыдкой. Михаил Швыдкой, в частности, высказал мнение, что искусство и культура не могут предотвратить войну и жестокость. Красота не спасает мир. Искусство не делает человека лучше.

Знаменитый эксперимент «Стэнфордская тюрьма», проведённый в 1971 году американским психологом Филиппом Зимбардо, доказал, что при определённых условиях каждый человек может стать злодеем и преступником. Жёсткие социальные роли заключённых и тюремщиков могут превратить совершенно нормальных людей в садистов и палачей. По условиям эксперимента 24 добровольца разделили на тюремщиков и заключённых, которые должны были выполнять свои роли. Через 6 дней Зимбардо прекратил свой рассчитанный на две недели эксперимент, потому что ситуация вышла из-под контроля: «тюремщики» немотивированно жестоко избивали своих ещё недавних друзей-студентов, которые будучи в роли «заключённых» нарушали правила тюремного распорядка.

В XXI веке начали говорить о конце эпохи гуманизма. Доктор исторических наук Сергей Перевезнцев считает, что человечество вступило в новую эпоху. Гуманизм окончательно низвергнут, он рухнул, как тот самый колосс, стоявший на глиняных ногах. Именно крах гуманизма определяет собой лицо нового мира, новой эпохи в истории человечества. Лозунг «всё во имя человека, всё для блага человека» благополучно забыт, как и «человек есть мера всех вещей». «Права человека» и «общечеловеческие ценности» стали разменной монетой в глобальной игре политиков.

На XI Сретенской научно-практической конференции «Психея и пневма», которая проходила в Русской христианской гуманитарной академии в Петербурге, я поинтересовался у участников, видят ли они конец эпохи гуманизма.

Что же такое ГУМАНИЗМ?

Обычно под гуманизмом понимают стремление к человечности к созданию условий для максимального развития способностей человеческой личности, а также условий для достойной человека жизни. Принципы гуманизма формулируются в трёх основных пунктах: 1) общечеловеческие ценности; 2) права человека; 3) идеал всемерно развитой, гармоничной личности.

Гуманизм — по-русски означает человечность. Традиционное понятие о человечности включает такие качества, как сострадание, доброта, великодушие, готовность к взаимопомощи, даже самопожертвование.
Однако о ценностях гуманизма забывали во время ведения войн, когда человек превращался в «пушечное мясо». Преступления против человечности признаны самыми страшными преступлениями в истории.

Время рождения гуманизма относят к концу XIII — началу XIV вв. Новое миропонимание заключалось прежде всего в том, что мыслители Эпохи Возрождения стали совершенно иначе, нежели христианские теологи, относиться к проблеме человека. В традиционном христианском понимании человек — это греховное существо, обязанное всей своей временной земной жизнью доказать право на жизнь вечную, но не материальную, а духовную. Поэтому человек должен все свои помыслы посвятить лишь одному — любви к Богу, ибо именно Бог является центром и целью всякого мышления и действия.

С конца XIII — начала XIV вв. сущность человеческой личности начинает пониматься совершенно иначе. Человек, проблемы личности становятся центром и целью всякого познания, мышления в целом.
Вместе с антропоцентризмом на смену теоцентризму приходит пантеизм, философское учение, которое признаёт слияние Бога с природой, когда Бог воспринимается не как всемогущая личность, а как некая сверхъестественная, существующая во всех природных объектах сила.

Гуманизм изначально формулировался как религия, которая должна была заменить собой христианство. Главными постулатами этой религии были: вера в божественную сущность природы, вера в свободного человека, вера в человеческий разум и в безграничные возможности науки. Следовательно, гуманизм необходимо считать не просто философией, а именно религиозной философией или, по-другому, философской религией.

С тех пор, как гуманизм стал общефилософским принципом бытия западной цивилизации, человечество оказалось ввергнуто в бесконечную цепь социальных конфликтов и войн. Человек не оправдал надежд, возлагавшихся на него многими поколениями философов. К познанию, осмыслению и объяснению всех проблем мироустройства человек оказался неспособен.
XX век, объявленный в начале веком гуманизма, принёс человечеству наибольшие разрушения — две мировые войны, бесконечные экологические катастрофы, сотни миллионов погибших.

Сейчас на нашей планете 7,5 миллиардов человек. По расчётам, 10 млрд — это предел возможности Земли. Население растёт в геометрической прогрессии. Все хотят всего и сразу! Мир разделился на «включённых» (которые имеют всё) и «исключённых» (которые не имеют ничего).

Папа Римский 30 ноября 2013 года сказал: «Текущий финансовый кризис может заставить нас пропустить тот факт, что он берёт своё начало в глубоком человеческом кризисе – в отказе от первенства человека!»

Патриарх Кирилл в проповеди 5 марта 2017 года сказал:
«Когда уже в Новое время, на рубеже XV и XVI веков, получили распространение философские взгляды на человека как на венец бытия и абсолютную ценность, превыше которой нет ничего, эти философские идеи очень скоро приобрели политическое звучание. Под эту идею сформировались не только литература и изобразительное искусство, но и политические взгляды, в соответствии с которыми человек как высшая и абсолютная ценность не имеет никакой нужды в Боге. Человек — в центре бытия. …
Революции, кровавые потрясения, в том числе коснувшиеся нашей страны, — все они все апеллировали к подобному пониманию человека, и во благо этого обожествленного человека совершались страшные деяния, приводившие ко многим жертвам и потрясениям. <…>
Цель-то была та же самая — на место Бога поставить человека!»

По большому счёту в мире всего две Идеи:
Первая – мир был сотворён Богом и надо жить по божественным законам, любить ближних и помогать слабым.
Вторая – наш мир есть результат долгой эволюции, и жить надо по природным законам естественного отбора, где выживает сильнейший, а слабый погибает, где каждый за себя и выживать надо любой ценой.

По каким же законам жить: бороться за выживание любой ценой или жертвовать собой ради любви к ближнему?

Если жить по закону Бога, то нужно жертвовать собой из любви к ближнему.
Но если жизнь даётся только раз и бессмертия не существует, то стоит ли жертвовать своей единственной жизнью во имя какой-либо идеи?
Что ценнее: жизнь или идея?

Если ценнее всего человеческая жизнь, то ради сохранения своей жизни можно пожертвовать любыми идеалами и принципами.
Если важнее идея, то ради высокой идеи можно пожертвовать своей жизнью, а если потребуется, то и жизнью других людей.

По Дарвину всякого рода идеи является обманом одних ради процветания других. С точки зрения биологии, умирать ради каких-то там идей, часто ошибочных, ради принципов и убеждений, полный абсурд. Человек должен жить и размножаться, а не умирать ради немыслимых и часто лживых идей.

Но если жить по дарвиновскому закону, то ради самосохранения и продолжения жизни допустимо пойти на любое преступление. Можно даже убить нападающего в ситуации необходимой обороны. Собственная жизнь, очевидно, дороже, чем жизнь другого. Уголовный закон оправдывает убийство другого человека ради личного выживания в ситуации необходимой обороны или крайней необходимости.

Желание выжить любой ценой куда естественнее, чем готовность к самопожертвованию. Эгоизм – естественное состояние, он спасает. Альтруизм – приводит к самопожертвованию, хотя в природе тоже встречается.
Учёные предполагают, что существует «ген альтруизма», когда возникают особи, готовые пожертвовать своей возможностью к репродукции для того, чтобы обеспечить качественную репродукцию в популяции.

Ни у кого и никогда выживание не было главной целью существования. Когда требовалось, то умирали ради других, сохраняя жизнь детям или будучи не в силах предать. Даже у животных есть случаи самопожертвования ради сообщества.

Чего стоит наша жизнь, если в ней не за что умереть?!

Цена жизни определяется тем, за что ты готов умереть. Некоторые люди готовы пожертвовать своей единственной жизнью ради идеи без всякой надежды на посмертное воздаяние и торжество этой идеи.

Каждое человеческое существо стремится к выживанию. Поэтому можно сказать, что продолжение жизни есть благо. Соответственно, то, что способствует продолжению жизни есть «добро», а что этому препятствует есть «зло».

Жизнь – объективна, она ни добро, ни зло. Конкуренция, стремление к доминированию, борьба за существование – в инстинктивной природе человека, как часть его эволюции. Улучшить человека невозможно. Инстинкты сильнее культуры. А если бы культура была сильнее, то мы бы давно уже исчезли в результате различных социальных экспериментов.

В мире уже отказались от мечты построить справедливое общество, смирились с тем, что человека усовершенствовать невозможно. В борьбе «хороших» и «плохих» парней побеждают «плохие» парни.
Человеческая жизнь обесценилась. Ликвидируя одного террориста, вместе с ним убивают многих других ни в чём неповинных людей. Стремясь разбомбить одного тирана, лишают жизни сотни невинных людей.

Что лучше: убить или быть убитым?

Многие военнопленные были поставлены перед выбором: либо будешь расстреливать других, либо расстреляют тебя; либо предать, сменить веру, либо оказаться мёртвым. В фильме «Восхождение» эта проблема показана наиболее остро.

Западная криминология оправдывает человека, который решает вопрос в пользу сохранения собственной жизни; наша — только на слова. Какие бы ни были тяжёлые условия, если ты предал, то ты предатель, а значит, преступник, и никакого оправдания быть не может.

Нас призывают к самопожертвованию и духовности. Но что есть духовность?
— Духовность это то, что заставляет ставить нечто выше собственных эгоистических интересов.
— Но почему мы должны отказываться от личных интересов в угоду какой-то духовности?
— Во имя светлого будущего. Это вопрос выживания всего сообщества.

Мы, «строители коммунизма», видели самопожертвование советских людей ради светлого будущего — коммунизма. И где оно ? Всё оказалось блефом, или попросту — ложью!

Нас призывают пожертвовать своей жизнью ради своей родины, ради патриотизма, ради других людей. А почему? Кто эти другие? Быть может, их жизнь менее ценна, чем моя?
Кого спасать в критической ситуации: тонущего Эйнштейна или ребёнка? Каким вырастёт спасённый ребёнок ещё не известно.

В медицине есть правило, согласно которому, при родах в условиях угрозы жизни матери и ребёнка, необходимо спасать мать, даже ценой жизни ребёнка.
В природе то же самое: самка может пожертвовать своим потомством ради спасения своей жизни. Да, она будет бороться до последнего за своих детёнышей, но в последний момент отступит ради сохранения собственной жизни и производства потомства в дальнейшем.

Да, встречаются случаи самопожертвования ради остальных, особенно в ситуации крайней необходимости. Но чаще ради сохранения многих жертвуют одним или немногими. То же самое делал и Каиафа, обрекая Иисуса Христа на казнь: «…что лучше для вас, чтобы один человек умер за народ, а не весь народ погиб». (Ин: 11: 49-51).

Нам рассказывают о подвиге 300 спартанцев. Хотя на самом деле их предали, тыловое прикрытие ушло, греческая армия оставила спартанцев одних перед всем персидским войском. Спартанцам ничего не оставалось, как пойти в атаку, чтобы погибнуть в бою.
В военной тактике это называется арьергардным боем, прикрывающим отступление основной армии, когда приходится пожертвовать немногими, чтобы спасти всех.
Часто так называемые подвиги это не сознательное самопожертвование, а действие в безвыходной ситуации.

Надо различать требование пожертвовать своей жизнью и сознательное самопожертвование.
Люди стремятся к выживанию, что естественно. Человек хочет жить и для него самопожертвование противоестественно.
А если человек хочет пожертвовать своей жизнью, потому что не хочет жить, то это не самопожертвование.

В критической ситуации люди руководствуются спасительными инстинктами, а не какими-то идеями, как, например, мать спасает своего ребёнка.
Мы не хотим признать, что мы животные, пусть даже высшие, и руководствуемся в конечном итоге инстинктами. Мы недооцениваем свою природу, незаслуженно принижая её. А животные во многом лучше людей. Не один вид не ведёт такой междоусобной войны, как человек.

В человеческом сообществе действуют те же законы джунглей, что и среди диких зверей: господствует право силы, а не сила права, выживает сильнейший, и сильнейший всегда прав. На мораль и право плюют, если всего можно добиться силой.

В XXI веке заканчивается эпоха гуманизма, и наступает эпоха искусственного разума. Внедрение ИИ вызовет резкие драматические изменения в обществе. Создаваемый искусственный интеллект вскоре заменит человека в ряде областей, а в будущем, возможно, и вовсе. Главное преимущество ИИ в том, что он работает без устали со скоростью, превышающей скорость, на которую способен человеческий организм.
Человечество оказалось на пороге экзистенциального выбора — искусственный интеллект угрожает гибелью человечеству.

Конец эпохи гуманизма окончательно наступит с возникновением человека-андроида. Уже сегодня человек может жить 100-120 лет. Генная инженерия делает жизнь человека практически бесконечной. Технологии позволяют усовершенствовать человека, сделать его фактически бессмертным. Это будет уже «новый человек», «постчеловек».

Но если человек будет жить вечно, это означает, что рушится вся система ценностей, гуманность, сострадание, сочувствие становятся не нужным, время теряет всякий смысл. Если человек никогда не умрет, зачем ему жертвовать собой? Смысл жизни и смысл смерти — взаимосвязанные вещи. Если смерть теряет смысл, то и жизнь теряет смысл.

Разницу между «существованием» и «бытием» можно обозначить с помощью двух простых вопросов «почему?» и «зачем?». Вопрос «зачем?» предполагает наличие самостоятельной воли, способной к свободному целеполаганию. Вопрос «почему?» предполагает, что людей толкает к действию какая-то внешняя причина.

«Это маленькое словечко «почему» разлито во всей вселенной с самого первого дня миросоздания, сударыня, и вся природа ежеминутно кричит своему творцу: «Почему?» – и вот уже семь тысяч лет не получает ответа». (Достоевский «Бесы»).

Если откажемся от гуманизма, то что взамен?

Одни провозглашают «постгуманизм», другие — «новый гуманизм».
И так называемый «трансгуманизм» тоже не спасение.

Трансгуманизм полагает, что следует использовать новинки технологии для улучшения умственных и физических возможностей человека, и с целью устранения страданий, болезней, старения и смерти. Применение для избранных нейроимплантатов превратит элиту в новый биологический вид сверхлюдей.
Многие трансгуманисты убеждены, что непрерывно ускоряющийся технический прогресс уже к 2050 годам позволит создать постчеловека.

Автор термина «трансгуманизм» Джулиан Хаксли считает: «Коль скоро найдётся достаточно людей, которые смогут твёрдо сказать: «Я верю в трансгуманизм», — род человеческий достигнет порога новой формы существования, и она будет столь же отличной от нашей, как наша отлична от пекинского человека. Тем самым человечество наконец-то приступит к осознанному выполнению своего подлинного предназначения».

Жак Аттали охарактеризовал трансгуманизм как переход к эпохе «нового рабства» и «искусственных людей», а также «индустриального каннибализма»: «Человек превратится в товар. Благодаря невероятному прогрессу нанонаук все будут рассчитывать на пересадку своего мозга в другое тело, захотят получить двойника, копии любимых. <…> Некоторые даже попытаются превозмочь человека, создав другую, высшую форму жизни и разума».

Один из первых ключевых идеологов трансгуманизма Ф.М. Эсфендиари («FM-2030″) считает, что примерно к 2030 году должно совпасть тотальное введение единого технологического контроля над людьми во всех сферах жизни и закончены социобиологические трансформации общества.
Согласно «FM-2030″, — основные признаки транслюдей бесполость и искусственное размножение. Трансгуманисты обещают, что трансчеловек сам будет принимать решение, когда покинуть этот мир. Однако, скорее всего, это будет делать «сверхразум». Пост-человек должен будет подчиняться «сверхразуму».

Трансгуманисты возлагают большие надежды на гибридизацию человека и робота — киборгизацию. Идеалом пост-человека объявляется избавление от биологического тела, полная виртуализация загруженного на искусственный носитель сознания.

Британский кибернетик Кевин Уорвик (первый «человек-киборг») предупредил: «Отказавшихся улучшаться и решивших остаться человеком новый технически улучшенный вид будет рассматривать как низших существ, точно так же, как люди сейчас рассматривают обезьян или коров».

В книге “Ответы на большие вопросы” физик Стивен Хокинг предсказывал «политические проблемы с неусовершенствованными людьми». Однако, по мнению Хокинга, эти проблемы в конечном счёте разрешатся через вымирание этих самых людей. Их заменит «самоорганизующаяся раса», наращивающая свою мощь со всё возрастающей скоростью.

Член совета директоров Фонда Рокфеллера авторитет в области евгеники Фредерик Осборн считает: «В конечном счёте, гораздо проще и разумнее изготовить абсолютно нового человека с самого начала, используя правильно выбранное сырьё, чем пытаться придать человеческую форму тем жалким пережиткам, что остались».

У учёных возникает соблазн воспользоваться современными технологиями и откорректировать геном человека, избавив вначале его от болезней, а потом, возможно, и от нежелательных свойств. Некоторые хотят не просто отредактировать геном, а тем самым «отредактировать человека», усовершенствовать «божье творение».
Но имеем ли мы право «модернизировать» человека, который считается «венцом творения»?

Массовый человек сохраняет уверенность, что он сам принимает решение, но принимает решение уже не он. Достижения науки позволили успешно манипулировать большими массами людей. Наука и практика уверяют вас, что вы сами себя не контролируете. Свободы воли на самом деле нет, потому что моё желание сделать движение рукой фиксируется в моём мозгу до того, как осознаю, что я принял самостоятельно это решение. На уровне современных знаний мы начинаем убеждаться, что человек – «машина».

Если человек свободен, то он несёт ответственность за все свои мысли и действия. На этом основана вся наша мораль, вся наша правовая система и вся социальная жизнь. А если не свободен, то и не несёт никакой ответственности за свои слова и поступки.

«Говорю тебе, что нет у человека заботы мучительнее, как найти того, кому бы передать поскорее тот дар свободы, с которым это несчастное существо рождается. Но овладевает свободой людей лишь тот, кто успокоит их совесть. С хлебом тебе давалось бесспорное знамя: дашь хлеб, и человек преклонится, ибо ничего нет бесспорнее хлеба, но если в то же время кто-нибудь овладеет его совестью помимо тебя – о, тогда он даже бросит хлеб твой и пойдет за тем, который обольстит его совесть. В этом ты был прав. Ибо тайна бытия человеческого не в том, чтобы только жить, а в том, для чего жить. Без твердого представления себе, для чего ему жить, человек не согласится жить и скорей истребит себя, чем останется на земле, хотя бы кругом его всё были хлебы». (Достоевский «Братья Карамазовы»).

«Возлюбить человека, как самого себя по заповеди Христовой, – невозможно. Закон личности на Земле связывает. Я препятствует. Один Христос мог, но Христос был вековечный, от века идеал, к которому по закону природы должен стремиться человек. Между тем, после появления Христа, как идеала человека во плоти, стало ясно как день, что высочайшее, последнее развитие личности именно и должно дойти до того (в самом конце развития, в самом пункте достижения цели), чтоб человек нашёл, сознал и всей силой своей природы убедился, что высочайшее употребление, которое может сделать человек из своей личности, из полноты развития своего я, – это как бы уничтожить это я, отдать его целиком всем и каждому безраздельно и беззаветно. И это величайшее счастье. Таким образом, закон я сливается с законом гуманизма, и в слитии оба, и я, и все (по-видимому, это крайние противоположности), взаимно уничтоженные друг для друга, в то же самое время достигают и высшей цели своего индивидуального развития каждый особо».

«Значит, надо жить по христовой заповеди, не убивать и любить друг друга? Но ведь если я возлюблю ближнего как самого себя, то не должен его жрать, и тогда он сожрёт меня. Значит, я из любви к ближнему должен принести себя в жертву? Да никто не живёт по христовой заповеди! Это только на словах призывают к любви, а на деле жрут друг друга. Необходимость заставляет бороться за выживание. Жизнь жестокая вещь: либо приспосабливайся, либо умри! А совесть… это химеры, муки совести – интеллигентская блажь. У дикаря нет совести; он сожрёт тебя и не подавится. Чтобы выжить, есть два пути: либо убивать, либо примириться. Но всё равно побеждает сильнейший! Короче: или жрать другого против своей совести, или быть съеденным самому. Значит, не верна христова заповедь, если противоречит природе человеческой. Выходит, Христос ошибался, раз не под силу людям любить ближнего своего как самого себя».
(из моего романа-быль «Странник» (мистерии) на сайте Новая Русская Литература

06.07.2019 в Петербурге в 10 раз праздновали «День Достоевского»

Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.

Всё, что я хочу сказать людям, заключено в трёх главных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что.
2\ Смысл – он везде.
3\ Любовь творить необходимость.
4\ Всё есть любовь.

А по Вашему мнению, ЕСТЬ ЛИ АЛЬТЕРНАТИВА ГУМАНИЗМУ?

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература

Метки: , ,

Комментарии запрещены.